Тёмный секрет

— Ой! — это был немедленный ответ. — Ты даже не дал мне времени сказать тебе, чего хотел Коко…. — Потому что я уже знаю, о чем вы меня спросите, и ответ будет отрицательным. Он не может оставаться в особняке, и тем более вы не можете его воспитать, как вы думаете, вы можете взять на себя ответственность за его заботу, когда вы только выздоравливаете? Кроме того, посмотрите на это, мы даже не знаем, откуда взялся этот зверек. Вполне возможно, что из-за своего меха он мешает вам дышать и влияет на ваши бронхи. Так что мой ответ: нет. — Но, Коко… Пожалуйста. Я не могу просто игнорировать его и оставить на произвол судьбы. Посмотри на его жалкий вид, он точно не ел несколько дней. Пожалуйста, я буду осторожен и позабочусь о том, чтобы хорошо его научить, чтобы он не мешал всем здесь присутствующим. — Я сказал нет. Коконой, главный дворецкий, дал мне обширный список всех минусов содержания животного в особняке. Отчасти я могу это понять, я больной человек, и это может стать проблемой в будущем, но я не мог оставить малыша на произвол судьбы. Я должен нести ответственность за свои действия, и хотя я знаю, что это может стать обузой для Коко в будущем, я должен продолжать попытки. Я провел почти половину своей жизни в этом большом одиноком особняке без друзей моего возраста, и теперь, когда я, наконец, набрался смелости спросить, разрешат ли они мне завести домашнее животное, Коконой говорит мне, что нет. Он был очень непреклонен в своем решении, я знаю, что он делает это для моего блага, а также потому, что щенок кажется крупной породы, он даже сказал мне, что чем больше собака, тем меньше места у нас будет в доме. Серьезно? Особняк был огромен. Он больше не хотел быть один, он хотел иметь друга. хотя был уверен в себе со своим дворецким и еще одним слугой, это было не то же самое из-за разницы в возрасте. — Но Коко, он еще щенок и ему нужна моя помощь, чтобы выжить. Я позабочусь о нем дома, пока он не вырастет сильным и здоровым, а потом отпущу его. Да? Пожалуйста, скажи да, Коко-кун. Я буду хорошим мальчиком. — Эээ… Такэми… Помни! Наконец, после долгих уговоров, перед сном мне удалось убедить Коко. Несмотря на то, что я атаковал нашу маленькую эмоциональную связь, я одержал громкую победу, верно? Несмотря на это, Коко была очень специфическим в ​​том, как я должен был относиться к щенку, он очень настаивал на том, чтобы мы сначала выкупали его и удалили все микробы, которые у него могли быть. Поэтому, когда он, хмурясь, повел его в ванну, я поднялся наверх, услышав его тяжелое фырканье поражения, и устроилась в своей комнате. На следующее утро я пролежал в постели около 2 недель. Причина? Часовая прогулка по лесу в тот дождливый день, когда я нашел щенка. Когда я, наконец, почувствовал себя лучше от простуды, я смог встретить маленького мальчика, которого нес на руках Инуи, который терпеливо ждал под дверным косяком, чтобы я проснулся с теплой улыбкой. Дни продолжали лететь быстро, почти незаметно для меня, к счастью, маленький зверек, которого я взял в руки, рос здоровым и выглядел больше, чем в прошлый раз. Каждый раз, когда она видит меня утром, она виляет своим милым хвостиком из стороны в сторону, бегая вокруг меня. Осторожно протянув руки, я попыталась поднять его, чтобы обнять, не пугая. Каково же было мое удивление, когда комочек шерсти начал просовывать свой холодный носик между моими пальцами, безбоязненно обнюхивая меня. — Хе-хе, ты меня щекочешь. Ты хороший мальчик. Ты что-то знаешь? Все это время, пока я выздоравливал, я думал о том, как назвать тебя. И это было правдой, несмотря на то, что в те дни я страдал от резких болей в груди при дыхании, все это время я думал, как назвать щенка. Это должно было быть милое и короткое имя, которое легко запомнить, но в то же время сложное. Это была трудная задача, но не невозможная. — Майки! Я думаю, это хорошее имя, ты так не считаешь? Словно поняв меня, Майки мило лаял и прыгал к краю кровати, радостно кружась кругами, а я мог только смотреть на него и улыбаться. Несмотря на то, что я ещё не полностью восстановил свои силы, его компания облегчила мое одинокое сердце. Довольный, я сел на край кровати и нежно погладил его головку, приветствуя ее в семье. — Ммм… прогулка… да, это так. Когда я выздоровею, мы пойдем гулять. Хочешь Майки? — пробормотал я, глядя в окно на красивый сад снаружи. — К тому времени, я уверен, сезон дождей закончится, и я смогу оставить приятные воспоминания с моим новым маленьким другом. Лежа на кровати рядом с Майки, я глубоко вздохнул, настроив себя на то, чтобы быстро прийти в себя, чтобы сдержать свое слово, говоря себе, что они все равно не позволили бы мне покинуть особняк в такую ​​погоду. — Я люблю тихие дни, тем более, что я немного интроверт. Время от времени я задавался вопросом, на что это было бы похоже, чтобы жить нормальной жизнью. Я уже устал от своей рутины только чтения книг в библиотеке, которая у нас была, этого мне уже было недостаточно. Я знал, что возможность воспроизвести те чудесные сцены, о которых я читал в романах, была недостижимой мечтой и, можно даже сказать, почти невозможной для меня. Такие вещи, как бег по пляжу или удовольствие от первого снега, были вещами только в моем воображении. Если бы я бежал чрезмерно, я бы просто рухнул и мог даже рискнуть не считать из-за моей болезни. — Я приехал в этот особняк, когда мне было 8 лет, и тогда я считал себя больным чуть больше, чем любой ребенок моего возраста, но все же надеялся, что, когда я вырасту, мое положение улучшится. Но, вопреки моему желанию, признаки моей болезни только усилились. Я отличался от остальных, мое тело было неполноценным. Семья Ханагаки была процветающим кланом, но ничего необычного, по крайней мере, так он думал. Несмотря на то, что у нас средний уровень благосостояния, мы выпускали очень талантливых людей, которые вкладывали свои таланты в различные области общества. Можно сказать, что моя семья имела статус выше среднего, несмотря на то, что не была столь влиятельной, хотя и мы не остались незамеченными. Я был сыном нынешнего лидера Ханагаки. Мой отец был хорошим человеком, правильным и всеми уважаемым. Ему очень нравились мои небесно-голубые глаза, которые напоминали ему о моей прекрасной маме, однако однажды он заметил, что что-то не так, когда он внимательно заметил, что мой рост был медленнее, чем обычно, делая мою кожу белой до такой степени, что я думаю, что она прозрачная, добавленная к моему худому телу. Узнав об этом, он быстро отвез меня на соответствующие анализы в престижную больницу, где выяснилось, что мое тело ненормально. Короче говоря, ему сказали, что я рецессивная Омега. Черты Омеги на данный момент были минимально отражены. Однако мой отец не был в восторге от новостей, которые привели его в сильную депрессию. Быть альфой или омегой должно было определить мой образ жизни до конца моих дней, теперь, когда я знал, что это такое, мне пришлось жить под воздействием различных типов наркотиков, чтобы регулировать свое тело, особенно когда я повзрослел и вошол в свою «тепловую» стадию, и как будто этого мало, чтобы продолжать усугублять ситуацию, оказывается, что это был не только омега, но и «рецессивная» именно поэтому мой организм не правильно развиваться, вызывая у меня ужасный гормональный дисбаланс. Мой отец женился на моей матери, которая была омегой, несмотря на последствия, которые это могло иметь в будущем в отношении генетических проблем. Несмотря на то, что он знал это, ему было все равно, потому что он любил ее всем своим сердцем. Он обещал ей, что будет защищать ее ото всех, что она не должна ни о чем беспокоиться, он позаботится об этом, но когда моя мать лишилась жизни после того, как родила меня. После рождения меня отец впал в глубокую депрессию на 3 года. Это были трудные времена, сначала он отверг меня, потому что, когда он увидел меня, это напомнило ему о женщине, которую он так любил и потерял из-за меня, наполняя его обидой, но со временем мы, наконец, смогли найти общий язык. Семья, и теперь, после стольких усилий, мы получили эту разрушительную новость, сделав несколько счастливых дней в прошлом. Мой отец не мог показать уязвимость, хотя его единственный сын родился омегой, он сделал бы все возможное, чтобы защитить меня, независимо от того, какой метод ему пришлось бы использовать. Хотя он любил меня, даже когда ему сказали, что я рецессивный омега, он чувствовал себя прекрасно. Он меня очень жалел и молча плакал, всегда оказывая мне свою поддержку. Несмотря на все его усилия, я остался один в этом большом особняке, который купил и переделал исключительно для себя. Благодаря этому мне удалось немного поправить свое здоровье, но я все еще был слабым по сравнению с другими бета-детьми, то есть обычными детьми. Пройдя трудные и непредсказуемые всплески роста, достигнув возраста, предшествующего совершеннолетию. Никто не был уверен, что я справлюсь, но так или иначе я это сделал, после всех усилий, которые мой отец приложил для меня, я не мог так легко сдаться. — Майки, надеюсь, мы и в будущем будем хорошими друзьями… Погрузившись в свои воспоминания, я снова заговорил с Майки, нежно поглаживая его маленькую головку и притягивая к своему лицу, чтобы насладиться его компанией. — Ага! Гав! Будет продолжения.