Смешанные

Я лежала на полу среди множества мягких и с виду вычурных подушек и одеял. Когда открыла тяжелые веки и постаралась прийти в себя, то мне понадобилось время, чтобы узнать свою старую комнату и родное поместье из первой жизни. Пришлось подняться. Я сразу поняла, что это был сон. Последние дни выдались неспокойными, так что стоило ожидать нечто подобного. Помню, на мне были одеты дорогие красивые шелка красного цвета, расписные золотые узоры виднелись на них, большие лотосы и вышитые изящные журавли белоснежными нитями, подол кимоно был тяжелым и длинным-длинным. Чей-то давно позабытый голос звал меня за дверью, откуда горел яркий солнечный свет и слышалось приятное журчание воды. Я отодвинула сёдзи и увидела большой пруд и деревянный выступ, куда любила приходить, будучи подростком. По краям пруда стояло два высоких величественных дерева. Их ветви были настолько тяжелыми, что раскидывались над головой и тянулись к воде. – Киёмидзу, – вновь позвал человек, сидящий у края выступа и повернутый ко мне спиной. Его чёрные длинные волосы контрастировали с белыми лёгкими одеждами и широкими рукавами. Первые моими мысли были о Рэйдене. Неужели он? Они отдалённо чем-то схожи, но голос двоюродного брата был грубее и обращался тот обычно более требовательно. Ноги сами повели меня к выступу, желая удовлетворить любопытство. Однако увидела я совсем не то, что ожидала, вернее, кого ожидала. – Не думал, что ты зайдёшь так далеко, Киёмидзу, – поднял голову при взгляде на меня Шинко Фукуда. Его чёрные глаза были всё такими же глубокими. Несмотря на то, что я умалчивала и скрывала от Шинко, иногда казалось, он обо всём догадывался, но никогда не говорил. – Ты должна сдержать клятву, – протянул мне глаза Ай в окровавленных ладонях. – Отдай ему глаза. – О чём ты? Я нахмурилась, но забирать глаза не спешила. – Как долго будешь врать себе, что не понимаешь? Ты настолько сильно убедила себя в этом? Фукуда выглядел огорчённым, словно искренне сочувствовал мне. Жалел, что не смог провести больше времени со мной, что родители были холодны ко мне. – Надеюсь, оно того стоило, – напоследок сказал он и опустил руки.

***

Проснувшись, я рывком вскочила с места, дыхание было тяжелым, а сердце сильно стучало, будто сейчас выпрыгнет из груди. Вся спина и футболка были мокрыми от пота. Я постаралась успокоиться, закрывая глаза и прикладывая ладонь ко лбу. Я ощущала, конец близок. Мой конец. Шли последние дни января в этом году, на улице до сих пор было холодно и зябко, а дороги мокрые и грязные. Гето открылся мне совсем с другой стороны после того случая с убийством прислуги. Теперь я убедилась: этого человека нельзя изменить, его можно лишь направить. Как и Годжо, со стороны они казались совсем обычными, но внутри скрывали что-то, что могло привести всех нас к погибели. Или к новому лучшему миру. Я уже не знала будущего. В душе Сатору крылся мрак, возможно, страшная тайна, ужасные помыслы – чем он не хотел делиться со мной, что скрывал или попросту не доверял. В тот же вечер после убийства, по приходу Годжо домой, я рискнула осторожно поинтересоваться, не замышляли ли они чего с Сугуру. Однако взгляд его изменился после того вопроса, как и выражение лица. Сатору так ничего и не сказал, быстро переведя тему. Тогда я поняла, что времени и вправду осталось мало. Сон с Шинко и напоминание о клятве тоже подтверждали это. В моей голове крутились мысли о данном обещании, но что я пообещала и что должна была сделать... Уже не помнила. Я осмотрела всё хранилище за несколько дней (без помощи Гето не обошлось), подключила Иджичи и Рэйдена и наконец нашла то, что искала. Брату пришлось также быстро принять факт вернувшегося ко мне зрения. Хоть я и пыталась предотвратить разрастание клана, но родственников у меня оказалось гораздо больше, чем думала. С эпохи Хэйян прошло очень много времени, так что семейное древо достаточно сильно увеличилось в размерах. Все возможные обладатели техники давно умерли и сейчас, люди, дожившие до нашего времени, были уже не магами. Оставался лишь совсем жалкий процент потомков, которые обладали способностями, да и не факт, что именно температурами. Самой близкой была Ака Кофу, как оказалось. Клан Кофу появился примерно в начале двадцатого века, был совершенно маленьким и со своими особенностями. В нём росли шаманы с довольно интересной техникой, позволяющей ослаблять противника. Однако те давненько не появлялись в магическом обществе, что странно. Мне нужно было лично увидеть их и во всём разобраться. Как минимум отдать прах бедной девочки Аки. Несмотря на несколько сдержанную реакцию Годжо, что ему не всегда свойственно, я улетела в Хоккайдо, остановившись в городе Саппоро, где и собиралась задержаться на несколько месяцев. Необходимо спрятаться от старейшин и избежать слухов. Там было не так уж и плохо, хоть и холоднее, чем в Токио. В ближайшее время после моего отъезда Юта должен был улететь в Африку. Жалела же я лишь о том, что не смогла должным образом попрощаться с ним.

***

– Уверена, что мы идём в правильном направлении? – поинтересовался брат. Снег хрустел и проминался под нашими ногами, блестел под лучами дневного солнца, которое смогло на время выйти из-за серых туч. – Да, поместье Кофу должно находиться где-то здесь. Вряд ли оно далеко. Около десяти минут мы плутали средь деревьев и тропинок, проходя мимо частных домов. Якета находился в некотором предвкушении, хотя вида не подавал. Я осознавала, насколько это могло быть важно для Рэйдена, поскольку кроме меня у него из родных больше никого не осталось. Вскоре, найдя поместье, мы молча прошли на его территорию – нас никто так и не встретил, поэтому решили рискнуть. Сад перед входом в здание выглядел крайне неопрятным, будто там давно никто не убирался: грязь, высохшие листья, сугробы. – Здесь открыто, – констатировал факт Якета и прошёл внутрь поместья. – Рэйден, – я удручающе вздохнула и поплелась вслед за ним, – я не ощущаю температуры людей в этом здании, кроме нашей. – Да, мы здесь одни. Разве такое возможно? Однако пыль на мебели намекала, что здесь уже давно никто не жил. Решив осмотреться, я начала оценивать первый этаж. Удалось найти кухню, туалет и зал. Странно, что жильцы поместья покинули свой дом. Мы определённо чего-то не знали. Найдя лестницу наверх, я поднялась на второй этаж в поисках шамана. – Ака жила здесь, – находясь в одной из комнат, пояснил холодно брат и протянул мне рамку с фото, что ранее валялась на полу. – Такой бардак... – мрачно сетовала я и прошла внутрь, перешагивая стекло и обходя перевёрнутую тумбочку. На фото стояло два человека – Ака и некто внешне похожий на неё, это определённо кто-то из родных: чёрные длинные волосы, завязанные в высокий хвост, и серые глаза. – Крови почти не видно, но она впиталась в пол, – делал выводы Якета, указывая на едва заметное тёмное пятно. – Здесь была драка. Мебель перевёрнута и в других комнатах. – Хочешь сказать... На них кто-то напал? – Как видишь. И очень давно. – И тел нет. Но зачем кому-то понадобились Кофу? – насупила я в недоумении брови. – Какой смысл от убийства почти никому неизвестного клана? Где выгода? Рэйден ничего не ответил на это, лишь промолчал и вышел. Прежде чем атмосфера сгустилась, я решила осмотреть всё сама. Кровь была не в каждой комнате, ещё пятна можно было найти в коридоре. Я с некоторым разочарованием осматривала фотографии и чужие вещи. Даже не верилось, что мы родственники. – От кого бежала Ака? – тихо озвучила свои мысли. Начиная с конца декабря по февраль, я точно была сама не своя. А действительно ли мне настолько нужна правда? Легче было бы забыть обо всём и сделать вид, что ничего не знаю. Покинув дом, я села на ступень и поставила рядом с собой сосуд с прахом. В течение двух часов Якета не мог успокоиться. Он всё что-то искал, осматривал здание, сад, точно в поисках зацепок. Однако всё было тщетно, смысла искать нет. Осталось только ждать, пока Рэйден смирится, и мы пойдём домой. Будучи сонной, я не сразу обратила внимание на то, как его фигура, быстрая и нечеткая, прошла мимо, выходя из дома, и забрала сосуд рядом со мной. Сонливость как рукой сняло, и я резко поднялась. – Какого чёрта ты творишь? Я не узнавала Якету в тот момент, эмоции словно бурлили в нём, хотя он продолжал держать лицо. – Разве тебе не всё равно? – рассыпал содержимое под деревом в саду. – Да что с тобой? – поспешила отобрать я урну для праха, однако уже было поздно. – Мне не было всё равно. – Бессмысленно носиться который день с ней. – Но явно не рассыпать просто так во дворе, я бы нашла место. Рэйден выглядел понурым и усталым, словно вправду надеялся найти родственников, приезжая сюда. Честно говоря, по сравнению с ним, я толком не удивилась увиденному в поместье. – Неужели ты серьёзно? – поставила я сосуд на землю. – Мне казалось, ты давно смирился, что среди магов мы остались единственные в клане. Якета остановился, хмуро осматривая землю под ногами, пока, подходя ближе, я старалась его успокоить: – Даже если Кофу остались живы, до нас им какое дело? – сложила руки на груди. – Предлагаешь просто взять и бросить всё? – Сейчас мы вряд ли найдём ответы. Однако после этих слов на него стало смотреть ещё больнее. И я нервно усмехнулась от такой реакцией Рэйдена и развела руками в стороны. – На что ты рассчитывал? Я нахожусь в клане Якета сотни лет, здесь никто долго не живёт, прими это. – А ты не знаешь, почему это происходит именно с нами? Может, всё это время проблема крылась в тебе? – Что? – неожиданно нахмурилась я. – О чём ты думала, когда создавала этот клан? Почему не возникла мысль, что люди в нём будут мучаться? – Я знала, на что иду. – Не-ет, – улыбчиво протянул он, – в тот момент ты думала только о себе и как бы тебе переродиться в тело получше. – Не говори так, Рэйден. – Лучше скажу тебе правду сразу, раз уж мы откровенны друг с другом: ты не убьёшь Двуликого, не надейся. Не ты, не кто-либо другой, кроме сильнейших. Ты умрёшь, – просто выдал тот и пожал плечами, мол, бывает, – и все твои многовековые планы рухнут. Его слова были словно удар под дых. Он всегда был спокоен рядом со мной, может, и говорил колкости, но никогда не пытался ранить так. Сейчас двоюродный брат был честен со мной, говорил то, о чём долго молчал. И вдруг до меня неожиданно дошло. – Я и понятия не имела, что ты настолько обижен на меня, – сдержано ответила я. – Хорошо. Я тоже скажу: твои родители бросили тебя не из-за клана, когда уходили, а потому что ты был им не нужен. Им ничего не мешало взять тебя с собой, но они не взяли. И именно после этих слов его глаза округлились, а губы сжались. Энергия Якеты заколебалась и через секунды кончик моих волос срезало лезвие. Он предпочитал носить с собой настоящее оружие, а не использовать технику, и сейчас остриё катаны с белоснежной оплёткой и серебренной гардой опасно коснулось моей шеи, оставляя лёгкий порез. Однако я не шелохнулась, с болью посмотрев на него. – Ты был нежеланным ребёнком. Ясуо и Миэ никогда не любили тебя, Рэй. Пора отпустить их. Он не верил в мои слова, не хотел верить. Брат медленно покачал головой, будто бы отрицая всё. Наверное, горько было слушать о таком от сестры и тем более спустя столько лет. Но меня поразил факт, что это могло до сих пор настолько задевать Якету. – Я не ненавижу тебя, Рэй, но ты можешь попытаться убить меня, если это хоть как-то поможет тебе. Я увидела в нём мальчишку лет восьми, как тогда под сильным дождём, но держащим не катану в руках, а большой прозрачный зонтик. Тёмные кучевые облака в небе гнал сильный ветер. Когда Рэйден отпустил оружие, я большим пальцем стёрла каплю крови с шеи. Он, смотря на меня сверху вниз, выпрямил спину и снова принял равнодушное выражение лица. Я подумала, тот что-то ещё скажет, однако брат молча покинул территорию поместья. А когда я вернулась домой под вечер, в квартиру в Саппоро, его вещей уже не было, а на диване лишь было аккуратно сложено наше клановое белое хаори. Теперь я осталась последней из Якета.