Мне не грустно, мне больно

В жизни ребят ничего не менялось, все текло своим чередом. В эти выходные друзья, как обычно, отправились в бар, чтобы выпить. Дамиано был особенно раздражен, ему хотелось расслабиться, ведь на концерте он сильно устал. Его вывел из себя какой-то глупый организатор, который не мог выделить им гримерку в течение часа, из-за чего на сборы у них осталось всего несколько минут. К счастью, они все успели. Все заказали напитки, блондины и Давид скрылись в глубине заведения, желая повеселиться. Торкио же встал в углу, подальше от толпы. Ему не нравились такие места, но ради друзей он был готов на все. Изрядно выпив, вокалисту пришла в голову "гениальная" идея. Он решил позвать Торкио потанцевать. В конце концов, чего он стоит там один, как не свой?Эй, неженка, хватит торчать тут одному, пошли, хоть потанцуешь, - прокричал Дамиано, перекрывая громкую музыку.С чего это я неженка? Мне и здесь хорошо, спасибо за предложение, но я откажусь. Я не умею танцевать, - удивленно ответил барабанщик. Он не понимал, почему его назвали неженкой, да и какое дело Давиду, где он находится. Боже, какой же ты зануда. Ну пошли, а? - закатив глаза, сказал Дамиано. Ему очень хотелось посмотреть на танцующего Итана, эта мысль его заводила.Я уже сказал, что не хочу. Спасибо, но нет, - медленно и спокойно повторил Торкио. Ему не хотелось быть в толпе незнакомых людей. Господи, да чего я тебя упрашиваю? Честное слово, достал. Никакого веселья с тобой, только все портишь, - злобно выпалил Дамиано. Алкоголь явно не шел ему на пользу, делая его более раздражительным. Давид ушел, оставив Торкио наедине со своими мыслями. Ему правда не хотелось снова закрываться от всех и месяцами восстанавливать душевное равновесие. Он старался игнорировать слова Дамиано, но не мог. Торкио чувствовал усталость и решил пойти домой, предупредив об этом ребят. Вик, я ухожу. У меня разболелась голова, не могу здесь оставаться. Веселитесь, а я пойду спать, - сказал он, натянуто улыбаясь, чтобы скрыть боль. Эй, ладно. Если что, пиши или звони, хорошо? - обеспокоенно крикнула Виктория.Барабанщик кивнул и направился к выходу. Через 15 минут он уже лежал в кровати в своей комнате. Ему безумно хотелось спать, плакать, есть, пить - все и сразу. Он перебрал все свои желания, кроме рыданий. На это у него не было сил. Итан закрыл глаза и сразу провалился в сон. В этот раз он решил не ждать рассвета. Ребята, не предупредив спящего, решили устроить вечернюю репетицию. Торкио, к удивлению, проспал до самого вечера, хотя обычно просыпался раньше всех.Эй, ты решил не идти или как? - постучавшись, спросил Давид. Он уже 5 минут стучал, но ему не открывали.Алло, может, мне кто-нибудь ответит, ебанная Спящая красавица, - догадываясь, что Итан просто спит, сказал Давид.Опоздавший все же встал, не надевая майку, подошел к двери и открыл ее.Чего тебе? - сонным голосом спросил он.Ну ахуеть, чего мне, мне ничего. Ты на репетицию идешь или как? - раздраженно сказал Дамиано. Что? Вы мне ничего не говорили. Ну если уже начали, то пошли, - с разочарованием ответил Торкио. Какого хуя?! Уже 10 раз отыгрываем одно и то же. Вечный проеб тут. Играть не умеешь или что? Напомнить, что я говорил тебе вчера? - злобно произнес вокалист. Они уже 10 раз играли одну и ту же песню, и каждый раз делали ошибку в одном и том же месте. Причем ошибался не только Торкио, но и гитаристка, но Дамиано не обращал на нее внимания. Всю свою злость он выплескивал на любимца.Слова Дамиано пронзили барабанщика, как ножом. Это было так неожиданно и больно, словно он упал с горы и вместо камней его пронзила торчащая из них арматура. К его удивлению, он не проронил ни слезинки. Более того, его лицо осталось бесстрастным, он просто сидел за барабанами и молчал. Эй, я тоже ошибаюсь, это сложная партия, мы тут для этого и собрались. Давайте попробуем исключить эту ошибку, - защищая друга, сказала Виктория. Она не понимала, почему Давид злится только на Торкио, ведь она тоже допускала ошибки. Томас молча смотрел на Дамиано, он чувствовал усталость, но тоже хотел заступиться за друга. Через несколько минут молчания из его уст последовало тихое, но твердое "да" - он согласился с подругой. Он не понимал Дамиано, который вел себя неправильно. Торкио не заслуживал такого отношения, он был добрым, заботливым, искренним и милым. Томас всегда восхищался им. -Да пошли вы! Еще друзья называются. Эта неженка нихера не может сыграть, да вы и рады этому. Все, достали, я пошел отсюда! - хлопнув дверью, почти крича, произнес Давид. Он считал, что блондины должны были согласиться с ним, ведь Торкио действительно плохо отыгрывал эту часть. В голове у Итана был полный хаос, он смертельно устал. Он устал понимать, думать, чувствовать, существовать. Ему хотелось все бросить и уйти, что он и сделал. Огорченно бросив палочки, он встал и вышел, но не в комнату. Торкио решил пойти в магазин, чтобы развеяться и успокоиться. Вик и Томас решили пойти в гостиную и выпить, они тоже устали. Особенно от Давида, который слишком напрягал всех. В последнее время он был каким-то не таким, вроде веселился с ними, а потом вдруг злился как черт. Ребятам это не нравилось. Итан бродил по магазину, пытаясь найти что-нибудь. Набрав пару пачек чипсов, колы и еще чего-то, Торкио пошел на кассу. После оплаты он решил не идти сразу домой. Все же, ему не хотелось, он решил прогуляться по парку. Да, с тяжелым пакетом в руках, это его не остановило. После прогулки, занявшей час времени и чуть не перерезавшей пальцы от ручек пакета, Торкио вернулся домой. -Ты чего так долго? Мы уж думали ты не придешь, - крикнула Виктория из гостиной. -Я решил прогуляться, - сказал барабанщик, заходя к блондинам. Он положил пакет на пол, зная, что Вик побежит смотреть, что там, и разберет его. Поэтому он ушел в комнату, ему хотелось спать. В последнее время ему только и хотелось спать. После наступления ночи Торкио решил отрепетировать эту ебанную песню, из-за которой все поругались. Он оделся, вышел из дома и через пару минут был в помещении. Несмотря на желание спать, у него начало получаться. "Наконец-то", подумал он. Он хотел пойти в комнату, но ребята уже были там. Оказалось, репетирующий был там всю ночь. Руки болели безумно, а усталость зашкаливала. -Господи, Итан, ты тут всю ночь был что ли? Совсем? А спать не думал? Мы уже потеряли тебя, - быстро подойдя и обнимая, сказала басистка. Она волновалась за него, он был странным в последнее время, ей не нравились его синяки под глазами. -Я думаю, тебе можно уже не репетировать, - с неким смешком сказал Томас. Ребята все же отыграли, но не так долго, как планировали. -Не зря я вчера наорал на тебя, - с ухмылкой сказал Давид. Ему казалось, что те слова были ободряющими, а не ломающими. Барабанщик, благодаря игре, забыл о тех словах, но не надолго. В голове Итана роились мысли, но не благодарности, а скорее ненависти. Весь оставшийся день он провел взаперти в своей комнате, не желая выходить наружу, где чувствовал себя некомфортно из-за присутствия Дамиано. Появление этого человека принесло Итану нестерпимую боль, от которой ничто не помогало. Наблюдая за звездами, Итана осенила страшная мысль: "Без меня все будет так же, как и со мной". После этого он решил лечь спать, пытаясь избавиться от этих мучительных мыслей и неприятного дня.