Мышка попалась в мою мышеловку.

4 июля 1998 год. * * * Теплый летний вечер встретил меня своими распростертыми и нежными объятиями. На улице не сильно, буквально еле-еле грело солнце, пахло желанной свежестью и бодростью, если у неё вообще есть запах. Ветерок играл со страницами захватывающего романа, который уже был на половину прочитан, но всё ещё захватывал, заставляя бегать глазами по строкам, ожидая дальнейшего развития события. Я облизывала сухие губы от нетерпения, уже подходя к тому моменту, как главный герой решается признаться в чувствах и поцеловать любимую им женщину, чья судьба была не менее тяжелой. Буквально пару абзацев, пару страниц. — Уже? Вот те на! — шатенка, что так же сидела на деревянной поверхности скамейки читала уже этот эпичный и развязачный момент, пока я была вообще на другой страничке, не зная, что же там такое. И как Фаина вообще так быстро читает в своем то возрасте? Поразительная скорость, которой я очень завидую, мечтая когда-нибудь читать так же. — Да погоди ты! Я ещё не прочитала! — Да что прочитаешь, что не прочитаешь — одна и та же нудятина! Мне одной зануды — мышки хватало, а тут ещё одна такая же, только намного борзее. — сзади послышался уже приевшийся в мой память голос, всё такой же грубый, прокуренный. В нос резко ударил небольшой сигаретный душок, от которого мы с Фаиной неприятно сморщились, захлопывая интересную книжку. — Привет девчонки, на! — ещё один знакомый нам всем голос. Прошёл целый месяц с того знаменательного дня, что запомнился мне на долгое при долгое время. Мы оба чувствовали это напряжение, оба разделали эту неутолимую печаль, разделяли мою жуткую обиду, собравшуюся за всё время нашего общения, и продолжали ощущать каждую слезу на щеках друг друга, мысленно вытирая, понимая все эмоции и проблемы. Тогда ты две с лишнем недели гонялся за мной, просил прощения и выводил меня на разговоры у этой самой скамейки, где с тобой так легко и просто обсуждались любые темы, начиная нашими проблемами и заканчивая мультиками, которые крутили на выходных в стареньких коробках. Ты смотрел на меня тепло, нежно, будто бы боялся спугнуть, боялся оттолкнуть, нагоняя на меня новую волну боли и обиды, а я смотрела в твои глаза, пытаясь запечатлеть каждый момент проведенный только с тобой и ни с кем больше. Между нами не было каких-то недопониманий или сильных конфликтов, ты просто спокойно говорил со мной, внимательно слушал меня, пытался понять, медленно укладывая свою мозолистую ладонь на плечо, выражая свою пускай и не самую лучшую, но искреннюю поддержку. Я наконец-то отпустила все обиды и могу спокойно вздохнуть полной грудью, искренне улыбаясь Пятифанову, что так же одаривал меня искренней улыбкой, произнося уже ласковое для моего слуха «мышка». — Ой, привет, Бяш! — Растова как-то оживилась, поворачиваясь в сторону своего приятеля, который под её взглядом демонстративно сел рядом с ней, как-то неуверенно обнимая её одной рукой за плечи. За этот месяц и в отношениях этой пары что-то значительно изменилось. Зря время не теряли, поэтому пока я мирно беседовала с Ромой — эти двое все куда-то уходили вместе, держа друг друга за руки, как вылитая пара голубков из тех самых романов! Все улыбались, спокойно и раскрепощенно общались друг с другом, делясь тайнами, проблемами и историями. В подробности меня никто не хотел вдавать, но лишь по одному лицу шатенки я уверенно могу сказать — каждая прогулка проходила просто замечательно. С каждым днем она становилась всё счастливее и счастливее, возвращалась довольная, окрылённая, мечтательно вздыхала и всё рассказывала о том, какой же Игорь милый и хороший. Точно втрескалась. — Ты как после вчерашнего, на? Ноги не болят? — бурят хмыкнул, лишь крепче притягивая девушку, которая была и не против. Они уже ничего не скрывали, лишь слегка стеснялись перед нами, ярко краснея… Всё ещё стыдились так делать на людях, но как говорила Фаина — они с этим пытаются бороться. — Да нет, меня-то особо не задело, а вот как ты? — Да пучком всё! Я даже не знала о чем они сейчас говорят и что вчера происходило у этих двоих, ведь я просто сидела у себя дома рисуя красивые летние пейзажи и природные явления. Гуляли видимо, а я даже не спросила у Растовой в начале о том, как она провела предыдущий день. — Вот голубки! Хоть бы нас с мышкой постыдились. — я сразу ощутила, как рядом со мной небрежно приземлился Пятифанов, широко раздвинув свои ноги. Вон наглец, мне от его незамысловатой позы пришлось коленки друг к другу прижать! Я недовольно на него покосилась, явно намекая на то, чтобы он немного сдвинул свои колени, освобождая место, но тот лишь усмехнулся, не обращая внимание на мой зловещий и раздраженный взгляд. Как же хотелось треснуть ему за столь наглое поведение, но я лишь грубо толкнула того в бок, и воспользовавшись его смятением, сама раздвинула ноги в комфортной для меня ширине. Он слегка нахмурил брови, принимаясь таранить меня, параллельно раздвигая свои колени. Разве я могу теперь так просто сдаться? Начался целый поединок в котором я также толкала его в бок, руками пытаясь сомкнуть его ноги. Нас резко отвлёк голос подруги. — Что на этот раз не поделили? Воздух у скамейки? — и снова этот взгляд уставшего от наших выкидонов родителя. — Фай, он свои ноги так раздвигает, что мне потом сидеть и скручиваться! Мне неудобно вообще-то! — я недовольно взглянула на своего соперника, складывая руки на груди. — А сама-то? Раздвинула свою рогатку, что аж ноги некуда девать! — он не больно ткнул локтем в бок, так же хмуро глядя на меня. — Так ты первый… — меня снова перебила шатенка. — Ой все, идите ругайтесь в другой от нас вселенной, я уже устала каждый день по нескольку раз слушать это! — Ну я же тебе не говорю сюсюкаться с Игорем в другой вселенной, ничего весь день с Пятифановым терпим! — Хоть где-то я согласен с мышкой. — Ничего мы не сюсюкаемся! — Да прикусите вы все, на! Все злобно повернулись к Бяше, сверля его своим раздраженным взглядом. Фаина все ещё слегка краснела, видимо от моих слов, с которыми согласился Рома. Нет, не подумайте, я правда рада за свою подругу у которой все так хорошо складывается. Она счастлива, это главное, а слова сказанные мной — лишь подтверждают этот факт. Всё ещё смущаются и сильно стесняются, но уже открыто говорят о любви, пускай не нам, но хотя бы друг другу. Бурят слегка растерялся под гнетом трех пар испепеляющих лазеров. Слегка замялся, но после тут же перевел тему, пытаясь успокоить своих друзей, что сейчас напоминали бабулек с вокзала, которые попросту не могли поделить места в автобусе. — Мы с Ромычем зачем пришли-то, на. На речку хотели сгонять! Вот, думали вас позвать. Хотите? От этого маленького конфликта уровня детского сада ни осталось и следа. Рома лишь улыбнулся на слова своего товарища, вальяжно откидывая свою спину на спинку скамейки, что под гнетом его тела слегка скрипнула. Фаина задумчиво косилась на меня, как бы намекая на то, что мой ответ повлияет и на ответ подруги, мол: «одной с ними я не пойду, хочу провести время и с тобой» — Ну… Почему бы и нет? Не так жарко сегодня конечно, но покупаться можно. * * * — Да отвечаю, есть он! Там момент ещё такой был, на, когда пол расплавился! И рыцарь с киборгом на одном мотоцикле погнали, на! — Игорь снова завороженно рассказывал про сюжет ещё одного не существующего фильма, который он сам же и выдумал. Или это один и тот же? Не важно, ведь я его не слушала, а спокойно шла под руку с Растовой, что так же хмуро реагировала на бред Бяши, как и сам Рома. — Так ты же говорил, что рыцарь против киборга. — Пятифанов продолжал недовольно смотреть на спину своего товарища, что шел первее всех, держа в руках сумку, собранную мой и Фаиной для предстоящего веселья в теплой речной воде. — Да нет, на! Это уже другая часть, «Рыцарь и Киборг против всех!» Они же в той части воссоединились, на! — Бяш, ну что за бред сивой кобылы! Нет такого фильма, хоть убей. — ладно, в сказки бурята уже никто не верил, даже Растова, которая знает парня всего ничего. Сразу усекла, что больше половины историй и рассказов от этого человека — выдумки. — И ты не веришь, на?! — мальчишка без передних зубов слегка погрустнел, опуская голову. Наконец-то настала долгожданная тишина. Только звонкие и глухие звуки ломающихся под нами ветвей и шишек, на которые приходится наступать, чтобы пройти к тому самому месту, где мы с парнями играли в хоккей. И сколько же того момента утекло времени, сколько было пролито слез и какие мысли продолжали бессовестно проследовать меня тогда, когда в руках был Полароид, а на изображении счастливая команда Вольтрона. Антон, мне все ещё стыдно. Как мы вместе играли в снежки, ходили в страшные и жуткие места, готовили проект и как ты слушал меня, украдкой так загадочно улыбаясь, что мне казалось ты смотришь с точкой, даже если я рассказывала что-то смешное или несуразное. Продолжал смотреть на меня, тепло и нежно, как смотрят только на людей, которым доверяют на все сто процентов. Мы вместе учили уроки, рисовали друг друга и помогали с тем, что у нас не очень выходило. Ты не мог понять химию с биологией, а я математику и географию. Мы сидели за скамейкой, беззаботно смеясь с рисунков, что оставили нам предыдущие владельцы в учебниках. Но всё это быстро кануло, резко ушло из нашей с тобой жизни, как и понятие дружбы в наших с тобой отношениях. Надеюсь, сейчас у тебя всё хорошо. — Ну что, мы скоро дойдем или нет? — девушка была уже на исходе сил, плелась за мной, устало вздыхая. Кажется, долгие походы это явно не её конёк. — Да скоро уже! Вот не думал я, что такие хилячки могут быть такими наглыми. Вон, мышка выглядит как огурчик! — Рома же совсем не выглядел усталым или утомившимся, наоборот, был очень даже рад тому, что идет на речку, так ещё и со своими дорогими друзьями. — А почему именно мышка? — темноволосая слегка оживилась, подгоняя Бяшу, как бы невзначай взяв его за руку. Тот немного смутился, глупо улыбаясь, пока Пятифанов как-то дёрнулся и сморщился. Казалось бы ещё чуть-чуть и он крикнет на весь лес «Фэ», отворачиваясь от них, как маленький ребенок от романтической картины в телевизоре. — Ну, это всё вообще ещё в первом классе началось. У нас класс её так из-за Катьки начал называть. Она просто называла её так, когда ненароком пускала сплетни ну и это прозвище как-то прижилось к ней что-ли. Если раньше говорил, потому скучной её считал, то сейчас говорю по-дружески. — шатен в привычном жесте пожал своими плечами, продолжая двигаться в своем темпе. — Из вашего класса меня больше всего раздражает Смирнова, честное слово. — Как же? Я думал змеи любят держаться вместе, стадом. — снова его звериная усмешка и выступающие клыки. — Ладно, ты раздражаешь сильнее, беру свои слова обратно. — Растова довольно хмыкнула. — Взаимно. — на этом диалог, в котором я даже не участвовала подошёл к концу. Наконец-то перед нашими взорами встала та самая речка, уже не замерзшая, как была в начале февраля, а теплая, даже слегка прозрачная. Послышался еле уловимый шум воды, а это знакомое место теперь играло совсем другими красками. Если зимой тут были большие сугробы и сверкающие на льду сосны,то сейчас речка отображало, словно калейдоскоп летнего настроения и атмосферы. В ней отражались пушистые ветви хвойных деревьев, яркое и жаркое солнце, птицы, перелетающие это скромное и совсем нелюдное место. Странно, что это место никто не нашел кроме нас. Сейчас лето, определенно не мы одни купаемся в этой речке, но что-то подозрительно тихо. Ветерок играл с водой, растительностью и волосами прибывших на это место. Потрясающий вид, который хотелось та уже запечатлеть на память, и нас бы щелкнула бы. Тоже хочу оставить в памяти нас четверых. Никто ведь не знает, что произойдет с нами дальше, но я надеюсь, что в случае с Фаиной мне не придется выбирать между дружбой и любовью. Я просто не выдержу подобного во второй раз. — А где ваши вещи? — шатенка вопросительно взглянула на эту парочку, которая была совсем без сумок, не считая одной — нашей. А ведь действительно, я только сейчас заметила отсутствие их багажа. Они вопросительно переглянулись между собой, будто бы вообще не понимая, про какие вещи мы говорим. — А какие вещи надо, на? — Плавки на нас, а остальное-то нам зачем? — Ну как зачем? Полотенце, чтобы вытереться, плед, чтобы лечь, перекусить что-нибудь, водички попить взять. Вы с луны что-ли свалились? — я слегка не поняла их… И как они собираются вытираться? Ну хотя бы трусы сменные, плавки то мокрые будут! Ни одна я их не понимала. Они как-то странно переглянулись, с каким-то особенным прищуром глядя на меня. Только после следующих слов я поняла значение этого снисходительного взгляда. — Девчонки, на. Что с них взять? — И не говори. Я лишь закатила глаза, поворачиваясь к подруге, которая уже вовсю расположилась. На песке покоилось большое покрывало, на которое я присела, намереваясь немного полежать и по наслаждаться запахом свежей и душистой природы. Чуть поодаль лежали два полотенца и двухлитровая бутылка с обычной водой, а также сумка, в которой оставались лишь сменные вещи и бутерброды, которые приготовила Фаина для нас двоих, ведь у нас действительно была надежда на то, что эти двоя хоть что-нибудь додумаются взять. А зря. — Хорошо тут! Свежо и солнышко посильнее греет. — лишь по её лицу было понятно — Растова очень довольна и рада этому походу к воде. Она расслабленно легла на плед, прикрывая свои глаза. Видимо, тоже не собиралась плавать, как, в принципе, и я. Хотелось просто расслабиться, немного позагорать и поболтать о разной всячине, убивая время в этом месте. — Вы чё, плавать не будете, на? — Бяшка вопросительно смотрел на нас, как-то обидчиво вскидывая бровь. Рома тоже недовольно фыркнул, повторяю мимику товарища. Честно, хотелось бы поплавать в речке, поиграть с друзьями, но плавать я совершенно не умею, да и некому было учить. Как я и говорила — у мамы очень редко бывает время, которое она может провести с нами, ведь работает без отпуска, а в выходные берет дополнительную смену, лишь бы ни в чем нам не отказывать. Я и не наглела, прекрасно понимая, что маме трудно, не нужно наседать на неё и так небольшую зарплату. Да что там, мне было стыдно просить действительно нужные вещи, пускай я и знала, что по другому пока никак. — Я немного на солнышке хочу погреться, через минут пятнадцать присоединюсь. — отчеканила моя подруга, продолжая получать удовольствие от того, как игривые солнечные лучики касаются её лица, заставляя жмуриться даже закрытые глаза. Сейчас она выглядела по-особенному мило и забавно, от чего я невольно улыбнулась. — А я не умею плавать. — я как-то печально посмотрела на полупрозрачную водицу, молча прося её хоть как-то помочь мне держаться на воде без страха, который медленно растекался по телу, заставляя лишь решительнее стоять на варианте, просто полежать и понаблюдать за ребятами. — Не боись, сейчас научим. — Рома хитро и как-то опасно улыбнулся, показывая свои острые клыки. Мне же наоборот стало как-то не по себе от его оскала, который ещё никогда не сулил ничего хорошего. Это выражение лица буквально кричало: «Беги подальше, Лера! Убегай отсюда, пока снова не подписала себя на какую-то отвратительную авантюру!» А с другой стороны жутко хотелось поплавать и порезвиться с ними, пока мы ещё дети. Просто подурачиться и побеситься со своими друзьями, наблюдая за уж больно довольным Пятифаном, слегка ворчливой Фаиной и задорным Игорем. Они сделали мои летние каникулы. — Слушай, а ты уверен, что это так просто? Просто… — меня перебили и, кажется, полностью прочли и просекли причину такого недоверия. — Я, кажись, понял. Ты просто ссыкуешь, да? Веришь в байки про Кракена? — глупые слова Пятифанова сопровождались не менее глупой улыбкой, что успела стать для меня такой родной… Казалось, если бы Пятифанов целую прогулку не язвил и не подкалывал никого из компании — прогулку смело можно считать неудачной, ведь мы, кажется, где-то потеряли настоящего Рому. Почувствовал мой страх, но причину ему выбрал максимально дебильную! — Да не боюсь я! — этот восклик был довольно звонкий и громкий, от чего Растова приоткрыла глаза, глядя на всю забавность картины. Наглая ложь. — Это все херня, на! У нас в речке Кракены не водятся, отвечаю! А вот когда мы с мамкой были на озере за селом, я там лично его видел… Хотите расскажу? — все дружно, почти одновременно ответили твёрдое и уверенное «нет», после которого бурят недовольно нахохлился, складывая руки на груди. — Ну и пожалуйста, на! Фаина лишь закатила свои глаза, медленно принимая сидячее положение, попутно вглядываясь в моё лицо. Скорее всего, выглядела я немного растеряно. — Ладно тебе, Лер. Это хорошая возможность научиться плавать! А если действительно страшно — я с тобой могу пойти, а то тебя этим балбесам явно доверить нельзя. Утонешь не дай Бог. — шатен недовольно закатил глаза, цокая, — По цокай мне ещё! — Бяш, как ты вообще с такой возишься, она же просто… — Мне нравится, на! А при мне не смей ничего говорить. — да ну! Кажется, даже Рома такого не ожидал, от чего уставился слегка удивленно. Игорь, который довольно редко вставал поперек слов темноволосого сейчас раздраженно смотрел на того, давая понять, что обижать Растову он не даст. К удивлению, Пятифан лишь одобрительно улыбнулся, похлопав своего товарища по плечу, мол, молодец, ты сделал правильно, раз защитил её. Я медленно повернулась в сторону Фаины, которая скромно, как-то смущенно улыбнулась, вставая с пледа. Она аккуратно отряхнула одежду, продолжая свою речь, которую нагло перебили парни. — Ну так пошлите? Второй раз повторять не надо. Я стала свидетелем самого быстрого раздевания за всю историю. Мужские шорты, майки тут же слетели с тел мальчишек, оставляя их в одних плавках. Бурят сразу же помчался по каменистой поверхности, погружаясь по самую грудь, чтобы после просто взять и занырнуть в более значительную глубину, плавая под водой. Ого! Это было довольно впечатляюще, тем более то, как долго он находиться внизу, совершенно не выныривая. Вслед за Игорем прошла и Растова, которая стянула с себя юбку и майку, уже медленно и постепенно пробуя войти в воду. Она была одета в красивый, довольно приятный купальник. Длинная полоска желтой ткани прикрывала грудину, само изделие украшался красивым принтом ярких и светлых подсолнухов, которые раскрепощено тянулись к солнцу. На бедрах красовалась коротенькая юбка такого же цвета, что значило лишь одно — все это был один комплект. Она волнами спадала на бедра, красиво обрамляя худое, почти тощее тело подруги. Такая изящная, подобно главной героини какого-нибудь трагичного романа. — Ну чё? Тоже идём? — а вот Пятифан стоял рядом со мной, протягивая мне руку. Он серьёзно готов вот так просто тратить время на мое обучение, пока остальные будут просто плавать и хорошо проводить время? — Слушай, Ром, если ты не… — Бойченко, не зли меня. Идём уже. — как непривычно слышать от этого человека свою фамилию… Он взял меня за руку, слегка дернув, как бы приказывая мне идти за ним. Я спокойно шагала за ним, нервно сжимая его грубоватую руку, которая дарила особенное тепло и романтический трепет, как очень происходят в любовных историях. Такие прикосновения кажутся чем-то действительно важным и значимым. Но такими они казались только мне. Я скинула с себя шорты и футболку, разглядывая свой купальник, который у нас с Лизой был один на двоих. Светло-голубенький слитный купальник с небольшими складками на бедрах. Выглядит просто, но удобно и аккуратно, без особой вычурности. — С каких пор мы на фамилии перешли, Пятифанов? — я улыбнулась с неким прищуром, шагая по теплому, почти горячему песку, разглядывая загоревшую спину мальчишки. — Ну а чё? Мышка тебе больше по душе? — Рома довольно хмыкнул, и даже не видя его выражения лица, я могу сказать — он лукаво улыбался. — Да ни за что! — на это он лишь хрипло усмехнулся, явно не откашлявшись от дозы никотина, но даже так от его приятного, слегка грубоватого голоса по телу проходили мурашки. Мои ноги аккуратно стали погружаться в прохладную, слегка тепловатую жидкость. Я неуверенно ступала босыми ногами по мелким камням, которые неприятно впивались в мою кожу, заставляя неприятно морщится. Я совсем не брезгала плавать в речке, но то, на что я могла напороться ступнями меня слегка пугало, заставляя идти аккуратно, медленно. А шатен не торопил меня, давал время привыкнуть к воде, сам щупая дно реки. Я уже находилась по грудь в воде, от чего Ромка наконец-то остановился, опуская мою руку. — Ну как? Готова? — знала бы к чему готовиться… — Слушай, а как ты научился плавать? — нужно оттянуть момент самого страшного и пугающего меня всю жизнь. — Вообще, меня старшеклассники научили. Просто кинули в глубину, сказав, что захочу жить — сам научусь и выплыву. И ты прикинь, реально выплыл! С того дня стал учиться сам, а то как-то не в кайф постоянно водой давиться. — он сказал это настолько спокойно, будто бы в этом не было ничего плохого или жесткого. Он лишь непринужденно пожал плечами, в то время как я буквально вцепилась в его руку, не желая теперь вообще находиться с ним рядом… Сейчас схватит и выкинет так же вглубь, заставляя меня погружаться на самое дно реки, бороться за жизнь, захлебываясь, собирая в легкие воду. Внутри разжёгся более существенный страх. Я ведь так и знала, что надо было бежать! Убегать, нестись на всех парах отсюда, только бы не испробовать этот метод учения. Мальчишка сразу заметил во мне эмоциональные изменения, от чего по-доброму усмехнулся. — Не ссы, тебя кидать не собирался, пока. — теперь я смогла различить саркастичный и шутливый тон в голосе Пятифанова, что означало лишь одно — просто шутит, ничего подобного у него и в мыслях не было делать. — Дурак совсем? — в его плечо влетел слабый удар кулаком, от чего он лишь ярко и звонко засмеялся, поворачиваясь лицом ко мне. Сейчас, прямо рядом с ним, я ощущала себя так свободно и легко. Снова беззаботность, озорство и чистая от мыслей голова, не загруженная проблемами или переживаниями. Мы были здесь и сейчас, тепло смотрели друг на друга, улавливая каждое чувство, хранящееся внутри наших глазниц. В моих было только одно слово — любовь, в то время как серо-голубые озерца отражали невинную радость и счастье. Казалось, у нас обоих больше не было проблем. Капли воды полетели мне в лицо, заставляя меня отпрянуть, прикрыть веками глазные яблоки, лишь бы капельки жидкости не посмели забраться туда. Уши уловили звонкий смех Пятифанова, который поплыл от меня в противоположную сторону. Решил поиграть значит? Тогда берегись! Я тут же побежала по песку, пытаясь нагнать мальчишку, который уж слишком быстро плыл, от чего я никак не могла достать до него. Вот же прыткий гад! Я остановилась, хотела отдышаться, ведь в воде бегать было вдвойне тяжелее. Юноша, кажется, услышав отсутствие звуков воды позади себя, повернулся назад, но уже через пару секунд врезался в спину Фаины. Я думала, что сейчас начнется злобная тирада и ворчания от Растовой, но та хитро ухмыльнулась, брызгая в Пятифанова водой. Тот тут же зажмурился, давая фору шатенке, что тут же побежала в мою сторону, скрываясь из виду Ромы. Тот недовольно повернулся в ту сторону, где стояла девушка, но заметил только Игоря, который именно в это удачное время вынырнул из воды. — Ты чё, афигел совсем? — темноволосый злобно брызнул водой в своего друга, от чего тут негодующе заворчал, делая то же самое. — А я-то чё?! Это Фая всё, на! Их взгляды, направленные на нас и их игривые, совсем нехорошие улыбки значили лишь одно — это война. Мальчики против девочек. * * * — Ты вообще свое лицо видел? Вот прикол, жалко мы не сфоткали! Из уст вырывались звонкие и заразительные смешки, вся компания буквально смеялась с последних событий, произошедших на этом месте. Мы уже спокойно сидели вчетвером на одном пледе, выстраиваясь кругом. Мы с подругой завернулись в полотенца, а парни просто грелись на солнышке, снова разговаривая о всякой ерунде, с которой так легко и просто смеяться. Снова это чувство спокойствие и беззаботности, граничащая с абсолютным комфортом. Я не стеснялась и не чувствовала себя скованно, ведь рядом сидящие люди были мне уже родными и близкими, терять которых не хотелось ни под какими условиями. Я чувствовала, что все это взаимно. Я видела это. — Ой, а сама-то! Такое лицо перепуганное, будто монстра увидела. — Пятифанов снова улыбнулся своей фирменной улыбкой, а мой кулак снова не больно встретился с его плечом. — Ой-ой-ой, как же больно! — он по актерски приложил тыльную сторону ладони ко лбу, строя грустную гримасу. Все тут же захихикали, а Игорь добавил: — У меня сотрясение мозга! Мы с Ромой тут же залились громким смехом, вспоминая то, как же ужасно Бяша играл в том концерте маньяка, строя раненого в бою. Он повторил действия за Пятифановым, так же трагично задирая голову. Растова, пускай и не понимала самого прикола, тоже заразилась нашим смехом, наблюдая за кривляниями бурята. Не думала, что мне когда-нибудь будет так хорошо и весело. — А прикиньте, если бы мышка играла маньяка. — Рома покосился на меня, все ещё ярко и искренне улыбался. Я? Разве я подхожу на эту роль? Я слегка удивилась такому странному заявлению, на всякий случай переспрашивая: — Я? — Ну я чё? Как по телику показывали: маньяки вообще всегда тихие скромные люди. Вот прям как ты! Да и фиг знает, что у вас — у девочек на уме. Мне мамка говорила, что девчачья месть страшнее любой другой. Вот Бабурин и получил за сломанный нос! — шатен сложил руки на груди, хитро улыбаясь, пока Игорь прыскал в кулак, добавляя: — Это вы с Леркой под предлогом вдвоем от меня в потемки свинтили, жирного нагнали и кокнули, на! — Бяша загоготал, а Пятифанов усмехнулся на слова друга, все продолжая смотреть на меня, в то время как я недовольно закатила глаза на все эти глупые выдумки. Вот фантазёры! Придумают ещё похлеще Смирновой, если действительно захотят. — Да в такое даже ребенок маленький не поверит! А мы про Полинку говорим. — Вот те на! Полина? Морозова что-ли? — Растова удивленно глядела то на меня, то на парней, видимо, услышав знакомое для себя имя. — Ну да, а ты почем её знаешь? — Рома с каким-то хмурым прищуром взглянул на неё, ожидая ответ. Он больше не злился при упоминании этой персоны, не грустил, а лишь немного морщился, вспоминая то, как долго пытался добиться чужого внимания, в котором та никогда и не нуждалась. Просто променяла его на другого, оставляя хулигана позади. И почему он раньше не замечал этого, виня только Петрова? — Дык я же говорила, что в музыкалку хожу. Вот мы с ней и видимся там часто, общаемся. Можно сказать, что школьные подружки. — она неоднозначно пожала плечами, сама не понимая, в какую именно группу приписать общения между ней и Полиной. Точно! Я совсем забыла о том, что подруга ходит на кружок по гитаре, от чего часто задерживалась после уроков, проводя время с гитарой в руках. Она никогда мне не играла на ней, интересно было бы послушать хоть разок, как звук от струн и её пальцев разноситься по комнате, играя знакомую мелодию, название которой никто не помнит, но слышал на уроке музыки. Мне всегда нравилась игра на гитарном инструменте, поэтому мой интерес горел так же сильно, как и интерес к тому, чем же всё-таки занимаются эти двое на прогулках и куда они вообще ходят. У Растовой столько секретов от меня. — Ты думаешь я тебя слушаю? — Рома деловито закатил глаза, с явным намеком на то, что ему вообще всё равно чем и кто занимается, тем более если речь идет о темноволосой подружке. И снова эти двое сцепились, подобно кошке и собаке. * * * Мы с Пятифаном медленно шли по каменной тропе, направляясь прямо к моему дому. Между нами стояла гробовая тишина, и лишь ветви иногда давали о себе знать, тихо шурша под гнетом ветерка, будто пытаясь что-то прошептать нам в уши, о чём-то сказать, что-то объяснить и дать понять кое-что важное. Но что? Ветерок слегка стих, заставляя листья на ветвях замолчать, как по команде. И снова только мы вдвоём. — Вот вас девчонок фиг поймёшь! — от неожиданного заявления я лишь удивленно взглянула на Рому, вырвавшегося проводить меня. Он серьёзно думает об этом? Ему делать что-ли нечего? — Ну а ты не думай лишний раз. Иногда нам и самим тяжело понять себя и свои чувства… Но парней я ещё больше не понимаю! — изредка в траве игриво журчали светлячки, придавая ещё пущей атмосферы вечернему селу, что медленно погружался во мрак, так как солнце недавно ушло за горизонт. — А чё в нас непонятного? — голубоглазый поднял свой удивленный взгляд на меня, поднимая темные и густые брови к верху. Непонятно, чем же ты так цепляешь, заставляя меня влюбиться в такого дурака. — Не понятно, что вы думаете о нас. Ну, о девчонках. — Ты хочешь знать, что я о тебе думаю? — Пятифанов в привычном жесте сложил свои руки в карманы шорт, глядя вперед, где уже высвечивалась крыша моего потрепанного временем дома. А я не знала что ответить, от чего смотрела на землю и свои ноги, обутые в летние сандали. Ответа не было нигде: ни в фиолетовом от заката небе, ни в пышных листьях на ветвях, ни в старых домах, ни в земле, ни в моей голове. Был лишь шум, будто от пережитого многое телевизора и журчание сверчков, что напевали песни на своем языке. А что ты думаешь обо мне? Что ты можешь думать об обычной подруге? — Не думаю, не хочу слушать гадости в свою сторону. — И чё вот такого обо мне мнения? Обижаешь! — он недовольно сместил брови к переносице, косясь в мою сторону. — Да вас же не понять, говорила уже. Вы вообще не умеете общаться с девочками. — Я чё сразу не умеем-то? — Вы бы видели, как настоящие парни с девушками общаются, как ухаживают! Вот почитал бы ты хоть один роман — ты бы понял, в чем разница… — Пф-ф-ф, тоже мне, с книжкой сравнивать! Что вообще в этом интересного? Ладно там детектив или боевик, но ведь романы это вообще фигня! И неужели девочки на такое ведутся? — он плюнул себе под ноги, продолжая лениво шаркать по дороге. Такой человек, как он не поймёт и уж тем более не оценит произведение о любви, посчитав всё это соплями для одиноких женщин. А зря. Мы медленно подошли к знакомому очертанию моего дома, рядом с которым стояла всё та же старая, пережившая столько моих с Ромой посиделок скамейка. А на ней расположилась картонная книга. Видимо, оставила её тут, ведь совсем позабыла о существовании этого романа, пока размышляла о походе на речку. Сейчас есть прекрасный шанс посидеть и дочитать интересный момент, но сначала всё-таки стоит ответить парню и попрощаться с ним. — Меня успокаивает чтение романов, да и они бывают интересные! Не суди книгу по её жанру, на самом деле там из романа мало чего. Там сюжету больше времени уделено. Ну, ведутся конечно… Многие любят романтику. — я аккуратно присела на деревянную поверхность, переводя взгляд на силуэт, стоящий надо мной. Пятифанов все так же скучающе стоял рядом со мной, всё как-то нервно теребя то одежду, то землю под ногами. Странный как-то под вечер, будто что-то тревожит и беспокоит его, заставляя вести себя не как обычно. — Ром? Всё хорошо? — Да-да. Сижки просто закончились, вот и немного потряхивает. — он даже не собирался уходить, спокойно сел со мной рядом, расслабленно ложась на спинку скамьи. Я закатила глаза. Сегодняшний день был одним из лучших на мою память, включая эту спокойную и непринужденную прогулку с шатеном, который легко говорил со мной на любую тему, начиная с чего-то, как выражается Рома, занудского и заканчивая обсуждением наших же товарищей, что снова сбежали от нас вдвоём, но даже так вокруг нас летала комфортная обоим атмосфера. Я стала понимать, о чем же всегда думает Рома. Стала чувствовать его ещё лучше, осознавать и принимать факт того, что он снова думает о ней. Полина Морозова. Ром, почему ты снова думаешь о ней? Снова задаешь эти наводящие вопросы, снова нервно мнешь одежду и смотришь вниз. Зачем? Ты ведь забыл о ней, даже не смотришь в её сторону, так зачем сейчас думать? Что тебя мучает? — Ну так почитай давай роман свой. Ток чтобы я слышал, чё вас там так привлекает. — моё плечо опалило резкое тепло чужой щеки. Голубоглазый нагло лег мне на плечо, устало прикрывая свои глаза. А как не устанешь после настолько длительного плавания? Я замерла, боялась двинуться с места. Такой незначимый для мальчика жест отдался небольшим шевелением в области живота, где просыпались сонные бабочки, что стали быстро разноситься внутри меня, призывая жар к моим щекам. Я опешила, постаралась не обращать на это внимание, пока тепло и трепет медленно прошли по телу, заставив меня окончательно напрячься, словно струну на музыкальном инструменте. С другого конца скамейки взяла книгу, слегка дрожащими руками листая тонкие странички в поисках нужной страницы. Надеюсь, я не покраснела как влюбленная дура. — С каких пор тебе вдруг интересно, м? — я слабо улыбнулась собеседнику, медленно перелистывая страницы, будто пытаясь отсрочить постыдное чтение романа. На это Пятифан лишь задумчиво хмыкнул, всё так же не открывая глаза. — Ну ты типа девочка, все дела. Лучше знаешь, чё вам там нужно от мальчиков. А я так, на будущее, если когда-нибудь ещё захочу подкатить к кому-нибудь. — Даже так? Тогда с тебя сотка за мое чтение. –Чё?! Это моя фраза! Это с тебя сотка, за то что украла её. –А говорил, что не ставишь девчонок на счетчик.