Болван

      Первый день больших каникул. Первый день июля — одного из самых знойных месяцев наряду с августом, а также двухмесячных каникул. Школьники по всему миру наверняка хорошенько отдыхают… А японские учатся, готовятся к экзаменам. Некоторые же из-за долгов родителей устраиваются на подработки и всё равно усердно учатся. Одним из таких учеников был Аояги Тойя.       Несмотря на то, что он был сыном музыканта, известного на всю Японию, он не мог назвать свою семью богатой, а обучение в престижной старшей школе стоит достаточно дорого. Из-за двух старших сыновей, которым Аояги Харумичи оплачивал обучение в Токийском университете, на оплату обучения Тойи пришлось взять кредит. Так младший сын семьи Аояги устроился в бар «Улитка». По договору первый день работы приходился на первое июля с девяти вечера до двух ночи.       И вот заветный день, вернее, заветный вечер первого июля. Тойя размялся за домашним пианино, прежде чем пойти за рабочее фортепиано. Да, Тойя устроился в бар не барменом, а пианистом. После небольшой разминочки парень ушёл на работу. Дорога была не очень долгой, так что он пришёл вовремя. Когда он зашёл, некоторая часть обслуживающего персонала уже была на месте.       — Это и есть наш новенький? — спросил парень в форме бармена.       — Похоже на то, — ответила девушка. Судя по наряду, она была уборщицей. — Добро пожаловать в коллектив!       Тойя улыбнулся и поклонился в знак благодарности.       — Я — Аояги Тойя, будем знакомы.       — Приятно познакомиться! Моё имя — Хонда Наоми!       — Я — Норимаки Акира, для друзей Маки.       Вдруг в комнату персонала зашёл серьёзного вида мужчина — глава заведения. Он внимательно осмотрел каждого присутствующего, после чего его взгляд сменился на разочарованный.       — А где Шинономе? — спросил он. — Это будет уже пятое опоздание за месяц.       — Обещал прийти, — замолвил словечко Акира. Тойе же это имя показалось до жути знакомым. А действительно, где в это время был Шинономе?       Шинономе Акито ссорился с отцом, который всё никак не хотел отпускать его на работу.       — Да пап! Ты не видишь? Работа художником не приносит тебе ни йены, мама надрывается на двух работах, а помимо проживания тебе надо думать об учёбе Эны, я ведь даже про себя не говорю! Пап, я просто хочу помочь!       — Эта работа отнимает у тебя все силы, из-за неё у тебя нет даже пяти часов нормального сна!       — Я досыпаю, когда возвращаюсь из школы!       В этот момент из своей комнаты в общую вышла Эна — милая старшая сестра бедного скандалиста.       — Когда я прихожу домой, он спит, как младенец, а я учусь во вторую смену, прошу заметить. Мне практически каждый день приходится его будить, чтобы он сделал домашку.       — Вот видишь? Я сплю достаточно!       — Да отпусти ты его уже! — вмешалась в спор мать. Так скандал в доме Шинономе прекратился, и отец отпустил Акито. Тот стремглав понёсся на работу… Когда он пришёл, все уже работали. Остался только начальник.       — Шинономе, почему ты опоздал?       — Спор с отцом. Вроде он угомонился, так что больше, надеюсь, таких казусов не должно возникнуть.       — Акито, это уже пятый раз за месяц. Это у тебя папа такая истеричка или ты так не любишь приходить вовремя?       — А что я могу сделать? Он устраивает скандалы, потому что не хочет отпускать на работу, хотя сам наверняка понимает, что она нам необходима, как воздух!       — Ладно. Но ещё раз — и ты уволен.       В это время в баре своим чередом текла работа. Акито влился в общий темп, как будто никогда и не опаздывал. Тем временем Тойя осваивался за фортепиано — дома у него не было такой возможности…       Первая смена прошла скучно. Народу особо не было, ценителей музыки уж тем более. В конце концов Тойя пошёл на выход. Там он наткнулся на рыжеголового парня из параллельного класса. Он с кем-то ругался.       «- Что он здесь делает?»       — Придурок, я же попросил тебя не опаздывать! — крикнул какой-то человек с слишком знакомым голосом. Тойя остановился и спрятался — уж очень интересно ему было узнать, что за замес происходит среди работников «Улитки».       — Ты моего папашу проси — возомнил из себя хрен пойми что, великий ху…       — Хватит использовать папашу как оправдание! Если вы с ним постоянно ссоритесь, выходи заранее, чтобы хватило времени и добраться, и на ссору!       — Угомонись! Сегодня был последний раз, — заметно притихшим голосом сказал рыжеголовый.       — Акито, ты сказал то же самое в прошлый раз, и что сейчас?       — Сегодня официально, — перебил Акито. — Босс сказал, что в следующий раз меня уволят.       Повисло молчание.       — Ладно, — сказал знакомый голос. Его тон повысился — как будто собеседник в этот момент улыбнулся. — Прости уж, что так ругался.       — Да я понимаю. В конце концов, как же ещё ты мог бы отреагировать…       — Кстати, что у тебя по графику? Я слышал, у вас в Камияме уже каникулы?       — Ага. А у вас нет, что ли?       — Не-а. У нас в Мийе гораздо более трепетно относятся к учёбе. Я даже завидую вам, ученикам Камиямы.       — У нас полно экзаменов, и это та ещё подстава, когда к ним не готовят должным образом.       Про себя Тойя соглашался с каждым словом, сказанным про Камияму. Но вскоре ему надоело просто так подслушивать, и он вышел из укрытия, как будто не подслушивал их. Он осмотрел Акито и увидел, что его собеседником был Акира.       «- Значит, этого парня из параллели зовут Акито…»       Тут Акира подозвал Тойю. Тот до смерти перепугался, но всё же подошёл.       — А? Вы звали, Акира-семпай?       Тот как-то странно улыбнулся. Акито недоумённо пялил то на Акиру, то на Тойю. Когда его взгляд попадал на Тойю, в нём проскакивали искорки узнавания… И с Тойей, кажется, происходило то же самое. Акиро, в свою очередь, внимательно наблюдал за этими двумя парнями.       — Ага. Я позвал тебя за другим, но так погляжу, вы с Акито узнаёте друг друга?       — Так это и есть наш новенький пианист? — спросил Акито, буквально выплёвывая последнее слово, будто змея яд. — Такое чувство, что мы где-то уже виделись.       — Кажется, мы учимся в одной параллели Камиямы, я из 1-А, он из 1-В. Я — Аояги Тойя, надеюсь, мы поладим.       — Понятно. Шинономе Акито.       — А?       — Звать меня Шинономе Акито. Разве я непонятно сказал первый раз?       — А…       — Понятно. Ступай, — сказал Акито, и Тойя удалился.       «- Окей, закончилась первая смена не очень.»