Когда я уже проснусь?

Глава 1. Предыстория истории. Время от времени в моей голове мелькает тот самый сон, который полностью изменил мою жизнь, отношение к окружающим, мои мысли и взаимодействие с людьми. Прикосновения, образ, приятное ощущение внизу живота. Полина. Прошло 3 года. Мы всё также являемся одноклассниками в той же самой школе, в том же самом поселке, с теме же самыми людьми. Было непривычно видеть Рому, Олю, а особенно Катю. Я до сих пор отвожу свой взгляд от этой девушки. Картина из сна будто сразу становится явью, как только Катя стоит перед мной. Ситуация стала страшнее, когда она резко решила признаться мне в своих чувствах. «Антон, мы можем с тобой поговорить?»-спросила Катя, когда я в очередной раз пытался избежать контакт с ней. Непривычно было слышать такое от Кати. Спокойный, даже приятный голос, миловидное выражение лица, руки, которые она держала за своей спиной. Но её слова, будто копья, вонзились мне в мозг. Чувство будущих неприятностей тут же поселилось в моей груди. Я поднял свои глаза и посмотрел на неё. Катя смотрела мне будто в душу. Она не просто смотрела мне в глаза, она глядела прямо в зрачки. Я отвел взгляд и медленно начал поворачивать корпус в противоположную сторону от Кати. Но в воздухе снова появился запах крови, горький ком застрял в середине горла, тело забыло, как двигаться, а кончики пальцев нагло онемели. Я начал дрожать и нервно искать свои таблетки в карманах, но вместо этого выронил из него пачку спичек, жвачки и фотографию. Фотографию Полины. Также рядом предательски лежала мятая записка с интересным содержимым. Девушка медленно перевела взгляд на упавшее содержимое моих карманов. Резко она опустила брови и заметив фотографию, глаза Кати намокли, но ещё больше в них виднелась ярость. Они снова смотрели прямо в мои зрачки, пробивая дыру ненависти еще дальше, прямо в череп. Она схватила кусок бумаги, развернула и вслух начала читать содержимое дрожащим голосом: «Полине. Мне сложно выразить свои слова обычным способом. Я решил написать тебе данное письмо. Надеюсь на ответ подобным способом». Молчание. Больше я написать не смог. Катя не стала рвать записку и плакать, как я этого ожидал. Она положила кусок бумаги в карман, её грудь легонько поднялась вверх от вздоха, а через секунду приняла своё обратное местоположение. Катя сделала шаг вперед и опустила свои руки на мои плечи, а ногу поставила между моими. Я знал, что сейчас будет. -Мне больно но Я люблю тебя. Каждое слово было четко слышно. Будто Она репетировала. Ей было больно уже тогда, заранее, до нашей случайной встречи, которую она запланировала. Но Она не понимала, что я не такой наивный как Она. Пришлось прибегать к плану "Б" и просто позвать поговорить. Она. Она. Она. Я не хочу звать её по имени. Сказав данное предложение нависла долгая пауза. От переизбытка эмоций я ничего ей не ответил. Но я бы и так ничего не сказал, я бы не знал, как повести себя. Мы стояли в странной позе некоторое количество времени. Без понятия, для меня время никогда не имело особого значения. Катя поцеловала меня. Она всегда была смелой девочкой. Только что в её ноги упала фотография возлюбленной парня, которому ты призналась в чувствах, а он ничего тебе не ответил. А ты берешь и целуешь его в губы. Да еще и с натянутой ухмылкой. Не изменяешь принципам, верно? Твоя левая рука переходит с плеч на шею, безымянный палец медленно трет нежную кожу за ухом, пока правая рука уже под футболкой на торсе и медленными движениями, перебирая пальцами как на пианино спускается всё ниже и ниже. Вот дурашка. Я не продолжал поцелуй. Но не сказать, что я этого не желал. Долгий тактильный голод, влюбленность, вечное возбуждение. Я жалок. Но мысль о Полине заставила сделать шаг назад, вытереть влажные губы и заправить рубашку обратно. «Хватит». Я сказал это прямо в лицо Кате, развернулся на 180 градусов и ушёл, хотя мой дом и находился в другой стороне. -Вот она ахуевшая тварь, -сказал я, чуть сбавив громкость голоса. -Согласна, Катя не изменится никогда. Ещё и слушок пустит о тебе завтра, всё ведь перевернет, сволочь, -ответила мне Полина. Да, я забыл упомянуть, что мы стали лучшими друзьями. После похорон деда (в жизни он был таким же отвратительным, как и в моём сне) у неё не осталось близких людей. Её удочерила одна тетка, которая жила в нашем посёлке для того, чтобы Полина спокойно доучилась в нашей школе, сдала экзамены, а после девятого класса уехала в ближайший город поступать в музыкальный колледж. Она не желала продолжать учить точные, естественные или гуманитарные науки. Да и музыка ей больше идет к лицу. Мои мысли не всегда пошлого характера. Изредка я представляю Полину на большой сцене, где она стоит в черном вечернем платье, её рука нежно двигается над скрипкой, а выражение лица меняется на разных моментах произведения. Я не разбираюсь в музыке. И вот типичная соната в миноре заканчивается, я выхожу из зала с огромным букетом белых роз, которые играют на контрасте с её длинным черным платьем и не менее роскошными волосами. Она мило улыбнется и я поцелую её в розовую щечку. Все в зале аплодируют стоя, а некоторые издают звуки умиления. После многочисленных поздравлений в честь её первого сольного концерта в Европе мы поедем на нашем глянцевом Ламборгини в самый дорогой ресторан города. После романтического ужина покатаемся по городу, приедем домой в наш огромный особняк и в обнимку пойдём спать. Я не заметил, что снова задумался, но Полина не особо обратила на это внимание. Она спокойно продолжала говорить про Катю и её выходки за последние пару дней так, будто я еще не знал про них и не видел собственными глазами. Но мне без разницы что именно она говорит. Одновременно я рад, что Полина находится рядом со мной, но в другом статусе, но невыносимая боль ноет в груди. И вот снова глядя на неё мои мысли были заполнены совсем другой Полиной. Моей Полиночкой, с которой мы видимся в моих снах и мечтах. Скоро я не выдержу и всё скажу ей в лицо. Или переписать записку, но только уже до конца. Точно! Можно еще добавить капли воды, будто это мои слёзы. Ладно, наверно это лишнее. Как я не додумался побрызгать бумажку своим парфюмом! Хотя следы от духов останутся на бумаге. Монолог моих мыслей прервал голос Полины, громкость которого прибавлялся с каждым словом. Она привыкла, что я путаюсь в своих мыслях и могу прослушать её рассказы. Я стараюсь так не делать, но всё безрезультатно. -Прости, мысли путаются. Эмоциональный день выдался сегодня. Не ответив на данное оправдание Полина спросила у меня: -Ты пил таблетки? , -спросила меня Полина Точно. Таблетки. Я стал шариться по карманам. Он были пусты. Хорошо, посмотрю в портфеле. Их там нет. Хорошо, посмотрю во внутренних карманах пиджака. Их там нет. Хорошо, посмотрю у Полины в сумке. Их там нет. нет. Нет. НЕТ. По одному только взгляду Полина поняла что к чему. Дома их нет. Мамы дома нет. Папы дома нет. Оли дома нет. ТОЛЬКО НЕ ЭТО, НЕТ! Что же будет, если я не приму таблетки? Небольшие слуховые галлюцинации, разыгравшееся воображение и самые неприятные сны. Мне 16, но я до сих пор не до конца понимаю что со мной. Таблетки покупают в ближайшем городке, где как раз сейчас находятся родители с Олей. Они поехали покупать ей новую куртку к зиме и как раз навестить старую знакомую моей мамы. -Я спрошу у Ромы, можно ли сегодня остаться у него с ночевой, -сказал я и направился к ближайшей телефонной будке. Номера моих друзей я знал наизусть. После долгих гудков я услышал голос своего приятеля. -Брат, прости, сегодня не получится, мамка болеет. Ты же знаешь, я бы тебе не отказал. Я пожелал маме Ромы здоровья и решил позвонить Бяше. Не особо любил проводить с ним время, но выхода не было. -Прости, на. Я сегодня сам уезжаю. Спроси у Ромки, -ответил Бяша. Я сказал про то, что у Ромы блеет мама. Как бы странно не звучало, но я не хочу снова голеньким бегать по лесу. Мама еще месяца три отмазывалась тем, что я очень переживаю на счет переезда, у меня эмоциональные скачки и вообще на улице было полнолуние! -Хорошо, идешь ко мне. Мы это не обсуждаем., -сказала Полина, прервав короткую тишину. Только Полине я рассказал про свой сон, упустив один момент по понятным причинам. -Хорошо, я не буду возражать. Хоть покурим нормально. Мы небольшим шагом стали двигаться в сторону её дома. Сегодня я ей ничего не буду говорить. Подожду для более подходящего момента.