Сломанная стена

      Тропа свернула в лес. Лошади следовали строго по ней, заходя всё дальше и дальше в зелёное царство деревьев. Слышалось пение птиц и стук копыт. Впереди всей группы ехал тот самый инструктор с рыжими усами, рядом с ним — Кэйя, постоянно задавая ему вопросы и всячески пытаясь разговорить. Следом ехали ещё пару человек. За ними — Крепус, несколько его новых собеседников и второй инструктор. В небольшом отрыве от группы шли Звезда и Бандит, везя на себе восхищённую Джинн и довольного (пусть и не особо показывающего этого) Дилюка. Позади них плёлся на своей лошади третий инструктор.       — Какая красота! — вертела девушка головой. — Даже не думала, что когда-нибудь проедусь здесь…       Обстановка выглядела спокойной. С одной стороны широкой тропы — скала, с другой — тёмный лес, скрывающий спуск. Мирно шли лошади, иногда фыркая и помахивая хвостом. Смеялись Крепус с его сверстниками, откуда-то спереди доносились возгласы Кэйи. Казалось, даже солнце решило не нарушать всю идиллию происходящего и печь не так беспощадно. Лучи его потускнели, пробиваясь сквозь листву и ласково согревая макушки юных ездоков.       — Тишь да блажь, — вторил ей Рагнвиндр.       Какое-то время они молчали, продолжая ехать дальше и крепко держа поводья.       — Знаешь, — начала Гуннхильдр, — вот я еду и вместе с этим представляю себе героиней какой-нибудь книги. Отважной, доброй, умной, ответственной… Странно наверное, да? Такая большая, а продолжает мечтать, словно маленькая девочка…       Ох, наверное, она определённо пожалеет, что вновь включает своё детское поведение и болтает обо всякой ерунде, лишь бы не слышать эту противную напряжённую тишину…       — Если тебя это успокоит — Кэйя тоже сейчас воображает себя великим капитаном кавалерии. До сих пор грезит по этим лошадям. — с лёгкой тенью улыбки ответил парень, — А так могу сказать, что до героини книги тебе недалеко. Отвагой и добротой ты блистала с детства. Ответственность у тебя в крови. А ум придёт со временем, — на лице его появилась хитрая ухмылка.       — На что это ты намекаешь? — усмехнулась Джинн. «Колкие замечания» Рагнвиндра-младшего ничуть её не задевали. Сарказм — тоже своего вида юмор.       — Ну как же? Век живи — век учись. — приулыбнулся Дилюк. — Нам ещё многое предстоит узнать. И я имею в виду не только школьную программу. Жизнь — сама своего рода урок. Или экзамен, не имеющий правильных ответов.       — Ну, замашки на умных людей у нас есть, потому, думаю, что мы со всем экзаменом справимся!       — Справимся, конечно же.       Джинн повернула голову в сторону друга. Тот смотрел вперёд своим тяжёлым взглядом, удерживая на лице лёгкую поллулыбку. Ту же, что и у Крепуса.       — Слышала одно выражение, — поспешила прервать вновь наступившее молчание девушка, — «Умный знает, как выбраться из глупой ситуации; мудрый знает, как в неё не попадать». Что думаешь?       — Думаю, что тогда мне есть куда стремиться, — усмехнулся Рагнвиндр.       — Я так бы и не сказала, — честно ответила она. — Иногда создаётся ощущение, что ты мыслишь как шахматист — на несколько ходов вперёд, предугадывая все развития событий. Потому кажется, что ты всё знаешь наперёд и уже в курсе, какой вариант выбрать, чтобы не попасть в переделку.       — Вряд ли, — последовал ответ. — Я пытался так что-то предугадывать, но не выходило. Всегда что-то шло не так… Думаю, что твои впечатления создаются из-за моего умения быстро принимать решения в стрессовых ситуациях. Для меня это ничего не стоит. Хотя с базовыми повседневными выборами едва ли справляюсь.       — И всё же, я считаю, что твой навык быстро принимать решения нереально полезен! В последнюю минуту, как ты сказал, вдруг что-то идёт не так, а ты уже знаешь, что и как делать! Ты в этом молодец!       Лёгкая полуулыбка стала чуть шире, растянув губы в подобии слабой, но искренней улыбки. В тяжёлом взгляде вспыхнули почти невесомые искорки — те, что когда-то сияли в детстве.       «Спасибо» — ясно читалось.       — Раз заговорили о достоинствах друг друга, хочу отметить твоё трудолюбие и упорство. В этом тебе нет равных. Ты тоже молодец.       Услышать похвалу от самого Дилюка Рагнвиндра было великим достижением. Однако Джинн сейчас куда больше радовало его настроение, которое она смогла приподнять. И его улыбка. Почему-то рядом с ней он улыбается чаще… А может, ей просто кажется.       Впереди послышалось ржание. Лошадь усатого инструктора перёшла на рысь. Рядом с ней рвался вперёд Кеша.       — Держись крепче, — вырвал её из потока мыслей Дилюк. — Впереди поле — скоро помчим галопом.       Девушка крепче сжала поводья. На рыси, которую за общей группой подхватила Звезда, её уже изрядно трясло. Что же будет дальше, когда пусть и спокойная лошадка перейдёт на сумасшедший галоп?..       Жеребец Кэйи, не выдержав столь длительного ожидания, вдруг резко рванул вперёд. Сам Кэйя, подавив крик ужаса торжественным кличем, еле удержался в седле. Лошадь инструктора тут же рванула за ним. За ней — остальные.       — Полетели, Ласточка? — усмехнулся Рагнвиндр и, выпрямив спину и стараясь больше не сутулиться, понёсся на мерине вперёд. Джинн тоже постаралась выпрямиться, однако лошадь её к более активному движению приступать не хотела.       — Ну ты чего? Поехали! — похлопала она её по шее, искренне надеясь, что не запутает этим Звёздочку. Но ту, казалось, всё происходящее вокруг не волнует совершенно. Тогда Гуннхильдр обернулась в сторону инструктора, что ехал сзади. Тут-то Звезда и решила блистать, резко сорвавшись со своего неторопливого шага. Джинн чуть не выпала из седла — спасло её только самообладание и сильные, в данный момент почти неподвижные руки. Лошадь летела стрелой, заставляя неопытную наездницу подпрыгивать вверх-вниз. Кажется, насчёт «спокойной, мирной и дружелюбной лошадки» её обманули… А Звезда, которую Джинн мысленно окрестила Стрелой, или, скорее, Пулей, продолжала нестись вперёд, мигом сокращая расстояние между ей и группой. Теперь уже она скакала по полю с жёлтой, сухой травой.       Только поравнявшись с Бандитом, уставшая лошадь сбавила темп, подстраиваясь под относительно спокойного мерина.       — Ну и ну, — присвистнул Дилюк. — Шальная лошадёнка…       — У неё дыхалка как у меня, — пыталась отдышаться Джинн, — Сначала несётся, будто самолёт, сто метров пробежала ‐ и всё…       Рагнвиндр-младший не смог подавить смешок. Лошадь и вправду чем-то была похожа на саму Джинн, о чём он и решил оповестить девушку.       — Вот уж действительно. Вы и впрямь чем-то схожи. Даже не знаю… Взглядом, что ли?..       — Ты на такой скорости ещё и взгляд успеваешь рассматривать?!..       — Я ещё и за Кэйей успеваю приглядывать. Как бы он на своём Кеше шею-то не свернул…       Двое лихих ребят, один из которых был человеком, а второй — жеребцом, неслись впереди всех, не обращая внимания на крики инструктора. Кэйя придерживал одной рукой свою кепку, а второй держал чёрные поводья. Синий хвост хлопал ездока по спине. Держался Альберих на удивление уверенно. Может, он и не врал, когда рассказывал про свою родословную, что была с лошадьми на «ты». А может, он просто вчера мониторил статьи про то, как правильно ездить верхом.       — Хэй! — крикнул им Крепус, когда ребята поравнялись с ним, — Этот славный малый вообще знает, что такое страх?       — Надеюсь. — послышалось со стороны Дилюка, — Я представить не могу, что сейчас у него в голове происходит…       Звезда, решившая, что её новой подруге по имени Джинн эти разговоры ни к чему, вдруг снова стремительно полетела вперёд. Девушка лишь коротко ахнула и что есть сил вжалась коленями в белые бока лошади. Она без понятия, как Звезда-Стрела-Пуля воспримет её такое действие — понесется ещё быстрее или затормозит, сейчас она пыталась лишь не упасть на всём бешеном скаку. Ох, как хорошо, что Барбара её не видит!.. От резких движений и неправильной позы противно закололо в боку — будто бежит она сама, а не Звезда. Страх, казалось, действительно ослепил Джинн — мысленно умоляя лошадь не споткнуться, девушка зажмурила глаза, не желая видеть, как быстро она едет. Ласковое солнце перестало быть ласковым, теперь уже нещадно паля непокрытую голову Гуннхильдр, продолжающуюся нестись по сухому, всё ещё не заканчивающемуся полю. Теперь Джинн уже не представляла себя отважной, доброй и умной героиней романа…       — Ха-ха, подруга! — услышала она совсем рядом знакомый голос. Открыв глаза, взору ей предстал широко улыбающийся Кэйя. Неужели она уже достигла самого начала строя?!..       — Чего глаза закрыла?       — Совсем лошадь ненормальная, — сбивчиво ответила ему Джинн, — то плетётся, как черепаха, то несётся, как я не знаю кто…       — Да уж, заметно, — усмехнулся Альберих. — Вначале она в конце шла, а сейчас вон где оказалась!..       — Меня это ни капли не радует…       — Ты справишься, я в тебя верю! Видишь холм? Тот, с деревом! К нему едем! Я у инструктора выпытал всё — он сказал, что там сделаем перерыв! Так что потерпи, немного осталось!       Слова Кэйи немного приободрили её, заставив улыбнуться и, рискнув выпрямиться, посмотреть наконец вперёд. В метрах пятисот от них действительно был холм. Единственное, что напрягло Джинн — обрыв с другой его стороны. Чуть-чуть затупишь на подъёме — и гибели не миновать. Хорошо, что холм был сам по себе крупный, с плосковатым верхом — все должны поместиться, так ещё и место останется!       — Обратно когда поедем — лошади с холма снова галопом понесутся. Вот тут-то ты и познаешь все прелести верховой езды! — усмехнулся Кэйя.       — Спасибо, что предупредил!.. — тоже усмехнулась девушка, однако куда менее радостно и куда более нервно. Как бы не сорваться со Звезды на такой скорости…       — Хехе, кажется, это за мной. Ну, я поехал! — заметил Альберих приближающегося сзади рассерженного усатого инструктора, который явно не был доволен тем, что мальчишка едет впереди него.       — Стой!.. — спохватилась было Джинн, резко осознав, что её лошадка тут же рванёт следом. Так оно и случилось. Почуяв дух соревнований, Звезда-Стрела-Пуля резко словно полетела вперёд. Гуннхильдр ещё крепче схватилась за поводья, едва не завизжав от бешеной скорости. Взявшийся из ниоткуда ветер резко дунул в лицо. Только бы не свалиться…       Они неумолимо приближались к холму. Вот уже Кеша, стукнув о камни копытами, гордо вознёсся на самый его верх. Джинн тут же въехала следом, сумев остановить лошадь ровно по центру площадки. Ух, ещё бы немного…       — Эй! Почему Вы вырываетесь вперёд и не следуете моим указаниям, молодой человек?! — крикнул усатый инструктор, когда тоже заехал на холм.       — Кеша, тебя ругают, — нарочито громко шепнул Кэйя.       — Лошадь тут ни при чём! Я обращаюсь к тебе! — то ли от жары, от ли от закипающей в инструкторе злобе, лицо его покраснело.       — Да?! Не понимаю, о чём Вы — вперёд-то вырвался Иннокентий, а я всего лишь сидел на нём…       — Ты должен был остановить его!       — Я не мог.       — Почему?!       — А я не хотел!       Ох и прилетит потом Альбериху…       — Мы с тобой — одной крови, — снова громко шепнул на ухо лошади Кэйя.       — Оно и видно, — послышалось позади Джинн. Та обернулась и только сейчас заметила Дилюка, чей Бандит тихо подкрался к ней и остановился. — Ты цела? Твоя Торпеда сегодня в ударе.       — Её зовут Звезда! — с притворным недовольством отозвалась Гуннхильдр. Только она может называть эту лошадь не по имени!       — Повторяю вопрос: ты цела? На тебе лица нет.       — Да, я цела, — вытерла она со лба пот, — Всё могло быть и хуже…       Джинн замерла. На всех парах к ним нёсся Кеша, с вопящим «С дороги!» на его спине Альберихом. Нёсся стремительно, за пару секунд одолев расстояние в пять-семь метров. Только пыль из-под копыт летела. Ещё немного — и размажет Дилюка с лошадью об землю…       Однако в последнюю секунду Кэйя сумел соориентироваться и что есть сил натянул поводья. Затормозивший жеребец встал на дыбы. Пять сантиметров разделяли разъярённого зверя и спокойного, словно большая скала, Бандита и не менее апатичного Дилюка, лениво повернувшего голову в сторону брата. Глаза Кеши были налиты кровью.       — Ого-го! Иннокентий, ну ты даёшь!.. — пытаясь сохранить баланс на вставшей на задние ноги лошади, проговорил Кэйя. — Интересно, а ходить ты так можешь? — уже пытался он увести жеребца в сторону.       — Ты придурок? — немедленно последовало от Дилюка.       — Как грубо! — отозвался Альберих, — Конечно нет! Такие люди как я называются рисковыми!..       — Кэйя, заканчивай с этим, — подъехал к нему Крепус. — Ты идёшь на поводу у лошади или она у тебя?       — Никаких поводков — полная свобода действий!       — Учись управлять им. Или поедешь обратно на коне Дилюка.       Услышав своё имя, Рагнвиндр-младший поперхнулся от возмущения.       — А я на чём поеду?!       — На Кеше конечно же! — не задумываясь ответил отец, — Может, тебя он будет лучше слушать.       — Ага, очень мне нужно голову себе разбить…       — Ну, вот тебе, Кэйя, мотивация — поезжай аккуратно, чтобы брату не пришлось из-за тебя страдать.       — Это шантаж! — воскликнул в свою очередь Кэйя. — Джинн, за такое есть статья?       — Ты хочешь меня засудить? — усмехнулся Рагнвиндр-страший.       — Нет конечно, папа! Просто шучу!.. Эх, чего только ради тебя не сделаешь, Дилюк… Поеду осторожно — всё ради тебя!       И будто в потверждение своих слов, он, повернув Кешу обратно, неспешно пошёл на нём раскаиваться перед инструктором. Крепус — за ним.       — Я хочу есть, — как-то невпопад произнесла Джинн. Дилюк обернулся на неё.       — Отец говорил, что после езды отправимся перекусить. Он знает одно место недалеко отсюда. Там столики дешёвые и вид на город красивый.       — А мы успеем домой к шести?!       — Успеем конечно. Сейчас только час дня. Полчаса едем на лошадях обратно, ещё пятнадцать минут — до столиков, потом пятнадцать обратно, затем на машине ещё полтора часа. Как итог, только на всю дорогу у нас уходит два с половиной часа. Два с половиной часа у нас остаются на развелечения. Успеем, не переживай.       Джинн коротко кивнула. Инструктор великодушно принял извинения Альбериха.       — Мне просто нужно тесты ещё к школе выполнить…       — Тебя даже в августе в покое не оставят?       — Ты же знаешь мою маму, — улыбнулась она.       — В школу хочется?       — Неа… Снова возвращаться в эту рутину вообще желания нет. Максимум, что меня радует там — Лиза. Встречусь с ней наконец. Любят же её родители увезти на три месяца на дачу! А я тут одна страдаю! — усмехнулась Джинн. — А ты сам в школу хочешь?       — Ни капли. — хмыкнул Дилюк.

***

      Обратно путь прошёл спокойно. Лишь на спуске с холма у Кэйи слетела кепка, которая была тут же поймана Крепусом. В остальном же никаких происшествий и особо важных событий не произошло.

***

      — Ой-ой-ой! — причитал Альберих, спотыкаясь об очередной камень. — Так и до протеза деревянного недалеко!..       Они шли вверх по пыльной узкой дороге к «самому лучшему месту», о нахождении которого знал только Рагнвиндр-старший. Он-то и шёл впереди всех. За ним Дилюк, следом — Джинн, а в конце плёлся Кэйя, причитая о том, как же неудобно ходить пешком после столь насыщенной прогулки на лошадях.       — Ну полно тебе, мы уже пришли, — Крепус ступил на мягкую зелёную траву и подошёл к железным воротам. За ними виднелась крыша огромного дома. Толкнув двери, они очутились на территории роскошного особняка, подле которого раскинулись фруктовые увядшие деревья, стоящие между ними деревянные столики и небольшие белые домишки. Последние распологались на отдельных площадках у самого края горы, откуда и было видно весь город.       — Обалдеть… — выдохнула Джинн.       — Раньше мы отдыхали тут с твоей мамой, Дилюк. — грустно улыбнулся Крепус, — Вот в этом домике. Втором слева. А в том особняке живёт семья, которой эта территория со всеми гостевыми домиками-столиками и принадлежит. Насколько я знаю, у них тут в здании проживает аж несколько поколений…       — Класс! — воодушевился Кэйя, — Вот Дилюк вырастет, будет много зарабатывать — купит нам такой большущий дворец! И будем жить все вместе!       — Чем тебя наш дом не устраивает? — хмыкнул младший Рагнвиндр, внимательно рассматривая всё вокруг.       — Он меньше! У нас только два этажа и погреб, а тут целых три и черлак! Да и по площади он раза в четыре больше — круто же!       — Отдаю предпочтение дешёвым маленьким одноэтажным постройкам.       — Дилюк, дом и мир не ограничиваются твоей комнатой!..       — Давайте-ка займём вот этот столик с беседкой, — поспешил успокоить братьев Крепус. Переглянувшись, трое ребят последовали за ним.       Уже через пару минут Рагнвиндр-старший вёл дружеские разговоры с хозяином сего места и особняка, а Кэйя «закорешился» со своим сверстником — сыном хозяина. Дилюк с Джинн сидели в беседке, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.       — И как только он заводит эти знакомства, — поморщился Дилюк, поглядывая на улыбающегося Альбериха.       — Природный талант, — усмехнулась Гуннхильдр. — Он мастер в общении. Вы прекрасно друг друга дополняете. Он — общителен и эмоционален, ты — молчалив и холоден.       Парень хмыкнул. К чему-то вспомнились лошади, которые великолепно подходили к их характерам. Внешне спокойная Звезда, бесшабашный Кеша, хладнокровный Бандит…       — Не могу сидеть на месте, — честно призналась Джинн, — хочу пройтись. Пошли походим у деревьев?       — Пошли.       Синхронно поднявшись со скамейки и предупредив Крепуса, они направились к мёртвым фруктовым садам. Когда-то там росли абрикосы, сливы, черешня. Но в силу слишком жаркого лета за последние несколько годов, все плоды засохли, превратившись в некое подобие чёрных углей.       — Красивое место, — первым начал Дилюк. — Хоть и мёртвое.       — У него есть своя атмосфера.       — Да.       Идти было неудобно. То и дело попадались кочки, на которых ноги так и норовили подокситься.       — Ты говорил, что больше любишь маленькие дома? Я тоже! В них какой-то свой уют, свой мир…       — А я люблю — потому что цена приемлема.       Оба усмехнулись.       — Тут практически нечего смотреть. Максимум — подняться выше по тропе в горы. Хах, и как же люди живут тут? Вдали от всего, — задумчиво поглядела на крошечные здания Джинн.       — Верно… Гляди, колодец!       Не сговариваясь, они тут же подошли ближе. Огромное в диаметре каменное кольцо. Сверху — типичная треугольная «крыша» из дерева с висящим на цепи ведром.       — Давай воды черпнем? — воодушевилась девушка.       — Зачем?       — Ну, она почище будет! Не знаю, как называется, но прям такая, свежая что ли?..       — Сырая.       — Точно!       — Ну, давай.       Железное ведро тут же погремело вниз. Ухватившись за рукоятку колодца, Рагнвиндр-младший принялся её крутить, что давалось ему с большим трудом.       — Ведро тяжёлое, зараза…       Джинн тут же очутилась рядом, изо всех сил налегая на рукоятку. Вдоём дело пошло лучше.       — Представляешь, вот мы думаем, что сейчас воду поднимаем, а оттуда труп вылезет…       — Дилюк! — испуганно взвизгнула девушка, выпустив от страха рукоятку. Сам Дилюк, испугавшись скорее крика, чем собственной легенды, ослабил хватку на деревянной палке и та, раскручивая цепь обратно, завертелась в противоположном направлении, пребольно зарядив ему по носу.       — Ай!..       — Это карма! — снова воскликнула Гуннхильдр. Однако ещё раз оценив взглядом согнувшегося от удара Дилюка, быстро сменила свой торжественный тон на обеспокоенный, — Нос цел? Не сломан?..       — Надеюсь…       — Крови нет?       Парень осторожно убрал ладонь в сторону. На ней осталась пара ярких алых капель.       — Так, сиди спокойно! Да, присядь. Голову сильно не запрокидывай. Дай нос посмотрю… Да дай гляну говорю! — суетилась Джинн, усаживая Дилюка возле колодца, — Нос цел, дышать будешь. Сильно прилетело? Ничего, пройдёт… Извини, что напугала так резко… — присела она рядом.       — Нормально всё. Меня тоже извини… Пошутить хотел.       — Чёрный юмор? — усмехнулась девушка.       — Кровавый. — усмехнулся он в ответ.       — Головокружительная шутка!       — Отвал башки.       — Просто убийственно!       Ребята хохотали вовсю, уже не помня своё беспокойство и боль от раны. Яростно светило обеденное солнце, испепеляя всё на своём пути и заставляя на глазах появляться слёзы от слепящих лучей. А может, на глазах у них были вовсе не эти слёхы, а слёзы искренней радости.       — Долго засиживаться не будем, — пытался отсмеяться Дилюк. — Кровь идти перестанет — пойдём обратно.       — А ты дорогу назад помнишь?       — Я думал, ты её запоминаешь…       И оба снова залились звонким смехом.

***

      Когда они дошли до их беседки (оказалось, нужно было всего лишь идти по тропе вниз), Кэйя со своим новым знакомым тащили к ней самый что ни есть настоящий самовар, закипавший исключительно на дровах.       — О, ребята! — воскликнул Кэйя, стоило им приблизиться к столу, — Знакомьтесь, это Аякс — будущий наследник всего этого! Аякс, знакомься: мой братишка Дилюк и наша подруга Джинн!       — Приветствую! — заулыбался Аякс, галантно поклонившись и продолжив возню с самоваром. Дилюк закусил губу. Этот парень явно не прост, как кажется. В этом они с Кэйей похожи. А может, ему самому, Дилюку, просто стоит перестать чуять опасность во всех новых людях…       — Представляете, он с этого года в нашу школу переходит! — был полон восторга Кэйя. — Тебя надо с Альбедо познакомить! — обращался он уже непосредственно к Аяксу, — Будем втроём тусить!       — Наша школа довольно далеко отсюда. — произнёс Дилюк, — Почему именно в неё?       — Меня из остальных всех десять раз выгнали, — усмехнулся Аякс.       А вот это уже первый звоночек.       — Что? Почему? — удивилась Джинн.       — Ну… — протянул тот, — Я дрался. Сильно дрался. Беспощадно, — с усмешкой проговорил он. — Вот и вылетал везде на все четыре стороны. Из-за тех придурков…       Второй звоночек.       — Ну, не переживай, — похлопал его по плечу Кэйя, — У нас все свои, ни с кем драться не придётся.       — А вот и мы! — послышался со стороны белых домов голос Крепуса, — Ну вы конечно молодцы, мальчики — самовар на огонь поставили, а воду налить?       Кэйя с Аяксом, посмеявшись с собственной глупости и, словно знакомы были всю жизнь, а не сорок минут, назвав друг друга парой «ласковых» слов побежали к Крепусу.

***

      Вокруг беседки стрекотали кузнечики. Стрекотали так сильно, что буквально царапало уши. Звук был невероятных масштабов.       — И как ты спишь на таком концерте? — чокнулся с Аяксом чашкой чая Кэйя.       — Сладко и умиротворённо, — весело ответил тот, провожая отца взглядом. Он ушёл, оставив сына пировать с новыми знакомыми и будущими одноклассниками.       — Чай — отменный! — восхитился Рагнвиндр-старший. Дилюк рядом дул на горячий напиток. Джинн размешивала в чашке сахар.       — Вода просто у нас вкусная, — похвастался Аякс. — Недалеко ручей течёт — так там она вообще хрустальная! Вы оттуда набирали?       — Конечно, откуда ж ещё! — усмехнулся Крепус.       — Мы просто с Дилюком когда прогуливались, — старалась не замечать Джинн лукавый взгляд Альбериха, — колодец видели. Там тоже вода была.       — Это колодец, который в саду стоит? — снова задал вопрос рыжий парень.       — Да, который в саду.       — У нас в горах легенда ходит, что в колодце том — девушка утопилась… — замогильным голосом произнёс Аякс.       Дилюк, всё же рискнувший опробовать практически кипящий чай, зашёлся в приступе кашля.       — Ну-ну, что с тобой? — похлопал ему по спине Крепус.       — А почему утопилась? — заинтересовался Кэйя.       — От неразделённой любви, — тем же тоном ответил новый знакомый.       Дилюк, перестав кашлять и теперь уже трясясь от беззвучного хохота, посмотрел в сторону Джинн. Та тоже была готова нервно рассмеяться. Последней каплей стала вымученная улыбка младшего Рагнвиндра.       — Чего смеёшься, Джинн? — полюбопытстовал Альберих.       — Да так… — снова посмотрела она на Дилюка, прикрыв рот рукой. Тот был на грани бесшумной истерики, вот-вот готовой вырваться в смех. — Мы когда гуляли… Нашли колодец… — пыталась отдышаться девушка, стараясь не смотреть ни в чью сторону, дабы вновь не расхохотаться, — Хотели воды взять… И Дилюк…       Тут она уже просто не смогла себя сдерживать.       — Я… — продолжил за неё Рагнвиндр-младший, — И я пошутил… Говорю, мол, а вдруг там труп?       Все, исключая Крепуса, не совсем понимающего суть происходящего, рассмеялись.

***

      — Аякс, щёлкни меня, будто у моих ног весь город! — крикнул Кэйя, придвинув стул и вытянув ноги на забор, отгораживавший спуск вниз от смотровой площадки.       Джинн и Дилюк стояли практически бок о бок. Становилось прохладно. Вся жара, когда-то здесь присутствующая, словно испарилась. Оставались лишь они, отдалённые возгласы Кэйи с Аяксом и приглушённый диалог Крепуса с хозяином особняка.       — Гляди, там кладбище, — задумчиво протянул Рагнвиндр-младший.       Джинн повернула голову. Действительно, кладбище. Далёкий небольшой холм, усыпанный серыми могильными камнями и крестами.       — Жутко тут ночью проходить… — произнесла она. — Тропа буквально в пяти метрах.       — Да. Идёшь такой, а навстречу тебе покойник…       — Хватит с меня на сегодня мертвецов, — усмехнулась Гуннхильдр. Дилюк в ответ лишь хмыкнул.       — Извини. Не могу смотреть на кладбища и не шутить. Тяжёло очень. От Кэйи наверное такой защитной реакции набрался…       Джинн медленнко кивнула. Она вряд ли понимает его — никогда ещё она не ощущала на собственной шкуре, что это всё-таки такое — потеря собственного родителя, его жестокая смерть на твоих глазах… Но пусть она и не понимает, то по крайней мере, она сейчас рядом — может проявить сочувствие.       — А вообще, кладбища — поразительные места. Только подумай: люди. Каждый со своим именем. Со своей историей. Со своим характером, мировоззрением. Со своими талантами. Кто-то стар, кто-то совсем мал. Абсолютно незнакомые друг другу люди, чьи тела после смерти лежат в одном месте. Рядом друг с другом.       По телу пробежалась дрожь. Простые слова, но настолько сильно они затронули душу…       Они стояли. Стояли и молчали. То ли все слова на сегодня они сказали, то ли холодный ветер запечатал их губы, то ли просто тишина сейчас была наиболее уместной.       Джинн положила свою руку Дилюку на плечо. Тот дёрнулся, но сбрасывать не стал.       — Я знаю, что ты выиграешь в той войне, о которой никому не говоришь.       Рагнвиндр обернулся.       — Это очередная фраза со смыслом из паблика в ВК? — усмехнулся он.       — Да ну тебя! — рассмеялась девушка. — Это моя поддержка тебе!       Понимающе хмыкнув, Дилюк тоже положил руку ей на плечо.       — У тебя замечательная поддержка.       Джинн благодарно кивнула. Наверное, ей бы вечность хотелось стоять так на холодном ветру и молчать…       — Аякс! — раздался за их спинами голос Кэйи. Ребята как по команде убрали друг от друга руки. — Аякс! Почему ты не рассказывал мне, что буквально живёшь напротив кладбища?!       — Да сам как-то не задумывался, — почесал Аякс затылок.       — Ты же теперь можешь вечно шутить про то, что живёшь напротив кладбища!       — В смысле?       — Ну, типо: я живу напротив кладбища, будешь выпедриваться — будешь жить напротив меня! И уходишь под эпичную музыку.       Оба парня звучно расхохотались, периодически хлопая друг друга по спине. Джинн усмехнулась и вновь обернулась к Дилюку. Тот стоял, улыбаясь и задумчиво смотря вдаль.