Багряная десница

Глубокая ночь. Незапятнанное промышленной революцией небо с мириадами звезд сияло также ярко, как и всегда, освещая путникам дорогу мягким лунным светом. Где-то в провинциальном городе близ опасного леса, один полноватый на вид трактирщик хлопнул дверью, а после, для своей кондиции, быстрым ударом отправил нищего на вид человека в полет, отчего тот пересчитал своими костями пару метров земли, пока болезненно не столкнулся с насущной стеной ближайшего здания. — Проваливай отсюда бродяга, и чтобы я тебя больше здесь не видел! — Презрительно сплюнул мужичок, громко захлопнув за собой дверь. Отчего собаки завыли, а ближайшие соседи недовольно пробурчали себе под нос нелицеприятные высказывания. Но вмешиваться никто не стал — не было нужды. Для них эта привычная ситуация доставляла, так, легкий дискомфорт. — Кхг… — Выкинутый как мешок мусора бродяга болезненно заскрипел зубами и сжался в позе эмбриона. Удар хозяина был болезненным и ощутимым для коренастого и чернявого мужчины лет 20-25. Мужчина точно сказать не мог, но у него однозначно были трещины в ребрах, куда и целился ненавистный трактирщик. — Ч-чертов… ублюдок… кха-кха… — В очередной раз застонал нищий, проклиная сегодняшний день. Работа выдалась не очень, средств к существованию не осталось, а из-за небольшого долга его выбросили на улицу, при этом не упустив возможности нанести травму, осложнив и так не радужную жизнь в этом треклятом месте. Настолько, что ему было сложно дышать, а перед глазами бегали черные круги. Возможно, его рана была серьезней, чем он представлял. Настолько, что он не сможет сегодня работать! Да и не стоит забывать, что на улице спать — здоровью вредить, так что вряд ли он выбкорается из этой ситуации здоровым. К тому же бродяга не забывал, если его найдут спящим на улице, местная стража не упустит возможности обокрасть его до нитки, а то и чего похуже сделают. Отправят на рудники, окончательно добив здоровье. Или добьют ради потехи, кто знает этих уродов, что у них будет сегодня на уме. В любом случае мужчина прохлаждаться долго не стал. Он попытался аккуратно встать, но резкая вспышка боли свела на нет его попытки. Боль была невыносимой! Любое движение — пропадают силы! Ситуация не из лучших. Из-за чего откровенно депрессивные мысли навалились на его сознание широким потоком. А жизнь пронеслась перед глазами, окончательно доводя разумного до апатии. Вся его жизнь — череда страданий и неудач. И подобное сломает любого, как бы он не старался держаться на плаву. «Я устал от всего этого». — По щетинистой щеке мужчины проскользнула одинокая слеза. Глядя на чарующую луну, всегда радующую его своей красотой и дарующую силы продолжать бороться за свое существование, взгляд бродяги медленно пустел. Он сдался. Сдался, чтобы прекратить свои страдания. Вскоре сердце бродяги перестало биться из-за обширных внутренних ран. Его история на этом прекратила свое существование. Труп стал медленно коченеть. Его судьба к утру — яма для трупов. А его одеждой побрезгают даже самые нищие. Однако в следующую секунду случилось нечто необъяснимое. Труп засветился блеклым светом, кожа порозовела, а сам мужчина стал молодеть прямо на глазах, пока его возраст не вернулся к 17-18 годам. Глаза ожили привычным блеском и сменили цвет радужки на совершенно иной оттенок, а грудь заходила ходуном. В следующий миг молодой парень хрипло закашлял и вскочил с земли как ошпаренный, глядя на окружающую действительность нервозным взглядом. Будто у него и не было никакой раны до этого. Секунда другая — и во взгляде парня появляется осмысленность, рот перестает безвольно открываться в беззвучном крике, а после он рванул со всех ног подальше от этого места. Не важно куда — главное как можно дальше от места своего воскрешения. Не хватало еще, чтобы его нашли в таком положении. Вскоре фигура парня исчезла в темноте улиц. Никто так и не застал сие чудо. И только луна была свидетелем преображения, но вряд ли кто в здравом уме посчитает её разумной… *** Улицы сменялись чередой размытых образов, пока Кен не почувствовал себя в безопасности. Забежав в неприметный закоулок меж домов, парень прислонился спиной к стене и устало скатился по ней к холодной земле. Истощенный организм нещадно давил на сознание. Легкие горели огнем. Мышцы ныли от нагрузки. Общее состояние — бывало и лучше. — Кха-кха… хааа… хааа… — жадно задышал полной грудью Кен, приобняв свои колени и уныло склонив голову. Несмотря на незнакомую обстановку, настроение стабильно шло вверх. Новая жизнь хоть и не блистала положительным началом, все же было лучше, чем бытие нематериальным духом. Можно даже сказать — это вызов! Испытание, которое он либо пройдет и станет сильнее, либо сгинет и отправиться дальше. Переведя дух и отдохнув, в основном своем снизив нагрузку на сознание, Кен нехотя поднял задницу с земли и оперся на свои колени. Его все еще мутило от недавнего марафона, но организм быстро адаптировался и приходился в себя. И причин для этого было несколько: Новоприобретённое тело было непростое. Кен — новый владелец тела, точно сейчас сказать не мог почему. Память владельца шла обрывками и последние годы жизни — выживание в неблагополучной среде. Но даже тех крох информации хватило, чтобы составить кое-какую картину. Этот мир непрост. Для начала, сильные здесь властвуют, а слабые влачат жалкое существование таких бродяг, как он. Уровень развития — железный век, средневековье, или другой ближайший аналог. Присутствует магия, но не обычное колдовство, а что-то духовное? Местные маги называют себя практиками, а их сила основана на культивации. В почете у них — боевые искусства и духовное совершенствование. Присутствуют некие секты, где обосновались эти самые культиваторы. И многое другое, о чем еще не раз можно упомянуть. Ничего не напоминает? Вот и Кен стал догадываться. Он — как начинающий мироходец со стажем, много где побывал, но забыть культовое увлечение ускоглазых не мог. Правда, видел в основном своем он это на электронных носителях, называемой маньхуа… или манга. Кен не помнил точно, да и не интересовался особо этим. Так — иногда со скуки листал, а после и вовсе умер и попал. Но это уже другая история. Сейчас парня волновала его нынешняя жизнь. Покопавшись немного в памяти, Кен осознал свою причастность к этим культиватором. Точнее, бывший владелец тела когда-то состоял в секте с пафосным наименованием. В самых низах иерархии, внешним учеником, коих было достаточно много в секте. Откровенно говоря — был бездарностью в плане силы и таланта, а словами в этом мире очень сложно добиться чего-то стоящего. Впрочем, даже с таким началом парню удалось соединить мир с духом, местным аналогом первого шага к совершенствованию. Он даже пробился на первую ступень области основ, а после… адская работа на старших, конфликты и битвы, времени на духовное развитие не было, и в конечном итоге парня исключили из секты с позором. За бездарность, да и был там один конфликт, из-за чего его и многих других выкинули. Выкинули в жестокий мир, где помимо высокомерных культиваторов, что за косой взгляд могли тебя прибить, была еще и живность, способная резать когтями камни и деревня как бумагу! А в результате культа Силы, вокруг секты этой живности было достаточно. В общем, не иначе чем чудом, Кену удалось добраться до ближайшей деревни, где и началось его бродяжничество. Без полезных навыков, один на один, парень быстро скатился в самый низ пищевой цепи. В мире, где даже в самой затхлой деревне есть свой практик, причем обученный, по крайней мере могущий дать по голове тому же неучу Кену. Который только и мог, что махать кулаками против аспектов силы и стихий. А это… как нападать на латника голыми руками. Короче говоря — жить парню было сложно, но не невозможно. Соединив мир с духом, любой смертный станет сильнее. Ненамного, но работать тот же крестьянин может дольше и продуктивней. А вот когда практик поднимется на одну ступень — все меняется. Как минимум, физические параметры удваиваются. Вот и Кен смог найти применение своей силе, путешествуя по миру несколько лет. Ибо наивно предполагал как-то поменять уклад своей жизни. Как видно по последним событиям — неудачно. Трактирщик оказался практиком середины области основ, когда сам парень кое-как поднялся за эти годы до третьей ступени. Из десяти! К тому же не стоит забывать, что тот может что-то умел, иначе Кен быстро бы оправился от оплеухи. — Неужели меня хотели прибить из-за долга в пару монет? — Нахмурился Кен, считая эту жизнь своей, что значит — его пытались как минимум убить! А этого он просто так оставить не может. У него был свой кодекс, где белому по-черному было: «зуб за зуб». Иначе говоря — парень считал свою жизнь очень ценной, и прощать на неё покушение было не в его правилах. Однако и слепым глупцом не был. Он знал свои возможности, а сейчас, когда мир только-только открывался по-новому, бросаться в бой было глупо. — Ладно… для начала надо… Кен осмотрел себя, поморщившись от вида. Рубашка — половая тряпка из грубой ткани без рукавов. Штаны — радость для насекомых, дыр в ней больше, чем в сотах. Обувь из худо-бедно сплетённой соломы. Нижнего белья, как понятно, не было. Одежда на выброс, но и без неё — это привлекать ненужное внимание. — Н-да, даже бомжи выглядят пореспектабельней. — Вынес вердикт Кен, разглядывая свои руки. Мозг, еще не привыкший считать резкое омоложение нормой, немного буксовал. Но привыкший к сменам тел разум быстро восстановил шаткое равновесие. — Жаль нет зеркала себя оценить… — вырывался из него вздох сожаления, а после, скрываясь за тенью, он осторожно выглянул на улицу. Наметанный за годы путешествий по мирам взгляд сразу отметил пару фактов: архитектура зданий ближе к восточному стилю, но не совсем. Что-то среднее между разными стилями, в целом гармоничное. Дорога — монументный, гладкий, без изъянов, кусок какой-то породы. Явно рукотворного происхождения. Возможно, постарались местные практики. Да и судя по всему — строился город точно не инструментами. Из привычного разве что окна — узкие щели, куда не протиснется обычный домушник. — А это будет сложнее, чем я думал. — Так и не заметив никого постороннего, Кен направился на поиски. Ему очень сильно нужна нормальная одежда. Хоть практики и менее восприимчивы к температурам, а погода здесь теплая, людей встречают по одежке. Это аксиома работала даже здесь. *** Бродил Кен свободно до первой встречи с людьми, сразу зачесав челку темных волос на глаза и немного сгорбившись, как бы демонстрируя привычный уклад обычного крестьянина в мире меча и магии. И не зря. Кен набрел на трущобы, где было достаточно таких же бродяг, как и он. Только выглядели они на порядок лучше, чем сам парень. В том смысле, что их одежде можно было позавидовать. Потому неудивительно, что на Кена обратили внимание, но завидев его сутулость и откровенно нищий вид, они кривили гримасы презрения, быстро теряя интерес. Даже нищие побрезговали его грабить, что было лучшим решением для них самих. Ведь они были обычными смердами не соединившими мир с духом. И сколько бы их ни было — парень мог раскидать их как котят. Не только потому, что был практиком, но и по навыкам. «Интересно». — Скрывшись от чужих глаз, Кен приступил к размышлениям. Первое, что он приметил — национальность разумных. Присутствующие никоим образом не были людьми восточной культуры, разве что смески. Но при этом их одежда имела намеки на обратное. Впрочем, чтобы говорить наверняка — нужно больше информации. Желательно дождаться утра. Во-вторых — парень чувствовал каким-то образом то, что никто из встречных не соединил мир с духом. Для этого хватало лишь одного взгляда на разумного, чтобы понять — обычный смертный. В-третьих — неплохо было бы утолить потребности в еде и воде, и фонтан в центре площади как раз мог помочь немного. Из этого всего получалось — если действовать осторожно, никто ему не помешает встать на ноги и дождаться окончательной интеграции в мир. Практически идеальные условия. — Приступим… — Вышел Кен из тени здания и побрел к фонтану, незаметно сканируя взглядом окружение. Трогать его никто не стал, да и не было здесь практически никого. Если не считать тех, кто был в домах за крепкой дверью. Даже удивительно немного: здесь все здания были заселены, а улицы выделялись своей чистотой. Даже источник воды присутствовал в виде незатейливой скульптуры, а сама вода была кристально чистой, хоть и холодной до скрежета зубов. Назвать это место трущобами было не совсем правильно. Просто здесь жила самая бедная прослойка людей с редкими бродягами близ внешней стены, отделяющих их от опасного мира. А стражники из практиков уничтожали любое инакомыслие, в том числе и преступников, осмелившихся паразитировать на обществе. Не всегда успешно, но встретить незаконную группировку здесь практически невозможно. Разве что мелких воришек, да редких убийц, но очень, очень редко. — Занятно… — Утолив свою жажду, Кен взглянул на свое отражение в воде. С трудом, но ему удалось рассмотреть себя. И выглядел он… обычно: 16-18 лет, белая кожа, растрёпанные волосы, не выделяющиеся черты лица, тонкие брови, чуть больше, чем нужно, глаза, обычный нос и губы вместе с овальным лицом. Не урод, но и не красавец. На такого взглянешь и быстро забудешь. С телосложением уже было чуть лучше: широкоплечий, худой, и невысоко роста — 150-160. Мышцы развиты от тяжелого ручного труда, однако почти не выделяются на общем фоне. Есть над чем работать, есть к чему стремиться, но разве что только для эстетического удовольствия. Практики сами по себе физически сильны и крепче, чем кажется. Даже мальчик с пальчик, если его развитие на область выше, положит любого геркулеса на раз два и не вспотеет. К примеру, точно такой же держал под собой прошлого владельца в секте. И ему подчинялись. А тот уже сам подчинялся практику на область выше, и так по нарастающей. В общем — сложная система, в которую Кен с трудом верил. Ему бы побольше информации, да хотя бы поговорить по душам с нормальным практиком, чтобы выстроить нормальную картину мира. Хотя бы с обычным разумным! Иначе из тех обрывок можно совсем приуныть и скатиться в бездну депрессии. Но Кен не унывал. Для него это даже привычно. Превозмогать он умел, цену себе знал, но лучше, конечно, не надеяться на одну удачу. Ведь он уже далеко не тот наивный парень, что сначала делает, а после думает. — Чтож, ничего не остается. Нужен язык. — Решил Кен, хоть он и не любил пускать кровь обычным людям. Но в этом месте оставлять свидетеля его странности он не мог. Он не имел права рисковать! С этим парень направился к одинокому бродяге, решившего сегодня прогуляться под луной. Или что он там хотел сделать. В общем — неважно. Его одежда была лучше, а это уже отличный повод для душевного общения. И вырубить его не составило труда, хотя тот и был осторожен. Дальше дело было за малым: утащить в темноту, раздеть, заткнуть, связать и простимулировать нервную систему через болевые точки, пока тот не проникнется серьезностью его намерений. А после повторять до кондиции, когда собеседник будет готов на все, лишь бы больше не страдать. Откровенно черное дело, но проделал все это парень с хладнокровием. Ни единый мускул не дрогнул на его лице, что еще больше пугало жертву его жестокости. — Я спрашиваю — ты отвечаешь. Это понятно? — Наконец задал вопрос Кен после пяти минут пыток. И мужик закивал, закивал так, что его голова могла отвалиться, лишь бы все это прекратить. — Вот и отлично. Говоришь тихо, попробуешь поднять шум, и тогда ты познаешь настоящий ад на земле. Мужик впечатлился, напрудив лужу под собой, но это никак не повлияло на Кена. Он начал задавать вопросы об этом мире, стараясь дополнить свою картину. От местной экономики, до политики партии — он задавал вопросы обо всем. И получалось следующее: Кен находился в самом слабом королевстве из шести. Швенгерия (6). Не в плане силе — хоть и это тоже, а в плане духовной насыщенности. Форма правления — монархия, абсолютно во всех королевствах. Есть своя аристократия, называемая кланами, и делящаяся по рангам, от 1 до 100. Первая десятка — сильнейшие, естественно после августейшей семьи (0-ранг), остальные — достаток. Сейчас парень находился на территории 3 ранга клана — Мероновых. Сырьевого города, не шибко богатого и ценного, в забытых территориях жопы мира, но свою власть и порядок каждый клан держит в ежовых рукавицах. Экономика достаточно простая: золото, серебро и медные монеты. Для обычных людей, не практиков. Основной валютой практиков являются духовные сферы. Что-то вроде кристаллов разного качества — от низшего, к высшему. Также есть и другие расы, вроде демонов, зверолюдей и прочей нечисти, но все друг друга ненавидят, убивают и порабощают. На уровне расовой ненависти по многим причинам. В остальном — этот мир мало чем отличался по Земным меркам в плане времен года, часового пояса и дней недели. Даже луна всего одна на небосводе. Может, разве что, сама планета куда больше, но обычный бродяга этого не знал. — То есть, ты не знаешь ничего про внешнюю и внутреннюю политику королевства? — Задал следующий вопрос Кен, и мужик закивал головой. К стыду парня — его собеседник просто не понял вопроса и таких слов, что, в общем-то, было ожидаемо. — Ожидаемо… тогда, что ты расскажешь про практиков? Говори все, что знаешь. С этой темой было уже интереснее. Каждый житель знал некий базис, но не Кен — его память молчала. Для начала, стоит упомянуть уровень развития практиков. Первая область уже известна: Область основ (1). Далее была продвинутая область (2), высшая область (3), область дворянина (4) и область лорда (5). Каждая область делится на десять ступеней развития. Были и другие ранги, но бродяга этого не знал. И чем выше область — тем круче практик. А как уже стало понятно (спасибо памяти и её анализу) — между практиками одной области побеждать тот, кто умнее, опытней и богаче. Здесь много критериев, даже удача присутствует. Тем не менее — у практика средней ступени (4-6) все же больше шансов против начального (1-3). Просто выше весовая категория, плотность энергии, а значит и её атакующий потенциал. За дополнительной информацией лучше обратиться к практику. Также не обошлось и без стихий. Основы: земля, вода, огонь, воздух, эфир, свет, тьма, а также нейтральная энергия — чистая сила. Тут также не обошлось без ранговой системы, от новичка, до подмастерья. Синонимов в данном контексте много, но смысл один. Просветление. Аналог повышения уровня стихии. Невозможно просто повысить свое мастерство обычной учебой, нужна практика, опыт и навыки. И вот тут уже видимые преимущества, чем в духовном развитии. Как Кен понял из слов бродяги, огонь второго уровня преобладает над первым. В основе тут стоит взять закон сохранения энергии, все относительно просто. Чем больше взрывчатки — тем сильнее взрыв, кинетический потенциал и прочее-прочее. На этом и состоит фундамент практиков. Конечно, есть и другие нюансы, вроде уникального развития, таланта и мастерства махать рукой/холодным и другим оружием, но на этом бродяга исчерпал свою полезность. Больше он не знал, а строить догадки скорее вредно, чем полезно. — Чтож, спасибо за информацию. — С благодарностью похлопал Кен голого мужика по плечу, а после резким движением оборвал его жизнь. Раздался треск шейных позвонков. Мгновенное убийство, мужик даже не понял, что умер. Это было единственное, что мог сделать парень для бродяги за полезную информацию, одежду и средства к существованию. Теперь его ничего не может выдать за иномирца, а сам он, благодаря театральному мастерству, сможет выдать себя за кого угодно. Обновив свою одежду на серую тунику на пару размеров больше, и поправив её подобием ремня, парень натянул остальную. Не шибко лучше прежней, но все же лучше. Теперь оставалось дело за малым: найти убежище, разобраться со своей силой практика, дождаться интеграции, а после как карта ляжет. Действовать по ситуации. Вроде все просто, но будет ли это так на деле? Кен точно не знал, но догадывался — проблемы могут упасть на его голову, хотел бы он этого или нет. Просто потому, что он — попаданец, магнит для приключений. *** Где-то час понадобился Кену, чтобы найти убежище, вид которого пугал любого страждущего втянуть его в свои проблемы. В основе своей это место и домом нельзя было назвать, так: пару ящиков, сколоченных вместе, тент над головой и у двери, и настил для сна. Короче говоря — бомжатник на самом краю города, где даже стена не внушает безопасность. Но именно здесь можно было переждать интеграцию. Решил обосноваться здесь Кен не только по этой причине. Нищих здесь было откровенно мало — сказывалась чистка, когда власти города устраивают охоту. И нет — не на людей. Раз в пару месяцев любому страждущему давали возможность «прилично» заработать, очищая лесные массивы от хищников, либо собирая редкие травы. Не только добрым словом и наставлением, а вооружая необходимыми инструментами для работы. Небывалая щедрость в мире, где жизнь может оборваться в любой момент по желанию практиков. Инструменты — даром. Есть даже кое-какое сопровождение из практиков. Работа не без риска, конечно, и не без смертей, но лучше, чем тягать тяжелые ящики в порту. Однако на деле все было несколько иначе, чем кажется. Кен выявил первое дно, а затем второе и третье, всего лишь воспользовавшись плодами чужой памяти. Первое — текучка кадров. Выживший разумный может быть потенциальным практиком, а такого проверить на дар и взять в слуги не грех. Второе — популяция нищих. Так лишним ртам не дают разрастись. Третье — тренировка золотой молодежи. Они же практики местного клана: учатся управлять массами разумных, тренируются и зарабатывают себе на хлеб, либо что-то еще. В общем, сплошная выгода. Во-вторых, как бы это жутко не было, Кену нужны жизни окружающих. А нищие, до которых нет никому дела — отличный материал для его силы. Как попаданец, Кен давно потерял свою человеческую суть. Ради силы и своего будущего — он прошел темный, жестокий путь, но при этом не потерял всю человечность. Он стал пожирателем сути, а если говорить на пафосном языке — пожирателем душ. Чем-то вроде демона, но не совсем. Ведь душу невозможно сожрать, только немного обглодать. Да и любая другая энергия сойдет, лишь бы она была усваиваемой. Но и этого было мало для Кена. В одном из миров он заразился мыслью создать удобный инструмент воздействия на свою суть! Имя которой на слуху у любого себя уважающего попаданца… в книжных аналогах. Так парень создал… Систему! Ладно, неудачная шутка, хотя, не совсем. Точнее будет сказать — её функционал схож с игровой системой, с тем отличием, что присутствуют только голые цифры с возможностью управлять своей душой на ином уровне воздействия. Её парень назвал Интеграцией. Заняв тело разумного, она оплетает душу и тело, а после воздействует на часть мозга, что отвечает за воображение. В основном для удобства пользователя, чтобы не отвлекаться в бою или отслеживать свое состояние в реальном времени. Весьма удобная штука, надо сказать, аналог которой можно встретить в высокотехнологичном мире. Порой создавалось даже ощущение, что играешь в игру с реальным погружением. Но сейчас говорить об этом не имеет смысла — это нужно видеть своими глазами. Главное, что нужно сейчас знать — чужая смерть сопровождается возможностью стать сильнее. Осталось лишь дождаться пару дней, пока все будет готово, и при этом выжить. К чему сейчас Кен и подготавливался, пробуя ощутить в себе местную Силу в медитативной позе. Последнее дело — путь любого новичка без собственного опыта, но если благодаря этому шансы познать силу возрастут, почему бы и нет? Он — не горделивый парень, на него никто не смотрит, незачем строить из себя мудреца. К тому же это в моде у местных практиков, просиживать задницу на холодной, либо чем-то постеленной, земле. Правда у тех и окружение было в разы пореспектабельней, чем у него, но и он здесь для другого. Спустя пару минут Кен погрузился в медитацию на грани сна и бодрствования. Его разум покинул оковы мясного вместилища, погрузившись в тело, открывая вид на богатый внутренний мир из странных завихрений, и в чем-то привычных корней в виде сосудов, пронизывающих его вместилище нервной системой. Первым, что приметил парень были сферы: хаотичный вид из хрени, трудно различимая, но округлая. Они находились в разных местах мясного мешка и их было ровно девять: один в пупке, другой в мочевом пузыре, в легких, в желудке, в правой почке и левой, в печени, в сердце и в кишечнике. Каждый отличался тональностью цвета, а остальное было сложно разглядеть. «Что-то новое. В других мирах подобного не было». — С интересом разглядывал Кен сферы, а попытавшись взаимодействовать с одной, его затрясло и выбило из медитации. — Кха-хаааа… кха-кха! — Закашлял тут же парень, жадно глотая воздух и царапая ногтями шею и падая на спину. Его легкие горели огнем, в глазах двоилось от галлюцинаций, а вся одежда промокла от пота, будто он нырнул в водоем. К тому же его кожа побледнела и увидь его кто, точно посчитал бы ожившим мертвецом. Настолько он пугал своим видом. «Что за бред?» — Метался его разум в панике под набат громко стучащего сердца. Казалось, он сейчас погибнет, либо потеряет сознание, но ничего из этого не происходило. Он страдал. Страдал и пытался стабилизировать свое состояние, мучаясь за свою самоуверенность. Ибо не каждый практик осмелился бы без должной тренировки войти в состояние единения. Кену даже повезло, что ему удалось выжить. Другие на его месте сейчас бы кровоточили из всех щелей, когда он всего лишь отделался легким испугом. Но этого Кен не знал. Он корчился в муках с покрасневшими глазами, без возможности как встать, так и уйти в бессознание. И откровенно говоря — не зная, что делать. Ведь в обмен на Интеграцию, ему пришлось чем-то пожертвовать: отдать возможность влиять на мир с самого начала. Незначительная деталь, по его мнению, но как же ему сейчас не хватало своих возможностей… Но самое худшее, сейчас парень мог страдать очень долго, с чем не хотел мириться. Больше действуя на подсознательном уровне, чем осознанно, он задействовал другую, местную силу. Потянулся к мягкой энергии и принялся культивировать её по своим каналам. И это… подействовало. Боль отступила. Не сразу, но терзать себя Кен перестал. Долгожданный воздух наполнил его легкие, а взгляд прояснился. Приподняв голову, чтобы осмотреть свои покои, и убедившись, что его никто не побеспокоил, парень отключился. У него не осталось выносливости… Молодой человек остался один на один с опасным миром. Оставшись беззащитным, его мог лишить жизни любой нищий, если бы он не продумал свою безопасность заранее. Вряд ли кто в ближайший день решит посетить это убогое место. Да и вход был загорожен мусором, сливая тем самым убежище естественной маскировкой. Недостаточной для мастера своего дела, но достаточной для окружающих. Так он думал. Его полухрипы и стоны привлекли внимание нескольких бродяг. С учетом того, что город спал — его направление с легкостью определили. Разобрали самопроизвольный завал и заглянули в гости. — Ты глянь, труп! — Прошептал вошедший мужик худосочного телосложения с хитрым выражением лица. Его глаза тут же приметили пару возможных находок. — Болезненный какой-то… — Следом заглянул второй, более плотный. — Как бы не заразиться чем-то. Ты глянь — парень явно страдал… — поморщился тот от запаха пота. Двое неизвестных, тем не менее, несмотря на болезненный вид, обшманали парня. Из-за темноты и трупного вида, будто разумный недавно погиб, его посчитали мертвым. А проверять пульс не умели, да и не за этим пришли. — Баа! Негусто, но хоть что-то. — Кошель с медными монетам оказался единственной полезной находкой. Но и этого им показалось мало. Следом они попробовали стянуть с него тунику, но не рассчитали силы и порвали предмет одежды. Обувь была не лучшего качества, что носили они, так что её, как и штаны, брать побрезговали. — Нашел что-нибудь еще? — Не, пусто. Обычный оборванец, повезло, хоть что-то нашли. Ладно, пошли отсюда. Не хочу заразиться. — Да, жаль… жаль… помоги только закатить его подальше. — Ты че это собрался делать? — Да ничего такого, просто это место может пригодиться. Не хотелось бы, чтобы тут провоняла мертвечиной. Плотный взглянул на своего товарища с сомнением, явно не оценив его предложение, но все же помог. — Хорошо… но руками я его брать не буду! — Пф, ноги тебе для чего? Давай… только осторожно, кровь не пусти. Провоняет еще… Так Кена запинали на улицу, в кучу мусора, рассчитывая, что доблестные стражи — что очень редки здесь, или кто другой, сделает за них всю грязную работу. Сами же парни после дела решили пригубить крепкого на найденные честным трудом монеты, потратив абсолютно всё. «Труп» же до самого вечера никто не трогал. То ли повезло, то ли никто не хотел возиться с ним, но он так и провалялся там до самого вечера… *** Очнулся Кен совершенно не там, где ожидал. Но из-за общего состояния здоровья он понял это не сразу. Лишь когда нащупал пальцами что-то мягкое, парень заподозрил неладное. А разлепив потяжелевшие веки, понял в чем дело. Он оказался в совершенно другой комнате, по виду обычной спальни, но хотя бы в кровати, весьма мягкой. Полностью голый, на лбу компресс из прохладной тряпки, руки не связаны, значит — не пленник. «И как это понимать? Меня нашли и перенесли сюда? Допустим, причина? Жалость? Скрытые мотивы? Не знаю, все может быть. Сбежать? Или ждать хозяев дома, а там действовать по ситуации?» — Размышлял Кен с холодной головой, до момента, пока не ощутил полный спектр своего пробуждения. Его тело ломило как после тяжелой работы, но с другой стороны — он был отдохнувшим. Встать с постели у него получилось без проблем, но двигался с черепашьей скоростью. Но и этого хватило, чтобы подобраться к окну, отодвинуть занавеску и выглянуть наружу. «Ничего необычного». — Увиденное не отличалось от первого раза: те же дома, только сейчас на улице был глубокий вечер, да людей побольше. Обычная суета в нищем квартале. Из этого получалось, что его подобрали скорее всего обычные люди. Судя по комнате — до него здесь раньше кто-то жил. Было видно, что тут убирались недавно, а одежда в шкафу была подстать Кену. Из этого можно сделать следующие выводы: С высокой вероятностью его подобрали по доброте душевной, без корыстных мыслей. С другой… парень сыграет необходимое, чтобы при случае сбежать. Именно в этот момент, когда Кен натянул на себя одежду: рубаху и штаны, чтобы не сверкать голым задом, парень услышал скрип двери. Но он не подал вида, пытаясь понять — кто за его спиной: доброжелатель или неприятель? Кен делал вид, что выбирает что еще, пока терпение гостя не подошло к концу. — Очнулся? — Голос принадлежал пожилому человеку. — А? — Кен «испуганно» обернулся, панически забегал глазами и прислонился спиной к шкафу как утопающий. Весь его вид кричал, что его до жути напугали. И старушка это заметила, она растеряла весь свой задор, а её морщинистое лицо сгладилось, будто ей стало совестно. — К-кто в-вы? — Проблеял парень, болезненно поморщившись от боли. — Я… кхем, — отвела взгляд пожилая женщина, тяжко вздохнув, — неважно, но если ты голоден, жду тебя на кухне. Там все и расскажу, если интересно будет. — С этим она покинула комнату, оставив Кена наедине со своими мыслями. «Обычная старушка, отживающая свое. Спешить не буду, возможно в доме есть кто-то еще». — Не стал действовать опрометчиво парень, жалея, что здесь нет ничего, чем можно было бы воспользоваться как оружием. И вышел из комнаты следом, осматривая пути отступления. Коридор был небольшим, но выходом здесь не пахло. Только один путь — вперед, куда Кен и направился, вскоре выйдя на ту самую кухню, где манил к себе запах выпечки. В центре комнаты — стол с тарелкой горячей каши, рядом бабка с кружкой чего-то ароматного в руках, у стены кухонная гарнитура, пару окон, но тьму разгонял светильник на потолке, будто лампочка. Небогато. Рядом больше никого. — Присаживайся, поешь, тебе это необходимо. — Миролюбиво предложила женщина. И будто соглашаясь с ней, живот Кена заурчал, из-за чего парень покраснел, осторожно заняв место у стола. Набрасываться на еду он не стал, лишь бросил на тарелку взгляд, заметив рядом хлеб и кружку чая. Стараясь не выбиваться из образа растерянного парня, он исподлобья рассматривал женщину. «Ямочки на щеках, раньше она много улыбалась. Глаза добрые, внимательные. Первой в диалог не вступает. Хотела бы мне навредить, навредила еще тогда. Видит во мне кого-то знакомого? Внука? Сына? Вполне возможно. Надеюсь, не любовника». — Долго размышлять над собеседницей парень не стал, для вида помялся, неуверенно еще раз оглядел окружение, взял деревянную ложку и попробовал кашу с мясом. «На вкус ничего, яда не ощущаю. Будем считать, что она не враг». В крайнем случае — ложка будет его орудием, что бы там не намешала старушка, он успеет её прибить. Тем временем старушка наслаждалась чаем, а заметив, как её гость осторожно начал клевать её похлебку, она с ностальгией улыбнулась, вспомнив давно старое доброе, отчего сердце защемило болью утраты. Это заметил и Кен. Он как минимум теперь уверен — его убивать не собираются в ближайшее время, потому быстро справился с едой, утолив жажду ягодным чаем. Вздохнул, привлекая к себе внимание, перестал прятать свой взгляд и задал единственный вопрос: — Почему? — А для этого нужны причины? — С лукавой улыбкой пожала плечами женщина, понимая причину вопроса юноши. — Считай это прихотью. Может, на том свете воздастся, кто знает? — Гм… — на это у Кена не было ответа, по крайней мере для того образа, что он играл. В другой ситуации он мог обратить её в свою веру. — Понятно. Спасибо. — Робко улыбнулся парень, а после задал волнующий вопрос. — Что со мной было? Я… не помню, как отключился. Что с моими вещами? Я… — В этот раз играть не пришлось, его волнение было натуральным. — Вот оно как. — Потемнела женщина с болью в груди от накативших воспоминаний, и собравшись с мыслями, нехотя ответила, — я нашла тебя в куче мусора, полуголым и с гематомами. Кто-то тебя избил, а после, видимо, выбросил. Сама я тебя не подняла бы, но я была не одна и мне помогли. Пролежал ты в беспамятстве много времени, тут уж не знаю точно, но не больше дня. Дальше — выходила, напоила лекарствами, какие могла себе позволить, а дальше ты очнулся. Вещей при тебе не было, только одежда. «Значит, избили и ограбили? Услышали стоны? Видимо так. Не повезло, с другой стороны — в живых остался, а большего не надо». — От неприятных воспоминаний той злополучной ночи Кен помрачнел. Всего лишь притронулся к сфере, а в итоге будто пытали несколько часов! Несносная ситуация, но в прошлое не вернуться. Главное — появился опыт, к тому же теперь он ощущал в себе местную энергию. Пользы от неё сейчас, конечно, ноль, но это пока что. Заметив смену настроения, женщина посочувствовала юноше. Ей была неприятна мысль, что парень перед ней, так похожий на внука, страдал из-за человеческой жестокости. Но она была всего лишь обычной крестьянкой. Без связей, силы и родственников. Она сделала все, что могла, и если юноша пожелает — держать его не будет. — Спасибо… — Еще раз поблагодарил Кен собеседницу, в этот раз без фальши, вполне искренно, но мало как изменившись в лице. — Я не знаю, как вам оплатить, но если вам нужна помощь в хозяйстве, только попросите. Дрова нарубить, что-то починить… я… я… — Слов за слово, выражение Кена менялось в лучшую сторону, пока в конечном итоге женщина не согласилась с его предложением. Она и сама была рада этому. — Раз ты так рвешься, воспользуюсь твоим предложением. Хозяйство у меня небольшое, а дрова для зимы нужны. Да и починить что-то, коли можешь, будет хорошим делом. А раз так — оставайся у меня, комната свободная есть. А сейчас пойдем, покажу тебе дом и место работы… Таким образом Кен обзавелся крышей над головой. Ему ничего не стоило помочь женщине, которой он был благодарен за свое спасение. К тому же он сможет переждать здесь интеграцию, заодно разобравшись с воспоминаниями и силой прошлого владельца. Помнится, тот владел чистой силой. Самой базовой и универсальной стихией, с помощью которой местные культиваторы бьют друг другу морды в лучшем своем проявлении. Освоив её, Кен в разы повысит свои возможности! *** Закончив осматривать новые «владения», Кен взял топор и вышел во двор, размер которого был очень скромен. Но его было достаточно для вязки бревен и небольшого отдыха на солнышке. Отсюда также можно было понять, что дом находился возле стены. Недостаточно близко, но в случае чего здания могли быть второй линией обороны. Тут Кен и увидел местную стражу на стене, не слишком хорошо, но зрение у него было отличное. В самый раз, чтобы обрисовать экипировку и график патрулей. Обмундирование у стражников было обычное: кожаные доспехи в лучшем случае, из вооружения копья или пики. У некоторых можно было заметить меч или саблю, катану и рапиру. Со стороны казалось, что они обеспечивают себя всем необходимым сами, либо брезгуют носить мусор. Ведь практик сам себе меч и щит, был бы талант и нужные стихии. А что-то полезное стоит неприлично дорого для рядовых практиков. — Хм, со стороны они ничем не отличаются от обычных людей. — Вслух размышлял Кен, прекратив щуриться, и с легкостью раскалывая бревна несколькими ударами, постепенно пополняя запас на зиму. Увы, почувствовать что-то на такой дальности Кен ничего не мог, а приближаться было неразумно. Проще прогуляться до рынка. Но в случае нужды он с легкостью минует патруль и сбежит. Так как больно вальяжно и лениво стража выполняла свои обязанности на стенах. И их можно было понять. Город не имел высокой значимости, опасных животных гонят или убивают. Зачем лезть из кожи вон, чтобы отличиться? Проще уделить время своему духовному развитию, отдачи и то больше будет. Но и отлынивать они не могли — накажут. Вскоре Кен закончил со всем бревнами, стер со лба пот и опрокинул в себя кружку холодного чая, заранее приготовленную хозяйкой дома. Та иногда выглядывала в окно, а после возвращалась к своим занятиям. Парень это видел, но не придал этому значению. Сейчас он с виду отдыхал в тенечке на скамье. Руки его были заняты, вытачивая топором колышек, но разум был погружен в воспоминания. Кен копался в памяти прошлого владельца, разбирая все учения практиков. От момента его первых проб, до конечного результата. И получалось не очень. Не хватало информации из первых уст, а местные методы обучения не совсем обычны. В этом мире нет привычных учебников, только нефриты с заложенной практиком информацией. И у каждого разумного индивидуальный подход к восприятию данных. Вот и Кен пытался осознать специфическую мешанину из образов и редких мыслей. Своего рода пытался достигнуть просветления, медитируя на бред наркомана под грибами. Как, впрочем, и любой практик. Чтобы освоить стихию, недостаточно одного контроля. Нужен базис! Пример! Образ для подражания, через который человек начнет осваивать силу. В случае Кена — основы чистой силы. И заключался данный метод не в обычной зубрежке, как у обычных людей. Нужно именно что медитировать, надеясь на свой талант и удачу, пока ты не поймешь - научился. Поэтому Кен и столкнулся с осложнениями. У него был совершенно другой образ мышления, склад ума и восприятия, и тот бред наркомана можно сколько угодно пытаться понять, освоить стихию через чужое восприятия никак не получится. В воспоминаниях банально не было необходимой информации, только результат: умел, умею, практикую, но этого было недостаточно. Как бы Кен не старался, у него не получалось реализовывать те же возможности из воспоминаний. И понял безрезультативность своей идеи он слишком поздно, но слишком желанным была сила, чтобы отступать. Только ближе к ночи он оставил свои попытки как-то схитрить. Устало откинулся на спинку скамьи и бездумно уставился на дело рук своих. За это время он стесал себе отличный кол и пару грубых фигурок, отличающихся своей детализацией. — Н-да, у практиков не всё как у людей. Яркий индивидуализм во всей красе. Не хватает систематизации! Не думал, что буду скучать по привычному старому… хех. — Улыбнулся Кен свои мыслям. Подобрал фигурки, спрятал топор, кол, вошел в дом, где на кухне его ждала остывшая похлебка. Поел, выглянул на улицу, глядя на пустые улицы, и направился спать. Набираться сил. Утром его ждет прогулка по городу. *** Естественно, Кен собрался не один на рынок. Сегодня он сопровождал пожилую хозяйку, раньше которой помогали с закупками соседские мальчишки. Вот и совместила женщина два дела в одном, с чем парень был не против, продолжая строить образ мальчишки. Не потому, что ему нравилось, таким образом он благодарил женщину за её сердечный поступок. Отчего соседи, видевшие её улыбчивое лицо, недоумевали: — Не эта ли старушка перестала улыбаться после потери семьи? … А кто это рядом с ней? Егорка? Вернулся что ли из армии? … Ты идиот? Вся её семья сгинула, она одна осталась, а Егорка сгинул! … Сам идиот! Разуй глаза — вылитый соседский мальчишка! Я тебе точно говорю, он это! Вернулся живым, видно же, как старушка радуется! Многие и другие подобные разговоры от соседей были привычным делом. Пройдет совсем немного времени — и каждая собака будет знать, что у старушки Марты вернулся внук. Причем, вернулся из армии вполне живым и здоровым, после пяти лет службы, а значит при деньгах. — Вам не хорошо? — Обеспокоено спросил Кен, заметив, как старушка поморщилась, будто она проглотила лимон. Тема внука ей точно не нравилась. — Все в порядке, нет нужды беспокоится. Посомневавшись для вида, Кен бросил холодный взгляд в сторону сплетников, сжимая и разжимая кулаки. Его вид кричал, будто он выбьет кому-то зубы, если они продолжат. И его намек увидели, а главное поняли. — Ну его! Пойдем лучше на причал. … Да ну тебя. У меня дома дел хватает. Очевидцы разошлись по своим делам, а остальным не было никакого дела до парня и пожилой женщины. Больше ничего интересного не случилось, только старушка Марта довольно кивнула. Поступок Кена ей понравился. Так поступил бы её внук, вернись он из армии. Тем временем Кен спокойно изучал окружение. Практиков на его пути еще не было, только обычные люди, но вскоре он вблизи смог рассмотреть патруль, перед которыми расступались все жители. И он… не почувствовал ничего, будто они были обычными смертными! «Что за нах?» — Недоумевал парень, прислушиваясь к своим чувствам. И ничего. Пусто. Его духовное чутье, которое появилось спонтанно, не действовало на них должным образом, но патруль точно принадлежал к касте практиков. Это было видно по их редким шрамам, манерам и навыкам. Невозможно спутать обычного работягу с привыкшим сражаться воином, если он не обладает актерскими навыками, конечно. Когда между Кеном и патрулем было совсем ничего, парень наконец понял в чем дело. Ему не хватало «силы», чтобы почувствовать их уровень развития. Он будто натыкался на глухую стену, которая и выдала их принадлежность к культиваторам. По крайней мере эти ощущения отличались и их невозможно было спутать с обычными. «Любопытно. Нечто вроде сканирования? Интересно, но сейчас бесполезно». — Оставил Кен на потом эту возможность, не сбиваясь ни на шаг. Да и не демонстрируя свою задумчивость. — Ей, ты чего остановился? — Окликнул стражник товарища. Тот самый стражник, которого исследовали духовным чутьем, остановился. Нервно заозирался, ответив духовным сканированием всех ближайших людей в радиусе 5 метров, отчего те поежились, но ничего так и не нашел. — Не знаю… но меня будто пытались вскрыть! Блять, ты что, ничего не ощутил? — Ей-ей, приятель, спокойней! Лучше пойдем выпьем, у меня эта служба тоже в печенках сидит. Поняв, что его товарищ не понимает в чем дело, он с сомнением осмотрелся. Вздохнул, запустив пятерню в шевелюру своих волос, и кивнул. Видимо и вправду перетрудился. — Ладно, пошли. Но расплачиваемся как обычно, угощать я тебя не буду! — Обижаешь, приятель! Первая кружка сегодня за мой счет! — Великодушно предложил мужик, обрадовав своего товарища. — А вот это уже другое дело! За приятной темой стражник быстро забыл случившееся и вряд ли когда еще вспомнит. Обычные люди и вовсе не придадут этому значение. И только Кен знал в чем дело. Его попытку узнать больше почувствовали, так еще и ответили чем-то похожим. Безрезультатно, но сам факт насторожил. В будущем надо будет действовать осторожнее. Ибо вряд ли стражник пожал бы ему руку, почуй он его наблюдение. «Да уж, какой странный мир». — С облегчением вздохнул Кен, испытав огромное воодушевление. Не терпится научиться чему-то новому! И как жаль, что для этого нужно время. Очень много времени и сил. Более ничего интересного не случилось, не считая того, что ему теперь известны цены на хлеб и овощи. Примерная экономика, но он еще только в начале своего пути. Закончив с покупками, Кену пришлось возвращаться. Старушка Марта набрала всего необходимого на пару дней. Но это не помешало ему закончить свои наблюдения, в результате которых он сделал вывод: Люди этого мира смески многих национальностей. Для общей картины не хватало только негров, да и то вряд ли. Было пару разумных с загорелой кожей, но считать их папусами? Это вряд ли. При этом, общий процент внешних дефектов был минимален. Словно природа наделила всех разумных отличными генами и здоровьем. Что логично. Вряд ли здесь сжигают ведьм на кострах. Они сами кого угодно сожгут в пламени… «Чтож, принцип: выживает сильнейший во всей красе. Не лучше, чем в других мирах, но это национальное многообразие… Кто-то над этим постарался. Выбирай красоток на любой вкус и цвет, так сказать. От бразильянок, до низеньких милашек с чертами японок». — Размышлял Кен на заднем дворе, удобными инструментами вытесывая более качественные фигурки на продажу. Как и в любом средневековом мире, где не слышали ничего о телевизоре, Фигурки опасных животных или чарующей своей красотой девушек, разбирались как горячие пирожки. Пройдет совсем немного времени, как на его товар появится спрос, а там и подражатели. Но для этого нужно подготовить почву, иначе риски прогореть будут слишком высоки. Кен еще не готов отстаивать свое имущество и право кулаками. — Эх… а жаль… сексуальные фигурки девушек радуют глаза больше, чем опасные хищники… — Расчувствовался Кен, продолжая вытесывать фигурку льва, попутно с этим пробуя освоить местную магию. Свои попытки овладеть силой он ни на секунду не оставлял.