Watch Your Back!

— ...Отпусти Вилкинса. Бонни дорожит им, — поверженно пробормотал ковбой. — Разумеется. Вуди печально прикрыл глаза пока Бэнсоны окружали его. На самом деле у него не было выбора. Даже если бы он сейчас отказался, она бы всё равно забрала его звуковой модуль силой. Ковбой был в меньшинстве, и, на этот раз, никто из друзей не собирался его спасать. Кроме того, слова Габби всё же тронули его. Она столько лет прожила в одиночестве, будучи нелюбимой. Вуди, всегда такому добросердечному, стало жаль её. В конечном итоге она ведь хотела того же, чего хотят почти все игрушки, чего хотел и он сам, и того, что у него уже было раньше. Раз уж он теперь никому не нужен, то пусть хоть у неё появится шанс... Все четверо марионеток Габби Габби потянулись к шерифу, вероятно, чтобы перенести его на «операционный стол». Он чувствовал, как их неуклюжие руки со «склеенными» пальцами обхватили его со всех сторон, и стали ощупывать. Такого он не ожидал. Как-то это было странно. Вуди заметно напрягся и занервничал. — Не волнуйся, больно не будет! — успокоила Габби, быстро вернувшись к своему обычному ужасающе-весёлому тону. «Легко ей говорить. Не ей же спину собираются распороть! Да и не в этом вообще дело», — подумал Вуди, ощущая растущее с каждой секундой волнение. — Ч-что они делают, Габби? — Расслабься, Вуди. Раз уж ты согласился, я хочу ещё кое-что добавить к нашему процессу, — засмеялась кукла. «Какому ещё процессу!? Разве они не собирались просто достать этот чёртов звуковой модуль как можно быстрее?» Пока тревожные мысли крутились в голове у Вуди, Бэнсоны перенесли его на один из столов, на котором была рабочая швейная машина. Они грубо швырнули ковбоя вниз лицом. Внезапно, всё замерло. Затем раздался устрашающий голос куклы: — Бэнсон... Все четверо повернулись к ней, издав какой-то странный виноватый звук. — Думала, я уже говорила раньше... — медленно произнесла кукла, — Бережнее. С нашим гостем. Её голос звучал так мрачно, что у Вуди холод пробежал по спине. — Вы знаете что вас ждёт, если вы ещё раз неосторожно с ним обойдётесь. «“С ним” — это, очевидно, с моим голосовым модулем... — саркастично отметил про себя Вуди, несмотря на страх, — Так вот, значит, почему болванчики так беспрекословно её слушаются». Бэнсоны крепко держали шерифа за руки и за ноги, прижимая к столу. Не то чтобы им приходилось прикладывать особых усилий для этого. Даже если бы он попытался вырваться, у него бы не получилось. Может, он и был весьма ловким, но в драках обычно проигрывал. Большинство игрушек размером с него или больше могли с лёгкостью с ним разобраться. Особенно, если их было четверо. Шляпу с него уже давно сняли и бросили куда-то в сторону. Бэнсоны продолжили осторожно ощупывать его тело со спины. Они трогали везде: соединённые пальцы заползали к нему под бандану, скользили у основания шеи, залезали под жилет и гладили бока. Они даже заметили и пару раз обвели тот старый шов на его правом плече. Тот, что Энди сделал на нем много лет назад... Некоторые ладони приподнимали его и скользили по животу и груди, а некоторые даже позволяли себе троать его задние карманы на джинсах. Вопреки своему благорозумию, Вуди находил их мягкие касания довольно приятными. Иногда было щекотно, но он изо всех сил старался сдерживаться, и в особенности не выдавать своё внезапное... Возбуждение. Этого ещё не хватало. — Габби...Ч-что они делают? — сквозь участившееся дыхание смог проговорить ковбой, — П-прекрати это... — Не вижу в чём проблема, Вуди. Мои друзья просто изучают то, как ты сделан. Ты же не хочешь, чтобы они были плохо подготовлены к операции, правда? «А-а, так они не...?» — промелькнуло у Вуди в голове. Он что, всё не так понял? — «Стоп, нет, нет! Не так же это делается!» «Прекрати сейчас же!» — хотел потребовать он, но внезапно почувствовал, как небольшие отдельные друг от друга пальцы коснулись его шнурка на спине. Ковбой ахнул, вздрагивая. Пальцы игриво обвели маленькое кольцо. Вуди почувствовал, будто бы приятная волна электричества пронеслась по всему его игрушечному телу. Затем, без предупреждения, Габби быстро обхватила кольцо всей ладонью и резко дёрнула за него. Вуди вскрикнул. — Габби, хватит, прекрати!!! — закричал он. Тишина. — Габби... Кукла продолжала молчать. Вдевая свой палец в кольцо, она держала верёвку вытянутой не до конца, слегка оттягивая её из стороны в сторону. — П-пожалуйста... — его дыхание совсем сбилось. Вуди был на грани того, чтобы разрыдаться или застонать, — Х-хватит, она же... Она очень...! Габби ухмыльнулась. — Чувствительная? О, будто бы я не знаю! — Вуди взглянул на куклу умоляюще, — Как думаешь, сколько лет мне пришлось пробыть здесь одной, в компании одних лишь Бэнсонов? «Так она знала». — Интересно, что она становится настолько чувствительной, именно когда ты возбуждён, не находишь? «Знала и пользовалась этим как могла». Габби продолжила играться со шнурком, будто бы любуясь им. Отчаяние накрыло Вуди с головой. Он не выдержал и начал тихо плакать. Эта чёртова кукла позволяла себе вытворять с ним что угодно, и он совершенно ничего не мог сделать. Ковбой всхлипнул, почувствовав, как его шнурок был вытянут ещё дальше. — Постарайся запомнить это ощущение, Вуди, — Габби приблизилась к лицу шерифа и по-издевательски улыбнулась, — Через несколько минут ты уже никогда не сможешь почувствовать его снова. Вуди отвернулся от неё. Внезапное осознание стало будто бы очередным фигуративным ударом ножа. Надеясь хоть на какие-то остатки «человечности» в кукле, он взмолился едва слышным голосом: — П-прошу, Габби… Отпусти меня. Я- я передумал… Я не могу для тебя этого сделать… От сочетания стыда, удовольствия и того, как жалко он себя чувствовал, Вуди хотелось провалиться сквозь землю. Ещё лучше было бы поосто исчезнуть. Вместо ответа он почувствовал, как чья-то игрушечная ладонь проскользила вверх от его колена по внутренней стороне бедра, и остановилась на плотном шве между ног. Вуди только слегка дёрнулся и сдавленно заскулил. — О-оо, значит теперь ты хочешь сохранить его, а? Кто бы знал, что ты из тех, кто таким увлекается! — Габби, очевидно, решила окончательно уничтожить его самообладание, — М-мм, наверняка ты в своё время много играл с этой верёвочкой. Пока был один или пока никто не видел. А может быть, ты позволял Бо вытворять с её помощью всякие извращения? Вуди стиснул зубы. Откуда она знала о нём столько? Они ведь впервые сегодня встретились... — Зная эту развратницу, я бы не удивилась, — кукла сделала паузу, перебирая кольцо между пальцами. Вуди до боли сжал кулаки от злости. Габби заметила реакцию на свои предыдущие слова, и наугад попробовала надавить ещё больнее: — Возможно, даже тому астронавту перепала эта возможность пару раз. — Закрой рот... — прошипел шериф. В точку. — Не в том ты положении, чтобы так со мной разговаривать, — проговорила довольная собой кукла. Вуди закричал бы на весь магазин и, вероятно, даже привлёк бы внимание людей снаружи, не заткни его ладонью один из Бэнсонов, потому что Габби Габби грубо схватилась за его набивку, торчащую из порванной спины, и резко вынула часть ваты. — О, как жаль, что мы не можем послушать тебя в полную громкость! — с притворным сожалением сказала Габби. Она поднесла белый пух к лицу шерифа и провела им по щеке, будто бы пытаясь успокоить приглушённые крики паники и боли. В какой-то степени это сработало, и ковбой притих, продолжая отрывисто дышать. Как только Габби почувствовала, что Вуди снова был способен воспринимать речь, она строго спросила: — Тебе напомнить, что на кону? Ты готов позволить своему дорогому другу Вилкинсу потеряться? Или сломаться? Или, может быть, хм-м... Может мне стоит медленно расплавить его на свечке? Шериф замер от ужаса. Он не мог издать ни одного звука в протест. — Я жду ответа, Вуди. — нет... — Что-что? Боюсь, я не расслышала. — Нет. — Говори полными предложениями, пока ещё можешь, пожалуйста. Вуди собрал все свои остатки сознания, силы воли, и выговорил: — Нет, я не могу допустить, чтобы что-то из этого случилось с Вилкинсом... — Какой молодец! Можешь же, когда хочешь, — она потрепала его по голове, — Ну, тогда всё наконец решено. Хочешь услышать свои последние слова? Вуди кивнул, предположив, что она не примет отказ, и не оставит его в покое, пока он не ответит. Шнурок, вытянутый наполовину, всё ещё был у неё в руках. Быстрым движением Габби наступила на его разорванную спину, чтобы не дать голосовому аппарату вылететь раньше времени, и резко вытянула верёвку до конца. Несмотря на свои жалкие попытки сдержаться, Вуди громко застонал, ни то от боли, ни то от удовольствия. — Дивный звук, — хихикнула она. Габби удерживала белую верёвку от втягивания назад, а Бэнсоны, тем временем, перевернули несчастного ковбоя на спину, так что шнурок оказался у него между ног. Вуди встретился глазами со своей мучительницей: на её лице была какая-то кривая улыбка. — Н-не- н... Он не успел договорить. Кукла резко потянула шнурок наверх, сильно вдавливая его в тело ковбоя. Против своей воли Вуди выгнулся и жалобно зарыдал. Габби же наслаждалась каждой секундой. Она подержала его так какое-то время, а затем бросила кольцо куда-то в сторону его головы. Шнурок стал медленно втягиваться, продолжая тереться об игрушечные джинсы, и Вуди услышал, как его звуковой модуль заговорил в последний раз: «Этот городок слишком тесен для нас двоих!» Габби Габби расплылась в злорадной улыбке. — Лучше слов и не подобрать, шериф.