Осколки

      Грохот. Обломки здания падали вниз. Послышался ещё один взрыв. Рампо пригнулся, закрывая уши руками. В этот раз битва «ВДА» против мафии начала выходить из-под контроля. Малахитовые глаза широко распахнулись. Слышались крики. Под градом пуль детектив ничего не слышал, даже собственное: «Ацуши, берегись!» Юноша вздрогнул всем телом. По спине пробежал холодок.        — Р-Рампо-сан?! — севшим голосом произнёс Накаджима.       Эдогава стиснул зубы. Один из членов мафии крепко схватил его за руку, чуть выше локтя. Его ладонь светилась. Детектив прикусил губу: руку вдруг стало жечь. Ацуши вздрогнул и замахнулся на врага огромной лапой, но тот отскочил, отпустив члена «ВДА».        — Отступаем! — крикнул одаренный.       Мафия отступила. Ацуши подхватил Рампо:        — Рампо-сан, Вам плохо?! Что-то болит?!        — Нет… Ничего не болит, — Эдогава прикрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям.        — Пойдёмте к Йосано, — юноша потянул его за собой. — Скорее!       Рампо кивнул. Йосано тут же обследовала его с ног до головы. На плече детектива, чуть выше локтя, появилась странная метка — цифра двадцать один, соединённая цепью. Все обеспокоенно смотрели на него. Затяжную тишину нарушил голос Куникиды:        — Я отправляюсь на поиски Дазая. Что бы это ни было, он избавит Вас от этого, Рампо-сан.        — Нет, стой, — Эдогава извлёк из кармана пейджер. — Вот, по сообщениям найдёшь этого человека и остальных членов мафии, а Дазая пусть Ацуши ищет.        — Рампо-сан, когда Вы… — начал было Ацуши.        — Великий детектив всегда всё предусматривает, запомни это, — перебил его Эдогава, гордо вздернув нос. — Итак, вперёд! Дела не ждут!       Члены «ВДА» согласно кивнули и разбежались. Рампо смотрел на «татуировку» и думал:       «Двадцать один… Что это? Двадцать один…»       Вечером ему стало плохо. В ушах стоял звон. Резко подскочила температура. Что происходит? Начала работать способность одарённого из мафии? Дрожащими пальцами детектив взял телефон и нажал на звонок. Гудки казались мучительно долгими. Наконец-то в трубке раздался знакомый голос:        — Р-Рампо-кун? Что-то случилось?        — Эдгар… Мне плохо… Приезжай… — пробормотал Рампо, сворачиваясь калачиком. — Приезжай, пожалуйста…       Что говорил в ответ По, он уже не слышал. Сознание резко померкло. Наступила тишина… Абсолютная тишина.       Яркий свет резанул по глазам. Рампо зажмурился, недовольно замычав. Рядом раздались шорохи. Что-то тёплое и тяжелое легло ему на живот. Приоткрыв глаза цвета малахита, детектив с лёгким удивлением обнаружил на себе Карла. Енот фыркнул, обнюхал его и лёг рядом, свернувшись калачиком под боком. Тут послышались шаги. Эдогава повернул голову и увидел Эдгара. Писатель тут же подскочил к нему:        — Р-Рампо-кун, ты в порядке?! Как себя чувствуешь?!        — Воды… — пробормотал в ответ член «ВДА».       Странно, почему собственный голос показался ему таким тонким, точно и не его? По быстро дал ему воды, расплескав перед этим большую часть. Детектив с трудом сел и взял стакан. Рампо прищурился. Ему показалось, или руки Аллана всегда были такими большими? Холодная вода приятно освежала. Горлу в раз стало лучше! Только почему стакан тоже казался ему каким-то большим? Эдгар осторожно, будто его соперник был заразный, коснулся плеча:        — Р-Рампо-кун, кхм… Ты только… Ты только не нервничай, хорошо?        — Ты о чём? — детектив нахмурился.       По, всё ещё сильно нервничая, забрал у него стакан, а потом протянул зеркало. Рампо взял его в руки и взглянул на своё отражение. На него смотрело детское личико с округлившимися от шока глазами. Крохотные ручки коснулись лица и плеч. Сомнений не осталось — это было его тело. Тут Рампо подскочил на кровати, чем напугал Карла. Конечно же! Вот оно что! Двадцать один — возраст, который забрал у него одарённый из мафии!        — О-осторожнее, пожалуйста! Р-Рампо-кун, ты можешь упасть! — По протянул к нему руку, обеспокоенно глядя на детектива.        — Идём в агентство! — проигнорировав его слова, решительно произнёс Рампо.        — М-может, сначала зайдём в магазин? — Аллан осторожно взял его за крохотные ручки.        — Зачем это? — изогнул бровь Эдогава.        — Н-ну, ты в одной рубашке сейчас… — Эдгар мысленно радовался, что соперник не видел его покрасневших щёк из-за чёлки. — Даже без нижнего белья…       Рампо опустил взгляд. Действительно, на нём и впрямь только одна рубашка. По осторожно взял маленькое тельце на руки. Эдогава инстинктивно прижался к нему поближе, сжимая ткань плаща короткими пальчиками. Странно, почему ему сейчас вдруг стало так спокойно, будто его укутали в тёплое одеяло?       Они сходили в магазин и купили одежду для детектива. Только после этого Эдгар повёл «малыша» к зданию «ВДА». Эдогава шёл рядом, держась за длинный, тонкий палец писателя. Со временем он стал чувствовать усталость и замедлился. Почувствовав это, По остановился и нагнулся к нему:        — Что такое?        — Устал… — проворчал Рампо.       Аллан улыбнулся и взял его на руки. Эдогава слегка вздрогнул и вновь прижался к нему, положив голову на узкое плечо. В душе зародилось лёгкое раздражение. Ему не нравилось быть таким беспомощным. В голове была только мысль — поскорее бы вернуть свой возраст.       Его мечты быстро начали рушиться. Ацуши не вернулся, как и Куникида. С последним ещё и связь была потеряна! Рампо шумно выдохнул через нос, старательно не замечая взглядов коллег, в которых скользили одновременно и шок, и умиление. Дернув По за штанину, он решительно произнёс:        — Пока ждём, пойдём за сладостями! Я голоден!        — Д-давай сначала в ресторан сходим? — Эдгар нагнулся к нему. — Не стоит есть сладости на пустой желудок.       Эдогава надул щёки. Почему-то ему вдруг захотелось капризничать, причём громко, возможно, со слезами. Осознав это, детектив напрягся. Что с ним происходит? Неужели способность одарённого из мафии влияет не только на его внешний вид? Руки писателя коснулись маленьких, хрупких плеч, и он непроизвольно вздрогнул. В голосе мужчины отчётливо слышалось беспокойство:        — Что такое, Рампо-кун? Тебе плохо?        — Нет… Нет, идём… В ресторан, — Рампо потянул его за собой.       По кивнул и пошёл за ним. В ресторане они сели за самый дальний столик, у окошка. Эдогава с улыбкой смотрел на открывающийся вид, позабыв о своих тревогах. Ему вдруг стало так радостно, так спокойно, словно… Словно у него снова появилась семья, словно он вернулся в прошлое, в те далёкие, безмятежные времена.       Заказали еду. Рампо старательно держал вилку, уже позабыв о том, как есть, когда твои руки маленькие, а пальцы — короткие. В душе вновь поднималось раздражение. Захотелось снова устроить истерику на ровном месте. Что же с ним происходит?       Спустя пару дней По шокировано, даже немного испуганно, смотрел на малыша Эдогаву, который всячески отказывался идти со своими коллегами в «ВДА». Казалось, «ребёнок» их совсем не узнавал. Подумав немного, писатель осторожно подошёл к «малышу» и присел на корточки.        — Хочешь его погладить? — негромко спросил он, указывая на Карла.       Рампо поднял на него большие глаза, а потом перевёл взгляд на енота. Тот дёргал чёрным носом, принюхиваясь и рассматривая детектива. «Ребёнок» закивал и протянул руки. Эдгар перехватил любимого питомца поудобнее и протянул сопернику:        — Осторожнее только.       Эдогава закивал и взял пушистого зверя на руки. Тёплый и большой, енот ткнулся носом в щёку «малыша», из-за чего тот захихикал. Аллан осторожно, будто этот человек был очень хрупким, погладил его по чёрным волосам. Малахитовые глаза устремились на него. Писатель внутренне ужаснулся: детектив его совсем не узнавал и вёл себя, как обычный ребёнок. Стараясь сохранить ровный тон в голосе, мужчина ласково произнёс:        — Ты голоден? Хочешь, я отведу в кафе?        — А к родителям? — Эдогава протянул ему крохотную ручку. — К родителям отведёшь меня?        — Н-ну, понимаешь… — Эдгар нервно кусал губы. — С этим будет немного сложнее… Но я обещаю, что тебя никто не обидит! Мы с Карлом будем помогать тебе всем, чем сможем!       «Ребёнок» отвёл взгляд, прижимаясь к тёплому зверьку. Писатель мягко погладил его по голове. Тут у «малыша» заурчал живот. Мужчина еле-еле слышно усмехнулся и протянул ему руку. Рампо немного опасливо, но коснулся большой ладони с тонкими пальцами. В малахитовых омутах отразились надежда и лёгкий, едва уловимый страх. От такого взгляда у По сердце застучало быстрее. Почему ему вдруг захотелось затискать своего соперника?       В кафе Эдогава ни в какую не хотел есть основное блюдо, а желал перейти сразу к сладостям. Никакие увещевания Эдгара не работали.        — Рампо…        — Нет!        — Но…        — Нет-нет-нет!        — Давай хотя бы попробуешь?       Детектив надул губы и демонстративно отвернулся. По тяжело вздохнул и посадил его на колени.       «Даже с ребёнком справиться не могу, дожили…» — подумал он, прижимая соперника к себе.        — Не сжимай меня так сильно! — возмутился Эдогава, выворачиваясь из цепких рук.        — П-прости… — Аллан отпустил его.       Рампо повернул к нему хмурое личико, но, заметив грустный взгляд, вдруг вздохнул, уселся обратно на колени мужчины и скомандовал:        — Ладно, давай сюда обед! Но кормить меня сам будешь! И два десерта купишь!        — Х-хорошо… — пролепетал писатель.       Эдогава довольно улыбался, поедая обед. Эдгар едва заметно улыбнулся, поглаживая его по волосам. И вновь странное желание затискать детектива появилось в груди. Может, всё не так уж и плохо?       После сытного обеда и сладостей они гуляли по парку. Маленький Рампо играл с Карлом, бегал и лазил повсюду, а По чувствовал в некоторые моменты, как его сердце было готово остановиться — неужели эти горки всегда были такими высокими?       Вечером Эдгар нёс уснувшего Эдогаву на руках, а Карл бежал рядом. «Малыш» сжимал крохотными ручками плащ писателя, а потом чувствовал непонятную, окрыляющую, эйфорическую нежность, словно… Словно это его собственный ребёнок.       Эта странная нежность появлялась снова и снова, хоть порой и сменялась на дикую усталость. Рампо оказался очень активным ребёнком, а ещё очень умным (было удивительно, если бы не так, верно?), поэтому никакие уловки По не работали. Однако при этом они будто неожиданно стали ближе, и это очень радовало Аллана.       «Иногда мне даже хочется, чтобы ты остался таким», — усмехнулся мысленно писатель, рассматривая спящего «ребёнка» рядом с собой.       А тот сопел ему куда-то в шею и жался, будто и не он ещё несколько дней назад хотел сбежать. Кажется, это стало превращаться в привычку, верно?       Утром По проснулся от того, что кто-то настойчиво тряс его за плечо. Распахнув глаза, он с удивлением обнаружил рядом с собой уже взрослого Эдогаву, который хмурил тонкие брови. Несколько минут они молчали, но потом величайший детектив произнёс:        — Ты, оказывается, тот ещё соня…        — Как ты себя чувствуешь? — Эдгар осмотрел его.        — Нормально… — Рампо посильнее укутался в одеяло. — Только…        — Только? — повторил По.        — Одежда… — детектив слегка приоткрыл одеяло, показывая обнажённые ключицы.        — А… — промямлил писатель, густо краснея. — А, сейчас! Я принесу!       И он умчался в другую комнату, чуть не не запнувшись о свои же ноги. Рампо, наблюдавший за этим, укутался посильнее. Сердце будто стучало в ушах.       «Забыть… Поскорее забыть всё это!» — думал молодой человек, старательно вычёркивая воспоминания последних нескольких дней.       Однако те упрямо возвращались. Кажется, есть то, над чем не властен даже великий Эдогава Рампо… Впрочем, так ли это плохо на самом деле?