Обрести себя: от разрушения к созиданию.

— Я посвятил много лет изучению и практике, — холодно сказал Северус. — И я действительно очень искусен в легилименции и способен на то, о чём вам, Поттер, возможно, только мечтать. — Он развёл руками, и в голосе его мелькнуло разочарование. — Но стоит признать: даже мне не удалось достичь успехов в подчинении чужой воли. Быть может, дело в том, что для этого нужно иметь воистину великую силу, а может... это действительно лишь глупые сказки. Гарри вдруг поймал себя на том, что сейчас он действительно слушает его очень внимательно. Даже слишком. Он и сам не совсем понимал, отчего же так пристально сейчас наблюдал за каждой эмоцией Снейпа. Всё было как-то странно. Слишком просто говорил об этом профессор, слишком аккуратно... И вновь на лице его застыло это бесстрастное выражение, будто бы Снейп пытался убедить его в своих словах собственными эмоциями, вызывая у Гарри странное сомнение. Поттер нахмурился, пытаясь сформулировать всё своё ощущение в отчего-то такой важный, нужный сейчас вопрос, но стоило ему только открыть рот, как Снейп быстро сказал, опережая его: — Я дам вам домашнее задание, Поттер. Гарри удивлённо моргнул, поднимая взгляд, и так и замер, вцепившись двумя руками в деревянный стул. Снейп не смотрел на него. Скользил взглядом по шкафам, осматривая грёбаные склянки с зельями, но не смотрел ему в глаза! — Домашнее задание, сэр? — неловко спросил Поттер, а сам уставился в пол. Отчего-то захотелось уменьшиться, сжаться. Чтобы его больше вообще никто не увидел. Лучше уж так, чем вот эта реакция. Это лучше, чем избегание. Тяжёлый громкий выдох со стороны профессора и скрип кресла, оповестивший о том, что Снейп поднялся. Мальчишка лишь немного поднял глаза, так, чтобы видеть лишь ноги в чёрных брюках, по которым можно было отследить хотя бы перемещение Снейпа, отошедшего сейчас к своему шкафу. — Да, Поттер. Перед сном будете делать дыхательные упражнения, чтобы избавиться от лишних мыслей, — тихо сказал мужчина, стараясь звучать бесстрастно. Не хватало ещё натолкнуть мальчишку на новые размышления, и то хорошо, если только мальчишку. Снейп отвернулся, и Гарри наконец поднял глаза, утыкаясь взглядом в прямую напряжённую спину профессора. Тот с излишним вниманием доставал зелья из шкафа, приближая их к своему лицу, всматриваясь. Именно сейчас заинтересовали его эти склянки, которые он видел по десять раз на дню! Поттер нервно усмехнулся, продолжая следить за ним. — Я пробовал. — Снейп хмыкнул, но так и не повернулся к нему. — Не помогает, сэр. — Тогда попробуйте ещё раз, Поттер. Только на этот раз отнеситесь к этому серьёзно, а не так, как вы обычно относитесь к моим урокам. — Я же сказал, что это не помогает! — выкрикнул мальчишка, вскакивая со стула. — Зачем мне заниматься с вами, если вы говорите делать то же, что и так написано в этих глупых книгах!? Снейп скривился, разворачиваясь к нему и всё же вновь сталкиваясь с ним взглядом. Мальчишку потряхивало, а кулаки были сжаты с такой силой, что костяшки побелели, но он продолжал вонзаться в него злым взглядом. Видимо, надеялся, что пробьёт его этим. Глупый Поттер думал, что его злость здесь что-то да значит. Снейп скривился. — Сядьте, Поттер. Не просьба, скорее приказ. На который Поттер лишь оскалился, сметая всю его выдержку к чертям, заставляя уже рявкнуть на этого идиота: — Сядьте, Поттер! Поттер удивлённо моргнул и дёрнул головой, будто пытаясь стряхнуть раздирающую её злость, и медленно опустился на стул. Даже взгляда больше не поднимал, но оно и хорошо. Если бы этот наглец вновь посмотрел на него так, будто это он, Северус, виноват во всех его проблемах, никакая выдержка бы уже не помогла. Он бы свернул шею этому щенку прямо сейчас, без всяких сожалений. — Вы ведь сами настояли на доверии, так какого чёрта... — буркнул мальчишка, да так обиженно, что Северусу пришлось прикусить губу, дабы не рассмеяться. Право слово, Поттер... О каком доверии может идти речь? — Закройте глаза, — тихо, почти осторожно сказал Снейп. И на удивление Поттер подчинился. Сначала очень громко вздохнул, конечно, дабы показать жуткому профессору, как же ему это всё осточертело, но глаза закрыл. И если уж мальчишка и правда пробовал, так почему бы не проверить это сейчас? Указать ему на все ошибки, чтобы Поттер вспомнил, где его место и почему он считает его полнейшим идиотом. Ради этого можно было закрыть всю свою злость где-нибудь далеко. Так, чтобы не мешалась сейчас. — Слушайте мой голос и делайте, что я говорю, — никакой злости, никаких лишних эмоций. Лишь тихий бархатный голос, обещающий одно лишь умиротворение и помогающий войти почти в транс. — И не сопротивляйтесь. Мальчишка кивнул, всё ещё с силой сжимая веки. — Дышите глубоко и медленно, Поттер. — Снейп шагнул ближе, наблюдая за тем, как Поттер хмурится, вцепившись в бедный стул так, что можно было очертить каждую мышцу на напряжённом предплечье. — Расслабьтесь. Сделайте глубокий вдох и представьте, как все тяжёлые мысли собираются в одном месте. Соберите их в кучу, Поттер. А когда выдохнете — представьте, как они выходят из вас прямо с воздухом. И мальчишка действительно глубоко вдохнул, нахмурившись ещё сильнее, отчего между бровями его появилась напряжённая складочка. Глубоко вдохнул, отчего грудная клетка поднялась, впуская в себя весь этот кислород. Задержал воздух на несколько секунд, видимо, и правда стараясь собрать все свои мысли в один большой комок. И протяжно выдохнул. Вот только плечи его от этого совсем не расслабились. Казалось, даже наоборот. Северус хмыкнул, обходя мальчишку, останавливаясь прямо за его спиной. Нарушая, конечно, чёртово личное пространство, но лишь настолько, чтобы сможет протянуть руку и коснуться затылка. Но и этого хватило, чтобы Поттер испуганно дёрнулся от него, почти вскакивая со стула. — Сидеть! — с нажимом гаркнул профессор, хватая второй рукой его за плечо и вжимая в чёртов стул, заставляя оставаться на месте. Вторую он всё ещё держал на затылке. Не гладил, конечно, просто слегка вжимал ладонь в него. Но это явно не способствовало расслаблению. Наоборот, совсем наоборот! Это отвратительное прикосновение заставляло Гарри нервно ёрзать на стуле. Хотелось дёрнуться от этой руки, как от кипятка! Быть может, ему казалось, но под его рукой кожа на затылке действительно начинала гореть, отчего Гарри с силой сжал зубы. Нужно было заставить себя сидеть на месте, пусть виски вдруг и пронзило острой болью. — Это всего лишь я, Поттер, — оповестил его Снейп, произнося это таким будничным тоном, будто всё это было нормально. Будто бы каждый день Ужас подземелий стоял за его спиной, совершенно не желая ему навредить. — И я не собираюсь делать ничего плохого. Нервный смешок сорвался с губ как-то сам собой. Да и не то чтобы он собирался его сдерживать. Наоборот, хотелось рассмеяться в голос, но тогда и Снейп бы начал думать, что он совсем уже поехал. Гарри был уверен — от этого смешка Снейп скривился. — Постарайтесь расслабиться. Дышите ровно, Поттер, — тихо сказал мужчина, стараясь не задумываться о том, что и сам бы на месте Поттера чувствовал себя так, будто его собираются съесть живьём. — А я посмотрю, что вам мешает. Поттер кивнул и даже немного успокоился. По крайней мере, сидел уже ровно и спокойно, без всех этих нервных метаний. И продолжал, как и было до этого велено, дышать. Глубоко и размеренно. Глубокий вдох, да такой громкий и резкий, что Северус слышал, как свистел воздух, проходя сквозь губы мальчишки. Медленный и протяжный выдох — и плечи Поттера немного расслабляются, опускаясь, а Северус прикрывает глаза и тихо шепчет:

Легилименс.

Было темно и слишком, слишком громко. Страхи, неуверенность, облачённая в слова, так и гудели со всех сторон и никак не хотели затыкаться. Отдалённо он всё ещё ощущал, как под его руками плечи мальчишки вновь одеревенели. И, кажется, того немного потряхивало. Поттер всё ещё дышал, несмотря на навязчивую острую боль в висках, стремящуюся вонзиться и раздробить его черепушку. Но он всё ещё, мать его, дышал. Дышал и пытался расслабиться. Вот только цепкие пальцы профессора вцепились в него с такой силой, что становилось больно. Это отвлекало, чертовски отвлекало. Хотелось отодвинуться, скинуть эти руки со своего плеча и затылка и прекратить чёртову боль в голове. Но почему-то он всё ещё сидел на месте, чувствуя, как по спине катятся капли холодного пота, пропитывая футболку под свитером, заставляя её неприятно липнуть к коже. — Расслабьтесь, Поттер! — охрипшим голосом сказал Снейп. Да ещё и так, будто слова эти давались ему с трудом. Он вновь вцепился в стул, стараясь не трястись, хотя вряд ли это было возможно. И вдруг до него дошло... Он с трудом разжал пальцы и, игнорируя нарастающую боль и страх, глубоко вдохнул, отсчитывая по десять секунд на каждый вдох и выдох. Сосредоточиваясь, стараясь забыть о чертовой боли. Тяжесть, сдавливающая его со всех сторон, немного ослабла. Он наконец-то смог вдохнуть и продвинуться чуть глубже. Плечо под рукой стало чуть мягче, но вот голоса всё никак не затыкались, и было ощущение, будто они приближались к нему, окружали его. И каждый шептал на ухо: «Они умрут, все умрут. Ты такой никчёмный, и из-за тебя они умрут». Северус дёрнулся. В реальности ли или просто представил — не совсем понятно. Но что было действительно реально, так это нарастающая паника. «Ты ничего не сделал, чтобы их защитить». Поттера трясло под его рукой. «Они ненавидят. Они боятся. Ведь именно из-за тебя они все умрут, а ты так ничего и не сделаешь». Громкий вскрик заставил его выскочить из сознания мальчишки так резко, что это точно должно было причинить острую боль. Северус отшатнулся, чувствуя, как и его руки дрожат, взирая на побелевшего мальчишку, сжавшегося на холодном полу. С лица его градом стекал пот, а зрачки были слишком расширены и с неподдельным испугом взирали на него.