Лучший ученик

      — А как сделать, чтобы тебе стали неинтересны свидания? — Нацу полностью развернулся к Грею, и тот замер.       Фуллбастеру потребовалось немного времени, чтобы понять, к чему вообще Драгнил мог задать такой вопрос — до этого гость жаловался на случай, когда согильдийка сказала ему, что по традиции принято напиваться в день рождения друга, а потом оказалось, что и традиции такой нет, и никакого дня рождения тоже. Кажется, её зовут Кана. За последние несколько минут созидатель услышал столько имён, что уже и не был уверен.       — В смысле, не «как сделать», — поправил себя гость. — Это звучит, будто надо каждое утро просыпаться, говорить «мне не интересны свидания», соблюдать специальную диету и всё такое. Ну… Ты же этого не делал, да?       Грей удивлённо вскинул брови, хихикнул и отрицательно покачал головой, а следом поинтересовался: «А что, тебе так на свидание хочется, что ты аж на диету сесть готов?». Нацу посмеялся и подставил ладонь под струю воды, изменив её направление в попытке обрызгать созидателя, но тот попытался прикрыться тарелкой, весьма неудачно, и брызги разлетелись во все стороны.       — Мне просто интересно! — оправдавшись, драгонслеер подул на собственный нос, заставляя раздражающе щекотящую его кончик каплю наконец упасть. — В смысле, это как-то само проходит с возрастом или вроде того?       — Я не знаю, — Фуллбастер пожал плечами, и, увидев, как Драгнил вопросительно наклонил голову, признался: — Я соврал.       — А? — гость прекратил вытирать одну из кружек, чтобы почесать затылок, и понял, что окончательно запутался. — А зачем?       — Потому что это звучит лучше, чем все эти «дело не в тебе, дело во мне», — хмыкнул Грей. — Так кажется, что ты выбираешь сосредоточиться на себе или, к примеру, работе, и человек может думать, что это эгоистично, но а что он может с этим сделать? А если ты начнёшь что-то там объяснять, всё может стать слишком сложно.       — Ага… — Нацу медленно кивнул, осмысляя услышанное, после чего пощурился и уточнил: — А дело в тебе или в нём?       — Ну, это точно, не твоё дело!       — Значит, в тебе, да?       Созидатель уставился на гостя, как олень, выскочивший на дорогу перед монокатом, а затем рассмеялся, заметив, как на него посмотрели в ответ. Убийца драконов был похож на щенка. Нацу просто шутил, пытаясь поддержать беседу, но вдруг понял, что мог зайти слишком далеко, и действительно почувствовал себя виноватым за то, что не остановился вовремя, а заодно и за любопытство, которое не раз выходило боком. Смех Грея ввёл парня в заблуждение.       — Извини, — смущённо выпалил Драгнил, надеясь, что собеседник смеялся не от того, что разговор вдруг стал слишком неловким.       — Ты действительно очень милый, — мурлыкнул Фуллбастер, и гость, окончательно запутавшись, почесал затылок. — Хотя и тот ещё нахал!       — Правда, извини, — виновато улыбнувшись, Нацу напомнил: — Говорю же, вечно от Эльзы получаю за такое. В целом оно, конечно, неплохо — у меня скоро иммунитет будет к её тумакам, и я тогда вообще буду непобедимым, но людей ради этого мне обижать не хочется.       Он пожал плечами и, к своей радости, заметил, как уголки губ Грея поднялись, и тот, хихикнув, закатил глаза. Это совсем не было похоже на то, как закатывает глаза Эльза. Драгнил раньше и не думал, что можно сделать это совершенно не злобно, но у Фуллбастера получилось, и почему-то в этот момент он показался убийце драконов ещё более особенным. А ещё Нацу захотелось узнать, что ещё Грей делает совсем не так, как другие.       — Дело во мне, — подумав, после затянувшейся паузы признался созидатель. — И в нём… В нас обоих, наверное? Но по большей части во мне.       — Я думаю, что ты хороший, — попытался успокоить его гость, и с удивлением обнаружил, что только смутил собеседника. — Ну, то есть… Ты интересный, забавный, а ещё у тебя крутая магия! Разве дело может быть в тебе?       — Ну вот и не спрашивал бы тогда, раз не веришь! — Фуллбастер фыркнул, изображая недовольство, а затем нахмурился и снова задумался: — У меня-       — Эй, неудачник! — хотя появившийся в дверном проёме Леон не стал сюрпризом для Нацу, Грей, в отличие от убийцы драконов не слышавший приближение товарища за километр, вздрогнул.       — Свали, козлина! — он развернулся, хмурясь, словно собирался атаковать прервавшего разговор с гостем, и Бастия посмеялся.       — Воркуете, голубки? — мурлыкнул Леон.       Грей взглянул на более приятного для него собеседника и пообещал: «Я сейчас, только убью человека», а затем направился к старшему созидателю с намерением как минимум раз ударить его по лицу. Нацу только хихикнул и занял место у раковины, заставив нового знакомого вздохнуть.       — Что тебе надо, придурочный? — Фуллбастер кивнул в сторону Драгнила и отметил: — Живее говори, а то он всю посуду домоет.       — Мне не сложно! — заверил убийца драконов, непременно осветив бы своей улыбкой всю кухню, если бы это вообще было возможно.       — Какой лапочка, — Леон тоже улыбнулся, но эта улыбка Грею показалась совершенно идиотской — возможно потому, что Бастия пытался скорчить какую-то не очевидную рожицу.       Повторять свой вопрос ещё раз младший ученик Ур не стал, просто быстро врезал кулаком прямо под рёбра старшего. «Какие мы серьёзные, — пробурчал тот, всё же уловив намёк. — Задание один выполнишь? У меня планы поменялись из-за этой аварии с путями». Фуллбастер закатил глаза. Ну разумеется, пока кто-то в этой глуши починит дорогу, потребуется минимум два дня, что для мира с волшебниками практически вечность, и всё это время новые люди вряд ли смогут просто так добраться до Мариголд, а затем и до крошечного городка с гильдией без здания. Значит, Астрид незачем торчать в киоске, ожидая очередного приезжего придурка, настолько негодного ни для одной нормальной гильдии, что он готов тащиться в эту. Она могла бы потратить внезапные выходные на поиски нормального парня, а не свидания с нынешним.       — У меня что, день рождения? — Грей вдруг оживился, — На задание со мной не потащишься, это ж прям подарок!       — Это я-то с тобой таскаюсь? — возмутившись, Леон вернул собеседнику удар под рёбра и фыркнул.       — Буду рад тебя не видеть, — посмеялся Фуллбастер. — И станет ещё лучше, если ты начнёшь прямо сейчас. Вали!       Он дотянулся до ручки двери, обычно остающейся открытой, и оттолкнул товарища, мешавшего её захлопнуть, после чего развернулся к гостю, надеясь, что тот не успел домыть всё, что осталось. Не то, чтобы Грей боялся, что кто-то сделает работу лучше него — ему просто хотелось немного продлить такой удобный момент для разговора. Даже если все попытки строить планы сегодня срывались, просто болтать наедине с Нацу оказалось довольно интересно.       Драгнил, к счастью для нового знакомого, застрял с одной тарелкой. Та, вроде, была чистой, но нюх убийцы драконов с этим не соглашался — парень чуял еду, и тёр губкой так усердно, что блюдо в итоге просто раскололось у него в руках. Грей на секунду забыл, что перед ним волшебник Хвоста Феи, и всерьёз заволновался, как бы гость не оттяпал себе пальцы, и это волнение в его взгляде заставило Нацу смутиться.       — Прости, у меня руки не из того места растут, — виновато пробубнил Драгнил, несмотря на то, что Фуллбастер пока не начал ворчать на него из-за тарелки, а вместо этого только быстро окинул взглядом чужие ладони, убеждаясь, что всё в порядке.       — Прав этот придурок, ты действительно лапочка, — Грей посмеялся и покачал головой. — Не порезался и ладно, подумаешь — тарелка.       Он ненадолго задумался, а затем, вскинув бровь, уточнил: «Разве ж не твоя гильдия в том месяце полгорода разворотила, пока охотилась на какую-то склизкую гадость?». Нацу кивнул, отводя взгляд, и решил не признаваться, что это было его рук дело, иначе волнение из-за тарелки покажется созидателю или глупостью, или издевательством. Впрочем, и здания, и посуду убийца драконов громил не специально, просто очень уж старался и иногда слишком входил во вкус. В Совете говорили, что такое поведение совсем его не красит, и, хотя мастер Макаров всегда чихал на совет, чему учил и своих «детишек», сейчас парню подумалось, что это и правда может испортить о нём всё впечатление.       Пока Нацу размышлял, почему ему вдруг стало не плевать на чужое впечатление, Грей собрал осколки и, бросив их в мусорное ведро, осмотрелся, проверяя, не отлетело ли что-то за пределы раковины. Драгнил всего-ничего пробыл в компании Скарлет, но уже забыл, что люди могут так спокойно реагировать на мелкие неприятности. То, что Фуллбастер был так спокоен, и больше волновался о госте, заставило того хмыкнуть и сделать вывод: «Это ты лапочка».       Созидатель удивлённо хлопнул ресницами, но не смог сдержать улыбку и смех, а затем вздохнул: «Не знаю, что именно навело тебя на эту мысль, но славно, что ты так думаешь. Значит, что-то я делаю правильно!». Воспользовавшись замешательством собеседника, Грей щёлкнул его по носу и вернулся к ещё целой, но ещё грязной посуде.       — Погоди, ты, типа, притворяешься? — Нацу вопросительно наклонил голову, а Грей, ожидавший любого предположения, кроме этого, вновь рассмеялся.       — Вот бы залезть тебе в мозги и посмотреть, что за чудо там рулит мыслительным процессом! — Фуллбастер закусил губу и, недолго понаслаждавшись чужим недовольным сопением, объяснил: — Я не притворяюсь, а, не знаю… Стараюсь быть лучше? Кажется, это называется взрослением, но Леону вон не помогло. Имею в виду, если бы мы встретились лет семь назад, ты бы точно был обо мне совсем другого мнения!       — И почему же? — Драгнил сделал шаг навстречу собеседнику и, кажется, встал слишком близко, но вряд ли понял это.       — О, я бы тебя отметелил! — Грей хмыкнул, уставившись в тарелки с наигранным равнодушием, и лишь украдкой бросил взгляд на Нацу, ожидая именно того, что увидел — взгляд потерянного щенка.       — А это… Почему?       — Потому что у тебя волосы розовые, или потому что ты всем рассказываешь, что твой папаша — дракон. Или потому, что сегодня среда. Не то, чтобы мне тогда нужен был повод, чтобы с кем-то поцапаться, — ледяной волшебник улыбнулся, давая понять, что теперь поводы были нужны, и сейчас у него такого не находилось, так что убийца драконов мог об этом не волноваться.       — Не то, чтобы я осуждаю, — протянул гость, осторожно пихнув нового знакомого в плечо, — Но это правда славно. Что мы сейчас встретились, а не семь лет назад. Хотя не думаю, чтобы ты меня прям отметелил…       — О, нет, поверь, отметелил бы ещё как, — Грей усмехнулся, и Нацу хотел бы, наверное, надуться или вызвать такого неслыханного наглеца на дуэль, но получилось только глупо улыбнуться.       Драгнил даже побоялся ответить на это, потому что ему казалось, что невозможно развить тему, не захихикав от странного ощущения где-то между грудью и животом, будто что-то щекотало его чуть ли не каждый раз, когда Фуллбастер открывал рот. Он задумчиво уставился куда-то в сторону, а затем решил уточнить: «Ты это имел в виду, когда сказал, что дело было в тебе?». Ледяной волшебник слегка приподнял бровь, поразившись тому, что гость всё никак не мог отпустить эту тему.       — Нет-нет, ту причину я так и не перерос, — парень пожал плечами и попытался вспомнить, на чём остановился. — У меня что-то вроде лимита на извинения.       — Типа после двух-трёх раз уже не прощаешь? — Нацу посмеялся, решив, что вслух это звучало куда страннее, чем казалось в мыслях, и вряд ли было верным ответом.       — Скорее временное ограничение, — поправил его Грей и, заметив, как собеседник вновь вопросительно наклонил голову, объяснил: — Я, вроде как, считаю, что если ты не извинился за год, значит не очень-то тебя совесть мучила. Ну, может, полтора года.       Созидатель задумался, прикидывая приемлемые для него временные рамки, и решил больше не менять мнение — полутора лет определённо было достаточно. Огненный волшебник почесал затылок и поинтересовался: «А если было слишком стыдно?».       — Значит не слишком! — Фуллбастер фыркнул, и на секунду его лицо приняло такое странное выражение, что Драгнил убедился — да, эту причину Грей и правда не перерос. — Говорю же, во мне дело…       Парень замялся, стыдясь собственной обидчивости, и буркнул: «Люди заслуживают лучшего, чем кто-то, кто будет вечно помнить их косяки, даже если вида не подаёт». Он дёрнул плечом, а Нацу замычал, усиленно о чём-то размышляя.       Хотя со стороны могло показаться, что младший созидатель и правда просто не умел отпускать, на самом деле он, наверное, прощал всех подряд. Кроме себя. Поэтому ему и было так тоскливо даже просто вспоминать чужие промахи — он думал, что это делало его не самым хорошим человеком. Будто, если ты вспоминаешь, как дерьмово тебе было от чужого проступка, за который уже, вроде как, выдал индульгенцию — ты лжец. Кто захочет быть другом лжеца?       — Я учту, — убийца драконов вдруг хихикнул и похлопал собеседника по спине. — Полтора года, да? Или лучше год, чтобы судьбу не испытывать?       — А ты уже собираешься так накосячить, чтобы год избегать извинений? — Грей вскинул бровь, а Нацу, весело фыркнув, отрицательно покачал головой. — Вот и славно!       Драгнил усердно протёр последнюю протянутую ему кружку и, отставив её в сторону, уставился на Фуллбастера, ожидая чего-нибудь ещё, но ледяной волшебник потянулся к полотенцу, чтобы вытереть руки. Вид у него был какой-то странный, отрешённый, и гость задумался, не сильно ли помешает, если снова заведёт разговор. Ему очень хотелось поговорить ещё.       К счастью, повод нашёлся довольно быстро — Нацу закусил губу, сдерживая то ли смех, то ли смущение, и уточнил: «Тебе жарко что ли?». Грей вопросительно качнул головой, а затем коснулся шеи, словно проверяя наличие водолазки, и, не обнаружив её, посмотрел вниз и залился краской, поняв, что стянул ещё и штаны.       — Боже, это… — он закрыл лицо руками и тяжело вздохнул, — Я просто расслабился.       — Ты раздеваешься, когда расслабляешься? — убийца драконов посмеялся не столько над странной привычкой, сколько от того, что впервые за день увидел созидателя таким стеснённым.       — Я не… — Фуллбастер замер, не зная, как объяснить это, поэтому просто добавил, — Нет, я делаю это всегда, но если расслабляюсь — раздеваюсь полностью.       Он решил, что терять ему нечего, кроме, разве что, белья, поэтому сделал вид, что занят поиском одежды, которая точно не могла улететь дальше закрытой кухни. Драгнил хмыкнул и, не придумав ничего лучше, заметил: «Ну, ты не полностью раздет». Гость и сам не знал, хотел ли подбодрить нового знакомого или волновался, что тот не чувствует себя так уж расслабленно, а потому и произнёс это достаточно неоднозначно, чтобы на него посмотрели округлившимися глазами.       — Почему ты вообще так делаешь? — Нацу поспешил сделать вид, что ему просто интересна механика процесса и его причины, а все странные смыслы, которые Грей мог бы придать спорным словам — это уже исключительно дело собственного восприятия Фуллбастера.       — Долгая история! — ледяной волшебник посмеялся, застёгивая ремень на штанах и огляделся в поисках водолазки, посматривая даже на верхушки шкафов и полок.       Убийца драконов задумчиво хмыкнул и, немного помычав, предложил: «Может, выпьем чаю, и ты мне её расскажешь?». Заметив на чужом лице улыбку, он и сам улыбнулся — во все тридцать два зуба.       — Ладно, но история будет только для тебя, раз уж ты стал свидетелем, поэтому никто больше не заслужил чай за такие немыслимые страдания, — Грей наконец приметил свой верх на полу, каким-то образом запиханным под шкаф, и отряхнул тёмную ткань от пыли.       — А я заслужил ещё что-нибудь к чаю? — Нацу посмотрел на собеседника, как щеночек, хотя определённо этого не планировал, и Фуллбастер рассмеялся.       — Смотрите-ка, у кого аппетит разыгрался! — натягивая водолазку, он тихо, с равной долей как отстранённости, так и язвительности, добавил: — При виде полуголого мужика…       Драгнил фыркнул, поморщив нос, и, в сочетании с пушистой, но колючей причёской, напомнил своему собеседнику ежа. Крайне смущённого ежа. Раньше Нацу бы не смутился ни от чего подобного, и, что хуже, не застеснялся бы так — будто его правда поймали.       Убийца драконов вовсе не пялился на созидателя, напротив, всё это время он старательно отводил взгляд, но от этого чувствовал себя только страннее, ведь обычно ему не зачем было отводить взгляд! Ему было плевать, одет человек или нет, ему не хотелось разглядывать людей вокруг, а потому он и не считал нужным смущаться и прятать глаза. Но поразглядывать Грея почему-то хотелось. Интереса ради! У Нацу не было никаких неприличных мыслей — он вообще едва ли мог представить, что такого неприличного можно думать, но от самого факта, что на Фуллбастере его взгляд задерживался, Драгнилу было очень и очень неловко.       К счастью, ледяной волшебник не стал развивать эту тему и отвлёкся на кипячение воды и поиск чего-нибудь сладкого. Хотя сладкоежек в доме не водилось, и Ур с учениками обычно не ждали гостей, они всегда были готовы к чьему-нибудь визиту, так что, спустя пару минут рыскания по шкафчикам, Грей всё же нашёл, что искал.       У него едва получилось скрыть радость, когда Нацу предложил выпить чай — созидатель и так дольше, чем следовало, растягивал мытьё посуды, а потом пытался придумать, как бы ещё продолжить разговор. Убийца драконов решил все проблемы. Фуллбастеру нравилось слушать, как смешно Драгнил рассказывал о своих друзьях из гильдии: как сердился на Кану за её пьяные шутки, как называл Леви самой умной в равной степени потому, что она знает древние языки, и потому, что она читает в очках. Всё это больше говорило о Нацу, чем о его товарищах, но Грею нравилось и так — это было увлекательно, и сразу становилось интересно, что бы огненный волшебник рассказал согильдийцам о новом знакомом, и как рассказал бы об этом.       Гостю же хотелось больше послушать о созидателе, но тот не особо любил говорить о себе — может, думал, что рассказывать было нечего. Тем не менее, он обещал поведать хотя бы о том, откуда взялась его привычка раздеваться, и поведал. Без лишних уточнений, без шуток — кратко и по делу, но Нацу съёжился даже от выжимки опыта обучения у Ур. Драгнил не очень любил холод. Конечно, благодаря своей магии он мог спокойно гулять в снежных горах, но всё же не слишком долго, и сейчас ему было хорошо, потому что он сидел в тепле и уюте, но если бы всё это время он топал в снегах и льдах, было бы значительно хуже. В детстве такие путешествия давались ещё тяжелее, огонь будто гас внутри, и убийца драконов замерзал так, что ему бы и в бреду не пришло решение стянуть одежду. А Грей тогда даже не был ледяным волшебником, только учился!       — Расскажи что-нибудь ещё! — Нацу пил, кажется, уже восьмую кружку чая за беседу, даже не пытаясь ждать, пока тот остынет, в то время, как его собеседник был даже не близок к тому, чтобы опустошить и первую.       — Да нечего мне рассказывать, ты по сторонам-то посмотри, — созидатель посмеялся и покачал головой. — Тут тоска смертная.       — И тем не менее, ты не переехал, — заметил огненный волшебник.       — Может, я люблю смертную тоску? — Фуллбастер фыркнул и скрестил руки, — И ты, видимо, тоже! Сидим тут, чаи распиваем.       — Чай — это не тоска! — возразив, Драгнил помахал собеседнику печенькой в виде медвежонка, с уже откушенными ушами. — Это классика. Хорошо, что мишка тебя не слышал.       — Почему ты начал с ушей? — Грей бы не задался таким вопросом, если бы Нацу просто укусил, но он видел, как гость методично лишает печенье слуха.       — А ты бы ему сначала лапки отгрыз, маньячина? — убийца драконов изобразил удивление, и ледяной волшебник хихикнул.       — Мог просто голову отгрызть, чтобы он не мучился.       — Ну… Голова — это много, медведь не бесконечный, а я хочу растянуть его и его семью, пока мы не закончим, так что приходится есть медленно.       — Оправдывайся!       Нацу, сжалившись, прервал воображаемые муки печеньки-медведя, откусив тому разом пол-черепушки, и, немного подумав, заметил: «Зря ты говоришь, что тут тоска! Тут же всё, что нужно, есть, — он хмыкнул: — Друзья есть, учитель есть. Считай, она как Мастер! И соперник есть».       Грей покачал головой, а затем, пощурившись, уточнил: «Друзья — это типа… Девушка, с которой мне нельзя ссориться, потому что она уронит на меня гору или спрячет от меня все приличные задания, и чувак, который звал меня на свидание, да? — он явно шутил, и в итоге, не выдержав, посмеялся, а вместе с ним и гость. — Если Ур Мастер, я хочу подать жалобу в Совет, а уж с этим придурком узкоглазым ты совсем уж перегнул! Он мне соперник только в самых смелых своих фантазиях». Созидатель фыркнул, словно был глубоко оскорблён, а убийца драконов почесал затылок.       — Ты круче колдуешь, чем он, — согласился Драгнил. — У тебя лёд не тает! Ну, почти.       — Не тающего льда не существует, — объяснил Фуллбастер, но вдруг замер, вспомнив, что ошибается — он лично видел такую глыбу, и она до сих пор стоит где-то, куда Совет её перенёс, вдалеке от любопытных глаз. — Ну, почти.       Нацу улыбнулся, решив не упрекать собеседника в краже текста, а Грей погрузился в размышления и отметил: «Он может лучше. Леон, в смысле. Но понты, как говорится, дороже денег, поэтому, знаешь, какой созидатель — такой и лёд».       — У тебя красивый лёд.       Созидатель не был уверен, было ли это комплиментом только его магии, или заодно ещё и ему самому, и убийца драконов, кажется, тоже. Гость сказал это, потому что он так подумал, но мысль покинула голову вместе со словами, и теперь он сомневался в том, что вообще пытался сказать. Надеясь избавиться от непривычной неловкости, Нацу вернулся к предыдущей теме и признался: «Всегда хотел соперника!».       — Серьёзно? — Грей засмеялся, немного удивив собеседника тем, как искренне веселился. — Беда какая — не можешь найти, с кем бы помахаться?       — Ну нет! — Драгнил фыркнул, — Подраться я люблю, как и все, и повод у нас в гильдии не особо нужен, но, понимаешь, соперник — это другое! Мастер говорит, что соперничество делает нас сильнее, и у нас в гильдии много кто как бы, это, соревнуется друг с другом. Мне тоже всегда хотелось, но как-то, не знаю… Нет кого-то, кто бесил бы меня каждый день. Ну или, может, я просто не соперни… Ческий… Сопернющий? Соперничев… Не соперничающий! Во.       Фуллбастер посмотрел на него так, словно увидел, как зевает маленький щеночек, а гость даже не смог обидеться на это — только немного смутился и заткнул рот остатками медведя.       — Тогда, знаешь… — ледяной волшебник улыбнулся: — Жаль, что мы не встретились семь лет назад.       — Ты был настолько невыносим?       — Вообще-то, нет, — подумав, честно заметил Грей.       Хотя в свои ранние подростковые годы созидатель был той ещё занозой, в большей степени он всё же шутил и сильно преувеличивал масштабы своей агрессивности. Цапаться с людьми он, тем не менее, любил, вернее — не мог иначе. Иногда он просто боялся заговорить с кем-то по-человечески, потому что в прошлые два раза это не обернулось ничем хорошим: сначала его наставница чуть не умерла, а затем друг, которому он доверился, повёл себя, как ребёнок! Нет, конечно, Аксель и был ребёнком, но Грею тогда не очень хотелось вдаваться в детали.       И всё же, он никогда не заходил слишком далеко, потому что больше, чем жалеть или винить себя во всех бедах человечества, он хотел быть хорошим учеником, а Ур не одобряла недостойное поведение. Поэтому весь свой гнев Фуллбастер держал внутри. На самом деле, это даже не составляло большого труда! Иногда он просто думал, как переживал бы всё это, если бы Ур тогда не убежала вместе с ним и Леоном, и злость на всё, всех и себя в том числе проходила сама, потому что… Как можно злиться, когда тебе удалось избежать ужасной жизни? Наставница спасла его больше, чем от смерти — от ужасного чувства вины, от очередной потери всего, что он знал. Размышляя об этом, Грей успокаивался и предпочитал погрузиться с головой в тренировки.       Созидатель вернулся к попыткам допить свой уже порядком остывший чай, пока гость погружался в мысли о соперничестве. В основном, о соперничестве двух ледяных волшебников, потому что их перепалки по пути в гору не только немного мешали определить местоположение Кисы, но и чертовски веселили убийцу драконов. Он вдруг выпрямился и щёлкнул пальцами, догадавшись: «Мы помешали вашему заданию, да?».       — Ну, — Фуллбастер хмыкнул. — Помешали — сильно сказано, да и всё к лучшему, эта миссия отстой.       — Мало платят?       Нацу успел наслушаться от Астрид, отвечающей за раздачу заданий, насколько глупым она считает тащиться в такую даль ради едва ли значительной награды. У Хвоста Феи никогда не было таких проблем с квестами, даже ребёнок мог найти что-нибудь достойное, но, хотя Грей и был похож на волшебника из Хвоста Феи, его гильдия — не гильдия Нацу, даже не близко.       — Да нет, нормально, — созидатель пожал плечами и поморщил нос: — Оно просто идиотское, понимаешь?       — Не-а, я же не знаю, что у вас было за задание, — напомнив, убийца драконов хихикнул, и собеседник понимающе кивнул. — Расскажи!       — Нам надо было разобраться с виверной, и в этом вообще ничего сложного, но… Серьёзно, ты вообще видел снежных виверн?       — Это те, которые такие здоровенные, шипастые и злобные? — Нацу вопросительно наклонил голову.       — Нет, ты говоришь о белых вивернах! — Грей задумался: — Вообще-то, их название скорее переводится как «вьюжные», потому что они поднимают своими крыльями столько снега, что кажется, что ты идёшь через метель.       — Ну, они белого цвета, — оправдался Драгнил.       Фуллбастер хмыкнул, пощурился и вдруг возмутился: «Ты же сам говорил, что виверны размером с лошадь!».       — Ну, большинство из них! — огненный волшебник закатил глаза, — Значит, это те, которые в горе живут, да?       — Да, они, — созидатель добродушно усмехнулся, заметив, как собеседник начал новое печенье с откусывания головы целиком. — Они славные, спокойные и мирные маленькие штуки, и если что-то так выбесило одну из них, что она спускается с горы и устраивает погромы, не лучше ли найти причину, а не колотить бедное животное? Хорошо хоть мэр хоть что-то понимает и не попросил принести ему голову в доказательство.       Грей надулся, а Нацу упёрся локтями в стол и сложил голову в ладони, ожидая больше подробностей: «Значит, тебе нравятся эти белые виверны, да?». Ледяной волшебник, подумав пару секунд, кивнул.       — Знаешь, тут особо нечем заняться, если ты ребёнок, и все домашние дела сделаны, а тренировки окончены. В смысле, нельзя же только уборкой заниматься, да учиться, да? — Фуллбастер улыбнулся. — Так что, в качестве хоть какого-то развлечения, мы исследовали тоннели, которые оставляют виверны, пока поедают камни.       — В таком и потеряться недолго, — отметил Драгнил, а собеседник кивнул.       — Виверны обычно обходят людей стороной, но им, по какой-то причине, нравятся дети. Ну, насколько вообще им может кто-то нравиться. Они, в целом, кого угодно стремятся вытурить из своего жилища, но скорее подгоняя издалека, ворча — всё такое, — Грей крутил в ладонях пустую кружку. — С мелкими они более общительные, могут пихнуть мордой в спину, типа, чтобы показать, куда надо идти. В случаях посерьёзнее — даже схватить за воротник и потянуть к выходу, как они делают со своими детьми. Ещё они, похоже, запоминают людей, но возможно только тех, кто приносит им вкусные камешки с миссий дальше этих гор! Знаешь, из виверн бы получились отличные домашние животные, но они просто не хотят одомашниваться.       — Что ты наделал? Теперь я хочу виверну! — Нацу задумчиво помычал, — Как тебе имя Пёса? Или!!! Или Карл.       Созидатель прыснул от смеха и чуть не выронил кружку, отмечая: «Я бы посмотрел на виверну по имени Карл! — недолго он молчал, размышляя о горных животных, а затем вздохнул, — Они могут быть чуть более сердитыми разве что в сезоны, когда охраняют свои яйца, и то — просто активнее выпроваживают случайно заблудших в тоннели. Приезжие волшебники вечно устраивают чёрт знает что, и, видимо, всё совсем плохо, раз уж они даже виверн доканали!». Убийца драконов вдруг смутился и сцепил пальцы.       — А мы… Мы тоже им помешали? — взволнованно уточнил он, а собеседник ойкнул.       — Нет, нет! Брось, мы с Леоном сегодня снесли соседнюю от их жилища гору — это их вообще не беспокоит! Их даже блуждания по тоннелям не особо-то парят, — успокоил гостя Грей. — Они даже не сильно против, если кто-то спрячется у них от метели. Но не местным этого мало. Они пытаются устроить там чёрт-те что, так ещё и решают, что сцепиться с вивернами — охренительная идея.       — Отстой, — Нацу выглядел забавно сердитым, будто был готов прямо сейчас надавать тумаков каждому из таких приезжих.       — Да. Поэтому я бы хотел разобраться с причиной, а не со следствием, — Фуллбастер сомкнул губы и уточнил: — Я разболтался, да?       — Мне нравится! — Драгнил широко улыбнулся, отложив печенье в сторону. — С тобой приятно разговаривать, даже если мы скачем с темы на тему, а ещё, когда мы молчим, тоже неплохо — такое редко бывает!       Нацу хотел узнать Грея лучше, послушать больше о его волнениях за животных, или шутки, или признания в, возможно, не лучших привычках. Это лишний давало понять — в том, что созидатель нравится, нет никакой магии. Просто он забавный, внимательный, немного похожий на игривую лисицу. Это мило. Пусть сначала идея того, что кто-то может понравиться так, немного беспокоила убийцу драконов, теперь он был уверен, что всё в порядке, потому что Фуллбастер определённо был хорошим вариантом, чтобы очароваться без всяких чар.       Грей не смутился, скорее обрадовался, и вдруг снова вспомнил о своём раз за разом срывающемся плане. Было ли ужасной идеей позвать Нацу на свидание прямо сейчас? Созидатель не был уверен, что не испортит этим всё хорошее, но надеялся, что такого не случится, и не думал, что у него появится возможность лучше. В доме было тихо, никто не беспокоил их, они болтали на разные темы, и это правда было приятно.       — Слушай, мне… Мне немного неловко, — Фуллбастер сделал глубокий вдох, решив — если не сейчас, то никогда. — Я знаю, что мы знакомы меньше дня, но мне тоже нравится с тобой говорить, и было бы здорово узнать друг друга получше, поэтому… Ты бы случайно не хотел пойти со мной на-       — Да! — перебил Драгнил, почти просияв.       — Да? — Грей медленно выдохнул и улыбнулся, чувствуя слишком много, чтобы сказать что-то ещё.       — Конечно! Будет круто вместе выполнить это задание, как ты хочешь, хотя мы из разных гильдий. Ну, это ничего — мне всё равно не нужна награда, — Нацу задумался, — Особенно с учётом того, что вы нас тут приютили.       — Значит… Ты пойдёшь со мной на задание?       Драгнил кивнул, подумав — это, конечно, не свидание, но надо же с чего-то начинать?