Обнял, поцеловал, положил на кровать, извинился

      Быстрый стук от ногтей вывел девушку из некого транса, заставляя обратить внимание на пальцы, вводящие пароль от личного кабинета в «Сбербанке». Рядом с зарплатной картой виднелись сумма, заработанная за три месяца работы.       Эти каникулы выдались особенно тяжёлыми, ведь работать днём и ночью не легко.       Попутно упахиваясь на двух работах, девушка добилась того, чего хотела. Нужные деньги были у неё, и это давало облегчение, позволяя расправить крылья. Уже завтра она поедет в аэропорт, покидая Москву, полную возможностей.       За окном вечерело. Это подгоняло девушку поднять зад и сходить в банкомат, чтобы снять десять тысяч рублей.       Проживая у добродушной пожилой Нины, соседки, которая всегда была рада приютить бедное беспризорное дитя во время того как мать напивалась с друзьями, доводя Банши до белого каления. Она не могла так просто сидеть у женщины на шее, поэтому решила, что стоит отдать хоть что-то в знак её безмерной благодарности.       Так иронично то, что есть родители которые позволяют своим детям жить в их квартире после восемнадцати лет, есть родители, которые пинком под задницу выпинывают своих детей из домов, призывая к самостоятельности. А есть родители, от которых дети сбегают на совершеннолетие по собственному желанию. К большому сожалению девушка относилась к последней группе отпрысков.       Восемнадцать уже завтра, поэтому стоит начать собирать свои немногочисленные вещи.       Но это лучше сделать после похода в банкомат.

***

— Боже мой, ты что? — ошарашенной возразила женщина. — Это вам моя маленькая благодарность за то, что помогли мне, — совершенно спокойно осведомила её Банши. — Я не могу это взять, — продолжала отнекиваться та. — Прошу вас возьмите, это меньшее, что я могу сделать, — девушка продолжала настаивать, так как понимала, что если она этого не сделает, то деньги Нина не возьмёт никогда, а из-за этого будет паршиво от чувства вины.       Не зная как заставить женщину взять деньги, Банши просто поблагодарила и обняла её.       Ошарашенная женщина не понимала, что именно происходит, но догадывалась, что это прощальный подарок от девочки с которой она породнилась и о которой заботилась как о собственной дочери.

***

Серёжа проснулся от того, что ему стало очень жарко. Даже открытое окно не спасало ситуацию.       Обессиленный стон сорвался с уст парня, интенсивно потиравшего лицо, прогоняя остатки сна.       Нащупав телефон под подушкой, он посмотрел на отображающееся время на заставке айфона. Четыре часа дня. Пиздец.       Парень сунул руку обратно под подушку, убирая телефон , переворачивая себя на другой бок.       Он прикрыл глаза в надежде снова уснуть, но проделав так ещё, понял, что нужно встать и сходить на кухню за водой.       Сухость в горле и прилипший к нёбу язык, раздражал, заставляя подняться.       Пройдя за угол парень налил воды в стакан, снова тяжело вздохнув.       Как всё заебало.       Возможно нужно было хотя бы запостить что-то в телеграм-канал, но и это было слишком тяжёлым решением.       Обозлённые на весь мир его комментаторы-подростки отобьют желание стримить, поэтому молодой человек воздержался от подобных действий. Именно они морально убивали и стали причиной его постоянного негатива.       Каждый раз, когда Серёжа собирался стримить, самым тяжёлым было нажать ненавистную кнопку «В эфир».       Тот момент, когда он сидел и колебался между действиями в ожидании новой порции негатива от зрителей.       Все они были разными, что задумавшись об этом, парень невольно усмехался своим мыслям, поражаясь на сколько же люди бывают разными.       От одиннадцатилетних девочек пишущих «Папа» в чат, до взрослых людей поливающих его грязью каждый стрим.       Все эти люди сидели и в большинстве случаев пилили его, не давая спокойно вздохнуть во время стрима.       Быть узнаваемым человеком в интернете слишком тяжёлая ноша, особенно, когда ты живёшь с мыслью о том, что тебя ненавидит весь мир, озлобленно взирая, пожирает душу изнутри.       Завалившись на кровать парень продолжил думать о жизни, и о том, почему в такой жопе оказался именно он.       Найдя одноразку под подушкой он затянулся, выпуская кольца дыма изо рта.       Тишина не давила на сознание, он привык к ней, ведь гости бывают редко, точнее один единственный гость, приходящий к нему в основном для совместного стриминга.       Из окна стали доноси детские крики, так раздражающие слух, маленькие создание бегали и орали на несколько ладов, не давая спокойно подумать о своём.       Было бы не плохо закрыть окно, но тогда будет жарко, тем более парню слишком лень снова подниматься на ноги, поэтому он достал телефон и повернувшись на бок начав листать ленту «Тик Тока».

***

      Несколько глубоких вздохов отозвались глухим эхом в подъезде.       Девушка стояла у двери и никак не решалась дёрнуть чёртову ручку, ибо за этой дверью старая материнская квартира, вместе с «любимой мамой».       Оров и скандалов не хотелось, ведь жизнь начала налаживаться, а испортить себе настроение и первое впечатление после переезда в другую страну не хотелось.       Поразмыслив над этим ещё, девушка решилась дёрнуть ручку входной двери, на что та поддалась и со скрипом отворилась впуская Банши внутрь.       Только хотелось подумать о том, что бояться было нечего как из-за угла показалась женщина, что с удивлением смотрела на незваную гостью в лице её дочери.       Странно то, что в нормальных семьях родители с распростертыми объятиями встречают любимых детей, в семье Банши же на неё смотрят, как на прокаженную, которая совершила все плохие деяния мира, ведь мать всем своим видом показывала, что была крайне недовольна появлением своего чада на горизонте своей жилплощади. — Ну и где шлялась? — без предисловий в лоб выкинула мать. — Работала, — сухо ответила девушка проходя вглубь квартиры.       Девушка оставила здесь свою драгоценную вещь, без которой никак не хотела покидать Российскую Федерацию. — Стесняюсь спросить и кем же? — начала докапываться женщина.       Хотелось заехать ей с разворота по лицу, ибо девушка прекрасно осознавала к чему клонит мать, тем более подобные мысли о ней были крайне оскорбительны, веди Банши горбатилась на двух работах и также умудрялась найти подработку, все труды были для исполнения мечты, не жить не то, что в одной квартире, доме, городе, в одной стране с «любимой матерью». — Почему тебя это волнует? — сдержанно с нотками раздражения ответила вопросом на вопрос черноволосая.       Найдя то, зачем она пришла хотела было скрыться с глаз матери долой, но изначально подсознательно она понимала, что так просто без разговоров на повышенных тонах она не уйдёт. — Вырастила проститутку! — начала плеваться ядом мать, явно находясь в трезвом состоянии и полностью осознавала, то что она говорит. Этот человек обожает скандалы в любом виде, так что такое поведение было для Банши не в новинку. Столько лет терпеть унижения и претензии, и когда уже она на финишной прямой от своей мечты, мать как по канону портит абсолютно всё. Доведя такими словами до белого каления, девушка не выдержала. — Да господи, когда же ты уже закроешь свой рот?! Ты мне всю жизнь поломала, и до сих пор не довольна! Ты бухала как не в себя ебаными годами, и именно когда я выросла, заработала кровью и потом деньги, чтобы уехать, ты снова начинаешь ебать мой мозг! Хватит! Завали мою пасть! — девушка уже орала и выдохнув, снова пустила воздух в лёгкие, давая организму секунду перевести дух, продолжила — Как ты смеешь намекать на то, что я могла заниматься проституцией, когда сама трахалась с кем попало в соседней комнате?! — надрывала голос девушка, она хрипела от громкого крика и начинала плакать навзрыд, напоминая матери о том, о чём та не помнила на следующий день после очередной пьянки. — Вспомни, ты меня не растила, ты перестала это делать со второго класса, тогда какого хуя ты сейчас лезешь в мою жизнь!? — с горечью в горле уже спокойно прохрипела девушка и на миг заглянув в глаза опекуна, поняла, что этому человеку нечего доказывать, она больна и безнадёжна.       Развернувшись на пятках, Банши вылетела пулей из квартиры, в надежде больше никогда не увидеть струю мебель и старую больную алкоголизмом мать, напоследок та хлопнула дверью, так и не услышав ни единого слова от матери на её громкий монолог.       Адреналин уже давно ударил в кровь, сердце отбивало бешеный ритм, а в голове была откровенно говоря вата.       Судорожно нажимая на кнопку вызова лифта, девушка начинала набирать адрес трясущимися пальцами, в надежде как можно быстрее уехать отсюда и никогда не возвращаться в это гиблое богом забытое место. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее. Быстрее.       Десять шагов от квартиры, два шага до лифта, ещё одиннадцать шагов до квартиры соседки, снова два шага до лифта, шестнадцать шагов до дороги во дворе.       Мы снова в начальной точке..