Я вижу тебя

       Время тянулось как жвачка, и Ибо решил залипнуть в какую-то игрушку на телефоне. В самолёте ему не удалось поспать и по прибытии в отель он просто рухнул на кровать и провалился в сон.       Сколько он проспал? Было не понятно. Но по ощущениям - минус десять часов и плюс сорок восемь часов каторжных работ. Он простонал, ползком добрался до бара и осушил бутылку воды. В голове промелькнула мысль, что надо выпить таблетки. Но сознание подкинуло ему картину с россыпью пилюль на полу, и он снова отключился. Когда он проснулся, то выпил ещё одну бутылку воды и каким-то чудом поднялся на кровать с пола. Больше уснуть не удавалось. Его бросало то в жар, то в холод. Тело покрывалось липким потом, а на душе было чувство, что мир просто рухнул. Хотелось и плакать, и злиться, и просто умереть.       Неизвестно сколько ещё часов он так промаялся. Лучше не становилось, но смутное сознание подсказывало, что надо поесть. Ибо трясущимися руками дотянулся до телефона и заказал еды в номер и побольше воды. Съев лишь третью часть лапши, и выпив две бутылки воды, он всё таки уснул.       Проснувшись Ван Ибо понял, что уже в состоянии встать. Поэтому он принял душ, хотя его ещё пошатывало и доел остывший ужин. Посмотрев в телефон, он осознал, что прошло уже полутора суток. Ван Ибо надел чистую одежду и вышел на территорию отеля прогуляться. Ну улице уже темнело и вдоль дорожек горели красивые огни. Лавочки были пустые: видимо все гости отдыхали в барах на пляже. Ван Ибо сел на одну из них и задумался. В голове сильно мутило, душевное состояние было на грани депрессии, но сознание стало как будто яснее.       – Сяо Чжань, неужели ты и правда мне привиделся? Я не хочу в это верить...       Ибо долго сидел, рассматривая пруд с карпами, а потом вернулся в номер и снова провалился в сон. Проснулся он задолго до завтрака и проверил бронь отеля. Оказалось, что он забронировал на неделю и можно было спокойно спуститься на завтрак спустя пару часов. За это время он отправил матери сообщение, что с ним всё хорошо (а она явно обрывала ему телефон, пока тот спал) и снова включил авиарежим. Но перед этим он залез в интернет и посмотрел симптомы своего состояния. Прошерстив полтора часа форумы, он понял, что такое состояние могло быть из-за резкой отмены психотропных препаратов.       Не в духе Ибо было поддаваться нынешнему состоянию. Поэтому он привёл себя в порядок, позавтракал и пошёл в сторону пляжа. Солнце только поднималось, поэтому лёгкий ветерок с моря давал приятную прохладу. Ибо сел подальше от людей на большой камень и долго наблюдал за пенящимися волнами.       Из-за того, что он резко перестал пить свои таблетки на душе скребли кошки. То и дело появлялись мысли кинуться в воду и вообще оттуда не выплывать. Но только улыбка его Чжань-гэ, которая то и дело возникала перед глазами не давала натворить глупостей.       – Сяо Чжань, блядь, ты хоть понимаешь, как мне не хватает тебя? Где ты, чёрт возьми? – Он запустил руки в волосы и опустил голову в колени.       – Хватит ругаться, Бо-ди.       Ибо почувствовал, как улыбка невольно расползается на его лице от знакомого приятного голоса. Он поднял голову и повернул её в сторону звука.       – Чжань-гэ, я вижу тебя.       – Мгм. – Сяо Чжань сидел рядом на камне и улыбался своей очаровательной улыбкой.       Внезапная мысль больно кольнула в самое сердце. Ван Ибо осмотрел пляж и вновь повернулся к Сяо Чжаню, понимая, что больше не улыбается.       – Но кроме меня, тебя никто не видит? – Эти слова резали хуже ножа.       – Не знаю. – Сяо Чжань тоже осмотрелся. – Похоже на то.       – Когда ты это понял? – Ибо совершенно не хотел верить в происходящее.       – Только что? – Сяо Чжань неуверенно склонил голову набок, прикидывая как ответить.       – Что это значит?       – Я правда не знаю.       – Ты помнишь нашу встречу? – Ибо невольно поёжился, несмотря на то, что солнце уже пекло вовсю.       – Какую из...?       – Первую?       – В больнице?       – Нет, здесь, в Циндао? – Сяо Чжань отрицательно помотал головой.       – Я помню все наши прогулки в Пекине.       – Но когда мы не видимся, куда ты пропадаешь? – Ибо охватил ужас. Он и хотел, и боялся услышать ответ.       Сяо Чжань отвернулся и долго смотрел в сторону горизонта, где море сливалось с небом, пока не ответил.       – Никуда.       – Что значит никуда? – Ладони Ибо вспотели, и он нервно вытер их о ткань шорт.       – Я не знаю, Ибо. Когда ты думаешь об мне, то я с тобой. А в остальное время меня просто нет. – Пожал плечами Сяо Чжань и печально посмотрел в его глаза.       – Блядь, я реально двинулся. – Ибо нервно провёл рукой по волосам.       – Ты немного похож на двинутого, – не удержался от смешка Сяо Чжань.       – А ты ещё и смеёшься надо мной? – Ибо широко улыбнулся, потому что невозможно было смотреть на Сяо Чжаня и не улыбаться. – Так, мне нужен крепкий кофе.       Ван Ибо встал, отряхнулся и пошёл к ближайшему кафе, которое гостеприимно открывало свои двери первым посетителям. Он попросил двойной эспрессо и повернулся к Сяо Чжаню:       – А ты... А, я понял. – Усмехнулся и протянул телефон для оплаты.       Продавщица смерила его подозрительным взглядом, но ничего не сказала. Ибо взял свой стаканчик и сел за самый дальний столик. Сяо Чжань сел рядом. К ним тут же подбежал бездомный мальчишка.       – Красивый гэ-гэ, угости мороженым?       – Кто красивый? Я?       – Ты, конечно, – улыбнулся Сяо Чжань.       Ибо бросил на него короткий взгляд и потом повернулся к мальчику, который уверял, что этот гэгэ самый красивый на этом пляже.       – Ладно, льстец. Дам тебе на мороженое. – Ибо достал бумажник. – Но только мороженое! Я слежу, окей?       – Да, спасибо! – Парнишка схватил купюру и побежал к тётушке за лакомством.       – Ты такой милый, Бо-ди. – Щёки Ибо заалели, но взгляд упал на открытый бумажник. – Что такое?       Ван Ибо достал свёрнутый листочек из маленького отделения и развернул его.       – Я и забыл про это...       – Что это? – Сяо Чжань наклонился ближе.       – Это ты нарисовал... В день нашей встречи.       – Как мы встретились?       Ибо тут же погрузился в приятные воспоминания.