Глубина

РЧД

2076

-Ты попал в тюрьму? Серёжка широко открыл глаза в ожидании ответа, а Галя их закатила: -Ты что, дурак? Дедушка хороший, его нельзя в тюрьму! -Сама ты..! Его по ошибке посадили! -Дети, не ругайтесь. Да, я действительно попал туда за то, чего не делал. Так, к сожалению, происходит с хорошими людьми. Они настолько хорошие, что плохим злодеям это мешает, и они идут на любые коварства. Так и случилось со мной...

Тюрьма Колдридж

1837

Я наконец открыл глаза. Первое, на чем я сфокусировался - сырость, холод и огромная надпись "ПОРЯДОК ПРЕВАЛИРУЕТ". Голова раскалывается, а тело ноет, будто я пару суток в чемодане проездил. Попытавшись дотронуться до головы, я почувствовал, что скован. Кандалы. На стуле, в котором я сидел. Похоже, этот Ад не думает заканчиваться: -Корво, это ваш последний шанс. Просто подпишите признание и позвольте мне провести отряд, чтобы твоя душа обрекла покой. Опустив взгляд, я увидел перед собой Павла Алексеевича, кличащий себя в нынешних реалиях Кэмпбеллом. Около него - пузатый, жирный мужик, который нагревал что-то в контролируемом очаге пламени, а позади них, опираясь на стол руками, стоял Сергей. И все лысые. Какой-то клуб любителей бильярдных шаров собрался... -Иди ты нахуй, - еле произнёс я, - я не Корво, я не убивал императрицу. Я вообще не до конца понимаю, что происходит, где я? Жиртрест вытащил из огня раскалённую кочергу, а Сергей спустился к нам, дабы побаловать своим присутствием. Я бы им в харю прямо с место плюнул, если бы жиробас не прислонил свою железку мне к ключице. Я почувствовал, как отмирает кожа и каждый нерв под ней, он будто бы не собирался убирать её, а тепло обжигало и рядом находящиеся части тела - грудь, лицо, плечи: -Довольно! - до нас наконец дошёл Сергей, - ступайте. Дайте ему время на размышления. Здоровяк бросил свою кочергу обратно в костёр, а два лысых шара проводили его взглядом. Боль такая, будто меня наискось перерубили. Ещё и жжёт, сука... -Корво, императрица мертва, её дочь Эмили спрятана. Никто не узнает правду, - продолжил он. -Да, вам не повезло, - подхватил Кэмпбелл, - завтра вас казнят ради всеобщего блага. Стране нужна сильная рука, пастырь, который направит слабых. Стране нужны МЫ. -ЭТО ВАШИХ РУК ДЕЛО?! - ярость меня охватила. Кадрами промелькнули труп Кати, маленькая Даша, противогазы...Настя. А средь этих кадров я слышал их крики. -В этом нет ничего личного, хотя вы едва не сорвали наши планы. Но всё обошлось. Вы оказались в неправильном месте в подходящее время. Надо же на кого-то свалить вину... - - Сергей навис передо мной и ехидно улыбнулся, - прощай, Корво. Стража! Увидите его в камеру! Я уснул. Думаю, я был чем-то накачан. Какими-то сильными транквилизаторами, отчего сильно клонило в сон и ломало изнутри. Очнулся уже в своей камере на каменной кровати. Думаю, условиями столичная колония не отличалась от провинциальных. Сбитый камень на полу и стенах, сырость, крысы... как только я пришёл в себя, я услышал, как железную дверь отворяет начальник городской стражи, держа в руках поднос: -Вам нужно поесть, Корво. Еду передали друзья. Он поставил поднос прям на пол, после чего закрыл дверь и ушёл. Друзья? Здесь? Откуда здесь у меня друзья? Даже если они и есть, то откуда знают, что я в Колдридже? Я более менее привёл себя в чувство, но разум ещё плавал, как после долгого и крепкого сна. И есть очень хотелось. Подкашивающимися ногами я подошёл к подносу. Хлеб. Полбатона хлеба. Да уж, щедрость - это не про моих друзей здесь. Хотя мне ли жаловаться? Я взял хлеб и так жадно начал его грызть... Господи, это самый долгожданный и вкусный хлеб за всё время. А теперь я понял, почему друзья так подсуетились, чтобы я поел - ключ и записка: "Корво, Сейчас неважно, кто мы. Знайте, мы вам верим. Вот ключ от вашей камеры. Когда освободитесь, отправляйтесь в допросную. Возьмите там взрывчатку и установите её на внешней двери. После взрыва - бегите. Доберитесь до реки и спуститесь в катакомбы. Там вы найдёте припасенное для вас снаряжение. Тюремный охранник оставит оружие рядом с вашей камерой. Желаем удачи, нам крайне важно, чтобы вы остались живы и здоровы. Друг." Сколько же прошло времени, тут такой план... взрыв, допросная, катакомбы. Иного шанса не будет, уже завтра мне отрубят голову, а так будет хоть какой-то шанс спастись. Уж лучше попытаться. Фух, ну, с Богом... Я поднял ключ, вставил его с наружной части клетки и... он провернулся! Это не ложь! Я отодвинул дверь и, выходя принялся оглядываться: справа была голая высокая стена, а слева - никем не патрулируемых ряд клеток с другими заключёнными. Передо мной стоял столик, а на нём - тройка монет и палаш. Ну, по крайней мере, мне есть с чем идти в бой. Хах. Вот бы миновать открытые столкновения. Меня и так не особо любят, так что лишняя шумиха мне ни к чему. Теперь моя цель - допросная. Пригнувшись, я прошёл вдоль клеток, пока не нашёл проход в какой-то коридор: -Чего это вдруг все собрались на завтрашнюю казнь? Голос доносился из коридора. Через железные прутья на ограждающей стене я увидел ещё пару солдат. Простых, но в разных формах. Видимо, тут принцип одёжки и звания. Один солдат общался с другим: -Да из-за Корво, - ответил второй, - он же императрицу убил, а дочку её, Эмили, похитил. -А-а... большой повод, значит. -Точно. Светский раут для всяких шишек. Все хотят посмотреть, как отрубят башку её милости Лорду-Протектору. Какая честь. Что ж я за шишка такая? Потом, все мысли потом. Хотя это и отвлекало от вялости, но медлить было нельзя. В проходе коридора спиной ко мне стоял третий солдат, другие патрулируют... нужно его убрать, но как? Кинуть что-то не позволяют рамки. Придушить или свернуть шею? Нет-нет-нет! Нельзя. Да и сил не хватит. Решено было ударом в затылок отправить его в нокаут и перенести тело. А остальной коридор я шёл, максимально прижавшись к стене. Казалось, что я даже не дышу, а из звуков - свисты и бормотания про себя солдат, журчание воды, сочившейся из стены и мерцание лампочек. Когда я перешёл в связующую комнату, я увидел на стене висящие палаши, пистоль и пули к нему и колбу с красной жижей внутри. Возьму, пригодится. Только вот карманов на рубахе и портках не предусмотрено. А что если переодеться в одного из них? Лицо не скроет, но издалека ко мне не будет вопросов... что ж, осталось найти бедолагу на роль самаритянина, решившего отдать свою одежду бедному... заключённому. Тем временем, я забрёл в небольшую комнатку с консервами, формами и оружием. Собрав хабар в виде еды, воды и пуль (Чисто на непредвиденные обстоятельства) в кучу, за дверью послышались голоса: -Ты отправил людей проверить двор? -Да, но пришлось расшибить пару лбов. Ленивые ублюдки. -Если не хотят работать, значит, не получат эликсир. Всё просто. Последняя фраза звучала так, будто человек находится достаточно далеко, чтобы как-то меня увидеть, и уж тем более узнать. Приоткрыв дверь, я увидел перед собой солдата, который стоит ко мне спиной, облокотившись на перила локтями. Чёрт, как же они удачно встают патрулировать. Удачно для меня, разумеется. Я более-менее, оклемался, можно попробовать передавить сзади ему сонную артерию, дабы вырубить его и забрать форму. Как терминатор, хех... Кулак еле сжимается, значит, долго я давить не смогу... Ударить по голове тоже не получится - где-то бродит второй... А что, если... Меня отец когда-то в детстве научил, что, если ударить человека в почки, то он словит шок и... умрёт. Сука, нет. Подкравшись к нему, я быстро схватил его сзади за шею тивианским захватом и попятился назад, как бы затаскивая его в ту комнату с хабаром. Он вырывался, причём казалось, что если бы я хоть на секунду дал слабину - всё, роковая ошибка и летальный исход, причём мой. Но нет. ХА! Сработало! Вот он уже мило сопит себе, лёжа на холодной земле. Накинув на себя его униформу и растасовав оружие и пули по карманам, я двинулся дальше. Неожиданно раздался громкий звон: "ВНИМАНИЕ! На завтрашней казни смогут присутствовать только исполнители, а также избранные сановники." Твою мать... Громкоговоритель... Как же он точно подгадал время и знал, как неожиданно начать вещать. Сзади себя я услышал шмыг ног. Не доходя до очередной двери, я аккуратно обернулся - там был второй солдат: -Слушай, а как там твоя жена? Скучает поди, пока ты тут как в санатории? - ухмыльнулся он, - Фрэнк? Блять, только не это. Надо его убрать как можно скорее. Сзади него была лестница, ведущая вниз. Господи, прошу, прости. Прижав подбородок к груди, максимально закрываясь под коротким козырьком от какого-то шишака, я направил свои шаги к нему. Он также стоял спиной: --Фрэнк? - обернувшись, окликнул он своего товарища. Не успев обернуться назад, как ему в грудь прилетела моя нога, толкнув его с той самой лестницы. Другого выбора не было. Он кубарем свалился вниз и, судя по резкой вялости, неплохо ушибся. Он приземлился на задницу, опираясь спиной о стену. Он всё ещё шевелился: -Стой... Таким же резким лоу-киком по лицу, его голова резко дёрнулась в сторону. Чёрт, какого хера я вытворяю? Они же просто выполняют приказ... Он в крови и без сознания... Или он мёртв? Удар был хорошим. Я сломал ему шею. Он погиб из-за того, что просто мешался. Сука, я ничем не лучше тех убийц с крыши... Сука-сука-сука!!! Стоп, нет. Пульс есть. Слава Богу. Теперь надо постараться избежать в дальнейшем такие же жертвы. Такой груз на свою душу я не собираюсь брать. Спрятав тела, я вернулся к той самой двери, от которой меня отвлёк солдат. Я проходил прямо над теми солдатами, которые говорили о моей казни. Отперев железную дверь, я попал на прогулочную дорожку. Это стало понятно из мелких железных коридорчиков, протянутых между собой. Аккуратно выглядывая из-за угла одного из таких резких "перекрёстков", я наткнулся на ещё одного солдата. Он просто стоял на месте, затем направился в другую сторону, что-то попутно говоря другим. Я проследовал за ним и он привёл меня непосредственно к Допросной. Правда, на помосте. Нет, не нужно его трогать. Я таком слабом состоянии я не слежу за своим телом и могу просто не рассчитать сил. Если мне не хватит их - придётся драться, что, определённо, увидит или услышит вся тюрьма. А мне этого не нужно. Проскользнув мимо него, я спустился по лестнице, и, к моему величайшему счастью, на моём пути в Допросную, не было ни души. Немного подождав, пока солдат, наблюдающий сверху за дверью в неё, уйдёт, я быстро подбежал ко входу. Он был украшен по бокам красными тканями. Видимо, это какое-то альтер-эго тех голубых флагов, что я видел ещё при визите к Кате, или, как её называют с местной реальности, - Джессамины. Подглядев в замочную скважину (благо, на дверях она была старого типа, через которую чуть ли не всю комнату можно было увидеть) и убедившись, что в Допросной нет никого, я прошмыгнул в неё, предварительно закрыв за собой дверь. Тут-то меня и пытали. Моя кровь, ещё горящий огонь, чуть дальше - небольшой стол для подписей или протоколов, а за ним - просто огромная картина Сергея, спускающегося куда-то по красному ковру. Нарцисс ёбаный. Что там, что здесь. Но я сюда не картины пришёл разглядывать. Взрывчатка. А где она вообще может тут быть? Пройдя от двери в сторону "протокольного" стола, я видел, что на нём лежит какая-то бумага и аудиограф. Так, сначала бумага... "Рапорт дежурного офицера", хм. Интересно. Ой, тут моё имя. Ну, здешнее. "Рапорт дежурного офицера о допросе Корво Бывший королевский защитник Корво Аттано будет доставлен для допроса. Дело исключительной важности. Допрос проведут лично Лорд-Регент Хайрем Берроуз и Верховный Смотритель Таддеус Кэмпбелл. Без промедления выполняйте их команды и следите за тем, чтобы палач не переусердствовал. Если Корво умрёт в его руках, вы займёте место преступника на казни, которую так ждёт Лорд-Регент" Так вот как вас здесь зовут. Хайрем Берроуз - это Сергей, а Павел Алексеевич, значит, Таддеус Кэмпбелл. Ну и имена вы себе для ролевых игр придумали! Ну, хорошо. Будем играть по вашим правилам... Так, получается, что Берроуз и Кэмпбелл подготовили план-переворот в империи, чтобы захватить власть? Сюжет как в сказке. Очень кровавой, жестокой и очень антиутопичной сказке. Так, теперь аудиограф.. Как он включается? А. Вот же. "Корво опять без сознания! Он вытерпел вдвое больше пыток, чем любой, кого мы раньше допрашивали. Когда он придёт в себя, мы продолжим. Сейчас его признание не так уж важно, но в будущем оно может пригодиться. Убийство императрицы - это серьёзное дело." Аудиограф зашипел и "выплюнул" текст, который был на него записан. Это говорил Сергей... то есть, Хайрем. Когда это я успел вытерпеть пытки, если был только на одной в сознании? Какой кошмар, сколько времени-то вообще прошло? Взрывчатка. С остальным потом. Сзади меня была какая-то подсобка с сейфом внутри. Причём сейфом без пароля, на простом вентиле. Открыв его, я схватил какое-то самодельное устройство с каким-то тротилом (или что-то очень похожее) и циферблатом. Теперь нужно найти внешнюю дверь. Выходя из Допросной, я убедился, что за мной нет глаз, и направился ко внутреннему дворику, от которого меня отделяла дверь с железными прутьями, коими снащена почти вся тюрьма: -Хакворт, ты на двор вообще заходил, лицемерная мразь? - сказал один из патрульных, стоявших на этом дворе. Вот тут опасно. Дворик этот плашмя освещён прожекторами сверху, а в "мёртвых зонах" вдоль стен, куда луч не попадает, стоят патрульные. Я не в состоянии сражаться, надо их миновать. -Извиняюсь, не успел, - подошёл второй, - хотел доложить - там котёл со вчерашнего дня подтекает. Это мой шанс! На корточках, "плавая" по каждому атрибуту, который мог меня хоть как-то прикрыть, я прошмыгнул мимо них и поднялся по лестнице. Но и здесь мне не повезло - Впереди меня стоял пост охраны из таких же стражников. Только их уже не двое, а, как минимум, три-четыре человека. Коридор этот для меня состоял из 3 частей: слева: каморка, откуда, видимо, подаётся энергия, пишутся расписки и прочее, достаточно протяжённая, с горизонтальными вырезами, служащими окнами; центр - непосредственно, сам коридор с огромнейшей запертой железной дверью; и справа - толстые трубы, ведущие через верх этой двери. Логически, обдумав, за этой дверью вряд ли воля, иначе бы трубы "отрезались" до неё. Значит, какой-то ещё проход? Да сколько их тут? И где бы мне её отворить? Да и как при этом миновать пост? Так, всё. Времени нет. Пора решать. Аккуратно выглядывая из-за стены, я насчитал одного солдата в центре и одного в каморке, но сам себе не верил: двое на весь пост? Позади меня трое коридор с заключёнными охраняли, а тут буквально - ворота на волю. Что ж, контакта не избежать, но необходимо делать всё аккуратно... лишь бы сил хватило... Подловив момент, когда один в крыле поста отвернётся, а другой уйдёт патрулировать другой угол в центре, я начал красться к каморке. Я убедился через заможную скважину, что мне сопутствует удача, и приоткрыл дверь, держа её так, чтобы с её петель не издавалось ни звука. Лишь бы хватило сил. Лишь бы хватило... лежит. Тяжести в кулаках не было, а вот пистолет в руке плюс хороший размах, летящий точно в затылок, свой результат дал. Отлично. Первый готов, остался центральный и плюс со второй комнаты коморки. Я плотно закрыл за собой дверь и быстро перетащил тело, подпирая им её. Затаив дыхание, я выглянул из окна - пришёл центральный. Сердце бешено стучало, а воздуха становилось всё меньше. Какое же отвратительное положение - быть посередине. Назад нельзя, вперёд страшно, очень страшно. Никогда ещё моя жизнь не висела на таких тонких волосках. Волосках, которые просто выполняют свою работу. Должно быть, они боятся меня не меньше, чем я их. По крайней мере, если спалюсь, хочется в это верить. Немного бесшумно отдышавшись, я решил навестить соседнюю комнату. Там определённо кто-то был - был отчётливо слышен стук твёрдой подошвы о землю. Взглянув в скважину, я увидел силуэт, который направил свой взор на дверь, через которую я смотрю. Ёкнуло всё: сердце, лёгкие, душа улетела прям в задницу, не то, что в пятки. Дышалось тяжело, я упал и со всех сил пытался уравнять своё дыхание: -Рик, сколько ты говоришь твоей сестре лет? - послышалось из-за двери. Сука. Сука-сука-сука! Пожалуйста, лишь бы не этот бедолага звался Риком. -Рик? Ты там в порядке? БЛЯТЬ! Надо что-то придумать, если этот хер сейчас зайдёт. Тут я его уже не вырублю - центр увидит... -Да отвали! - неожиданно для себя сказал я. Всё. Хана. -Ахахах, ладно-ладно, - ответил силуэт за дверью. Чего??? Сработало?! АХАХА!! Господи, не говорите мне потом, что госпожи Фортуны не существует! Это был твоя роковая ошибка, силуэт. Вновь приблизившись к скважине, я обнаружил, что он стоит теперь спиной и направил свои шаги в другой конец комнатки. Не прошло и десяти секунд, как я начал тащить его к двери, около которой этот мудак меня пугал. Взяв еды и колб с их полок, я начал изучать панель в этой комнате. Я не электрик и не механик, но, исходя из того, что на всём этом электрическом столе с кучей кнопок стоял всего один рычаг, я сделал вывод, что именно он - последний ключ к моей свободе. Забравшись под стол, я начал выдумывать план, как, не медля ни секунды: а. Открыть дверь б. Прошмыгнуть мимо охраны за этой дверью, плюсом центрального обойти в. Найти внешнюю дверь. И план был следующим: я открываю дверь и, пока она открывается, бегу к трубе, ведущая поверх. Нужно лишь дождаться, как уйдёт центральный. А если им нельзя по собственной инициативе открывать её - нужно её закрыть, как только та охрана зайдёт за свою территорию сюда. Гениально. Привязав один конец лески, которую я нашёл на тех же полках, что и еда у них хранилась, к ручке двери с той стороны, а другой - к рычагу, план на этот случай был следущий: пока зеваки разбираются с конторочными, которые якобы этот рычаг и подняли, чтобы открыть железные ворота, открывают дверь к ним через силу - бац, рычаг опускается, а ворота за ними закрываются. И знаете что? У меня получилось!!!! Каждый шаг продуман и отработан с первого раза. Но есть небольшой минус - всё-таки они заподозрили, что что-то не так, так как я перетянулся под их матерящиеся крики за эти ворота. Времени мало, а передо мной - тупик. И почти такая же ржавая рухлядь вместо двери. Стало быть, это и есть внешка, которую надо взорвать. Забрав съедобное и лечебное содержимое из этой комнаты, я прикрепил бомбу в самый центр этой двери, прокрутил циферблат на 10 секунд. Опустив механизм, я отбежал на некоторое расстояние от этой двери. Часы громко тикали, а за последние секунды три, я изо всех сил закрыл уши и глаза и уже набирал скорость, направляясь на эту бомбу - нельзя было промедлять. А дальше как в слоу-мо: двери позорно отлетели на улицу и я вместе с ними, пока не почувствовал, что падаю. Открыв глаза, я видел, что падаю в воду с метров десяти, не меньше. Еле успевшись правильно сгруппироваться, я оказался под водой. Я открыл глаза и в тот же момент передо мной с диким грохотом упал здоровый осколок от этой двери. Фух, твою мать, ещё б чуть-чуть... Над водой свистели пули и матерились. Нырнув поглубже, я мельком глянул наверх - на каком-то помосте стояло около 5 солдат с пистолетами наперевес и что-то говорили - под водой нельзя было ничего разобрать. Да и мне кажется, что взрыв всё-таки хоть немного, но оглушил меня. Я подплыл вплотную к железному помостику и медленно вынырнул, чтобы не издавать ни звука: -Мы найдём тебя, слизняк убогий! - крикнул кто-то из них в сторону. Удачи, ребята. Вам премии теперь точно не видать, как только узнаете, что это я сбежал. Солнце резало глаза, видимо, я очень долго его не видел. Однако я успел рассмотреть место, откуда прыгал - я упал, потому что по пути за той дверью был мостик, который, видимо успели поднять. Молодцы, зеваки, вовремя засуетились. Но я всё равно на свободе. Посмотрев направо, я увидел арку из обломков какой-то породы. Наверное, это катакомбы. Точно они. Иначе мне не выбраться...

РЧД

-ВОТ ЭТО КРУУУУУТО! - с восхищением прокомментировал Серёжка. -А то. Дальше ещё круче! Готовы слушать? -ДА! - слились в унисон голоса внуков.

Катакомбы

Меня встретил узкий коридор и толстая труба над головой с широкой струёй воды, вытекающей из неё, а впереди - железная дверь, через прутья которой сочился свет мелкого светильника, типа прожектора. Как будто из одного кампуса тюрьмы переполз в другой, ещё и на уши всех поднял. Немного намокнув, я открыл дверь и передо мной открылась картинка: впереди точно такая же дверь, только уже какой-то даже клетки - прутья из железа выполняли роль стен и потолка. Стояла заслонка, а значит, придётся карабкаться и идти по "крыше" этого сооружения и смотреть под ноги по пути. Вдруг послышались голоса: -У него тут взрывчатка была. Не мог он тут всё случайно взорвать. -Думаешь, ему помогли? Кто мог такое провернуть? Твою ж мать, и тут они. Я-то уж расслабился, что максимум, с кем мне придётся драться, - это крысы, коих тут было от силы пара штук. -Может, банда с Боттл-стрит? Ты посматривай - вдруг тут ловушки? По виду - очень на то похоже. К клетке стояли какие-то деревянные ящики, подсвечиваемые таким же трещащим прожектором. Подойдя к одному из них, я увидел уже прибитую на тонкий гвоздь записку: "Корво, если Вы читаете это, значит, наш план сработал и вы вырвались из Колдриджа. В глубине катакомб для Вас подготовлено оружие. Возьмите его и отыщите Самуэля. Он будет ждать там, где туннель выходит в реку. Самуэль доставит Вас к нам. До скорой встречи, Друг." М-м. С моим-то авторитетом мне только Самуэля и искать. Особенно когда тут в рандомных местах записки с моим именем. Ну, хоть оружие дадут. -Отлично, если повезёт, Корво зацепит хоть одну, - голоса начали звучать громче... они близко. -Ты его боишься? Он же с Серконоса, там одни торгаши да шлюхи. И чего? В моём мире это обычная провинция. -Мал ты ещё, не знаешь, кто он такой, - таааак, вот сейчас интереснее, - я видал, как он дрался против троих, упражняясь во дворе - быстрый как вихрь! Надеюсь, я его на него не наткнусь... Хе-хе, да, сучки, я ближе, чем вы думаете. Забираясь наверх, пришлось пригибаться - породы камня не давали мне стоять в полный рост, но, слава богу, идти было всего ничего. Послышались откуда-то снизу писки крыс и тяжёлые шаги солдат. Проходя сверху, вдоль шипящих паровых труб, я решил проверить, как так обстоят дела внизу. И я не знаю, стоило ли вообще туда смотреть... Бугаи только открыли двери, как на них напрыгнула огромная стая пищащих крыс, повалив обоих своим количеством и отрывая от них, ещё живых, куски мяса и кожи, растягивая их в своей маленькой пасти, как резину. Они умерли крича от ужаса и боли, пока то, что от них осталось - обглоданные лица, из которых отчётливо видны окровавленные черепа, и ещё пульсирующие органы в костях. КАКОЙ ЖЕ БЛЯТЬ ОТВРАТИТЕЛЬНЫЙ И УЖАСНЫЙ КОШМАР Я СЕЙЧАС УВИДЕЛ! ОНИ ИХ ЖРАЛИ, В ПРЯМОМ СМЫСЛЕ ЭТОГО СЛОВА. ЖРАЛИ И НЕ ДАВИЛИСЬ, БУДТО ИЗГОЛОДАЛИСЬ! ЛЮДИ КРИЧАЛИ, ОТБИВАЛИСЬ, ПОКА НЕ УТИХЛИ! ГОСПОДИ! Залипая, наверное, минуты две, а по ощущениям - полчаса, я ринулся дальше. В воздухе уже смердило металлом, сыростью и сырым мясом. Буэ. Я спустился с клетки и шёл вниз по ступенькам, вдоль сырых кирпичных стен, надевших на себя какие-то надписи, сделанные мелом. Так я и дошёл до, видимо, канализации. Проточная стоячая вода с мусором в ней, отделяющая одну дорожку и вторую, которые ведут куда-то, а самое стрёмное, что ещё больше накаляло энтузиазма этому месту - ещё один прожектор, трещащий и проливающий свой белый свет на эту картину. Будто люди здесь вот-вот были, что они сейчас вернутся, но... их тела... точнее, плоть... даже не знаю, как назвать. Их "фундамент" остался там, позади... От этих мрачных воспоминаний меня и отвлекла стая крыс, которая, судя по всему, двигалась в мою сторону с того "бережка", по деревянной балке, служащей неким мостиком. Протупить на этот раз не получилось, и слава Богу - иначе бы я разделил участь с теми солдатами. Я дождался, пока вся стая направится ко мне напрямую, прыгнул с разбега на тот берег, с которой они вылезли и быстро уронил балку в воду, чтобы назад эти твари точно не вернулись. Пора двигаться дальше. Однако, и тут меня ждал сюрприз - тупик. Всё, стена, дальше двигаться некуда, а пока я искал ещё выход, крысы нашли уже чьё-то обглоданное тело и так же жадно жрали его так, что аж кровь хлестала над ними. Боже... Значит, он умер недавно. Третий. Эти мысли рассеялись, как только они доели жмура и развернулись ко мне. И вот я уже бегу от ёбаной стаи голодных злых хозяев канализации и приближаюсь к тупику. Не знаю, что повело меня тогда, но я нырнул прямо в эту срань и проплыл через эту "арку". Я куда-то выплыл, а куда - даже ума не приложу. Четвёртый фонарь бил в глаза, от чего мне пришлось ещё немного проплыть, за него. Он освещал надпись над "аркой" - "ОН ХОДИТ СРЕДИ НАС". Мрачновато. Кто - "он"? И почему все прожектора, как на подбор, трещат? Меняли бы лампы в них мощностью ниже, это же элементарные знания физики и условия безопасности. Поднявшись на один из бережков, я стряхнул с себя мусор, оставшийся на мундире, и выкинул эту дурацкую каску. Я огляделся: ступеньки, передо мной ведущие наверх, посередине - бетонная плита с решёточным окошком в середине, ещё одна деревянная балка, ведущая на другой бережок, на котором виднелись матрас, импровизированная плита с дверцей снизу и медной и чугуной посудой сверху и два силуэта. Я подошёл ближе и увидел два трупа, мужчину и женщину, которые умерли, обнявшись. На плите лежала книга, с текстом внутри, написанным от руки. "ДНЕВНИК ДАМЬЕНА" красовалась каллиграфическая надпись на первой странице дневника. Я открыл последнюю страницу: "Денег нам с Амандой хватало только на половину нужного эликсира. Но и тот мы уже израсходовали. Остаётся ждать. Мы очень больны, и нам негде спрятаться от городской стражи. Они вламываются в дома по всему району. Мы останемся здесь и вместе примем смерть. Разожженный нами пожар отпугнёт крыс, но скоро им достанется весь город. Дамьен." Только прочитав, я внимательнее рассмотрел трупы - бледная кожа, почти белая, кровавые подтёки у Аманды и запачканное лицо у Дамьена. Он её обнял так, будто успокаивал, прижав к груди и положив свой подбородок ей на голову. Кажется, это не они все погибли, а я умер, и попал в свой собственный ад. Я слишком много увидел за последнее время. Трупы, кровь, крысы, болезнь, голод, смерть, заговоры, война... Я просто попал в свой собственный апокалипсис. Поскорее бы из него сбежать, но куда? Где реальность? Я скучаю по родителям - они ведь где-то там, ищут меня, а я... а я здесь. Но где "здесь", а где "там"? Столько вопросов... Мне просто остаётся идти дальше, надеюсь в дальнейшем пути, я получу на них ответы. Прощайте, Аманда и Дамьен. Спите спокойно. Поднявшись по ступенькам, я увидел огромный вентиль, около которого лежало тело мужчины, опустив свои руки на створы этого вентиля. Спустившись вниз, на песочную землю, я оттянул его и положил на землю. Такое же мраморное лицо, кровь у глаз и рта запёкшая и сухая. Он мёртв гораздо дольше Аманды и Дамьена. Неужели болезнь его настигла в самый неподходящий момент, когда этот мужчина крутил вентиль, чтобы поднять железную дверь впереди? Неожиданно я услышал чьё-то дыхание позади. Я обернулся - звуков не было, но моё предчувствие подсказывало мне, что среди нас четверых, из которых трое - мертвы, есть и пятый - вполне себе живой. Оглядевшись, я понял, что кто-то сидит под плитой. Он наблюдал за мной с того момента, как я сюда заплыл, видел все мои движения, как я читал дневник и как клал труп на землю у вентиля. Я резко дёрнулся в сторону от плиты, бросил камень, лежавший под ногами, прямо в воду, отчего звука плеска начал резонировать по всему пространству, отражаясь от холодного мокрого кирпича; А сам встал на плиту, лицом к вентилю, ведь именно так можно было протиснуться под бетон, здесь и вход, и выход. Доставая пистолет, я потихоньку выпрямил руку и направил её вниз перед входом, а сам невольно задумался, не паранойю ли я: -Ну-ка быстро выходи! - приказал я своему миражу грозным басом. Что-то внизу зашуршало. Значит, я был прав, тут действительно всё это время кто-то был. Что ж, теперь мой черёд застать человека в неловком положении. Передо мной начал вылезать силуэт. Чтобы не было никаких сюрпризов, я решил ещё раз перестраховаться: -Руки за голову, чтобы я их видел, - не опуская мушки, продолжил приказывать я, - и не оборачиваться. Этот человек не был солдатом. Это была девушка, нетолстой фигуры, с длинными волосами, цвет которых впотьмах было тяжело разглядеть, но он был точно не светлым, одетая в какую-то чёрную футболку и такие же джинсы. Она медленно и беспрекословно сделала так, как я ей велел. И вот, она держит руки на затылке, и я увидел отдали знакомые оттенки: серебряное кольцо на указательном пальце правой руки, тонкая цепочка и чёрный лак на ногтях. Не может быть... -Настя?! Она обернулась. Изящная даже в таком ужасном месте. У неё было немного запачкано лицо, руки и шея, ободраны футболка и правая щека, а из её глаз струились, будто танцуя, зелёные страх и невинность... -Лёша? - На её лице, не говоря уже и о голосе, читались удивление и страх. Я опустил пистолет, спрыгнул к ней, не сводя с неё глаз ни на секунду, но не из осторожности, а из спутанных в голове мыслей. Казалось, что я уже ничему здесь не удивлюсь, но она... здесь... Меня настолько переполнили эмоции, что я крепко её обнял, не выпуская из рук пистолет. Она, судя по реакции, тоже не ожидала ни увидеть меня, ни то, что я ринусь её обнимать. Постояла, но тоже обняла, так же крепко, как обнимают дети, когда хотят спрятаться от чего-то страшного. Наконец, мы оторвались друг от друга: -Но как ты... Что ты... - я держал её на согнутых руках локти, не в состоянии не произнести ни слова, - Как ты здесь? Что с тобой? Ты ранена? -Я... я... Она не отрывала своих безумных глаз от меня. Попятившись, она споткнулась, но я успел её поймать: -Почему ты так реагируешь? Пойдём со мной, я нас вытащу. -Я... Всё так произошло быстро... Сказали, что ты - убийца. Убил женщину, а её дочь - похитил... Это правда? - её глаза наполнились слезами. -Меня оклеветали, - сразу возразил я, дабы её сначала успокоить, - её убил не я, а человек в красном макинтоше. И Дашу... то есть, девочку они тоже забрали. За всем этим стоит Берроуз и Кэмпбелл! Читай, - я дал ей дневник Дамьена, - последняя страница. "Мы очень больны", "Спрятаться от городской стражи", "Они вламываются в дома". Знаешь, что это значит? -Нет... - ответила она, не поднимая голову с записок. -Городская стража охотится на заражённых. Та пара и этот мужик - единственные, кого стража миновала. Но они мертвы в катакомбах под городом, а не в кроватях у себя дома. Да, погибли не от их лезвий, а от паразитов внутри. У них не было выбор - их сюда прижали. А у тебя он есть: иметь шанс на спасение, либо обречённо погибнуть. Я увидел, как она выдохнула с облегчением, и снова меня обняла, будто бы мои слова, как потенциального убийцы, что-то да стоили. Видимо, для неё личное значит много больше, нежели слухи. Я счастлив, что она мне поверила: -Что делаем? -Для начала нам нужно открыть вентиль. Давай так - я кручу, а ты проходишь первая, окей? -Д... Да, хорошо. Она вытерла глаза рёбрами ладоней и направилась к железной двери. Я схватился голыми руками за железный вентиль из всех сил, что у меня оставались. Крутя его против часовой стрелки, дверь, наконец, начала подниматься, а Настя ловко протиснулась под ней внутрь. Теперь мой черёд. Блин, лишь бы фиксаторы работали... Я отпустил вентиль, а дверь, как ни странно, не упала с диким грохотом, будя половину города своей тряской. Отлично! Но шансов сесть нам на хвост я не оставлю никому, а значит, стоит и мне точно так же проползать, как и Настя. И вот мы уже с другой стороны, которая богата небольшой провизией в виде тушенки (забавно, что такой незамысловатый продукт используют и тут) и пара рыбных консерв из какой-то миноги. Впереди нас была какая-то просторная, незаполненная ничем, кроме камней и земли, площадь. Я шёл первым, как вдруг Настя потянула меня за руку: -Су... Господи, Насть... - обернулся я от испуга, - не делай так больше... Что такое? -Я не понимаю, куда мы идём и где вообще. --Мы под Колдриджем. Это тюрьма такая, где меня пытали и держали. Я без понятия, сколько прошло времени с момента убийства. Мне помогли сбежать, я нырнул в реку и оказался у входа в катакомбы. Побродил по наводкам моих "Друзей", а там ты. Вот и топаем дальше. Мне вот больше интересно, как тут оказалась ты? Она хмурила брови от непонимания и запутанности. А после моего вопроса, она их расслабила, пробежала зрачками снизу то влево, то право, затем подняла глаза и сказала: -Я не помню... Я помню лишь... испуг людей, тебя и... -...Глеба? - перебил её я Её лицо не изменилось, она так же продолжала смотреть на меня, придавая мне вид какого-то дурака, который говорит не по делу. Как в шутке про понимание с "полуслонёнка". Она не знает, о чём я. Как и иные здесь живущие люди не знают меня с реальности. Моя радость была напрасной. Кажется, я всё-таки умер: -Прости, - выдохнул я с разочарованием, - я просто ошиб... -Ты держал его пистолет у лба... Я опешил и поднял глаза. Она выглядела так, будто бы ей вернулась память, как к Элизабет Мастерсон из "Между небом и землёй", когда до неё дотронулся Дэвид. -Что произошло там? - размеренно произнёс я. -Я не знаю. Я помню, что ты сказал довериться тебе, а потом... Перед глазами заплыла какая-то белая... как вспышка, в общем. Как будто ослепило на какое-то время, а потом я куда-то упала. Куда-то сюда, в канализацию. На ощупь куда-то ползла, так как ничего не видела. Лицо где-то ободрала. Снова упала, но уже туда, где ты меня нашёл. Пыталась ухватиться за что-то но безуспешно. Вот и руки тоже пострадали. Она с такой детской наивностью рассказала мне всё это. Господи, не могу поверить! Она оттуда же, откуда и я! Она настоящая! В смысле, с той же параллельной вселенной, а не из этой! -Ась, - начал я, - всё, что я знаю - это не наш мир. Здесь меня называют Корво Аттано, королевский лорд-протектор Её Величества, убивший свою императрицу. Но самое интересное - императрица - моя тётя, а девочка эта - маленькая сестра. В реальности она меня старше. Но не здесь. Я до конца не разобрался, где мы, кто мы и зачем мы, но, я чувствую, как мы выберемся, обязательно во всём разберёмся. По крайней мере, мы есть друг у друга, из одного места. Только скажи: ты мне веришь? Она не переставала хмуриться: -Есть небольшие сомнения. Но они, скорее, от непонимания происходящего. Всё в порядке. Пойдём дальше? -Идём. Настя вышла вперёд. Выйдя на эту площадку, мы ахнули: сверху через решёточный шестигранный потолок лился белый свет на всё пространство вокруг, а из центра сверху торчала огромная труба с железным "островком" под ним, будто бы с какого-то завода оторвали помост, слева от нас вдали стоял точно такой же вентиль и, судя по нему, точно такая же вертикально открывающаяся дверь. Всё бы ничего, если бы из трубы не выпал труп. Настя чуть не взвизгнула от неожиданного и неприятного зрелища, но я успел закрыть ей рот ладонью и развернуть к себе. Она не отталкивалась, а смотрела мне в лицо своими широко раскрытыми от ужаса глазами. Я прислонил указательный палец к своим губам, не отпуская ладони с её рта, показывая, чтобы она была тихой, и показал наверх: -Нам же велели грузить тела на телеги и отправлять их в затопленный квартал? - послышалось сверху. То были солдаты. Я вопросительно кивнул Насте, а она кивнула в ответ, что означало, что я могу опустить ладонь. Мы уставились наверх, пытаясь разглядеть сквозь пелену света хоть какую-то тень: -Да пошли они! Далеко тащить! И чуму не хочу подцепить. А ты? -Я тоже. Но эликсир же от неё защищает? -Может и так. Короче, давай свалим их здесь. Пусть их крысы жрут. Настя резко задышала. Обернувшись к ней, я увидел, как она уставилась в угол площадки внизу: вокруг платформы под трубой бегала стая крыс, точно таких же, какие сожрали двух боровов в солдатской униформе. Сука, самому бы не поддаваться панике. Я сам-то крыс боюсь, а после того, как увидел, что они вытворяют с живыми людьми - контактировать даже зрительно у меня с ними не было никакого желания. Но нужно успокоить Настю, она видела, что всё вполне подавляется, а её паника никчему не приведёт: -Ась, смотри на меня! - сказал я шёпотом, - На меня!! Она перевела взгляд: -Я понимаю, Насть, страшно. Надо двигаться дальше и ни в коем случае не останавливаться. Нам нужно на ту платформу, - я показал пальцем на то место, куда упал труп из трубы. Какая ирония. -Ты с ума сошёл?! - начала она так же ругаться шёпотом, - тупик, Лёша! Крысы, да не одна, а целая стаища её окружает! Там - мёртвые люди, которых выбрасывают в трубу! В трубу, Лёш!!! -Давай по моему сигналу, - сказал я, ожидая, как крысы отбегут от нашего прямого пути к платформе. -Какому сигналу?! Лёш, это невозможно! Эта стая просто те... -Вперёд! Я ринулся сразу к платформе, обегая мусорные баки, которые здесь частично замурованы в землю, а на платформу запрыгнул, опираясь на выпирающие её части, и подал руку Насте. При всей своей милой ворчливости, она всё-таки побежала за мной. Я подтянул её и мы уже стояли на платформе: -Да какой ужас блять! - начала она, - это аморально! С твоей стороны тоже! -Иногда приходится быстрее делать, чем думать, - отшутился я. -Да, вот только теперь нам уже некуда отсюда деться, как ни назад. -Дай мне минуту, - сказал я, подойдя к железной перегородке. -О, я хоть вечность могу тебе дать... Я стоял и рассматривал пути прохождения к вентилю: первый - разрубить крыс, вступив с ними в схватку... Да конечно, блять, двух амбалов повалили, а меня с моими размерами ещё и швырять начнут из стороны в сторону, чтобы посмеяться. Крысы же умеют смеяться, да? Да, умеют. Но не эти. Совсем как люди. Есть редкие, весёлые и смешные, хорошие домашние крысы, которые боятся, например, щекотки, а есть такие, как каждый в этой стае - злой и голодный, злой потому что голодный и наоборот. Каждый. Поголовно. Нет, мы с Настей оба боимся их. Даже если я начну, то всю стаю мне не покромсать - их слишком много. Значит, надо занять чем-то целую стаю. Но чем? Или кем: -От чего они умерли? - спросила Настя, осматривая трупы корточках. -Только не трогай их! - я резко развернулся в её сторону, затем сел рядом, - я осматривал предыдущие трупы, все как на подбор: бледная, почти белая кожа и кровоподтёки у глаз и рта. Болезнь сразила его... и их. -Давно они мертвы? - она наконец повернула голову ко мне. -Этот, - я уставился на труп, который она разглядывала и потрогал его руку через рукав, - меньше двух часов точно. Мышцы ещё мягкие. -Да что ты! - она резко встала, - может, он ещё живой?! Он, что, дышит?! -Нет, точно нет, - с сожалением я взглянул его опечаленное лицо, - как минимум, с такой высоты, приземляясь на голову, не выживают. Да и идёт метаморфоза, видишь? Грудная клетка поднимается и опускается, подтёки ещё идут. По её взгляду, я говорил на эльфийском: -Говоря проще, - начал я объяснять, - когда человек умирает, его организм начинает себя переваривать. Как гусеница, которая превращается в бабочку в коконе, или головастик в лягушку. И при этом выделяются газы и жидкости, вредные для человека. Поэтому я и говорю, чтобы ты к ним не прикасалась. -Откуда ты всё это знаешь? - с удивлением спросила она, - я думала, философы изучают только психологию. -Психология - это лженаука, - ухмыльнулся я, - а биология... ты же знаешь, что ни ты, ни я своим направлениям не принадлежим, помнишь? -Хах, да, - улыбнулась она, растворяясь в приятной ностальгии, - когда оказалось, что мы хотели поступать на одно и то же направление в один и тот же ВУЗ... -Да, и режиссировать, - добавил я, - а биология... я люблю учиться, в какой-то момент и биология, наряду с математикой, физикой, химией и прочей школьной программы мне стали интересны. Но биология особенно что ли. Мне Маслыч как-то в контексте сказал, что я ударился в медицину после одного случая... -Что произошло? - с заинтересованностью ответила она. Меня выбил этот вопрос. Я готов был всего себя с потрохами отдать ей, но тот случай был очень личным. Не здесь. Не сейчас. -Извини, Ась. Когда-нибудь я обязательно расскажу, - выдавил из себя я, - нам надо выбираться. У меня есть план. -Какой? -Нужно отработать слаженно. Подойди к краю, - я дождался, пока она подойдёт к перилам, - теперь смотри: никаких эмоций и строго по инструкции. -Ну? -Я кидаю им тела в сторону, по моей команде - бежим со всех ног, я - к вентилю, ты - к двери. Не останавливаться, даже когда я начну крутить, сразу пролезай и ни в коем случае не смотри в их сторону. Всё поняла? -Погоди, а... -Всё, - я поднял труп, - времени нет. Не успело тело приземлиться на землю, как я кинул второе, так, на всякий случай: -Бежим! И мы дёрнули: я спрыгнул с платформы, Ася - через перила, и мы оба побежали по своим точкам. Под звук отрывания мяса и писк этих тварей, я со скрипом крутил вентиль. Ася пролезла, но на дверях не было фиксаторов, которые оставят её наверху. Делать нужно было всё быстро. Крысы уже доедали второе тело. Докрутив до конца, я пытался держать вентиль и сократить немного дистанцию до двери: -ЛЁША, ОНИ БЕГУТ!!! Я резко ринулся к двери, и буквально чувствовал погоню за собой. В полный проём я уже не успею, я закрыл глаза, и сделать рывок вниз, чтобы проскользить, а сам ждал, когда меня прихлопнет где на уровне пояса - чтобы торчали ноги, а то, что выше - гладали грызуны. Но нет. Успел. Дверь в нескольких сантиметрах сзади упала, раздавив своим весом пару крыс: -Господи, - выдохнула Настя и подала мне руку, - я уж думала всё, не получилось. -Ювелирная работа, - пошутил я, отряхиваясь, - пожалуй, мне нужна новая одежда. А лучше штаны. Она отсмеялась. Но это было скорее, от нервов, а не от оригинальности шутки. Мы прошли узенький коридор и снова вышли к воде. На этот раз она оказалась текущей. Вот только сверху вниз, а в углах росло что-то, отдалённо напоминающая папоротник. Неожиданно раздался гул, отчего я и Ася дёрнулись: "Внимание Граждане Дануолла! Убийца Корво Аттано, на совести которого убийство нашей доброй императрицы и исчезновение леди Эмили, наследницы престола, временно сбежал из заключения. Те, кому что-либо известно о его местонахождении, должны немедля сообщить об этом городской страже." Как больно слышать эту ложь. Как больно слышать их имена и то, что произошло. Ещё больнее - повторение этого из раза в раз: -Лёш, - Ася прикоснулась к моему плечу, - ты не убийца. Холодный и прямолинейный, но справедливый и честный, и точно не убийца. -Мы не ладили с сестрой, - начал я, - ей никогда не нравилась моя компания и я, как человек, отчего ходило очень много неправды. Очень жестокой неправды. У неё не получалось запятнать моего имени, но выводы я делал и сам оставил её в прошлой жизни. Не знаю, какая сейчас жизнь, но когда я увидел её маленькой девочкой, с которой для её счастья нужно было просто поиграть в прятки, я простил её за всё. Наконец-то простил. И её у меня отняли. Как и её мать, которая натаскивала нас обоих в учёбе, ругала по делу и хвалила, когда это было необходимо. Как бы то ни было, я не мог так поступить... -Я понимаю, - отрезала она, - Да, ты действительно попал туда за то, чего не делал. Так, к сожалению, происходит с хорошими людьми. Они настолько хорошие, что плохим злодеям это мешает, и они идут на любые коварства, чтобы убрать с доски тяжёлую фигуру. Так и произошло с тобой, но это не означает правду. -Я не смог их спасти... Я поведал ей свою историю, от чего в её глазах читалось не жалость, но сожаление: -Ты сделал всё, чтобы их спасти. И Даша ещё жива. -А если нет? Лежит как... как они. -Знаешь, лучше не строить гипотез, не обладая фактами. В таком случае, и мне нечего было бы за тобой идти, но, как видишь, я здесь. -Ты права, - откис я, - что-то засопливил я, ты уж прости. -Всё хорошо, такой стресс не каждый выдержит. -Спасибо тебе за поддержку. Идём. Мы шли вверх по воде, а перед нами все ярче и ярче горел оранжевый свет. Лишь когда я услышал треск огня, я достал пистоль левой рукой. Дойдя, наконец, до очага, я увидел, как тёмный силуэт сидит около него ко мне спиной. Я показал Насте жестами не шевелиться, а сам начал выпрямлять руку, нацеливаясь: --Убери пистолет, юноша, - не оборачиваясь, произнёс знакомый хриплый голос. -Ты кто? - спросил я, - не опуская руку. -Старый друг. Он встал со стула и направил свои шаги ко мне. Лишь подойдя почти вплотную, я увидел близкое моему сердцу лицо: -Дед?! -Он у тебя отсырел, - он медленно обвил пальцами пистолет, - такой только на выброс. Он кинул его в воду, и оружие поплыло куда-то по ней. Дед?! Здесь?! Что происходит?! Дедушка - мой самый близкий человек, который, как мне казалось, оберегал меня с момента его смерти. Когда мне было 10 лет, его парализовало на моих маленьких руках. Он бился в конвульсиях, а я громко ревел, не веря в происходящее. Затем год пролежал в койке, периодически разговаривая с кем-то невидимым, смотря в потолок и будто бы запоминал наказы: "Да", "Всё понял", "Хорошо". Через год он умер во сне, самой благородной смертью, окружённый заботой и любовью. Я помню тот день, когда сидел рядом с его телом и просто молчал. После этого бабушка сошла сошла ума и многое, о чём она умалчивала десятилетиями, всплыло. И тоже погибла. Оба в 76 лет. Оба осенью. Оба в среду. В одной и той же комнате. Это тёмная страничка в моей истории, о которой я не люблю рассказывать, но помню её каждый божий день. Я обнял деда так крепко, насколько это возможно. Теперь у меня нет сомнений - я либо сплю, либо умер. Я всегда его обнимал, когда он приходил во снах. Говорят, нельзя идти за покойниками, но я шёл. Я обнимал его и чувствовал его холодную щеку с его мягко колящей щетиной. Или я играл со смертью, или это была невыносимая тоска по человеку, который покинул меня и этот мир. -Ты был злым, когда мы последний раз виделись, - не отрываясь, прошептал я. --Всё в порядке, Златый, - он похлопал меня по спине. Златый... он и только он меня так называл за всю мою жизнь. Это ещё сильнее резануло по сердцу, выдавив мою истерику и слёзы. Он ещё сильнее меня обнял, а когда я успокоился, я, наконец, отпустил его: -Кто это с тобой? Красотка какая! Невеста твоя? -Это... моя, э-э, - промычал я. -Спасибо большое, - улыбнулась Ася, - я Настя, просто подруга Вашего внука. Она протянула ему свою руку: -Что ты, Дочь, - он обнял и её, - Алексей Михайлович. Но лучше зови меня "Папа". -Очень приятно, Папа, - подхватила она, улыбаясь. -Знаешь, я когда-то его маму встречал в трусах и веником. Вручил его ей и наказал убираться, чтобы проверить, какая она хозяйка. Она так и подметала нам палас, веником! Хотела мне понравиться, так и познакомились! Были бы времена сейчас другие, может, и тебя бы так встретил, - и дед звонко засмеялся. Так, как он смеялся обычно, звонко и задорно. -Дед, что с нами стало? Я уже всю голову себе проел догадками от сна до смерти. Я думал, я погиб, пока не увидел Настю. Если и так, что она тут делает? -Ох, Лёш, - протянул дед, - надо идти дальше и ты сам ответишь на все свои вопросы. -И всё? У меня столько тем накопилось, да и... -Да я знаю! Для начала, вам надо выбираться. -А ты? -А ты что, меня тут хочешь оставить? - она снова захохотал. -Нет, ты что, я... -Кстати, у меня тут еда есть, вы ж наверное есть хотите? -Если честно, - сказала Настя, - ужасно хотим, но нам нужно как можно скорее отсюда выбраться. -Во-о-т это я понимаю подход к делу! - похвалил её Дед, - Я бы вас не отпустил голодными, будьте уверены... -Да, это точно - пробубнил я, вспоминая рассказы Мамы о том, как Дед заставлял её есть. -А ты что стоишь? Собирай всё да полезем! -Полезем? Там есть проход? -А то! Собирайся давай, а я с Дочей поболтаю. И реально с ней начал болтать о чём-то, прикиньте. Она вскользь хихикала, а в моей груди разливалось что-то тёплое. Он здесь. Она здесь. Ещё немного, и мы выберемся отсюда. Дай Бог. Заполнив весь рюкзак едой, я подошёл к ним: -Ну что, какой план? -Видишь балки железные в стене? Ну вот забирайся по ним, а я тебе на спину залезу, а то руки уже не те, сам понимаешь. -Э-э, понимаю, да. А Настя? Дед, дак ты же ещё и тяжёлый, если я упаду, но волей-неволей на тебя плюхнусь. -Не болтай, плюхнется он, давай сюда рюкзак. Он повесил мой рюкзак себе на спину, а я тем временем подошёл к стене с балками. Они очень удобно торчали из стены, чтобы по ним карабкаться, как по лестнице. Тем временем, Дедушка что-то шепнул Насте и подошёл ко мне: -Готов взбираться на Эверест? -Ну, цепляйся, но я тебя предупреждал. Я поставил ногу на стену, схватился пальцами за самую верхнюю балку, до которой мог дотянуться, а Дед обхватил меня руками с шеи правой рукой, а под подмышкой - левой, и скрепил руки на уровне моей груди, а ноги - на уровне пояса: -Ползи! -Смотри яйца мне не передави, - пошутил я и начал лезть. На удивление, тяжести, которой я ожидал не было. До ближайших балок было легче дотягиваться, и легко было тянуть свой вес, Деда и рюкзака, до отвала набитым консервами. -Мы с тобой как Йода и Люк Скайуокер, - пошутил я. -В смысле? -Ну, из "Звёздных войн". Люк бегал, а Йода держался всё это время за него. Хыть! -А-а, - протянул Дед, - я помню, как ты постоянно их смотрел на диске и палками махал. Ох и любитель же ты мечей был. Слушай. А эта-то ничего. Всяко лучше твоих, которые у тебя были. А по дому всё делает? -Дед! - рявкнул я, - ну потише хотя бы. Я не знаю. Мы не живём вместе. -Чего это? В твоём возрасте, твоя мама уже три года замужем была. До отца только не дорос. А так, уже пора бы съехаться да жить душа в душу! -Агх! - тянулся я до очередной балки, - мы не в отношениях. Она не невеста а я не жених, если так проще понять. Просто... просто друзья с института. -Ты хоть сам понимаешь, как это типично звучит? - засмеялся Дед, - бери пока горячо, а то такую девку в миг уведут-то! Ай, ладно, дело молодое, но ты сильно не тупи, а то ты любишь! -Дед! А что ты ей шепнул, кстати? Про меня что-то? -Конечно, про кого же ещё? Сказал, что ты спишь с мягкими игрушками. -Чего?! - я остановился за пару шагов до конца нашего вертикального маршрута. -Да шучу я! Сказал, чтобы внизу подождала, что ты за ней спустишься. -Спуститься? Мы наконец почувствовали твёрдую поверхность под ногами: -Ну да. Видишь? Он показал пальцем на валун под потолком, который торчал перед обрывом, а в нем, как балки в стене, залита небольшая катушка, из которой, в свою очередь, висела цепь. -Тебе нужно её починить. -Починить? Зачем? Я же могу просто спуститься так же вниз. -Ага, а адаптироваться как будешь, если балок таких не будет? Делай как говорю! -Есть, сэр! - вздохнул я и начал думать. Небольшой кусок цепи меня сбивали с толку. Ухватиться не за что. Но в принципе... может сработать. Я взял небольшой разбег и смотрел на цепь - целился, чтобы ухватиться за неё. Крепко сжав пальцы, я почувствовал холодное железо в своих ладонях. Отлично. Вот только меня снова застали в неудачном положении. Назад я не смогу, а вниз она не опускается. Нужно думать быстрее, пока есть силы держаться: -Сдаюсь, что дальше? Почему она не поддаётся? -Не знаю, - как-то незаинтересованно ответил Дед, - посмотри на неё, может, поймёшь. -Может катушке что-то мешает? - снизу послышался голос Насти. Я пригляделся, и действительно: катушка была сломана, гнутая её часть просто не давала цепи растянуться. Тут я попробовал подтянуться и бросить весь вес: такими рывками я направлял силу тяжести вниз, и препятствие должно было сорвать. Но оно не поддавалось даже когда я так прыгал несколько раз: -С-сука, - прошипел я под себя, - руки забиваются. -Ну ты ещё так попрыгай, пока не свалишься нахрен! - поругался Дедушка, - ты, чай, не под 100 килограмм весишь. Вот, лови. Дед подкинул мне пистоль, почти такой же, какой у меня и был, только с какой-то подсветкой у куроятки. Одной рукой я ловил, другой держался, о чём очень пожалел, ведь, когда я поймал пистолет, цепь немного качнулась, а мышцы начали болеть. Цепь, ввиду своего небольшого размера, быстро перестала колебаться. Я хорошенько прицелился и впервые выстрелил из местного пистолета. Подо мной пропало ощущение невесомости И я, вместе с цепь, начал быстро опускаться вниз, а от неожиданности нечаянно её отпустил. Я успел сгруппироваться и выставить руку перед приземлением. И вот я стою на согнутых ногах, выставив вниз перед собой руку, живой. Живой! Даже не больно. Отделался лёгким испугом: -Сынок, жив? - крикнул мне сверху Дед. -Да, - ответил я, заметив, что Насти нигде нет, - вроде... Дед, Насти нет! Я начал оглядываться и даже добежал до входа, откуда мы пришли. Вернувшись на место, сверху меня уже откликивала Ася: -Успокойся, я уже тут! -Ч-что? - в недоумении спросил я, - а как ты... -Вот так, - раздался голос Деда сзади. Я обернулся, а он стоят и улыбался, затем исчез. Вот просто, как вспышка, которая сдула что-то рядом: -Дед? Дед! -Да успокойся, - отозвался он сверху, смотря на меня вместе с Настей и хохотал, - тут мы. -Как ты это сделал? А я что же? -Пока рано тебе всё знать. Давай топай сюда по цепи. Нихрена себе... Дед и в жизни был балагуром, но вот шутил он из того, что было, а тут что у него есть? Что за фокусы? Моя радость от встречи с ним сменилась настороженностью. Я такое один раз видел, когда... когда напали на императрицу. Это был он..? Дедушка? Нужно поговорить, а для этого добраться. Крепко обхватив руками цепь, я начал подтягиваться наверх. Мышцы ныли, а тело болело, но сила откуда-то была. Лишь добравшись на уровень с ними, я начал думать, как бы мне наконец встать на землю, а не торчать здесь, как лемур на лиане: -Ты не мог бы..? -Не-а. Давай сам думай, а ты, обратился он к Асе, - ты не лезь. Он сам должен додуматься, это его испытание. Ты же знаешь, как поступить: да или нет? -Думаю, что да, - и прошептала ему на ухо. -Угу-угу, молодец. Вот она знает! Давай, теперь ты. Не вовремя он решил меня на что-то проверять, ой не вовремя. Но ему, если он был там, с человеком в Красном, то ему на руку, что я не доберусь до него... у него Настя. Так. Я попробовал дотянуться до края, но не вышло - чёртов рост. Ножки коротенькие, ручки тоже. Я был около 1,7 метров, что-то среднее, так что комплексы давным давно развеялись, но в конкретной ситуации - меня не спасло: -Думай ещё... Должен быть ещё выход. Они знают ответ, а я... стоп. Я дотягиваюсь до камня! Нужно раскачать цепь. Дёрнувшись, я опёрся ногами о каменную породу, оттолкнулся и начал сильнее раскачиваться. Сильнее, но в меру - я снова упаду, если ударюсь о камень. И вот, набрав необходимую скорость, я, наконец, отпустил цепь и приземлился ровно на ноги: -Молодец, пять! -Ты кто такой?! Я встал перед ним, ясно давая понять, что если он не тот, за кого себя выдаёт, ему выпадет отличный шанс спуститься вниз без балок и цепей. -Успокойся, - сказал Дедушка и показал тыльную сторону левой руки, - узнаёшь символ? На ней было что-то вроде татуировки. Острые линии, несколько произвольных фигур. Что-то напоминало, но я не могу вспомнить, что именно... -Нет. Что это? - спросил я. -Если не понял, здесь не всё просто, - Дед начал "атаковать" в ответ, - Сейчас не поймёшь - настанет время, а пока - это просто татуировка для тебя. И нет, меня не было там. Я всё время, что ты здесь прождал тебя тут. И да, если бы я принадлежал кому-то из них - я бы уже манипулировал Настей. -Ты всё больше меня удивляешь, Дед, - размеренно ответил ему я, - как ты узнал? -Тебя очень легко прочитать. К тому же, байки о них уже ходят по всему городу. -Ты знаешь, кто это? -Звать его Дауд. Вроде как, главарь Ассасинов или, как их называют, "китобоев", но какая разница? Убивают за деньги, махая саблями да руками творят магию. Мы стояли и смотрели друг другу в глаза. Это точно был мой Дед. Всё по делу, без лишних слов. Если бы это был какой-нибудь местный доплер, я думаю, я бы подловил его: -Пойдём? - прервала нас Настя, - мне кажется, мы уже близко к выходу. На нашей пути уже почти не было камня под ногами. Были железные платформы, с перилами. А так же какие-то лампы, из которых шёл дым. Что-то между кварцевой и керосинкой. Идя вперёд, мы поочерёдно собирали какие-то медные проволоки, монеты и то, что, как говорил Дед, можно продать. А по середине наполнялась "ванная" из труб. Вдруг на нашей пути открылись ступеньки на железную платформу: -ЛЁШ, СТОЙ! - крикнул Дед сзади. Я резко остановился и увидел перед собой, на уровне икр, растяжку. Подняв глаза, я увидел какой-то железный предмет, отдалённо напоминающий ржавые тиски. Подойдя к нему, я спросил: -Что это? -Это, сынок - то, что тебя бы подожгло, если бы ты напоролся, - Дед сделал что-то на этом предмете и ловко поймал какую-то бело-голубую колбу с жидкостью и дротиком на конце, - зажигательный болт. При попадании в тело разбивается и оставляет сильные ожоги. Держи. Я взял этот болт и начал его внимательно разглядывать: -Химически? -Не-а, за счёт искры в колбе она разбивается и вся мишень нажигает сгорать. -Это же колба, - уточнила Ася, - откуда искры? -Перегородку видишь? - Дед начал тыкать в край стеклянной тары, примерно на фалангу пальца отступив от конца, - при попадании она лопается в первую очередь. Взяв болт с собой, у меня пролетела мысль: коли есть болты, стало быть, здесь кто-то и арбалетом промышляет. Вот только кто... Пройдя ещё на какое-то расстояние, я наткнулся на ещё одну растяжку в небольшом проходе. Я только начал её переходить, как она порвалась. Зашумев, установка с зажигательным болтом спалила своё местонахождение, однако, как только я повернул голову в её сторону, я уже увидел, как в меня летит нечто бело-голубое с ярым желанием меня поджечь. Резко развернув тело на 90 градусов, этот болт разбился о стену позади меня и "хлопнула", красиво окрасив своё содержимое в огонь, а на стенке осталась копоть от этого происшествия: -Теперь понял? -Думаю, да, усвоил урок. Мы пошли дальше. Показалось даже, что после того, как мы поднялись, воздух стал чище - почти не было вони, отчего и дышать стало легче. А из звуков - треск прожектора на одной из платформ да журчание льющейся из труб воды. Мы наткнулись на какой-то недопривал: лежал просто матрас без белья, куча каких-то телесных тканей, деньги, пустые бутылки и сломанные шпатели. Мы с Дедом шли вместе, а Настя уже стояла сверху на платформе и ждала нас: -Ты здесь бывал до того, как встретил нас? -Ага, - ответил Дед, разглядывая матрас, - вот только этого здесь ничего не было. И никого. -Лёш, тут что-то есть! - крикнула сверху Ася. Мы с Дедом ринулись... Ну как ринулись. Дед взмахнул рукой и тотчас оказался с Настей, а мне пришлось брать разгон и залезать. Как только я забрался, они показали мне небольшой шкаф, лежащий на полу спинкой, а на нём - записку: "Приветствуем Вас, Корво. Вернее, Лорд-Протектор, именно этого титула Вы по ошибке были лишены. Мы - верные слуги империи и настоящей императрицы. Группа лоялистов, которым не терпится увидеться с Вами. Возьмите это оружие, сделанное специально для Вас из лучших материалов, которые только можно найти на Островах. Наш человек - Самуэль - ждёт Вас там, где туннели выходят к реке Ренхевен. Поспешите. Желаем удачи. Помните: у нас общая цель." Я открыл шкаф, где меня уже ждали небольшой арбалет, 3 вида болтов к нему - железный, зажигательный и зелёный (как оказалось, усыпительный), складной меч и ключ. Настя меня поздравила с "обновочкой" и приняла стражный палаш в своё владение. Вряд ли она будет им пользоваться. Ну, надеюсь, что нет. Оторвавшись от хабара, я увидел, что Дед разглядывает рядом тела, лежащие спиной к стене: -А вот и жильцы. Лёш! Как думаешь, от чего погибли? Я начал присматриваться: подтёков нет, кожа не белая, а с сероватым оттенком, кожа не задубела... Впервые я увидел человека без крови. -Судя по виду, они мертвы меньше часа... -Чего-о-о?! - возмутился Дед, - внимательнее! Я присмотрелся ещё раз: -Кожа сероватая, кровавых подтёков у глаз и рта нет, мышцы мягкие.. -Они мертвы около 2-4 суток, - снова перебил меня Дед, - мышцы расслабляются после окоченения. Пятна есть? -Нет, руки почти чистые. -Снова два! - Дед приподнял голову трупу, указав на синюю полосу у кадыка. -Асфиксия. Его задушили... верёвкой? -Или то, что на неё похоже. -Собутыльник? -У собутыльника точно такая же полоса, - сказала Настя, разглядывая второго, - они друга друга не убивали, их убили. -Хм, - присмотрелся я к рукам и лицу, - следов борьбы нет - костяшки целые, лицо не избитое, если не считать шрамы. Но они явно получены давно. -Значит, кто-то их задушил, пока они пьяными спали, - отмахнулся Дед, - ладно, тройка по профилю патологоанатома. Идём дальше. Я открыл дверь ключом, лежавшим в шкафу. Судя по записке, мы вот-вот покинем эти отвратительные катакомбы, так сильно дарящие счастье и страх практически одновременно. Вскоре, мы вышли на платформу ещё выше, в углу которой бился свет снизу-вверх. Высота такой конструкции была метра 3-5, не меньше, в углу - каменная порода, а из бетонной стены - "Окошко", ведущая обратно в катакомбы. Вдруг снова послышались голоса снизу: -Я его не пущу, сэр! Дед и Ася заняли позицию в "окошке", а я уже стоял на породе, наблюдая сверху за диалогом солдат: -Ты хоть знаешь, кого мы ловим?! Даже не думай биться с ним в одиночку! -А если из наших рядом никого не будет? -Тогда шуми погромче перед смертью. Опрокинь что-нибудь, если сумеешь, - хладнокровно ответил ему командор. -Вот ублюдок. Солдаты разошлись. А тот, что должен "Что-то опрокинуть" остался в поле моего зрения и решил помочиться в воду. Фу, ёб твою мать, какое же быдло. Посмотрев в сторону Аси и Деда, он кивнул мне, мол начинай. Дождавшись момента, как рядовой встанет ближе, я спрыгнул сверху прям на него, хватая его за затылок в падении и ударив его о землю. Всё. Вырублен. Такого ошеломляющего удара даже я от себя не ожидал. Экшн только начинается: -Их тут 3-4 человека, - сказал Дед. -Один я может и пройду, но кучей мы точно не проберёмся. -А если мы разделимся и отведём хотя бы половину? - спросила Настя. -У него - может и получится, а мы с тобой не сможем. Тебе не хватит опыта, мне - сил. -Дак, может, это поможет? - я дал Насте арбалет с усыпляющими дротиками, - натягиваешь тетиву, ставишь болт в пазы и спускаешь крючок. Только если будешь стрелять далеко - целься выше. Поняла? -Думаю, да... -Отлично. План такой: я начну уводить их по одному и буду подавать сигналы. Если услышите один стук - значит, всё в порядке. Два - стреляйте. -Договорились, - сказал Дед, - иди. Я подскажу ей всё. С Богом, Златый! -Да уж.. С Богом... Я пошёл первым, максимально медленно ставя ноги при каждом шаге. Я не вижу их, я не знаю траекторию их патрулирования, не зная даже, как они выглядят. Пройдя чуть дальше, я увидел, как трубы висят прямо над их лагерем: это верный путь, чтобы оценить обстановку. Стукнув как можно тише, они подошли ко мне. Слаженно, очень даже. Подбираясь ближе к трубам, я заметил одного солдата, палящего в воду и переходящего по железной платформе, сделанной временно как раз для таких вот нежданных ситуаций. Пройдя дальше, появились ещё двое, стоящие на этих мостиках, опираясь на перила и смотря в воду. Зеваки. Дилетанты. Я всё ещё ближе, чем вы думаете! Так, трое. Один ближе всего к нам, другие два в самом центре лагеря. Надо увести первого. А как? Я прихватил с собой пару пустых бутылок, которая лежала на каменной породе, перед тем, как я с неё спрыгнул как раз для случая, что мне нужно будет создать иллюзию шума. Пройдя обратно, я дождался, пока солдат встанет ближе к Асе и Деду и кинул бутылку в их сторону: -Кто здесь?! - резко развернулся он, - а ну выходи! -С кем ты болтаешь, Горн? Снова шлюхи мерещатся? - подколол его сослуживец. -Завались, там явно кто-то шумел... Так-так-так. Иди к папочке. Подкравшись сзади, я притолкнул его плечом в какой-то деревянный лист из старых, уже гнилых досок, отчего они развалились под его весом. Есть второй! Сам-то он отключился, так как хорошенько приложился, но шум уже поднялся: -Горн! Ты там наебнулся что ли? Я спрятался за трубой, отчего третий прошёл мимо меня, но как увидел Горна, бросился к нему. Он находился на приличном расстоянии от меня, бесшумно к нему даже подкрасться я не смогу. Два раза пальцем я поступал по трубе, за которой прятался и выглядывал, ожидая выстрела Аси: -Джим! Горн вы... аааах! - промычал он. Сука! Джим ещё этот! Третий уснул, остался ёбаный Джим. Так, ладно. Возможно я сойду за него. Подбежав к уже сопящему суетологу, я снял с него головной убор и надел на себя, прибежал на помост и встал спиной к Джиму: -Ты звал меня? Я просто ссал, извиняюсь, - сказал он подойдя ко мне. Вытянув вторую пустую бутылку из-за пазухи, я резким ударом и поворотом разбил его о голову Джимми, отчего его тело быстро приняло горизонтальное положение. Вроде все. Фух, слава Богу. Я два раза постучал по металлическим перилам, через секунду мы все были уже в сборе: -Браво! Блестящая работа! - похвалил меня Дед, - но сноровки не хватает. Удар хороший, а вот скрытности надо поднабрать. -Это было так круто! - улыбалась Настя, - как ловко! -Спасибо вам больше. Если бы не вы, меня вот этот хмырь, - указал я на третьего, - точно бы цапнул. Потом всё обсудим. Нам пора! Мы быстро побежали к выходу, из которого бил яркий белый свет трещащего прожектора, на этот раз - просто огромного размера. Минуя обломки кирпичей под ногами, надписи на стенах и каменный, даже не кирпичный, коридор, мы вышли на более или менее открытую площадку. Тотчас что-то застучало сверху в унисон стуку колёс о рельсы - над нами проехала вагонетка, задел громкоговоритель, висящий с ней на одном уровне. От такой наглости громкоговоритель вновь повторил сообщение о моём побеге, слово-в-слово, будто дразня меня. Настя сразу же меня начала уводить дальше, пытаясь не останавливаться, а Дед вёл нас всё ближе к выходу. И их можно понять - ладно я, которому надоело сидеть за решёткой, пробыл тут пару часов, а они тут с самого начала не уходя сидят. Пора и честь знать. Мир этому дому - пойдём к другому. Остался всего один туннель до выхода, но на его пороге мы увидели белые окровавленные мешки, стянутые двух местах и напоминающие тела людей: -Что это ещё такое?! - спросил я, плетясь за Настей. -Трупы заражённых выкидывают! - крикнул Дед впереди. -Чего?! -Того! Вагонетку видел?! Вот она и опрокидывает их в любые места! -Это же аморальность! - запыхаясь, возмутилась Настя. -Это нормально!!! - ответил ей Дед. Промяв камыши, вы наконец-то очутились на воле, где сразу ударил в нос свежий воздух, а закат мягко играл с нашими лицами. Я всегда восхищался тем, как солнце может так красиво освещать глаза, превращая их в нечто прекрасное. Но тут солнце не грело, быть может, от воды рядом или времени года. Кстати, и правда, а какой сейчас сезон? -Корво! Давайте сюда! Быстро! Я свой! - послышалось у реки. Около воды стоял лодочник, так называемый Самуэль, седоволосый старик, с обвисшими щеками и мешками под глазами, но создающий хорошую ауру и благосклонность к нему. Мне показалось, это из той мысли, что он нас увезёт в безопасное место, но всё же моя интуиция на хороших людей работала: -Звать меня Самуэль, - протянул он руку, - я служу добрым людям, которые очень хотят свидеться с Вами. Я пожал ему руку, здороваясь, и он прикоснулся второй: -Они сказали, что вы тут будете, но я до сих пор не могу поверить... -Приятно познакомиться, Самуэль. Нам хватит лодки для моих близких? - спросил я, поворачиваясь в сторону Насти и Дедушки. Они подошли к нам, Дед крепко с ним поздоровался: -Конечно, - ответил Самуэль, - не смотрите, что она небольшая, надёжность - её конёк. Я отвезу вас к ним. Тут близко - вниз по реке. -Тогда не будем терять ни секунды, - сказал я. Мы вчетвером сели в железную лодку Самуэля. Мимо проплывал корабль, судя по виду, китобойный, который в разы больше нашей шхунки. Но места хватило всем и мы отправились к моим "Друзьям", которые так хотели со мной свидеться. Только что я потерял её руку. Теперь она смотрит на закат, улыбается и водит рукой по воде. Только что я прощался со старым другом. Теперь он снова меня обучает и шутит. Только что я думал, что я живу наедине со своей болью. Теперь я сделаю всё, чтобы эту боль не чувствовали они.