Три меча свободы

      В первую очередь Кэйя подумал, что брат испугался бы. Во вторую – что доспехи в форме рядовых и младших офицеров не для красоты. В третью – что руку с ножом он вспорол от запястья до плеча ударом крио, не успев выхватить меч…       Разбойник, поскуливая и прижимая к себе окровавленную руку, валялся на земле. На его счастье, Кэйя создал не лезвие: кучу мелких острых кристаллов, которые рассекли рукав и кожу, но до крупных сосудов не достали.       – Как неосмотрительно. А если бы я ударил не в руку? – спросил Кэйя, выдохнув. Сердце ещё отдавалось в груди.       – Мразь… Подонок…       – Ну, ну. Зачем тратить силы? Я ведь хотел поговорить: зачем было кидаться убивать?       Разбойник снова грязно выругался, но Кэйя провёл мечом линию у его головы.       – Честное слово, я не люблю убивать людей. Даже если они напали на меня первыми. Мы ведь так хорошо разговаривали. Помочь перевязать руку?       – Засунь свои шутки…       – А ведь я предлагаю от чистого сердца. Не хочешь так не хочешь… – Кэйя забросил меч за спину. – Могу оставить тебя тут и посмотреть, как быстро кровь привлечёт зверей. Или кого поинтереснее. Как тебе перспектива?       Разбойник побледнел до зелени.       – Не надо…       – Тогда давай поговорим! – Кэйя нога на ногу уселся на бревно. Если разбойник попытается сбежать или напасть – Кэйя успеет его схватить. Тем более что после ран даже носители глаз бога слабее… – Ты ведь не главарь этой шайки. Главари нынче учёные: сами в петлю не лезут. Его правая рука, полагаю? Хотя… Нет. Чем проштрафился?       Кэйя понятия не имел, как устроена эта банда, но по выражению лица неплохо мог понять, насколько близок к правде.       – Да ты…       – Мы ведь уже выяснили, что ты в той банде, которая ограбила лиюэйского купца. Что, был против такой наглости? – Кэйя щелчком подбросил монетку, чтобы занять чем-то руки. Разбойник посмотрел с интересом.       – Да ловить их под носом у рыцарей – себя не жалеть. Я что говорил: сначала дождаться, пока они с деньгами будут, а не это барахло таскать! А главарь разозлился,дескать, вот они тёпленькие, бери да беги! А потом ещё где их застанем.       – Тогда ты был благоразумнее, – усмехнулся Кэйя. – И в наказание тебя послали ко мне, верно? Только вот… Неужели я подобрался слишком близко?       – А разве нет? А, проверяешь, мразь…       – Следи-ка за языком. Я не люблю убивать, но ведь от пары отрубленных пальцев не умирают?       Кажется, Кэйя перестарался: разбойник побледнел и явно хотел завалиться в обморок. Ему неплохо давалась роль отмороженного ублюдка, которому покалечить другого не стоит и упоминания. Только вот Кэйя прекрасно понимал, что исполнить угрозу у него не поднимется рука. В бою, не задумываясь, куда бьёшь – легко, но не так – и без того раненого беспомощного человека.       – Да ты…       – Шучу. Расскажешь мне что-нибудь интересное – помогу сбежать из Мондштадта. Даже мы такую наглость твоей банде прощать не будем, – Кэйя снова подбросил монетку. Разбойник медленно сел и уставился на него.       – Капитан ордена предлагает мне побег?       – Ты ведь не похож на головореза. Готов поспорить – ты убивать не умеешь. А глупости мы все иногда творим.       Разбойник поперхнулся.       – Ненормальный, – пробормотал он себе под нос, прокашлявшись. Кэйя улыбнулся. Как его только ни называли – это прозвучало так невинно по сравнению со словами, которые ему доводилось слышать.       – Ты не хочешь сбежать? Тогда можешь говорить что угодно.       – Нет, нет, хочу!       – Где вы базируетесь? – начал с самого важного Кэйя.       – Западный берег.       – По соседству с хиличурлами? – хмыкнул Кэйя. Такие мелочи помогут сориентироваться: хиличурлы даже в Вольфендоме на берегу есть далеко не везде.       – Главарь у нас не совсем уж болван! – справедливо возмутился разбойник, но тут же прикусил язык. Значит, мест уже поменьше…       – И много ли вас? Десятка с полтора, небось?       – Догадливый, – разбойник сплюнул. – Так и есть.       Выходит, напала вся банда скопом. Полтора десятка, даже с зельями, может раскидать один Кэйя, хотя захватить – уже нет. Ему понадобятся люди.       – Пойдём со мной, – Кэйя протянул руку. – Даже если ты и выберешься сам, куда тебе податься?       – Даже не надейся запихнуть меня в тюрьму!       – Я ведь обещал тебе побег. Никакой тюрьмы: я знаю неподалёку место, где ты сможешь прийти в себя. Хотя, конечно, если предупредишь банду, я уже не буду так снисходителен.       – Ты… – разбойник снова выругался. Кэйя с улыбкой развёл руками.       – Всё? Выговорился? Тогда я пойду.       – Стой… Стой!       – Да? – Кэйя, уже поднявшийся с бревна, обернулся. – Ты хочешь сказать что-то ещё?       – Я покажу тебе, где мы прячемся…       – Сразу бы так! Пойдём вместе.       Сначала надо собрать отряд, и негоже упускать такую добычу. Только вот кто трезв в такое время?.. А впрочем, это проблемы их, а не Кэйи. Кто слишком пьян – завтра получит парочку лишних тренировок; может быть, даже от Дилюка.       Разбойник смирно шёл следом, не рыпаясь. Попробовал бы он… Нет, у Кэйи прекрасное настроение, но выкрутасы могут изрядно его подпортить.       Уже в Мондштадте Кэйя удачно столкнулся с Гаем – тот без году неделя как вступил в орден официально и до смерти радовался любому пустяковому поручению. Помчался собирать людей он так, что подмётки задымились. Кэйя только вздохнул и уселся прямо на мостовую у ворот: вернутся они под утро, рыцари наверняка расслабляются… Он тоже не прочь, но и разбойники будут спать – бери голыми руками.       – Что-то ещё, капитан? – спросил сияющий что начищенная монетка Гай, примчавшись обратно.       – Спать иди, – махнул Кэйя. – Опять на утренней тренировке носом клевать будешь, если не опоздаешь. Дилюк рассердится…       Гай охнул и рванул куда-то; Кэйя надеялся, что в казармы.       – Все ли могут держать оружие? – насмешливо спросил он, разглядывая рыцарей. – Отправляемся в Вольфендом.       Кто-то тяжело вздохнул; Кэйя не стал обращать внимания. Они перейдут по ледяному мосту: не зря ведь он тренировался, и это куда быстрее, чем обходить.       – За мной!       Разбойник, которого он поймал, шёл всё так же смирно; Кэйя тихонько приказал Хоффману присматривать за тем, пока они на воде. Он не знал, как быстро растает мост, если отвлечь его.       Но перешли они без проблем.       – Сориентируешься? – уточнил Кэйя у разбойника. Тот покрутил головой, что-то прикинул на пальцах…       – Туда, – с тяжёлым вздохом указал он в лес. В Вольфендом ночью…       – Капитан, нам точно нужно?.. – прошептал один из рыцарей.       – Трусишь? Не беспокойся. Носителей глаз бога там нет, и они выживают. Чего бояться нам?       Конечно, Кэйе тоже было не по себе. Они ведь вышли не прямо к лагерю; сколько придётся идти? Но командир не должен поддаваться страху и пугать остальных. Пусть боятся враги.       Так, пробираясь через бурелом, обходя звериные лёжки, они шли больше часа. От каждого шороха Кэйя внутренне вздрагивал, но не подавал виду. Люди чуть расслабились: не настолько, чтобы стать беспечными, но достаточно, чтобы не запаниковать, случись что. Ночной Вольфендом наполняли звуки и странный сложный запах: листья, прохлада, горечь, звери… Мрачный, тёмный и смертельно опасный лабиринт.       Дымом не тянуло; но в ложбине среди камней разбили лагерь разбойники. Кэйя проверил ветер: да, так и есть, они с наветренной стороны. Ну и пусть, если у разбойников нет собак. В центре лагеря едва заметно мерцал костёр; Кэйя заметил несколько неярких ламп, выхватывающих из темноты детали. У одной сидели трое, передавая по кругу бутылку. Другая подсвечивала полог палатки. Такие удобные мишени, что чуется подвох, но Кэйя понимал, что это всего лишь его привычка к осторожности. Никакого подвоха тут нет.       – Взять их, – бросил он и призвал холод. Его пленник смотрел, как рыцари хватают разомлевших и мало что понимающих разбойников… и на мгновение Кэйе показалось, что он улыбнулся.       – Вот они, капитан! – Хоффман отсалютовал. – Больше никого.       Да, полтора десятка, химики, стрелки, всё как должно быть. Кэйя повернулся к своему пленнику.       – Все здесь? Что-то ты не грустишь.       – Ты не поймёшь, – бросил тот. – Босс…       Один из разбойников, тот, что побогаче выглядел и позлобнее смотрел, выплюнул бранное слово.       – За мной, – махнул Кэйя. – Следите-ка за ними. Всеми.       Он украдкой подмигнул своему пленнику; обещал ведь побег, вот и выполнит обещание. Главное – условия обговорить, чтобы тот больше не причинял проблем Мондштадту. Может быть, передать его с рекомендательным письмом лиюэйцам из Каменных врат? Им частенько нужны крепкие руки.       Вернулись они ровно так же, как уходили: по ледяному мосту Кэйи перешли озеро и выбрались наверх. Хотя так он изрядно устал, это безопаснее и быстрее, чем обходить кругом. Запихнуть разбойников в камеры, проследить, чтобы его пленнику перевязали рану и устроили его получше, чем остальных, и вот теперь можно отдохнуть… Кэйя наспех ополоснулся и завалился спать. Завтра будет очень долгий день.       Когда на утреннем собрании Кэйя рассказал о своих приключениях, Джинн только тяжело вздохнула.       – Ты не представляешь, как я тебе благодарна. Читай. Это от Цисин.       Кэйя развернул письмо. Банда… Та самая, что он сегодня ночью выловил. Цисин просили содействия: разбойники засели на важном торговом пути и вовремя сбежали из-под носа у миллелитов, а следы вели в Мондштадт, и без предупреждения влезать на чужую территорию грозило дипломатическими проблемами.       – Придётся их передать? – уточнил Кэйя. Джинн кивнула.       – И займёшься этим ты. Вот письмо от меня, передай тоже. Это заметки для переговоров, прочитай, пока будете ехать.       Ничего сложного. Только вот с новой одеждой Кэйя будет разбираться уже вернувшись: сейчас он успеет разве что к портному сбегать, пока собираются люди, и – пора будет ехать. Он сам в последнее время держал дорожную сумку наготове. Жить становилось всё интереснее и интереснее. Только что-то в сон тянуло. Он быстро стащил у Джинн пару кофейных зёрен и побежал в нижний город.       Пока объяснил Гюнтеру, что хочет, как зацепился языками со знакомым, который тоже хотел заказать одежду… Кэйя чуть не опоздал. Хорош бы он был, если бы его пришлось ждать дольше, чем он сам приказал.       – Капитан! – радостно отсалютовал немного помятый Хоффман.       – Все собрались? Надо же, и вы все целы! Удивительно. Я-то думал, кому-нибудь намнут рёбра за покушение на меня.       – Вы не отдавали такого приказа, капитан, – возразил Родрик.       – Слишком законопослушные для Мондштадта… – Кэйя погладил верную Мяту по гриве и вскочил в седло. – Вперёд!       Разбойники в повозке сидели смирно. Попробовали бы они дёрнуться – Кэйя может захватить их всех одновременно, и это будет больно. Но раз никто не бузил – а если вдруг попробуют, их быстро угомонят, – так что Кэйя вынул записи Джинн и погрузился в чтение.       – Капитан, осторожнее.       – Что такое? – он мигом подхватил поводья.       – На ходу читать неудобно. А вдруг что?       – Ерунда, мне нужно, – отмахнулся Кэйя. – Не отвлекайте, пока на нас не нападут.       Он давно привык ездить, не держась за поводья. Порой даже писать доводилось на ходу; хорошо, что у ордена есть перья-самописцы, а лошадки слушаются коленей лучше, чем узды. Говорить ему предстоит с леди Гань Юй… Кэйя плохо её помнил, даже не помнил, встречал ли её, или только слышал имя.       Обсудить передачу преступников… В Мондштадте отношение к этому не как в других регионах. Никто не будет выдавать ошибшегося или того, у кого были веские обстоятельства. Конечно, каждый такой случай рассматривают отдельно, и последнее слово остаётся за магистром ордена. А вот бандитов, живущих этим по своему выбору, щадить не станут. Банда, которую сейчас вёз Кэйя, насолила обоим регионам, да ещё и мешала торговцам, так что нет разницы, в какой тюрьме им сидеть; для Мондштадта они такие же преступники, как для Ли Юэ.       Судя по записям Джинн, она хотела пересмотреть несколько спорных вещей – спорных именно со стороны Ли Юэ. Неужели потому что разгулялись бандиты? Или же есть что-то, о чём Кэйя ещё не знает? Цисин уже несколько раз просили выдать им людей, и однажды великий магистр отказал. Кэйе тогда шестнадцати не исполнилось, и он не узнал больше, но причины точно были.       Иногда Кэйя поднимал взгляд и возвращался к чтению, не увидев ничего важного. Знакомая дорога, знакомые места, тишина. Повеяло сладким запахом, но по дороге туда Кэйя не хотел задерживаться. Может быть, потом. В озере плескались рыбки; мелькнули слаймы.       Сотрудничество тайных служб выглядело интереснее. Выходит, Кэйя и Опора Небес? Зачем-то Цисин понадобилась помощь Мондштадта, а не наоборот. Точнее, может понадобиться.       Тем временем уже показались Каменные врата. Кэйя убрал записи и толкнул Мяту коленом, заставив её приблизиться к его пленнику.       – Слушай внимательно, – тихо проговорил Кэйя. – Ты – мой агент, который внедрился в банду, чтобы добыть сведения. Но эта задача показалась тебе слишком рискованной, чтобы повторять, и ты решил вернуться к мирной жизни в Ли Юэ.       – Да… Я понял. Мне поверят?       – Нет причин не верить, если ты сам не обманешь их доверие. Глядишь, и в миллелиты сможешь вступить. Хотя дерёшься ты плохо. Слишком боишься.       – Мне бы как-нибудь без драк…       Кэйя засмеялся. Как же вышло, что такой хороший человек не нашёл пути лучше, чем присоединиться к бандитам? Он ведь и правда хороший. Может быть, даже слишком.       – Тебе выбирать. Надеюсь, у тебя нет несчастных родственников в заложниках или просто тяжело больных?       – Нет. Я не обзавёлся семьёй, а сестра давно переехала в деревню Цяоин.       – Вот и хорошо. Всё, хватит болтовни.       Совсем скоро дорогу преградили миллелиты Каменных врат.       – Капитан Кэйя.       – Да, господин Шань. Мы в Ли Юэ по поручению…       – Я знаю. Пропустите рыцарей, – махнул тот.       – Постойте, – Кэйя спешился. – Я бы хотел попросить об услуге, господин Шань.       Пожилой миллелит хмыкнул в усы.       – В чём дело? Что тебе нужно от старика?       – Видите этого человека? Это агент, который помог мне изловить бандитов. Он решил отойти от дел и зажить мирной жизнью. Не найдётся ли для него местечко в Каменных вратах?       – Как не найтись, у нас всем местечко найдётся, если руки из плеч растут. Эй, парень! Подойди.       Тот послушно слез с лошади и приблизился.       – Капитан Кэйя говорит, ты хочешь мирно жить. Готов поработать?       – Лишь бы больше не сталкиваться с разбоем.       Господин Шань раскатисто засмеялся.       – Забираю. Счастливого пути, капитан!       – Чистого ветра, – улыбнулся Кэйя, вскочив в седло. Мята всхрапнула и стукнула копытом; господин Шань снова улыбнулся. – Поехали!       Кэйя любил виды Ли Юэ: золотые деревья, каменные столбы, крутые обрывы… Равнины, на которых виднелись останки древних государств. Есть в них что-то притягательное. Но пока вокруг только колыхался тростник; пахло речной водой, совсем не такой, как реки Мондштадта. Кэйя не мог описать различий, но чувствовал их.       А ведь где-то в этой деревне живёт тот паренёк, которого пытались использовать разбойники. Вот бы не встретиться с ним сейчас… Нехорошо будет, если главарь его увидит.       К счастью, почти никого они не встретили. У дороги стояли миллелиты; Кэйя даже немного позавидовал Цисин, которые могут ставить людей у каждого перекрёстка или моста. Для ордена это роскошь.       Даже Верр Голдет из Мондштадта теперь стала человеком Воли Небес… Это не плохо: союзников никогда мало не бывает, да и постоялый двор Ваншу оказался прекрасным местом для ночёвки. Разбойникам сбежать из повозки некуда, рыцари неплохо провели время на свежем воздухе, Кэйя сам не стал снимать номер, чтобы не подавать плохого примера. Да и сна ему нужно меньше, чем простым людям, а уж поймать разбойников, если те вдруг решат набедокурить, он сможет, даже не вынимая меча. Однако ночь прошла спокойно, и на рассвете они отправились дальше. Нельзя медлить: Мондштадт тоже нуждается в них, и чем дольше нет Кэйи, тем больше могут натворить Фатуи и маги бездны.       ***       Леди Гань Юй в сопровождении миллелитов встретила рыцарей у ворот Ли Юэ.       – Мисс Гань Юй, – Кэйя спрыгнул с лошади и поклонился.       – Господин Кэйя, – Гань Юй улыбнулась. – Сопроводите бандитов в тюрьму, – скомандовала она, обернувшись. – Господин Кэйя, для нас подготовлен кабинет в шатре «Синьюэ». Ваши подчинённые…       – Найдут, чем заняться. Для начала пообедайте. Потом… Родрик, вместе со своими пятью возвращайтесь домой с повозкой. Остальные – ждите меня, место сбора… напротив гильдии Фэйюнь.       Это очень хороший ориентир. Рыцари дружно отсалютовали и разошлись, благо за лошадьми обещали присмотреть: в городских стенах нельзя ездить верхом.       Гань Юй привела Кэйю в тот самый шатёр «Синьюэ», который обещала; едой благоухало на всю улицу, только не понять, откуда.       – Палочки?.. – нерешительно начала Гань Юй.       – Я умею.       Упоминать, что палочками он научился есть на спор с Дилюком, Кэйя не стал. Гань Юй кивнула, и какое-то время они молча обедали. Кэйя общипывал рыбу-белку. Гань Юй жевала травяной салат и следила, чтобы в чашках хватало чая.       Она не стала медлить и завела разговор прямо за едой.       – Господин Кэйя, мне жаль нарушать правила вежливости…       – Ерунда, мисс Гань Юй. Все мы люди занятые. Лучше переступить несколько формальных правил, чем потом расхлёбывать настоящие последствия.       – Так говорят в Мондштадте? – засмеялась Гань Юй.       – Так думаю я.       – Я слышала от леди Нин Гуан, что вы – один из доверенных людей действующего магистра Джинн.       – Потому я и обедаю с вами.       – Верно… – Гань Юй отложила палочки. – Говоря о правилах. В прошлом Мондштадт был прибежищем преступников других регионов.       – Преступников по форме, но не по духу, – качнул головой Кэйя. – Не считайте Мондштадт оплотом беззакония. Если появится банда, действующая на обеих территориях, Мондштадт приложит все усилия, чтобы решить проблему. Как в этот раз.       – Может ли Ли Юэ запросить помощи, если не справится сама, но бандиты не перейдут границы?       – Орден Фавония предоставит помощь… за ответную услугу, если она понадобится.       – Вот как. Цисин дают согласие на ваше условие. Наша ответная просьба: выдаст ли Мондштадт нарушителя контракта при необходимости?       – Каждый случай рассматривают отдельно магистр ордена, сенешаль и глава городского суда, и это правило незыблемо. Мне жаль, я не могу ответить на этот вопрос. Если Мондштадт сочтёт нарушителя виновным – да. Если нет…       – Я поняла. Ли Юэ не будет в претензии, если такой нарушитель никогда больше не появится на её землях.       – Я передам это магистру Джинн.       Фатуи несколько беспокоили и Цисин. Всё-таки в Мондштадте так и не построили отделение банка Северного королевства, а в Ли Юэ – построили давным-давно. Конечно, здесь Кэйя ничего не сделает, но поделиться тем, что они узнали о методах Фатуи, вполне смог. Гань Юй только понимающе кивнула, когда он рассказал о команде, которую встретил в аномалии артерий земли. Похоже, и в Ли Юэ бывает что-то подобное.       Конечно, Гань Юй не стала говорить всего, но, судя по обмолвкам, и в Ли Юэ что-то нечисто. Кэйя не стал расспрашивать дальше; только снова пообещал от лица ордена Фавония поддержку. Распрощались они если не друзьями, то союзниками.       Кэйя хотел было прогуляться, но напротив здания гильдии уже собрались рыцари, и он не стал медлить. Хотя они, похоже, тоже не прочь поболтаться по Ли Юэ, пора домой: сейчас на счету каждые руки. Переговоры и так заняли больше времени, чем ожидал Кэйя. Ненамного – бывает и дольше, – но что-то тянуло его обратно. Должно быть, всего лишь постоянное беспокойство; он не ведьма и даже не маг, чтобы предчувствовать беду или видеть то, что происходит далеко. Всё хорошо, Дилюк и Джинн дома, они рассчитывают обойтись без Кэйи, пока он в отъезде. И всё-таки он волновался. Из-за непроверенных накануне сведений, всё ещё неясных методов и целей Фатуи, потому что не знает, не произошло ли чего… Это так глупо.       Рыцари негромко переговаривались и потихоньку втянули в разговор Кэйю. Он как раз не хотел скучать; а они обсуждали гавань, в которой из всего отряда раньше было только двое. Кэйя бывал там в детстве и с отцом, и… с родным отцом, но мало запомнил. Разве что розовую шелковицу и плещущихся в прудах рыбок; то ли дело Сумеру. А может быть, в Ли Юэ они провели намного меньше времени.       На обратном пути пришлось заночевать на съёмных комнатах перед долиной Гуйли: соваться туда в темноте Кэйя не хотел. Он единственный в отряде носитель глаза бога, а остальные будут беззащитны, если появится серьёзный монстр. Никакого сравнения с постоялым двором, но хоть под крышей.       Кэйя поднял людей на рассвете. Они поворчали, конечно, но послушались. Монстры в это время отсыпаются, и получится проскочить опасный участок пути.       Поднимающееся солнце заставляло щуриться; Кэйя заслонялся ладонью и вглядывался в колышущуюся жёлтую траву. В ней так легко что-нибудь пропустить. Был бы он один – совсем бы не волновался, но ведь сейчас он отвечает за людей. Не то у них задание, чтобы лезть в чужие дела без необходимости.       Миллелиты на пограничном посту пожелали счастливого пути; значит, впереди спокойно. По дороге только ветер гулял; ни звука, ни запаха, ни следов монстров. Так же мирно рыцари добрались до постоялого двора, до Тростниковых островов… Где-то в стороне мелькали хиличурлы, но к дороге они не совались.       Деревенька уже давно проснулась. Девушка-травница сидела за бамбуковым столиком в стороне от дороги, раскладывая пучки трав; рядом крутилась любопытная девочка лет трёх. В открытом ларьке красовались пузатые кувшины с местной выпивкой, но вот сюда Кэйя точно не стал бы соваться так рано. При всей любви – он не дома, дел полно, а интересных собутыльников нет, кроме своих же рыцарей. И какой смысл пить с ними? Да и лиюэйского алкоголя Кэйя опасался: слышал, что вкус у него бывает очень своеобразный. Не сегодня, не здесь. Пробовать необычное лучше не на бегу.       Уже когда они были на другом краю деревни, кто-то замахал рукой от воды, привлекая внимание. Кэйя жестом приказал рыцарям остановиться и спрыгнул на землю.       – Я тебя узнал! – давешний мальчишка подбежал к ним, улыбаясь во весь рот. За ним шёл мужчина в потёртой и засыпанной стружкой одежде.       – Спасибо, что поговорили с моим оболтусом, господин рыцарь. Почему ты, паршивец, слушаешься мондштадских рыцарей больше, чем родного отца, а? Впечатлили вы его.       – Не стоит! – отмахнулся Кэйя. – Я всего лишь разобрался со своими проблемами. Удачное совпадение, не больше.       – Заезжай к нам, – предложил мальчишка.       – Если выдастся случай…       – Обязательно выдастся!       Кэйя снова запрыгнул в седло и толкнул Мяту коленом. Она фыркнула, подняла голову от придорожной травы и пошла по дороге.       Сегодня в Каменных вратах дежурила другая смена, но и эти миллелиты знали Кэйю. Глава отряда перекинулся с ним парой дежурных фраз, Кэйя заверил его, что все уговоры в силе, и рыцари поехали дальше. На стороне Мондштадта даже воздух пахнет по-другому; запах сменился чуть ли не мгновенно, стоило выйти из ущелья.       У винокурни Кэйя спрыгнул с лошади.       – Я прогуляюсь один. Возвращайтесь в город и пройдите по южной дороге, взгляните на лагеря хиличурлов. Не вздумайте геройствовать.       – Да, капитан!       Они поехали дальше; Кэйя же пошёл к винокурне, мурлыча песенку. По пути он сорвал пару уже спелых виноградинок, украдкой обернувшись по детской привычке. Эх, сколько раз то отец, то Аделинда, то Таннер гоняли их с Дилюком, когда они пробирались по ночам таскать виноград… Правда, далеко не каждый раз ловили.       – Кэйя! – Аделинда замахала ему от дверей. – Иди сюда!       Он взбежал по дорожке, и Аделинда крепко его обняла. От неё пахло свежим мылом – как всегда после больших уборок.       – Наконец-то ты зашёл. Куда потерял Дилюка? Я рассержусь.       – Он занят в городе, – вздохнул Кэйя. – Обязательно ему передам.       – На тебя всегда можно положиться, – засмеялась Аделинда. – Пойдём, передохнёшь. Ты ведь с дороги, как всегда? Я видела всадников.       – Мы ездили в Ли Юэ. Передавали Цисин разбойничью банду.       Аделинда гордо улыбнулась и повела Кэйю в дом. Он собирался заглянуть буквально на пару слов, но как можно сбегать от неё. Она ведь считай что вырастила их с братом, так многому научила, была рядом, когда маленький Кэйя болел, всегда заботилась…       – Рассказывай, что происходит с Фатуи, – приказала Аделинда, разлив кофе по чашечкам. Кэйя попробовал – да, точно, как он любит, с молоком и сахаром.       – Ты действительно хочешь это знать?       – Да, хочу. Они убили человека, которому я служила, и я хочу знать, чем могу помочь вам. Я знаю кое-что о господине.       – И ты знаешь… кто мать Дилюка?       – Я не видела её, я очутилась здесь позже, но у господина было несколько набросков портрета. Я могу найти их, если хочешь.       – Нет, я хотел сказать…       – Да, она была агентом Фатуи, но, насколько я знаю, её убили за провал задания. Не говори этого Дилюку, хорошо?       – Он знает, – качнул головой Кэйя. Он не знал, что рассказать Аделинде и чем она вообще может помочь. Она ведь всего лишь экономка… Нет, не всего лишь.       – Кэйя? – Аделинда погладила его по голове. – Что случилось? Расскажи мне.       – Ты уже впуталась, – вздохнул он. – Фатуи хотят подчинить Мондштадт себе, но мы ещё не узнали, для чего. Они исследовали повреждённые артерии земли, намеревались готовить опасные зелья…       – Недавно несколько человек шатались вокруг. Я вышла поговорить с ними. Знаешь, что они сказали мне? Они хотели купить виноград.       – Надеюсь, они остались с носом?       – Мы не обеднеем от пары корзин, – улыбнулась Аделинда. – Дилюк знает. Эти люди могли быть разведчиками Фатуи. Я напишу вам, если замечу ещё кого-нибудь.       – Будь осторожна. Фатуи не остановятся, даже если перед ними простой человек.       – Я могу за себя постоять, – возразила она. – Что-нибудь ещё?       Кэйя покачал головой и попробовал остывший кофе. Вот так идеально. Право слово, что Аделинда может сделать, когда у неё своих забот выше головы? Разве вправе они просить от неё чего-то ещё? Она и так позволила братьям не волноваться о винокурне.       – Пообедаешь? – продолжила Аделинда. – Я прикажу накрыть стол на улице.       Как тут отказаться; и впрямь дело шло к обеду, а солнце пусть и припекало, по небу бежали пухлые облачка. Кэйя остался сидеть, Аделинда же ушла ненадолго в дом и скоро вернулась.       Они молча сидели, пока не принесли еду. Кэйя снова не знал, о чём ещё говорить, Аделинда же просто нежно улыбалась, разглядывая его.       – Что такое?       – Ты меняешься, – заметила Аделинда. – Таким красавцем вырос. Не могу поверить, что мои проказники уже господа и офицеры.       И засмеялась; Кэйя почувствовал, что краснеет. Надо с этим что-то делать: не должен же он смущаться от комплиментов! Это не подходит образу.       Аделинда снова улыбнулась.       – Ешь. Ты наверняка опять ужасно спешишь.       – Да… Я нужен в Мондштадте. Готов поспорить: Фатуи даже не думают останавливаться.       – Они не остановятся, пока их не остановит их хозяин. Однажды они уже отступили. Но... в этот раз они смогли добиться своего.       – Монстры исчезли.       – Потому что старшие рыцари, те, кто ушёл, зачищали территорию. Разве ты не знал? К тому же… господин дорого продал свою жизнь.       – Я видел, сколько погибло монстров. Но… Аделинда, ты знаешь, как он это сделал? Мало какой носитель глаза бога на такое способен.       – Не знаю. Только знаю, что у него была шкатулка, которую никто не мог открыть. Особенно вы, два шалопая. Что в ней было – я понятия не имею. Только помню на крышке странный символ: похожий на снежинку крио, но… другой. Похоже, что господин забрал её в тот день.       – Вот как… Я… запомню.       – Не расстраивайся, что не был там.       – Знаю. Я ещё хочу жить. Просто…       Аделинда взяла Кэйю за руку.       – Я понимаю. Но побереги лучше брата и будь осторожен сам. Может оказаться так, что Фатуи в следующий раз нацелятся на вас двоих.       – Они уже… пытались.       – Попытаются и снова, но в этот раз глаз бога и у тебя. Не думай так много о далёком будущем, Кэйя. Всё будет хорошо.       Он принялся за еду, чтобы не говорить дальше. Да… Они обязательно справятся. Они уже справляются, раз Фатуи до сих пор не действуют активно – пара стычек не в счёт. Шугануть банды, погонять орден Бездны, прижать одиночных агентов Фатуи, чтобы не добывали лишние сведения. Нет, сначала надо доесть, а то Аделинда рассердится.       Она и проводить его пошла. Вместе они дошли до границ поместья, и Аделинда снова крепко обняла Кэйю.       – Береги себя. Знаю ведь, опять полезешь в пекло. И за братом присматривай. Передай ему, чтобы тоже заглянул, иначе я рассержусь.       Кэйя помахал на прощание и побежал к обрыву, на который мог забраться. Отсюда ближе к березняку, чем от Каменных врат. Он собирался посмотреть на лагерь контрабандистов.       В прозрачном березняке укрыться негде… да и не от кого. Кэйя не слышал человеческих голосов, и пусть он не охотник, звери, рядом с которыми есть люди, тоже по-другому звучат; а звуки тут разносятся очень далеко. Они ушли? Или только отошли за новым товаром? Кэйя шёл, ища взглядом приметы, о которых упомянула осведомительница, и сверялся иногда с записями. Пожалуй, блокнот станет вторым его рабочим инструментом. Первый, конечно же – выпивка.       Наконец Кэйя спустился по склону ещё ближе к реке, где тянуло стынью, и увидел треснувший камень. Вот и ориентир. От камня уже виднелись следы собранного лагеря: кострище, шесты для палаток, несколько ящиков. И никаких людей; похоже, контрабандисты были здесь пару-тройку дней назад. Возможно, они скоро вернутся… Хорошо, что на холодной земле не остаётся следов.       Кэйя вошёл в лагерь, озираясь. Жаль, спрятаться тут негде, если кто-то появится: он не хотел спугнуть контрабандистов. Ящики, судя по гулкому звуку, пустые. На шестах ни символики, ни знаков. Никакого намёка, кто же это может быть: у искателей приключений может быть точно такой же лагерь. Ничего оброненного, никаких остатков в кострище. Наткнись Кэйя на это место случайно, и не подумал бы, что здесь бывают контрабандисты.       И ведь патрули сюда не отправишь. Может быть, Эмбер? Или Альбедо: в подзорную трубу лагерь можно увидеть с того берега, несмотря на снегопад. Если тут будут ходить люди, это заметят. Или… искатели приключений? Эола? Она всё равно то и дело бывает на Хребте, правда, с другой стороны. Нужен какой-то хороший предлог, чтобы регулярно отправлять сюда рыцарей. Драконий Хребет… Что-то, что с ним связано.       Отложив пока эту мысль, Кэйя побежал к ледяному ручью. Тайник тоже надо проверить.       Осведомительница сказала правду: все знаки совпадали. Судя по всему, навестить это место стоит через три-четыре дня, и если Кэйя не забудет… Впрочем, он может приказать это осведомителям. Они – не забудут.       Слетев с обрыва, Кэйя приземлился у озерца и уже пешком пошёл в Спрингвейл. Прогуляется ещё раз – всё равно это самый удобный путь, если не считать ледяной мост.       Кто-то ругался – шумно, на пол-Спрингвейла. Кэйя вздохнул, когда десять шагов спустя ругань не утихла, и решительно повернул туда. Что там творится? Двое ремесленников, судя по виду, орали друг на друга, не стесняясь в выражениях, и вокруг уже собрались люди.       – Где Драфф? – тихо спросил Кэйя, ухватив за плечо любопытного парнишку из охотников.       – В лесу, – шепнул тот. – Ой, капитан, это вы.       – Что они не поделили?       – Не знаю! Капитан, они же друг друга убьют!       – Думаю, я успею раньше, – усмехнулся Кэйя и шагнул вперёд, призывая ледяную ауру. – Что здесь происходит? – повысил он голос.       В потоке брани он не разобрал ничего.       – Ещё раз. Спокойно и тихо.       Как же Дилюк успокаивал таких задир? Он ведь умеет… Ему даже рявкать не надо. Может быть, дело в глазе бога, но у Кэйи теперь тоже глаз бога, а уж крио прекрасно остужает горячие головы.       – Да в его горшках только навоз держать!       – Ты?       – Твои кособочины не годятся даже для ночного горшка!       – Достаточно, – приказал Кэйя. Что за чушь… Торговая и ремесленная конкуренция выглядит не так даже в Мондштадте. Но спорщики не заткнулись: наоборот, снова начали невнятно орать. Это выглядело наигранно.       Вот оно что. Вот что с самого начала показалось Кэйе неправильным – позы не такие, как при настоящей ссоре, выражения лиц тоже. Больше всего это напомнило ему… их с братом, когда они притворились, что спорят, чтобы подловить и спровоцировать одного очень упёртого мага бездны. Неужели это тоже провокация? Только вот кого и к чему…       – Молчать, – снова велел Кэйя, усилив ледяную ауру. – Оба. Меня не интересуют ваши свары, но если вы продолжите отвлекать людей…       Когда спорщики разбежались, он подошёл к пожилому охотнику, иногда следящему здесь за порядком, и приказал докладывать ордену, если эти двое опять начнут что-то творить. Кэйя бы не удивился, если они – пособники Фатуи. Дилюк ведь упоминал что-то про смутьянов? Вот теперь точно пора домой.       ***       Всё, что Кэйя заказывал перед отъездом, уже было готово. Он беспокоился разве что из-за корсета: да, прекрасная замена кожаному доспеху, но вот как в нём двигаться… Вполне неплохо, намного удобнее, чем в доспехах. А рубашка с застёжкой под горлом – это подсказала Лиза – сидела куда лучше просто расстёгнутой. Пожалуй, стоит и кое-какие ещё трюки у неё позаимствовать: одевается она великолепно. Только вот что именно?..       Домой – в штаб – Кэйя возвращался принарядившись. Да, он перестал кутаться в кучу одежды, но оказалось неожиданно приятно заменить почти бесполезную жилетку кожаным корсетом. Что бы надеть вместо мундира… Капитан ордена может себе позволить: никто из верхушки не носит форму. И глаз бога сразу стал смотреться намного уместнее. Может быть, плащ? Лёгкий, чтобы развевался и отвлекал внимание от рук и меча. Да, стоит посоветоваться с Лизой.       Она ещё сидела в библиотеке: Кэйя успел.       – Какой красавчик меня посетил! – засмеялась она. – Смотрю, твои приключения закончились?       – Скучала по мне? Прости, что пришёл не только усладить твой взор.       – М? Как сладко ты научился говорить. Я внимательно тебя слушаю. Присаживайся, мой хороший. Чаю?       – Нет, не сейчас, – с сожалением качнул он головой. – Я хотел посоветоваться с тобой.       – Снова? Приятно, что ты так меня ценишь.       Кэйя смущённо улыбнулся: Лиза так искренне это сказала, что он не мог не смутиться.       – Какой ты хорошенький, – снова засмеялась она и поправила Кэйе выбившуюся прядку. И она туда же.       – Ты хочешь, чтобы я забыл, зачем пришёл?       – Да? Рассказывай, конечно же!       – Как ты думаешь, мне бы подошёл плащ?       – Повернись-ка, – Лиза внимательно разглядела Кэйю. – Сними мундир… Что-то тяжёлое тебе помешает в бою. А вот шёлковая ткань… – Лиза потянула собственную накидку. – Что-то вроде моей накидки, только ещё легче. Не хочешь вдохновиться?       – Что?       – Смотри, – Лиза подошла к одной из полок, провела пальцем по корешкам и вытащила книгу. Пролистала несколько страниц… На иллюстрации красовалась птица с роскошным цветным хвостом. – Твоё созвездие – Павлинье перо. А это павлин.       Кэйя засмеялся: Лиза напомнила ему, как они с Дилюком в детстве искали в книжках с картинками кого-то, похожего на них, и показывали друг другу.       – Не хочу слишком уж цветастое. У самого в глазах будет рябить.       – Павлины и белые бывают… – Лиза протянула Кэйе книгу. – Полистай. Глядишь, и придумаешь что-нибудь. Садись, что ты стоишь?       – Я ненадолго.       – Всё равно садись: ты же с дороги.       Её не переспорить… Кэйе казалось, что если он сядет, вставать будет сложно, но он всё же послушался. Вытянул гудящие ноги, растёкся по стулу… Да, он не встанет. Но как же хорошо. Он открыл книгу, полистал немного, прикидывая, как лучше будет смотреться. Что-то белое или голубоватое, под цвет глаз…       Кэйя с трудом встал, вернул Лизе книгу и нехотя с ней распрощался. Он хотел ещё посидеть в уютной тихой библиотеке, провести время с хорошей подругой – хоть Лиза та ещё ведьма и порой пугает, всё-таки она замечательная, – но ещё он хотел переодеться и полежать. Как ни жаль, даже носители глаз бога устают.       В коридоре Кэйя встретился с братом, и тот остановился на половине шага, очень пристально глядя.       – Неплохо выгляжу, да? Хотя бы не получу нож под рёбра.       – Что, решил спасти меня от поклонниц и оттянуть внимание на себя? – Дилюк демонстративно уставился на полурасстёгнутую рубашку Кэйи.       – А то. Хочется соответствовать созвездию, знаешь. Лиза показывала мне рисунки с павлинами. Мне ещё многого не хватает до идеала.       – Если вдруг решишь ловить похитителей сокровищ на себя – предупреди, что ли. Я посмотрю на это представление.       – И даже не поможешь? Какой ты бессердечный!       Дилюк со смешком прикрыл лицо ладонью.       – Тебе или похитителям сокровищ?       – Да ну тебя! – Кэйя ткнул брата кулаком в плечо. – Даже ты засмотрелся, что уж говорить о моих невольных осведомителях. Меньше буду тратить на выпивку, чтобы развязать языки.       – Я? Засмотрелся? Словно ты ни разу при мне не переодевался. Чем тебя не устраивает Доля ангелов?       – Иногда в Кошкином хвосте посетители интереснее, а там я бесплатно пить не могу.       – Какая жалость. Как поживают те грабители? Что за самодовольная ухмылка?       – Они даже не пытались рыпаться, когда мы их везли. Не удалось погулять по Ли Юэ, прости уж, сегодня без сувениров… Между прочим, на обратном пути я завернул на винокурню, и Аделинда обещала открутить тебе уши, если ты тоже не заедешь. Так что поспеши.       – Боюсь-боюсь, – фыркнул Дилюк. – Тогда в патруль туда пойду я, а ты завтра наведайся к храму Тысячи ветров.       – Будет сделано! – отсалютовал Кэйя. А вот теперь – можно передохнуть немного. И в этот раз – у себя в комнате, а не в таверне: даже Кэйя иногда хочет побыть один.