Спасите Катю!

      Дул холодный ветер, качались высокие, казавшиеся черными сосны. Куртка, купленная матерью вместо подарка на Новый год, спасала Антона от немилосердных холодов, но внутри в груди будто все было покрыто ледяной коркой.       Казалось бы, что такого — ну гараж, ну черный. Что заставило Бяшку умчаться в страхе, что заставило его и Романа застыть?       Странным был этот гараж, стоявший почему-то посреди тайги и постоянно менявший местоположение, ставший главным предметом страшилок этой деревни — за тонкими стенами могло таиться кое-что похуже Хозяина Леса. Казалось, даже за несколько метров от ржавой двери несло чем-то сгнившим, могильным, просто отвратительным. — Ром, а может, не стоит? — по-заячьи пискнул Тоха, инстинктивно сторонясь устрашающей черной коробки. — Ага, давай лучше в ментовку сходим. Мусора тут нихуя не сделают, — усмехнулся и сплюнул Пятифан, хватаясь за ржавую ручку. — Больше такого шанса посидеть в гараже не будет. Может быть, наш Чикатило забыл здесь нечто важное, э?       Петров сжался. Будь он настоящим Зайчиком, он бы прижал ушки и трясся бы всем пушистым тельцем, тараща глупые глаза. Но он не заяц, он должен это сделать и потому следовал за Романом, который уже шарил по полкам.       Парень ожидал увидеть гниющие трупы, лавку маньяка-мясника, но видел лишь… машину. Машину под брезентом да старые инструменты времен Хрущева. Дерьмо.       А на что он рассчитывал, на то, что увидит трепещущих жертв и очевидные улики? Интересный какой. Хоть в этом Черном Гараже несло гнилью и чем-то удушливым, в этом не было ничего поразительного… правда, какому идиоту пришло в голову таскать гараж с места на место?       Антон заерзал, судорожно оглядывая полки и ступая вперед. В ящиках, среди инструментов, запачканных чем-то коричневым, не было ничего, кроме пыли и запустения. Кто бы ни был Хозяином Гаража, он был редкостным лентяем, позволяя добротным вещам запылиться и больше напоминать пыточные устройства.       Но вся жуткая магия этого места сошла на нет, оставив в душе Петрова незаметное облегчение, будто кошмар оказался фанеркой. — Пусто! — громкий выкрик от Ромки заставил Тошу поежиться, он до сих пор не привык к грубоватой манере друга. — Ничего тут нету, а мы с тобой два лоха. Я и не знал, что это место настолько скучное. — Уходим, — благодарно откликнулся приятель.       В этот миг откуда-то из-под старого чехла раздался писк, достаточно слабый, но различимый на фоне гудения и подвывания ветра.       Рома весь собрался, его глаза опасно заблестели и он дёрнул за брезент, покрывавший «лжеавтомобиль».       А вот, собственно, и логово местного Чикатило. То, чего опасался Антон, маячило прямо перед ним — гигантская махина с электромотором и парочкой кнопок. Он видел такое по телику — то была гигантская промышленная мясорубка для коровьих туш.       А за металлической кромкой вновь раздался писк. Скрученная толстой веревкой фигурка человека, очевидно ещё не мертвая — светлые косы, школьная форма… залепленный строительным скотчем рот и два вытаращенных глаза, в которых не осталось ни тени бывшей заносчивости.       Катька.       В машине сидела Катька и могла только приглушённо визжать.       Пятифан шарахнулся в сторону с совершенно безумным видом и ринулся вперёд на фоне побледневшего Антона.       Нет. Стоп-стоп!       Неизвестно, что нашло на Петрова, но он успел поймать ускользающий край кожанки прежде, чем пацан успел взгромоздиться на мясорубку. — Ты на всю голову ебнулся, пидорас?! Чё, лучше пускай сдохнет? — взревел Ромка, выкрутившись из слабой хватки. — Да стой же, — поперхнулся Антон, треснув приятеля по плечу. — Веревка… Катя привязана веревкой, которая уходит в машину.       Роман привстал на цыпочки и взгляд немного остыл — на него таращилась Смирнова, всем видом пытаясь податься вперёд. — А ты прав, — он судорожно начал рыться в карманах, щёлкнув ножом-бабочкой. Все заставляло действовать быстро и объяснений никому не понадобилось.       «Никогда бы не подумал, что криминальные наклонности могут спасти.» — Иди ее со спины страхуй, — резко скомандовал Пятифан, перекинувшийся через металлическое ограждение. Антон улавливал незаметную перемену в голосе, то, что отличало Ромку от законченного гопника. — Если я лечу в рубилку вниз еблом и она включается, ты все равно тянешь Катьку, понял? Я ж все равно сразу сдохну, если черепом приложусь.       Рома методично возился с веревкой, пока его ноги болтались в воздухе. Антон скинул с себя видение, в котором машина жрала их обоих.       Быстро приставив какую-то косую табуретку, он влез на нее и теперь тянул Смирнову на себя, надеясь, что таким образом веревка натянется и ее легче будет разрезать.       Ожидание. Ожидание. Снова ожидание, сдавленное дыхание Катьки и мат от Пятифана, который никак не мог дорезать «одну ебучую леску» — его страх ощущался в воздухе, но молчаливая работа продолжалась.       Ожидание и страх, что каким-то образом Антон возьмёт и нажмёт коленом какую-нибудь кнопку, и тогда его точно сжует вместе с Ромой и Катей армада металлических лезвий. Как трёх коров на убой.       Раздался негромкий хруст и Антон резко откинулся, падая куда-то назад и от души ударяясь башкой об холодный пол. Его руки по-прежнему сжимали жилетку и на нем валялось нечто тяжёлое.       Пятифан соскользнул с машины с таким видом, будто делал это каждый день. — Мозги не вышиб? — голос дрожал. — Все, конец миссии, Вольтрон! Ты гений! Дай сюда Катьку, не в виде колбаски же нам ее уносить…       При упоминании колбасы Смирнова негодующе завыла, судорожно вцепившись в Антона. — Прости, я еблан! — зрение Петрова расфокусировалось от удара, он слышал, как рядом с ним завозились. — Скажи лучше спасибо Тохе, если б не этот очконавт, хрен знает, что бы было! Да не рыпайся, хочешь, что ли, с повязкой на рту ходить?!       Тоша приподнялся, поправив очки, и снова взглянул на Катьку. Она была редкостной крысой. Сволочью. Тварью. Но она не заслужила быть превращенной в груду мяса. Никто не заслужил.       Три школьника сидели на холодном полу, Ромка старательно натягивал брезент на машину, Антон же в каком-то порыве натягивал перепуганной Катьке на плечи куртку. Помимо заплаканного лица одноклассницы перед его глазами неслась сплошная круговерть — «для медведя, для лисы, зайчик, кушать принеси… мясом накорми зверей.» — Надо уходить, — холодно отчеканил Антон. — А то придут разноцветные зверюшки в масках, или хозяин… гаража.       Сейчас его голову больше занимала Катька, которая все сбивчиво что-то бормотала. Главное, чтобы у нее не снесло крышу… Как у него самого. На фоне жалкой девочки его обожаемая Алиса внезапно предстала в жутком свете, будто именно она усадила ее на мясорубку. — Спокойно, — аккуратно заговорил Тоша, похлопав Катю по плечу. — Успокойся. Все, все хорошо! — Не зевай, — отдувался Пятифан, не потерявший боевого настроя. — Погнали к мусорам, предоставим доказательств. Нам ещё Бяху искать потом «по лесам и полям»!