derrière le mur

Чонгук отпрашивается домой на час раньше, игнорирует встревоженный взгляд Джухён, измученно улыбается, делая вид, что все в порядке. Переодевается, закрывает свой шкафчик и закинув сумку на плечо, выходит из бара. Пару минут смотрит в небо, может там он найдёт ответы на вопросы, которые терзали его целый день. Сегодня домой он идёт пешком, вряд-ли он вообще теперь осмелится сесть в такси. Приятная прохлада в середине сентября его радует. Он достает из кармана пачку винстона, замечает, что осталось всего две сигареты. Решает, что надо бы зайти в магазинчик возле дома. Садится на ближайшую лавочку, собирается закурить, но зажигалка даёт сбой и Чонгук кажется готов проклясть весь мир за несправедливость по отношению к нему, бедному, молодому парню, но замечает, что кто-то только что сел рядом. Поворачивает голову на человека, а тот протягивает ему зажигалку и выглядит подозрительно знакомо. Чонгук без раздумий берет зажигалку, подкуривает и только после первой тяги замечает на человеке бежевое пальто. Вглядывается в черты лица и в вечерней темноте узнает сегодняшнего посетителя. Кажется его зовут Тэхён. – Уже закончил с работой? - парень забирает свою зажигалку назад и кладёт во внутренний карман пальто, туда же, где лежал паспорт. – Как видишь. – в какой момент они перешли на "ты"? Неизвестно. Чонгуку думается, что в первые ему не хочется сбежать от постороннего человека, он остаётся сидеть на лавочке и медленно курить. – Как чувствуешь себя? Сегодня ты выглядел подавленным, Чонгук. – Он абсолютно спокоен, когда зовёт его по имени. И Чон вспоминает, что парень не мог узнать его. – Откуда знаешь моё имя? – пристально смотрит, выжидая ответа. У него и так в последнее время много мороки, а тут ещё и таинственный, красивый незнакомец, называющий его по имени, которого знать не мог. – Хороший вопрос, – Тэхён издаёт смешок и улыбается. Чонгук ощущает себя ребёнком, который задал очень глупый вопрос. А ещё Чонгук думает, что улыбка у парня необыкновенная и почему-то ему впервые за долгое время тоже хочется улыбаться. – ты просто похож на человека, которого зовут Чонгуком. У меня хорошая интуиция раз я угадал. Звучит как бред сумасшедшего, но Чон вопросов больше задавать не хочет. Продолжает курить молча, пока Тэхён не поднимается. – Я пойду, до встречи, Чонгук. – он уже развернулся, чтобы уходить, но обернувшись, сказал напоследок: – Моё имя Ким Тэхён. – Я знаю. – шёпотом. Так они прощаются, а Чонгук заторможенный так и остаётся сидеть на этой лавке. Заторможенный не то слово, которым можно сейчас описать его состояние, скорее завороженный. Он ещё какое-то время смотрел уходящем Тэхёну вслед, хотел закурить вторую, последнюю сигарету, но вспомнил, что рабочей зажигалки не имеется. Чонгук медленно поднимается и неохотно бредёт до дома, а там и магазин рядом. Пока идёт думает о том, как вдруг странно всё стало. Этот непонятный сон об аварии, этот непонятный, но до боли в суставах приятный парень и всё это на одного бедного Чонгука. Чонгук по натуре своей страдалец, ему нравилось внушать себе, что всё у него очень плохо и во всём мире нет более несчастного паренька чем он. Умел он найти даже в самом хорошем что-то плохое. Любил сам себя жалеть, считал, что все ему должны. Неприятная он личность в общем, Чон осознавал это и всё равно жалел себя, мол, таким его сделал этот жестокий мир и люди в нём. Заходя в магазин, он всё ещё витал в своих мыслях, на автомате купил сигареты, зажигалку и не охотно пошёл домой. Что-то готовить у него сил и желания не было, так что он просто заварил себе чашечку кофе и пошёл курить на балкон. Сидел Чонгук там долго, пока не понял, что уже становится крайне холодно. Тяжело вздохнул, разворачивается, чтобы выйти с балкона, но сразу приседает на корточки от боли во всём теле. В глазах потемнело, жуткая тревога накрыла его с головой, дыхание спёрло, а сердце кажется перестало биться. Ему мерещились голоса, ощущение было, будто кто-то говорит о нём. Неизвестно сколько Чонгук просидел в таком состоянии, но когда всё более менее утихло, весь он был покрыт мурашками, а со лба крупными каплями стекал холодной пот. Какое-то время он пытался отдышаться, затем решил, что это от усталости и ему просто необходим тёплый душ и нормальный сон. Как хорошо, что завтра у него выходной. После душа Чонгук переодевается в домашнее и ложится в уютную постель, ему думается, что это рай на земле. Старательно прогоняет мысли о случае на балконе и старается подумать о чем-то хорошем. Почему-то первое, что всплывает в голове - кудрявый парень в бежевом пальто. Ему хочется надеяться на то, что в скором времени они ещё встретятся, что Тэхён ещё предложит ему зажигалку и спросит о самочувствии. Впервые за долгое время кто-то кроме Джухён запереживал о Чонгуке. И может это было чисто из приличия, Чон всё равно очень рад. С мыслями об этом странном парне он засыпает. А когда просыпается, чувствует себя очень странно. Времени десять утра, но ощущение, будто спал он несколько дней. Не зацикливаясь на этом, он шлёпает до ванной, умываться, чистит зубы. Подмечает синяки и мешки под глазами, небольшая щетина. Решив, что так оставлять нельзя, он принимается исправлять внешний вид. Звонок в дверь, от неожиданности сердце уходит в пятки, кто мог прийти в такой час? Ещё раз недовольно глянув в зеркало, он идёт к двери, смотрит в глазок и видит Джухён и открывает. – Ты чего тут забыла? Почему не на работе? – спрашивает он, пропуская девушку внутрь. Та как у себя дома разувается и зная расположение комнат, идёт на кухню. – Я администратор, дорогой, могу себе позволить. – В руках у неё пакет, оттуда он достаёт какие-то овощи, фрукты и другие продукты, начинает всё раскладывать и кажется собирается готовить, – Тут я сама справлюсь, а тебе не помешало бы пойти и надеть футболку, я женщина занятая, меня таким не соблазнить. Чонгук смеётся, но слушается, идёт надевать майку. Джухён правда лучший и единственный друг в его жизни, без неё Чонгук давно сгинул бы. Поддержала, дала работу, а теперь вот приходит готовит. Чонгук бы обязательно взял её замуж, вот только дать ему ей нечего и расстались они давно, она уже с другим. Ну, оно и к лучшему, Чон рад с ней просто дружить. – Ты долго там? Иди сюда давай. – Чонгук снова улыбается и идёт обратно на кухню. Забирается на стул вместе с ногами и наблюдает как девушка поворачивает какие-то махинации с продуктами. – Рассказывай, бедняк, чего в последнее время сам не свой ходишь? – Она его подкалывает, но на деле беспокоится и это хорошо видно по едва трясущимся рукам. – Видела в новости об аварии на перекрёстке недалеко от нашего бара? – Чонгук говорит об этом осторожно, думает как лучше преподнести это, чтобы его поняли, а не посчитали сумасшедшим. – Видела, мужчину очень жаль, у него ведь трое дочерей... – Джухён очень жалостливая и добрая, всегда всем посочувствует, только вот о себе забывает частенько, – А почему ты спрашиваешь? Это как-то связано с твоим состоянием? – Не совсем, но да. – он мнется пару минут, затем продолжает, – В ночь когда это случилось, мне приснился сон, что я сидел в этой машине. Я был прямо в ней, разговаривал с водителем, я разбился вместе с ним, понимаешь? Он сам не замечает как повышает тон и начинает нервничать. Девушка осторожно подходит, кладёт руку ему на макушку и нежно поглаживает. – Плохие сны снятся всем, Чонгук. Ты так подавлен лишь из-за кошмара? – как и ожидалось, она его не поняла. Он бы рассказал ей об окровавленной одежде, которую нашёл у себя дома утром, рассказал бы, что именно в ней он и разбился, но не хочет, чтобы она переживала, поэтому молчит. – Да, прости, ты права. – Чон вздыхает и замалкивает. Быть может, она правда права. Ему хотелось бы, чтобы это было так. И черт бы с ней, с этой кровавой одеждой, он не хочет искать объяснений этому, надо просто забыть это как страшный сон, а ведь это он и есть. – Гук, тебе надо развеяться, немного отвлечься. У тебя есть планы на сегодня? – Девушка вновь возвращается к готовке, через пару минут ставит перед ним тарелку с яичницей и салатом, присаживается рядом. – Планов нет, думал просто отдыхать, а есть альтернатива? – он принимается за еду, подмечает, что это очень вкусно и уже второй раз думает, что было бы славно жениться на Джухён. – Друг Джина сегодня устраивает вечеринку в честь переезда. Думаю он не будет против если ты пойдёшь с нами. Тебе правда стоит развеяться, пообщаться с кем-то кроме меня. – она старательно убеждает его, потому что знает, что он не любит вечеринки и людей в целом. Но она желает Чонгуку лучшего, и он это понимает, поэтому отказать просто не может. – Хорошо.. – неуверенно говорит Чон, – Скинь мне адрес смс-кой. – Мы с Джином заедем за тобой часов в 9, будь готов и пожалуйста, сделай что-то со своим лицом. Мне пора, не могу сильно опаздывать. – С этими словами она идёт к выходу, жестом показывает, что провожать её не надо, а через пару минут слышно хлопок двери. Чонгук заканчивает с едой и моет за собой посуду. Идёт закрывать за Джухён дверь, а затем в ванную, приводить себя в порядок. Когда заканчивает, оценивающе смотрит на зеркало, стал хоть на человека похож. До 9 времени много, а занять себя чем-то надо, поэтому он решает пойти погулять в парке, точнее просто посидеть на лавочке, покурить и посмотреть на людей. Идёт в комнату, надевает какие-то треники, футболку и ветровку сверху, пихает сигареты с зажигалкой в карман и выходит из дома. Парк в 15-ти минут ходьбы от дома, на улице ясно светит солнце. Чонгуку думается, что сегодня неплохой день, вот только проводить он его вынужден в одиночестве, что довольно печально, но он привык. Чон не особо стремится что-то менять, его все устраивает, вот денег бы только побольше и вообще счастливо жить будет. Он глядит на дорожку усыпанную жёлтыми листьями, поднимает лицо навстречу ветру, отпускает все тяжести и мысли, сейчас ему хорошо. Чонгук вслушивался в задорный смех детей, быть может, мечтал оказаться в их компании, мечтал снова стать ребёнком и прожить свое детство так, как подобает проживать любому ребёнку, но возможности такой он к сожалению не имел. *** – Мам, можно я с ребятами погоняю в футбол во дворе? – строит щенячьи глазки, жалобно стонет, а сердце его полно надежды, хотя ответ на самом деле уже понятен. – Уроки ты сделал? – строго говорит мать, не отрываясь от каких-то записей. – Ты на прошлой неделе получил четвёрку, не находишь времени нормально обучаться, но смеешь думать о гулянках? – Ну мам... – Чонгук прямо сейчас готов расплакаться от обиды, он и так старается сильнее некуда, а балл ему сняли лишь за то, что дал списать соседу по парте. – Хотя бы полчаса, мам... – Чон Чонгук! – Слабо хлопает по столу мать, но этого хватает, чтобы желание припираться и добиваться своего отпало. Она протяжно вздыхает, снимает очки, потирает переносицу и пристально смотрит на ребёнка, а во взгляде её нет и намёка на материнское тепло и любовь, смотрит как на машину. – Ты сейчас идёшь к себе в комнату, приготавливаешь учебники и тетради, я сейчас подойду, будем учиться. Он не пытается спорить, так же не стал он объяснять матери, что они уже прошли на несколько параграфов вперёд, не заикнется он о том, что в школе его считают ботаном, и от избиений и издевательств спасает его только то, что списывать даёт всем подряд. С матерью у него тяжёлые взаимоотношения, и он почти уверен, что будь у него отец, всё сложилось бы по другому. Нередко маленький Чонгук перед сном фантазировал о том, как ходит с папой на рыбалку, помогает чинить машину, ездит в походы, а дома их с тёплым ужином ждёт мама, в этом и заключается детское простое счастье. В детстве мальчики и девочки редко задумываются о каких-то материальных благах, выгоде и вообще о том как крутиться в этой жизни. Уют и комфорт – всё, что надо, чтобы вырастить психически здорового и уровновешенного ребёнка. Чонгук разбивался в дребизги об эти мечты, отца у него не было, уюта и комфорта тоже, а позднее, не стало и его матери. *** Неприятные мысли окутали Чонгука с ног до головы, и ему поскорее хотелось от них избавиться. Он необычайно злился на маму, мол: "Я всё детство учился как ты и хотела, и посмотри кем я стал? К черту твои математические задачки и тебя, мама, к чёрту!". Мама на самом деле не была виновата в том, что сын её не пошёл дальше со своими знаниями и не захотел чего-либо добиться, вина её заключалась только в том, что продыху ребёнку не давала. Только вот, Чонгук уже не знал кого винить во всех своих бедах. В глазах снова потемнело, а сердце, кажется, вот-вот прекратит биться. Опять звуки больничной аппаратуры, голоса, но среди них он теперь мог чётко выделить как кто-то звал по имени Ким Тэхёна. Не знает Чонгук как много Ким Тэхёнов в мире, но визуально почему-то ему представится тот самый Ким Тэхен, странный и одновременно притягивающий мужчина. В парке ему становится хуже, настроение ниже плинтуса, и Чонгук направляется домой, чтобы немного подремать до вечера. Он надеется, что сегодня ему станет легче.