sharing the same pain

После концерта было хорошо вернуться домой. Внутри оставалось приятное послевкусие, греющее сердце до сих пор. — Господи, когда Том замолчал, мне показалось, что все… Это конец. А потом он резко встает и я такой: что? Мне прям понравилось! Вы хорошо сыграли… И сценка хорошая… — Метт с восхищением рассказывал свои впечатления, пока Том с лёгкой улыбкой на лице смотрел на небо. Беседы он слушал краем уха и с наслаждением наблюдал за звездами, которые, несмотря на свет фонарей, все равно светили очень ярко. — Да я сама не ожидала… Думала, что концерту конец, однако Том смог удивить даже меня… — Катрин со смешком перевела взгляд на мечтающего друга. Ее глаза так и сияли от увиденной картины. Улыбка так и лезла до самых ушей, создавая тепло в груди каждого. — Том… — черные глаза посмотрели на Эдда, который был за рулем. — Почему ты резко перестал петь? И почему вообще замер? — лицо музыканта стало озадаченным, однако ответил он без задней мысли: — Встретил старого знакомого… Неприятного причем. — остальные переменились в лицах, особенно Катрин, понимающая, о ком идет речь. Но Томас продолжал смотреть на дорогу, которую видел постоянно. Тем для разговоров больше не находилось и тишина вновь давила на бедного Метта. — Какие планы на завтра?.. — голубые глаза неуверенно оглядели друзей. — Я буду со своими готовиться… Меня брат дома ждет. Готовьтесь без меня. — Катрин с Эддом переглянулись. Тот грустно посмотрел на нее, а она положила свою руку на его, слабо улыбнувшись. — Жаль… — карие глаза взглянули на рыжего через зеркало. — Ну… Украсим дом, наверно, заранее, костюмы надо приготовить. На праздник пойдем на аттракционы ночные… Прикольно будет. Комната страха будет! — С тебя смешные видео, когда готовиться будешь. — с твердой уверенностью сказала девушка и посмеялась. Эдд покраснел и заулыбался по самые уши. — Можем снова посмотреть всякий бред по телику… — с сонливостью и усталостью в романтику вмешался Том, переводя взгляд на друзей. С каждой секундой усталость брала верх и прилечь на мягкую кровать хотелось все больше. Глаза так и слиплись, а парень уснул. — Том… — мягкий тихий голос был где-то над ним. Чья-то рука аккуратно трясла за плечо, вытаскивая его из сна. Глаза с трудом удалось раскрыть. — Вставай, мы приехали. Томас оглядел окружение. Машина была пуста, а рядом с ним стояла Катрин. На заднем фоне Гарри с Эддом несли комбики, а Метт нес Сьюзан. — Я сам! — рука машинально оттолкнула Катрин, а музыкант вылез машины. Парни замерли и посмотрели на него. С сонным, но одновременно серьезным видом Том подошел к Меттью и забрал Сьюзан. — Сломаешь… У тебя руки из жопы. — лицо друга переменилось на грустное и он пошел к грузовику. Парень обернулся к подруге. — Извини… Девушка с улыбкой подошла к нему. — Все нормально, я бы поступила также… — после этих слов Том прижал инструмент к себе. — Не хочу ее вновь потерять… — после такого скачка адреналина усталость нападала с тройной силой. Катрин посмеялась и положила руку на его плечо. — Пойдем, а то прям здесь уснёшь… — в ответ Том как ребенок сонно угукнул и зашел с ней в дом. Все происходящее перестало иметь какую-то ценность. Руки сжимали бас-гитару, а ноги шли без его команды. Даже Торд, мимо которого он прошел, не имел значения. Сон так и брал верх… Солнечные лучи били прямо в глаза, заставляя глаза лениво раскрыться. Тело не ныло, а желание сдохнуть не присутствовало. Том резко садится и взглядом ищет что-то. К счастью, новая Сьюзан висела на своем месте, что вызвало милую улыбку у парня. — У нас с тобой новая история, да.? — взгляд был направлен на нее, однако инструмент ничего так и не ответил. Томас с наслаждением потянулся и окончательно проснулся. В попытках вспомнить свой сон парень параллельно делал все утренние процедуры. А сон так и не вспомнился, только пленительная темнота, которая так и заставляет тело расслабиться, а мозг отдыхать. Когда Томас вышел из ванны, в нос ударил запах бекона. Парень поторопился на кухню, однако вместо Эдда у плиты был Метт. — Метт…? — вопрос явно звучал сам себе, а бровь от удивления поднялась. Парень в милом фартуке обернулся и улыбнулся другу. — Том! Доброе утро! Сейчас будет готов завтрак… — с озадаченностью и удивлением музыкант сел за стол. —… Доброе утро… А почему готовишь ты? — А что? Я плохо готовлю? — руки легли на бока. Меттью выглядел как недовольная хозяюшка, а лопатка в одной из рук придавало правдивости этому образу. — Нет… Ты редко готовишь… — Том не раз подумал говорить или нет, однако он не из тех, кто боится правды — Ты готовишь не очень. Иногда вообще жрать невозможно. — Не жрать, а есть. — лицо музыканта вмиг стало мрачным, а хорошим настроением и не пахло. — Доброе утро, друзья! — на кухню, как будто как на сцену вошёл Торд. Когда он проводил через дверной проем его рожки забавно прогнулись, а потом вновь вернулись в обычное состояние. — Не доброе утро. — на фоне закипел чайник, но Томас не спешил делать себе кофе. Взглядом он хотел прожечь дыру в этом «демоне». Но «демон» лишь тянул улыбку, однако серые глаза говорили о взаимной ненависти. — Торд! Доброе утро! Садись, сейчас яичница с беконом будет. — Меттью уже вытаскивал тарелки, а норвежец принюхался и обнажил клыки. Том поймал себя на мысли, что Торд напоминает ему пса. Однако это не давало шанса не ненавидеть этого человека. Взгляд стал еще строже. — Бекон… Я люблю бекон… — стул с характерным неприятным звуком отодвигался от стола. Норвежец сел прямо напротив музыканта, но внимание на него не обращал. — Я почувствовал бекон и услышал бекон, Метт, будь другом и положи мне больше всех. — заспанный, но счастливый Эдд зашел на кухню. — Окей! — Ты не один, мой любимый друг. Метт, мне тоже побольше бекона. — серые глаза говорили другу о том, что у него есть конкурент. Эдд с недовольным, даже презрительным видом обратил внимание на Торда и закатил глаза. — Приготовь себе сам… — он открыл холодильник и достал колу, а тарелка с завтраком была уже перед Томом. — Но там уже нет бекона… — с уверенностью заявил Меттью, ставя другие тарелки на стол. Том усмехнулся и понял, как они с Тордом выглядят со стороны. Норвежец заглянул в тарелку Эдда и сравнил свое количество бекона с его. — У него больше, чем у меня! — Метт со спокойным видом переложил часть бекона Эдда Торду. Шатен недовольно забрал эту часть себе. — Значит все. Есть столько, сколько дали. — для большей сохранности он взял тарелку в руки, но рогатый все равно тянул свои длинные руки туда. — А я просил столько же бекона, как и у тебя! Это нечестно. — Том наблюдал за этой схваткой века с улыбкой. Утро обещало быть добрым. — Все честно! Я первый попросил! Эй! — Торд все равно взял часть бекона и положил его себе в рот. Шатен нахмурил лицо и взял рукой его бекон и съел. Норвежец зарычал, а Том вспомнил их первую драку и сел за край стола к Метту. —… Как знал, что не стоило готовить бекон… — музыкант обращает внимание на друга, поедающего свое же творение. — Неплохо получилось. Да и шоу нам с утра забабахал. — со смешком парень ест свой завтрак и с интересом наблюдает, как Торд пытается украсть бекон у Эдда и съесть его. Шатен, чтобы победить, сам стал есть свой бекон, однако Торд смог украсть и тоже съесть его часть. Они были похожи на двух голодных и диких животных, что вызывало у Метта немного дискомфорта. Парни с голодом перевели свой взгляд на тарелки друзей. Меттью не придумал ничего лучше, чем съесть весь бекон разом и пойти мыть тарелку. Томас же невозмутимо ел. — Пошли нахуй. — Том и не посмотрел на их жадные и хищные взгляды. Никакого напряжения или дискомфорта, как Метт, он не чувствовал. Это никак не давило на него, даже наоборот. Каждый кусочек бекона музыкант смаковал, дразня парней и растягивая удовольствие. — Том… Ты же не хочешь бекон? — с осторожностью протянул Эдд, садясь рядом. Злорадная улыбка до ушей появилась на лице музыканта. — Хочу. Видишь, я его ем? — вилкой он наколол мясо и зубами схватился за конец, оттягивая на себя. Торд, который с голодом и жадностью наблюдал за этим, облизнулся и сел на другую сторону рядом с Томасом. Том увидел это краем глаза и немного напрягся, но виду не подал и продолжил есть. Норвежец нагло потянул руку к его тарелке, за это получил по ней же. — Ты свое сожрал, так что отвали. — черные глаза с ненавистью смотрят на недруга, а тот лишь хмурился, чем-то напоминая Тому ребенка. Коварная идея пришла сама по себе. — Эдд… Мы же лучшие друзья… Держи… — часть мяса переходит на тарелку шатена, а тот свысока смотрит на еще более недовольного Торда. — Пидр…— со вздохом парень оставляет друзей одних. Том выпрямился, грудь колесом за то, что победил этого «демона». — Спасибо, друг… — с наслаждением Эдд поедал бекон, пока Томас пошел к раковине. — Слушай, а тыквы у нас есть? — пока музыкант уже убирал посуду, Эдд положил на стол несколько тыкв. — Все в твоем распоряжении. Я займусь украшением дома. — друг ушел, а Том достал нож и принялся вырезать злобные или смешные выражения лиц на тыквах. Неожиданно на кухню зашел Торд, что портило процесс работы. — Как ты вообще это делаешь?.. — руками рогатый оперся об колени и смотрел на Тома. У музыканта немного задрожали руки и он не смог сконцентрироваться на работе. — Свали в туман, мешаешь. — достаточно холодно и грубо заявил Томас, пытаясь продолжить работу. Дьявольская улыбка появилась на норвежце. Серые глаза прожигали музыканта всего, как будто Торд смотрел ему в самую душу. Нож случайно пошел не туда, портя забавную рожицу. — Сука! — рука резко убирает нож, а Том, стараясь быть невозмутимым, осматривает свою работу. Норвежец посмеялся и ушел, оставляя музыканта в непонимании и изумлении. — Чего приходил… Чего хотел…— ворчал Томас, продолжая работу. Много мыслей крутилось в его голове. И хороших и плохих, и что Торд тот еще черт, и зачем Эдвард его притащил к ним. После всего произошедшего на него смотреть было противно, а от его улыбки хотелось выколоть глаза. Работа шла параллельно мыслям, давая парню выпустить пар. Тишину и мысли скрашивали друзья, украшающие дом. — Метт! Я же сказал тебе, что твой хлам здесь не нужен! — от голоса Эдда в зале, у музыканта появился смешок. Он сконцентрировался на звуке, совсем забивая на кучи мыслей, кишащих в нем. — Да ладно, Эдд! Это тоже украшения! — слышалось какое-то позвякивание в коробке и Том долго думал, что это могло быть. — Прямиком из мусорки! Или где ты там их стащил! Не надо их здесь! — Том под крики вытянул тыкву перед собой и улыбнулся. Хоть и немного кривая, но все равно симпатичная получилась. — Друзья… Друзья, к чему склоки и ссоры? Метт, можешь украсить ими свою комнату. — грубый голос сразу заставил Томаса искривиться и сжать нож в руке. — Но я хочу зал. Зря добру пропадать что ли? — хоть этого и не было видно, но музыкант на эти слова закатил глаза. — Ну… Мы не очень хотим, да и с твоим барахлом у тебя будет самая лучшая комната. Хочешь, чтобы было что-то лучше твоей комнаты? — Том сделал вывод на эти слова норвежца, что ниточки Торд тянуть умеет. Реакция Метта была очевидна. — Нет, не хочу. Я украшать свою комнату! — позвякивание коробкой и топот по ступенькам слышался после этого. Парень улыбнулся сам себе, подтверждая собственные мысли. В зале была неинтересная для него возня. Когда смешные рожицы на тыквах были закончены, Томас расставлял тыквы везде. На данный момент дом уже был красиво обставлен ими, поэтому остался только двор. Эдвард благополучно скинул украшение двора на него, а сам с Тордом смотрел телевизор. Такая мысль до сих пор заставляла руки сжиматься в кулаки и бесконечно ворчать, проклиная весь белый свет. Сначала он расставил чучела и убедился, что все подключил. А после пошли мелкие декорации. Первым делом Томас решил повесить гирлянду в виде черепов и голов зомби. Стоило парню достать ее из коробки, как воспоминания о приключении в ТЦ сразу появилось в голове. Пошли мурашки по коже, а от мыслей хотелось избавиться. Том как будто пережил этот ужас вновь, хотя мысль, что он вернул дорогую камеру и вернулся, как герой, приятно грела душу, вызывая гордость и восхищение за себя. Параллельно парень достал стремянку и стал вешать гирлянду на дом. — Вы получается… Мои новые соседи? — Том повернул голову с непониманием, кто говорит, и упал вместе со стремянкой. — Ой! — незнакомка прикрыла рот руками, а после подошла к забору. — Вы не ушиблись?..— копчик вызывал острую и неприятную боль. Зубы от ощущений стиснулись вместе, а парень издавал кряхтящие звуки. —… Н-нормально… В-все заебись! — фраза звучала с двойным смыслом, что девушка смотрела на него с жалостью и сочувствием. — Я помешала вам… — Том закатил глаза, хотя она этого не заметила. Он уже стоял на двух ногах, однако рука крепко держалась за копчик. — Что хотели? — с раздражением и сухостью ответил он ей, смотря недовольным взглядом. — Помогите… С мебелью… К сожалению, грузчики отказались этого делать, хотя я платила им за это. — взгляд был жалобным, как и весь ее вид. Но Томас смотрел с раздражением и всем своим видом показывал, как же ему неинтересно. Дверь открывается и задевает голову Тома. Парень отходит и корчиться от боли. Весь его словарный запас вышел в этот момент. — Кто хотел получить помощь? — руки легли на бока, изображая героя. От понимания, кто это сделал, все внутри кипело. Мозг просто отключился, давая волю всему своему гневу. Незнакомка прижимала руку ко рту, наблюдая за всем этим. — Вы… С вами все хорошо? — ее обеспокоенная фраза и вид девушки вынудили Торда посмотреть краем глаза в сторону Томаса. — Твоя дурья башка! — музыкант, не выдержав такого напора злости, что есть сил бьет его дверью. Норвежец охнул и упал. — Что вы делаете? — женский голос был похож на крик и на улицу вышел Эдд, держа биту в руках. За ним был Меттью. — Что за… А… — карие глаза осматривают обстановку, и он понимает, в чем тут дело. Лицо вмиг из испуганного становится равнодушным, а тело расслабилось. — Здравствуйте… — первым на незнакомку обращает внимание Метт. Он даже подходит к ней, чтобы поболтать и попытаться успокоить. — Здравствуйте, я Метт. Не обращайте внимание, они оба придурки и часто дерутся. — он смотрел на нее расслабленно и спокойно. Всем своей непринуждённостью парень хотел показать, что переживать не стоило. — А с ними все будет хорошо?.. — после ее слов краем глаза Меттью смотрит на друзей сзади. Эдд помогал Торду встать и уводил их домой. — Думаю да. Даже уверен в этом. — как ни в чем не бывало он пожимает плечами. — Вам с чем нибудь помочь? — девушка перевела обеспокоенный взгляд с парней на Метта. — Мне бы мебель в дом занести… — а в ответ последовал кивок. — Эдд! Нужна помощь! И вот двое парней сидят на кухне один на один. Прошло около пяти минут, как Эдд пошел помогать Метту, а они и слова друг другу не сказали. Торд сидел ровно и как статуя. Серыми глазами, наполненными злобой и бешенством, он смотрел прямо в глаза Тома. И музыкант тоже не отставал и смотрел в ответ, однако сидеть так же ровно и спокойно у него не получалось. Его поза вся была «расслабленной». Спиной он опирался на стул, а ноги раздвинул, но был готов в любую минуту отбиваться от ударов. Напряжение буквально кипело что в окружающей обстановке, что в двух парнях одновременно. Торд нервно стучал пальцами по столу, а Томас в ответ сжал в руку в кулак. Но стоило черным глазам обратил внимание на царапину на лбу недруга, как злорадная улыбка сразу же появилась на лице. — Итак… За что же мне прилетело? — тишину прервал норвежец, а на его фразу музыкант самоуверенно усмехнулся. — Не я первый ебнул дверью.— брови поднялись, делая выражение лица Томаса еще более самоуверенным. Рогатый обнажил клыки в хитрой улыбке. Музыкант немного не понимал такой перемены настроения и напрягся. — Так я же не специально… — Торд в этот момент выглядел не менее самоуверенно, однако к этому добавилась еще и наглость, выводившая музыканта из себя. К злости присоединилось отвращение, делая выражения лица парня более выразительным. Он немного свел брови вместе, а линия губ искривилась в непонятную линию. — Я уверен в том, что это было намеренно. Я не тот, кому можно лапшу на уши повесить. — Томас, когда говорил это, стучал пальцем по столу. Слова из его уст звучали твердо, выразительно и достаточно громко, что у недруга стал более мрачный вид. — Нет-нет. Я совсем тебя не заметил. — Торд после немного расслабил тело и оперся спиной об стул, повторяя позу соперника. На какой-то миг лицо Тома выдало замешательство, но вновь стало таким же недовольным. Его губы сжимались, а брови хмурились. Норвежец же смотрел на Тома так, как будто взглядом пытается заставить согласиться с ним, но все его тело говорит о «дружелюбности», которой Томас не верил. — Нет. Ты. Специально. И не говори мне, что это не так. — все тело напряглось в этот момент, как будто Том отбивался от кого-то. Желание быть правым так брало верх, что он не мог сосредоточиться и показать Торду свое хладнокровие. Его просто не было. — Но я…— музыкант, не выдержав по его мнению лжи от норвежца, стукнул кулаком по столу и встал. — Я останусь при своем мнении. — голос звучал все так же холодно и сухо, а черные глаза так и показывали не просто ярость, которую он испытывал в этот момент, но и отвращение, которое как гниль селилось в его душе из-за Торда. — Не собираешься… «Играть со мной»? — на последней фразе голос немного стал грубее, а фраза звучала угрожающе. Том видел, что враг негодует от своего поражения, из-за чего легкая улыбка появилась на лице. — Именно. Угомони свой яд. — и чтобы закончить спор, Томас выходит из кухни. Метта и Эдда еще не было, а время он мог посвятить себе. Торд остался совершенно один дома, благодаря чему мог насладиться своей компанией настоящего себя. — Вот же… — сквозь зубы, парень рукой бьет по столу, однако куда сильнее чем Том, да так, что костяшки покраснели. И удача была на его стороне, стол никак не повредился, а значит проблем из-за этого не будет. — Я заставлю тебя… — злоба заставляет сжать руку в кулак и это не помогает, зато появляется желание покурить. Желание было таким сильным, что парень зажег сигарету прямо на кухне, совсем забывая о правилах Эдда. Том сжимал руки в кулаки, а зубы держал стиснутыми. Этот человек, нет даже по его мнению не человек, вызывал столько ненависти и отвращения, сколько Томас за всю жизнь не чувствовал. Однако, замечательные по его мнению слова для Торда приходили только сейчас, что злило сильнее. — Блядь… — со злобой и одновременно разочарованием произнес он, заказывая в приложении такси. Перед праздником хотелось расслабиться и подготовиться, а не быть готовым разорвать своего врага в клочья. К раздражителям добавилось такси, которое нужно было ждать. Ожидание было недолгим, но мучительным. Все это место из-за одного человека на данный момент вызывало столько у него эмоций, что справиться было сложно. С каждой секундой вариант посидеть в баре и выпить казался просто спасением, к которому он был готов бежать прямо сейчас. Машина приехала и Томас садится в нее и уезжает в город. Дорога до «спасения» занимала полтора часа, а наушников у него не было. С разочарованным вздохом он опирается головой об стекло и смотрит на одни и те же виды, которые сейчас вызывали тошноту. Черные глаза мельком сталкиваются взглядом с водителем, а после тишина. Тому от переизбытка чувств становилось плохо, а желания с кем-либо говорить не было. Во время поездки парень так и молчал, потихоньку остывая. На смену бурлящей злости приходила усталость, а тошнота лишь усилилась. Глаза потихоньку слипались, хотя солнце светило ярко и не скоро сядет. Когда машина остановилась у нужного места, парень вывалился из машины и с отвратительными чувствами пошел в бар. Людей в этом месте было и не много, и не мало. В помещении небольшой гул, приятная музыка. Время от времени кто-то начнет громко говорить, а кто-то посмеется, что вызовет у Тома приступ головной боли и легкого раздражения. Он сел на стул и заказал стаканчик. Вначале алкоголь никак не действовал из-за большого опыта, но Томас не прекращал. Тело потихоньку стало чувствовать свободу, парень мог рассмеяться даже от пальчика, а события сегодняшнего переставали колошить его чувства. — Как-то шли русский, американец и немец по лесу… — щеки и нос немного покраснели, а сам парень смеялся, пытаясь рассказать анекдот бармену. Мужчина, протирая стаканы лишь в пол уха слушал его и никакого значения не придавал. Но это не мешало Томасу веселиться. Он залпом выпил содержимое стакана, а тело еще большее расслабилось. Что происходит парень понимал прекрасно, однако сейчас никакие личностные рамки и проблемы не мешали ему быть свободным. Стоило анекдоту дойти до развязки, как Томас смеялся, стуча рукой по стойке и чуть ли не катался по полу. Бармен никак не отреагировал на это, лишь равнодушно глянув. Но смеялся не один Том. Незнакомец, севший рядом, тоже искренне смеялся, а парень не мог осмотреть его, потому что тот сидел спиной к нему. — Хороший анекдот… А ещё знаешь? — незнакомец садиться полубоком к парню, а Том резко перестает смеяться и хмуриться. Алкоголь в организме перестал проявлять свои признаки. — Что же с твоим личиком, Том? — улыбка на лице Уилла, вынуждала парня лишь натянуто улыбнуться. Да так, что Том чувствует натяжение уголков губ. Нос морщится, но взгляд он не отводит. — Уже получше… Но ты явно не рад меня видеть? — его рука немного касается подбородка собеседника, а тот отводит голову в бок, но стараясь не отводить пристальный взгляд. Уилльям посмеивается, но со стороны Тома он напоминал змею, которая выпустила клыки с ядом. — Что ты здесь забыл? — в руке сжимался стакан, а сердце стучало так, что отдавало в уши. Но голос звучал строго, подбородок был немного поднят. Собеседник вновь посмеялся, а после выпил. — Просто пью. А нельзя? — его бровь поднимается, а Томас отводит взгляд. Зубы скрипели так, что Уилл это слышал. Парню ничего не оставалось, кроме как уйти, чтобы не продолжать разговор с этим человеком. Том так и сделал. — Том… — но собеседник не реагирует и продолжает идти к выходу. Его шаги на слух стали более тяжёлыми, а плечи немного опустились. Когла Томас вышел, холодный вечерний ветерок подул в лицо, приятно освежая и приводя мысли в порядок. Том открыл рот и жадно вдохнул воздух. Машины ездили, издавая характерный звук, а люди шли по своим делам, не обращая внимания на окружение. Но парень обратил. Мышцы лица чуть-чуть расслабились, хотя сердце продолжало стучать и сигнализировать об опасности. — Теперь играем в догонялки? — Уилльям подошёл со спины, но не слишком быстро, потому что Томас успел обернуться и сделать шаг назад. — Что тебе, блять, нужно…? — брови опускаются, а парень твердо стоит на ногах, не желая отходить дальше. Мышцы вновь стали как натянутая струна, которая вот-вот издаст звук. — Ну-ну… Как ругаемся… Не скучал совсем? — Уилл улыбается и протягивает руки, ожидая объятий. — Что тебе нужно, ты глухой совсем? — напряжение сковало все тело, терпение иссякало. — Ну… Я, например, соскучился… Ты знаешь, каким был милым, когда бегал за мной как песик? — Уилльям делает уверенный шаг на Тома, но тот твердо стоит. Он так нахмурился, что зубы было видно. — А тут у тебя группа… И ты признаешься что гей… — Уилл расслабленно жестикулировал руками. В голове что-то щёлкнуло, и не особо понимая происходящего, Том бьет парня прямо в плечо. — Ты не смеешь и подходить ко мне после всего, что было. — на низких нотах и угрожающе сказал он ошарашенному Уиллу и ударил вновь в то же место. — Я. Не. Твой. Пес. — аффект охватил весь разум Тома, адреналин бегал по крови так, что он чувствовал как у него горит лицо и больные костяшки. Уилльям в первые удары выпал из мира и не сопротивлялся. Но после успешно увернулся, пока Томас в тупую бил в одно и то же место. За излишнюю импульсивность он получает челюсть и отходит. Лицо болит, но это добавляет сил биться дальше. — Действительно… Не тот милый песик… — голос звучал с издёвкой. Уилльям закатал рукава рубашки, а Том медленно вдохнул воздух через ноздри, вновь сжимая кулаки и налетая на соперника. Но он не успевает ударить, его толкают так сильно, что он отходит. Уилльям делает пару шагов и вновь толкает Томаса, да так, что тот падает на асфальт. — Я лишь хотел вернуть все, как было… Соскучился, понимаешь? — нога противника пачкает и давит грудь парня, а тот позорно лежит под ним. И резко вспоминает… Черные глаза смотрят куда-то, не желая сталкиваться с другим, самоуверенным и надменным взглядом. Ответ или какие-либо действия просто не приходят в голову, а парень заметно мешкается. — А я-то думал, ты исправился… Ну же, глянь на меня… — нос ботинка касается подбородка и поднимает лицо Тома к себе. Однако Томас старательно пытался избежать зрительного контакта. — Томас… Посмотри. На…— Уилл не успел и договорить, как оказывается на асфальте. Его глаза расширились, а рот в изумлении был открыт. — На такого ублюдка и смотреть не хочется. Ищи себе другую игрушку… — теперь с надменным видом был Томас, который стоял рядом. Как только Уилл стал вставать, парень пнул его в живот и посмеялся. — Знаешь… — голос звучал холодно, а смотрел Том с равнодушием, лишь морщась. — Это совсем малая плата за то, что было тогда. Так что не благодари…— Том набрал в рот слюны, но в последний момент все сглотнул и просто ушел. За спиной слышалось кряхтение, которое он игнорировал. Яркие вывески, мимо проезжающие машины и пустые улицы совсем не волновали Томаса. Черные глаза с холодной уверенностью смотрели вперед, а парень был погружен в кучи мыслей. Руки машинально спрятались в карман худи, а спина сутулилась. Лицо хоть и было расслабленным, но со стороны выглядело уж очень серьезным. В голове он крутил все происходящее и пытался раскрыть мотив Гарри. Еще и ситуация с Тордом, которую вспоминать и не хотелось, однако она сама всплыла его в голове. Том чувствовал себя каким-то аналитиком, который пытается предугадать будущее и что-то с этим сделать. После таких попыток голова быстро вскипела, вызывая еще больше раздражения. Чтобы снять напряжение, Томас пинает камень и заходит на кладбище. Ноги сами привели его сюда, но он не еще не замечает, где находится. Только когда парень стоит у двух могил, понимание приходит, а вместе с ним и глухая боль. Голова опускается, а взгляд был направлен на портреты покойных. Путаница мыслей и чувств стала сильнее давить на него, вызывая не только напряжение, но и головную боль. Руки сжимаются в кулаки, а в голове и предложения не собирается перед родителями. Томас сам не замечает, как падает перед могилами и начинает рыдать. В этот момент он не чувствовал боли или тяжести в груди, но слезы все равно лились. Рукой он бил по земле, а другую держал сжатую в кулак. Из-за потока слез и напряжения он не мог сказать что-либо, поэтому издавал звуки похожие на рев животного. Звук сухой травы и шагов были за спиной. — О-о… Это же глупый Томас… — шаги прекратились, и парень понял, кто за ним. По мнению Тома, это было проклятием, которое будет портить всю его жизнь. Столько вопросов появилось в голове и он бы хотел знать на них ответ. С разочарованным вздохом, он оборачивается и видит Торда перед ним. Но тот был при параде: в красивом официальном костюме, даже туфли были на нем. Рот так и расплывался в дьявольской улыбке, а зубы сжимали сигарету. А состояние Тома — мертвое поле, на котором растёт дохлый куст. Поэтому взгляд выражал лишь равнодушие. — Следишь за мной?.. — грязные руки вытирали слезы и пачкая лицо. А парень не смел сводить взгляд с собеседника, который в ответ хмыкнул и выдохнул дым. —… Слежу? За тобой? — Торд рассмеялся вовсе, характерно взмахивая руками. — Я проезжал мимо и услышал, что зверье дохнет. Решил посмотреть, а это ты тут дохнешь. — после этого последовала затяжка, во время которой он тоже не сводил пристального и хищного взгляда с парня. По спине Тома пробежали мурашки, однако он старательно игнорировал липкий страх. Том встал и похлопал руками по одежде, чтобы смахнуть пыль и грязь. На едкие слова Торда он ничего не сказал, лишь взглянул на могильные плиты покойных родителей. На его мертвом поле уверенно держался этот дохлый куст, а на лице появилась еле заметная улыбка. Сначала он поцеловал руку, потом ей же дотронулся до плит, и после пошел в сторону ворот. Торд вытащил сигарету и остановил парня, схватив его за локоть. — Блять, Торд! — часть руки заболела от мертвой хватки, а он остановился и обернулся. Глаза расширились, а зубы сжались. Том пытался одернуть руку, чтобы быстро закончить это, однако рогатый дергал в ответ, не давая вырваться. — Я не люблю, когда меня игнорируют… Забыл?.. — он с улыбкой потушил сигарету об его щеку. Крик был громче рева. Место на щеке до сих пор горело, оставляя след, а все кипело внутри от поступающей ярости. Торд смеялся, его рука отпустила Тома. — Что же ты все портишь?! Я просто не хотел контактировать с таким ублюдком, как ты! — в гневе, импульсивно Томас махал кулаками. Рогатый уворачивался, продолжая смеяться. Его дьявольская улыбка была до ушей до сих пор, что вызывало мурашки и желание бить у Томаса. — Я? Порчу? Глупый Том… — Торд сделал пару шагов назад и кинул сигарету прямо в лицо парню, что тот остановился. — Я просто… Показываю где твое место. Том жадно хватал ртом воздух и пытался критически мыслить. В голове не было ничего, кроме яркого желания ударить, разорвать, уничтожить соперника. Рогатый снова посмеялся, а после обнажил зубы подобно зверю. Мысль резко ударила Томаса в голову, что тот на секунду забыл как дышать. Торд всем своим видом и манерой напоминал ему… Уилльяма. Ноги стали твёрже стоять на земле, а ногти впивались в кожу ладони. Буря внутри так и желала вырваться и растерзать, как животное, распотрошить его наглую рожу в клочья. Серые глаза смотрели на парня, но уловить и понять настрой соперника Том не мог. Да и драться Торд совсем не спешил. — Ты не тот, кто будет указывать мое место. Ты — никто. Никто, чтобы указывать мне, кто я и чего стою. — норвежец первый начал бой. Он сделал пару шагов навстречу, а потом ударил. Том думал, что бить будут по лицу и пригнулся, однако резкая боль схватила живот и он замер. Боль так окутала, что затмила ярость, а крикнуть не представлялось возможным. — Ты — мусор. Меня тошнит от тебя. — рогатый смотрел на противника сверху вниз. Томас поднял озлобленный взгляд и заметил, что зрачки сузились и походили на змеиный зрачок. Торд хватает парня за лицо и ногтями впивается в мягкие щеки. — Мне даже противно думать, что я общался с тобой, как с другом. — липкий страх сжимал грудь Тома, а в ушах звенело. Все тело кричало тревогу, но бежать он не собирался. — Не поверишь, но это взаимно. — с ухмылкой говорит он, а после набирает в рот слюны и плюет Торду прямо в глаз. Реакция не заставила себя ждать. Томас полетел с силой на землю, но позорно лежать он не собирался. Пока сердце колотилось, что только слышно было только его, руки хватают норвежца за ноги и он тоже падает на землю. — Ублюдок! Чтобы ты гнил со своими родителями! Уверен, что они разочарованы в таком сыночке, как ты. Ведь ты жалкий и слабый гей… Уверен, они хотели бы, чтобы у тебя была семья. — Торд, пока говорил это, пинал Тома по груди, по лицу. А парень кулаком бил куда-то в ногу и пытался увернуться. — Да как ты смеешь…— он не придумал ничего лучше, чем укусить норвежца за ногу. Торд лишь взвыл, а пяткой заехал в грудь, отталкивая соперника. Том проехался спиной по земле и ударился об надгробие. Но ему было мало, те слова повторялись в его голове, и за них распотрошить Торда казалось возможным и необходимым. Глаза наливались кровью, он старался дышать через нос. К спине прижималось что-то холодное, поэтому он обернулся и увидел лицо матери. Добрый взгляд, нежная улыбка. Том такой ее и запомнил. В груди все сжалось, а Торд вставал. — Уебан…— он смахивал пыль с костюма, но это было не нужно. Дорогая одежда была успешно порвана. Рукав левой руки вообще был оторван и упал на землю. Томас хоть и кипел, однако встать не мог. Грудь болела и не только морально, а вместе с ней лицо, плечи. Все было в грязи, а на одежде остались следы от туфлей. — Я это же могу сказать про тебя… — Том твердо поставил ноги на землю, но вставать не спешил. А Торд уже уверенно и злобно шел на него. Все тело ослабло, сил совсем не было, однако какая-то энергия не давала Тому совсем отключиться. Зубы скрипели, а во рту пересохло. — Какой дерзкий… Посмотрим, будешл ли ты таким дерзким, когда… — фигура стояла над Томасом, который большими черными глазами смотрел на противника снизу вверх. Сил не хватало, но это не мешало Тому не сдаваться и показывать зубы. Торд схватил парня за плечо и поднял. — Уже сдаешься? — ноги хоть и держали Томаса, однако он не был в состоянии и руки поднять. — А жаль. Я думал ты будешь поинтереснее. — с садизмом и наслаждением сказал норвежец. В этот момент Том не мог ничего сказать, да и собраться с мыслями и телом было сложно. Кулак соперника ударил прямо по лицу. Это было так безжалостно и сильно, что парень почувствовал себя грушей для битья. Торд как раз отпустил плечо, поэтому после удара Том отошёл и приложил руку к ударенному месту. Из носа текла кровь и он ужасно болел. — «Что же… Я действительно так слаб?» — черные глаза опустились на окровавленную руку. Нос безумно ныл, а Томас залип на свою руку и не мог понять. Уши заложило, а ком чувств появился в груди. — Томас… — соперник злорадно смеялся и подходил как зверь на свою жертву. Медленно, уверенно, наслаждаясь шоком своего соперника. — Томас… — голос звучал уже за ухом, но Том не мог разобрать кто с ним говорит. Торд, или его внутренний голос. Взгляд все еще был направлен на собственную кровь. — С кем я говорю?! Хлопок. В голове прозвучал хлопок. Щеку жгло, а взгляд мог сфокусироваться на Торда. Дыхание стало частым, а легкие набирали в себя куда больше кислорода. В голове быстро появилась цепочка событий, приводящих Тома в сознание. — Я не твоя игрушка! — рука машинально ударила противника, оставляя красный след на его щеке. Норвежец смотрел на Тома, а его рот приоткрылся. Ком в груди преобразился в действия. Томас бил, а Торд отбивал и наоборот. Оба парня пытались предугадать и ударить в нужный момент, но этот момент быстро пресекался соперником. Пот тек по лбу, а тело уже не могло принимать удары. Томас не хотел сдаваться, он все равно бил и шел, а его противник был таким же. — Уже выдохся?.. — Торд с отдышкой посмеялся. Языком он слизал кровь с ссадины, пока Том отбегал. — Томас, в твоем поражении нет ничего. Это было очевидно. — голос звучал расслабленно, даже самоуверенно. Но норвежец стоял, рогами вперед, весь напряжённый и чего то ждал. — Я не проиграю такому современному ублюдку, как ты! — после этого Том уверенно побежал на Торда, а тот приготовил кулак и собирался поймать его. Его плану не удалось сбыться. Том с ревом ударил рогатому в живот, тем самым повалив его. Парни кубарем покатились. Была полная неразбериха. Том пытался ударить противника, а Торд пытался вмазать Тому. — Я хочу, чтобы ты сдох или исчез из моей жизни! — Да такие как ты не достойны жить вообще! Этот клубок ненависти разрешила река, в которую они упали. Но они оказались не в воде, а в тине. Торд сразу же стал вставать и ругаться, а Том лежал. Тело болело не только от побоев, но и от камней, на которые он натыкался. Руки и ноги увязли в тине, волосы все слиплись. Буря внутри испарилась, как будто ее и не было, а голове тишина. Взгляд был направлен на звёздное небо, которое из-за освещения не было таким ярким, как бы это хотелось. Но Томас все равно уловил эту нить спокойствия и пустоты с помощью светлого звездного неба. — Надеюсь ты здесь утонешь и исчезнешь из жизни навсегда. — где-то рядом звучал Торд, однако тело так обмякло, а разум поплыл, что Том не удосужился перевести на него взгляд, лишь не менее едко ответил: — Разбейся и сдохни, заебал. — голос звучал лениво, но не менее язвительно. А в ответ стрекотание сверчков, шум листвы и звук уезжающей машины. Том ухмыльнулся сам себе. Все болело, особенно живот и лицо, чесалось и требовало отдых. Но парень продолжал лежать и игнорировать собственные потребности, наслаждаясь небом. Вспомнился образ мамы с милой улыбкой, папа с голубыми весёлыми глазами. Смех и тепло вместе с ними… Дом был большой, однако он весь освещался солнечным светом, создавая тепло в этом месте. Маленький мальчик сидел на диване и с интересом играл на папиной гитаре, а мужчина рядом сидел, показывая как это делать. Мама зашла в зал и заботливо позвала обедать. Обед был во дворе и Том первый выбежал на улицу. За спиной появился сильный жар и он обернулся. Дом горел, а пламя доходило до самой верхушки здания. Запах дыма доходил до парня, раздражал горло до кашля. Но страха не было, только взявшаяся из пустоты смелость. Томас рванул в дом. Дыма было так много, что дышать было невозможно, жар исходил по всюду и мозг начинал плавиться. Сердце с каждой секундой ускорялось все быстрее, потому что Том пытался найти своих родителей. — Ма-ам… Па-ап… — из-за дыма говорить громко было сложно, сразу пробивало на кашель, но парень не сдавался и шел, продолжая звать. Что-то горячее толкнуло Томаса к выходу. — Беги! — голос хрипел, а человека было не узнать. Сзади человека падал потолок, а огонь изуродовал его лицо. Такая картина вызвала холодок по спине и мурашки по телу. Волосы на руках немного поднялись. Только яркие полные отчаяния голубые глаза давали понять кто это. — Папа… — Том с расширенными глазами встал и хотел подойти к нему, как человек отошел. — Беги! — голос эхом раздавался в его голове, нажимая на рычаг самосохранения. И Томас побежал. Слезы загораживали вид, привкус дыма до сих пор вызывал кашель, а за спиной исходил жар, пытаяющийся поймать парня. — Это ты виноват в их смерти! Ты такой жалкий и слабый… — голос звучал непонятно откуда, красные нити схватили за ноги. — Неудивительно, что они умерли… — а потом и за руки. Том пытался сопротивляться, но это вызывало острую боль и шла кровь. — Нет! Это не так! Я хотел им помочь! — как птица в клетке, он отчаянно пытался вырваться, но этим же делал себе хуже. Красная нить обвила шею и сжала. Из темноты вышел Уилльям, который в руке держал моток красных ниток. — Да ладно, Томас, будем честны. Это ты виноват… Ты такой противный и жалкий… Поэтому родители умерли. — его лицо оказалось у лица Томаса. Парень вертел головой, чтобы не касаться врага, но Уилл все равно был слишком близко, а его ехидный взгляд смотрел прямо в душу. Он потянул за моток и нити до крови рвали тело, образуя небольшие царапины. Кричать том не мог. — Они специально умерли, чтобы не быть с тобой. И я тоже ушел, потому что не хотел быть с тобой. Никто… Слышишь меня, Том? — громко и четко он говорил ему на ухо, что было больно и повторялось эхом в голове. — Никто не хочет быть с тобой. — нитки рвутся, а вместо тьмы они оказываются на мосту. На том самом мосту, когда все началось и оборвалось. Однако на этот раз все точно закончилось, потому что парень летел с моста прямо в воду. За эти короткие секунды он успел вспомнить всех кого знал и любил, все свои неисполнение мечты. Мысли оборвались на желании завести собаку. Холодная вода быстро затекла в уши, а тело слишком болело, чтобы попытаться вынырнуть. Было сложно дышать… С глубоким вздохом Томас садится. Оказывается, большая часть его тела в тине и у него грязное лицо. — Заебись… — рукой он вытирает нос и рот. Тупая боль молоточками била по всему телу, ее парень успешно игнорировал и встал. В горле был сушняк, а молнии били в голову, вызывая адские мучения… Томас в таком отвратительном виде дошел до дома. Уже светало, но это его не волновало, как и удивлённые взгляды некоторых прохожих. Дом светился украшениями, а сделанные Томом тыквы стояли во дворе. Когда парень зашёл во двор и увидел их, на лице сразу появилась милая улыбка. Все утро парень проспал на неудобном диване. Голоса и шум вынудили открыть глаза. Сон нападал, все ныло хуже, чем когла он проснулся в тине. В рту пересохло и было неприятное послевкусие. Как будто кто-то умер. — Я не знаю кем быть… Кажется, я был всем, кем можно. — рядом звучал голос Мэтта, а в дверь постучали. — Иду! — Том прижал руки к ушам и зажмурился. Хотелось поспать еще пару минут. — О-о-о, привет… — Мэттью стоял в дверном проеме, а перед ним была вчерашняя девушка, которой нужно было помочь. Томас быстро понял, что поспать не удастся и недовольно простонал. — Приветик…— ее взгляд переметнулся за спину парня. — С ним все хорошо? — Мэтт скрестил руки на груди и обернулся. — Доброе утро, Том! — диванная подушка прилетает рыжему прямо в лицо, а девушка смеется. Том сидел. Его брови сошлись, а губы искривились в недовольную гримасу. — Нечего ночами шляться непонятно где, спать нужно. — из кухни вышел Эдд с колой. — Ну и видок у тебя, прямо как у Торда. А старые зажить не успели. — рукой он указал на множество синяков. Том прикладывает руку к лицу и немного давит на синяк. Очень болит, но равнодушное выражение лица никак не меняется. Только взгляд опускается на диван. — Привет. — шатен поднимает колу девушке, и та машет ему рукой. — Двигайся. — бесцеремонно парень садится на ногу Тому, что тот, шипя от боли сразу убирает их. — Заходи, кем будешь вечером? — Мэтт отошёл, а соседка зашла в дом. Черные глаза сонно взглянули на нее. Незнакомка выглядела дружелюбно, но смотрела на него обеспокоенно. Томас опустил глаза, а после встал. Внутри что-то грызло за его побои, которые и не спрятать. Чтобы не мучиться парень решил уйти в свою комнату. День проходил лениво, Тома никто не беспокоил. Полдня он лежал и старался не уснуть, а другие полдня делал костюм на вечер. Намучился же он с ним. Пальцы болели от игл и немного слипались от клея. И вот, уже время собираться, и он смотрит гордо на свое творение. — Том, давай собирайся! Скоро выходить будем! — голос Эдда прозвучал за дверью. — Сейчас! — парень сел за стол и достал зеркало, а вместе с ним набор для грима. — Как же она там делает… — Том! Гарри ждет нас! Пойдем! — Эдд агрессивно стучался в костюме супергероя, а за ним стоял Мэтт в костюме вампира. Торд уже спускался по лестнице. — Иду! Иду уже, когда же ты успокоишься? — дверь в комнату открывается и перед парнями стоял Том. Грим у него был в виде черепа, как на концерте, а костюм содержал элементы скелета. Грубые ботинки с шипами, на которых изображены черные рваные джинсы с нарисованными костями, а сверху та самая косуха, которую он использовал для концерта, и водолазка, на которой были прикреплены ребра (конечно, ненастоящие). — Из чего ты сделал ребра? — Мэтт пальцем указал на водолазку, а Эдвард спускался с лестницы. — Из настоящих костей. — лицо друга моментально изменилось, а Том посмеялся. — Из глины… — Пойдем уже… — шатен уже ждал внизу у лестницы, а друзья только спускались. Сигналка машины звучала снаружи. — Бегу! — Мэтт стал спускаться быстрее Тома, а тот неторопливо шел последний. Когда те вышли, их в машине встретили Гарри в костюме мага-панка и Торд в костюме зомби. По сравнению с Гарри, у норвежца был простой вид, но очень правдоподобный, что Томаса передернуло от воспоминаний. Эдд и Мэтт сели на заднее к Торду, а Том сел на переднее к Гарри. — Что-то не очень торопитесь. — со смешком сказал водитель. Краем глаза он оглядел костюм друга. — Ты явно не блещешь воображением. — Том в ответ цокнул и закатил глаза, но этого никто не заметил. Краем глаза через зеркало он заметил улыбку на лице Торда. Зубы машинально заскрипели. — Ну-ну, не буянь. Скажи лучше, ты подумал над моим предложением? — в машине тихо заиграла музыка с нужной тематикой, подогревая ожидание. Черные глаза сразу перешли на друга. — Моделью? Не, не мое. Я лучше буду фильмы снимать. — спиной Томас облокотился об кресло и немного расслабился. Он сделал вывод в голове, что портить настроение из-за норвежца не стоит, ведь отдыхать едут. — Почему? — Гарри завернул и это было резко: Эдд и Том прижались к дверце машины. Глаза его расширились, хоть челка скрывала их, а он повернул голову на Тома и старался надавить своим недовольством. — Какая из него модель? Ты его видел? Ни мужского тела и ноги кривые. — норвежец сзади выпрямился, чтобы казаться больше, а в ход пошла активная жестикуляция. Том поднял свои глаза на него через зеркало и в машине стало некомфортно. Как будто ток бегал по ней из-за этих двоих. Гарри немного поменял положения зеркала, чтобы было видно Мэтта, а не Торда. Эдд же локтем пихнул друга и осуждающе взглянул, но ситуацию это не спасло. — На себя бы посмотрел, черт плешивый… — Томас не мог не реагировать, особенно после вчерашнего. В голову сразу лезли воспоминания, где Торд вел себя отвратительно и его хотелось проучить. Положить на землю, также наступить ногой ему на грудь… — Знаешь, Том на самом деле симпатичный. Мне тоже показалось, что он невзрачный какой-то вначале, а потом… У него хорошее подтянутое тело, как раз для модели. — Гарри говорил, а Торд недовольно сжимал губы и не смотрел на него. Мэтт и Эдд взглянули друг на друга, а Том слушал в пол уха. Его лицо горело от собственных идей в голове, пожтому черные глаза смотрели на дорогу. Чтобы никто не видел его таким. — Я бы назвал его внешность… Дерзко-ранимой. Том не похож на девушку, но у него есть что-то… Не знаю… — Гарри смотрел на дорогу и продолжал. Том поднял голову и слушал. Вчерашний сон прервал его поток мыслей, заставляющий парня гореть. На руках немного встали волосы, а глаза расширились. — Кстати да. Том мне тоже сначала показался угрюмым и неприятным. Мог грубо пошутить, что-то сказать… А потом стал другим. — Эдд поддержал тему, а в душе Тома появился огонек света. В его пустом поле появилось растение. Маленькое, но светлое и такое теплое, как этот момент. Совершенно случайно он поднимает взгляд и совсем немного может заметить Торда, который странно смотрит на Тома. Серые глаза смотрели не со злобой, а с каким-то другим чувством, но рассмотреть этого не удалось. Норвежец быстро повернул голову в сторону дороги и стал смотреть туда, оставляя парня в замешательстве. — Если не Том, то я могу пойти в модели. Выгляжу очень даже. — Мэтт рассматривал себя через зеркало, а Эдд посмеялся. Гарри пригляделся к лицу рыжего. — Ну да, можешь. Ты тоже симпатичный. —в голубых глазах Мэттью засияли звезды. — Дорога туда тебе светит и еще какая. — Ура. Круто. Напишешь мне, когда, куда и я примчусь. — Гарри с этого посмеялся и вновь повернул. — Хорошо… Кстати, Эдд как вы стали встречаться с Катрин? Она ничего рассказывать не хочет, а мы с ней как брат и сестра. — Гарри сказал это с такой непринужденностью, а Эдвард ответ взгляд. Том спиной чувствовал его жар, что напоминало ему о сне и немного тревожило. — Ну… Она понравилась мне давно. С самой первой встречи, но я был уверен что шансов у меня нет. Ни-ка-ких. — Гарри усмехнулся с его слов, а Мэтт внимательно смотрел на друга. — Не думаю, что все было настолько мрачно… — брови Мэттью свелись вместе, а он смотрел с недоверием. — Обычная девушка… — Это для тебя, но не для меня. — Том усмехнулся, прикрыв рот рукой, чтобы друг не заметил. Эдд выдохнул, сосредоточился и продолжил. — Я пытался аккуратно подойти. Ну-у… Незаметно… — трое парней, кроме Торда, захихикали. Глаза Эдварда удивленно расширились, а после нахмурились. — Не смешно! Я переживал. — Хорошо, хорошо, а дальше что? — Гарри выключает музыку и голову немного наклоняет в сторону шатена. — На моем дне рождении мы провели весь день и оказалось… Что я не так уж ей безразличен… А после…— взгляд упал в ноги, а голова опустилась. — Я думал, какая-то у вас романтичная история любви, а все так просто. Модно было сразу так и начать, а не тянуть кота за хвост. — Гарри пожимает плечами и ровно садится. Том краем глаза глянул на смущенного друга, который от приятных воспоминаний не мог ответить. Уже не с насмешкой улыбка сияла на лице Томаса. Легкая и еле заметная. — В жизни все просто, люди любят просто усложнять. — в разговор вмешался Торд, который повернул голову в сторону Гарри и немного наклонился, чтобы поговорить с ним. — Из-за какой-то личной хуйни не действуют и все. А так подошел, сказал. — Том слушал его и напрягал мозг. Торд не из честных и он был уверен. Такие слова вызывали путаницу, ведь его тон, взгляд, вид не были агрессивными, напряжёнными или отталкивающими. Но Томас все равно не верил, то что произошло это никак не перечёркивает. — Тут ты прав, но я не назвал бы это хуйней… Это то, что делает нас людьми. Так жить куда интереснее. — Мэтт с Эддом закивали в ответ Гарри, но Торд поднял брови. — Конечно, нужно уметь говорить. Но чувства не так просты, особенно когда их не знаешь. Тебе явно приходится что-то скрывать, да? — Том, Мэттью и Эдвард почувствовали себя лишними и максимально затихли. Норвежец сел поровнее, а брови опустились. — С чего ты взял? — спокойно, но на низких нотах звучал его голос. Плечи расправились, но взгляд стал тверже. Гарри поднял глаза на зеркало и посмотрел на него. — Не знаю, чувствую. Если я ошибся — ничего страшного. Такое тоже бывает. — парень расслабленно пожал плечами, не поддаваясь давлению Торда. Тихая зависть уколола Тома из-за этого. — Не-ет. Торд конечно… Может удивить, но не думаю, что он что-то скрывает. — шатен посмотрел на Гарри, а тот вновь пожал плечами. — Да, Торд достаточно добрый… — Том обернулся к ним и Мэтт изменился в лице. — Кроме Тома, конечно. Все равно он очень добрый. Просто у него сложная ситуация. — Как скажете. Я-то его меньше вашего знаю. — Гарри на пару секунд поднял руки, чтобы показать свою позицию и продолжил вести. В далеке виднелось колесо обозрения и виднелся яркий свет. Даже музыка была слышна, а рядом кучи машин. — Только он весь напрягся. — пальцем Томас тыкает в бок, из-за чего норвежец шипит. Злорадная улыбка сразу появилась на лице, ведь парень попал в синяк. — Да и ситуация… Не сказал бы, что это правда. — это была открытая провокация, но Торд смотрел на него с такой ненавистью, как вчера. Серые глаза говорили, что этого делать не стоит, но Томас опасности не чувствовал. Лишь азарт, который волной пробежался по телу и вызвал еще более выразительную улыбку. Черные глаза заметили, как недруг сжимает руку в кулак, но его лицо выражает совершенно ничего. Но Том чувствовал, что подобрался совсем близко к истине и не готов был сдаваться. — Не люблю когда на меня клевещут. Гарри, — серые глаза отлипают от Тома, а водитель чуть наклоняется в бок. — извини. Не прав был. — Видишь? Нечего тут скандалы устраивать. — слова шатена звучали где-то в далеке, пока Том анализировал происходящее. Он застыл в не очень удобной позе и смотрел в одну точку. Рот открылся, а глаза расширились. Щелчки звучали у ушей и пробуждали от транса собственных мыслей. — Скоро приедем, просыпайся. — это был Эдвард, который смотрел на друга недовольно и даже осуждающе. Томасу пришлось сесть на место. Парк выглядел ярким, свет исходил из каждого уголка, а вокруг него было куча людей в костюмах. Не только дети, но и подростки, студенты и даже взрослые. Машина припарковалась и парни вышли. Только когда Том был уже у парка, внутри появилось предвкушение веселья и трепет. — То-ом! — мальчишка в образе оборотня налетел на парня, а сзади прозвучал женский голос: — Приветик! — это была Катрин в костюме ведьмы. Первым делом она обняла и поцеловала Эдда, который тут же порозовел, а после обнялась с друзьями. Со всеми, кроме Торда. Хоть тот помог им, это не спасло от косых взглядов с ее стороны. — Привет. — Том потрепал парнишку и посмеялся, а после обнялся с девушкой. — Ты принес Сьюзан? — парнишка осмотрел Тома всего, но бас-гитары так и не нашел. Грустный, жалобный взгляд был устремлен на музыканта. Парня это позабавило. Все невзгоды ушли сразу, а вместе с ними и плохие мысли, чувства и даже тело перестало ломить. — Том, с другими поздоровайся. — голос старшей сестры звучал серьезно, поэтому тезка Тома посмотрел на других парней и равнодушно сказал: — Привет… — любопытный взгляд сразу прилип к Торду. Мальчишка смотрел на него снизу вверх, а после подошел. — Я Томас. — маленькая ручка протянулась к большому парню. Торд поднял одну бровь и пожал маленькую ладонь. — Торд. — Ты драться умеешь? Можешь научить меня? — бесцеремонно и резко сказал Том, что Торд сразу ухмыльнулся. — Никаких драк. Том, этот дебошир весь твой, а мы пойдем с Эддом… Правила знаешь. — девушка отвела мальчика от норвежца Тому. — Не пить и ему не давать, не переусердствовать со сладким и подарками, и ничего опасного. — как на духу сказал Томас, а та ему похлопала. — Мы пошли! — она взяла Эдварда за руку и увела. — Ах… Влюбленные… У меня тоже встреча. Тусите без меня. — Мэтт с мечтательным взглядом проводил парочку и ушел сам. Том свел брови вместе и оглянулся. Был только он, Торд и Том. — Куда… — черные глаза пытались найти друга, но его среди толпы нигде не было видно. — Так ты умеешь драться или нет? — Томас подошёл к Торду, а тот опустил взгляд на него и вновь ухмыльнулся. — А сколько тебе малой? — мальчик нахмурился из-за пребрежного тона и обращения к нему. — Десять. И мне уже не нужно. Том… — он подошел к парню, который кому-то звонил. Норвежец провел его недоумевающим взглядом. — Алло? Гарри? Ты где?.. — Том опустил взгляд на теску и приложил палец к губам. Тот кивнул. Торд не подходил, но внимательно наблюдал за этими двумя. Серые глаза смотрели серьезно, а руки были в карманах. Мальчик перевел серьёзный взгляд на него и взял Томаса за руку. Тот сразу же посмотрел на норвежца со злобой и сжал руку тезки. — Значит, тебя не ждать? Мог бы поехать сразу с ними. — с раздражением сказал он и убрал телефон. — Так, Том мы веселимся вдвоём. Куда хочешь пойти? — Эй, Том. — оба смотрят на Торда, который с сигаретой в зубах смотрел на мальчика. — Хочешь, научу драться? Парнишка посмотрел на Тома, который не спускал взгляд с норвежца. Пристальный, серьезный и недоверчивый, а потом также взглянул на Торда. — Нет. Пошли на горки сначала! — парень переводит взгляд на мальчишку и улыбается. Торд обратил внимание, как моментально это произошло. Подходить он не стал, лишь наблюдал со стороны и курил. — Погнали. — парень не взглянул на врага. Все его внимание было обращено на ребенка, с которым они пошли к горкам. Ждать нужно было не много. Когда же очередь дошла до них, сначала измерили рост мальчика, а потом пропустили их с билетами. Том не очень любил горки, он ждал, что его будет снова мутить. Но счастливые глаза тезки рядом сделали свое дело. Эта детская радость и ожидание передавалось на него, что Том сам ждал, когда же запустят. — Не боишься? — парнишка поднял голову и отрицательно покачал головой. Мало того, что его глаза горели, так улыбка была до ушей. Люди садились, вагончики набирали народу. Мальчишка смотрел вокруг и кое-что заметил. — Катрин и Эдд. — пальцем он указал на парочку, которая покупала еду. — А нас не взяли… Влюбленные. — это звучало так, как будто мальчишка был в отношениях и ему не очень понравилось. Том не мог сдержать смешка, тезка посмеялся вместе с ним. — Том, а у тебя были отношения? — от этого вопроса парень не знал, куда себя деть. Врать мальчишке не хотелось, хотя опыт у него до сих пор заставляет просыпаться из-за кошмара. Черные глаза оглядели округу и почему-то случайно он заметил Торда, который все еще курит и смотрит на них. А точнее — Томасу, прямо в глаза. Стало так некомфортно, что захотелось блевать. — Да. Были. — все же о спокойным лицом он ответил парнишке, а тот смотрел на него с интересом. — И как? — черные глаза перешли на любопытного тезку, который так и наровился черпнуть опыта у него. Томас прекрасно понимал, что подает пример парнишке. — Хорошо, подрастешь и у тебя тоже будут. — малец снова вызвал у него улыбку. Чем-то парнишка напоминал ему самого же себя в его возрасте. Такой же яркий, счастливый и любопытный. — А зачем людям деньги? Почему нельзя просто обменяться вещами и все? Папа много работает… Я скучаю по нему… — Том сидел рядом с мамой на диване и скучал, пока та читала книгу. Женщина посмеялась, а мальчишка положил голову на ее ноги. Нежная рука сразу же стала до мурашек по спине гладить по голове. — Это и есть обмен, мой дорогой. У каждого есть своя цена и это удобно, хотя вызывает некоторые сложности. — ее черные глаза оторвались от книги и с нежностью взглянули на сына. — Почему это удобно? И какие сложности вызывает? — Том смотрел на ковер и внимательно слушал маму, а женщина снова хихикнула. — Ты точно знаешь, сколько стоит твой мишка. Это не всегда работает, но все же… И из-за денег у людей бывают конфликты. Они теряют свою… Доброту и перестают ценить других. Поэтому, Томми, не забывай что в людях важно ценить только из поступки, а потом все остальное. — их взгляды переглянулись. На душе покой и безопасность, а улыбка любимой мамочки самого Тома заставляет улыбаться. — «За что такая цена?..» — Том машинально вытирает слезу, которая течет по щеке. К счастью, мальчишка не заметил этого, а что-то увлечённо рассказывал. —… Это все неинтересно и скучно. А еще девочки вредные. — Том посмеивается, но не успевает ответить, как аттракцион запускается. Живот мутить начало уже сейчас, но он решил держаться ради другого Тома. Сердце уже учащало сокращение, готовясь к порции адреналина. Приятное волнение охватило тело, особенно желудок. И они поехали. Адреналин в крови зашкаливал, а сердце ушло в пятки. Мальчишка рядом, как и все остальные закричал, крепко держать за поручни. Том повторил за ним и зажмурился. Он не слышал никого вокруг из-за грохочения сердца, а тело поддавалось то, вперед, то назад. Горло спустя минуту начало болеть, но парень продолжал кричать. В голове не было ничего, кроме его собственного крика. — Том! Том! — все затихли и они остановились. Мальчика дергал парня за руку, а Томас невольно открыл глаза. — Все закончилось…? — но глаза опустились вниз. Поездок остановился перед крутым спуском, давая тревожности и страху насытить весь организм адреналином еще больше. Том чувствовал, как кровь бежала по сосудам и как дрожат его руки. А мальчишка ждал в предвкушении, немного заглядывая вниз. — Когда уже… — Том посмотрел на него краем глаза, но слова сказать не мог. Поездок медленно двинулся, а некоторые люди закричали. Из-за этого Том прижал мокрые ладони к поручням как можно сильнее, а после недовольно нахмурился. — Ты боишься?.. — мальчишка посмеялся, а Томас недовольно посмотрел на него. — Нем… Аааа! — вагончики резко двинули вниз, что Том прижался к спинке полностью. Он был уверен, что что-то случится. Что сейчас они разобьются или Томас просто умрет со страху. Мальчишка радостный кричал рядом, а парню хотелось закончить мучения. И к его счастью, финишная прямая уже была близко. Томас в голове стал считать секунды до конца и сдерживал рвотный позыв от такой качки. Вагончики остановились и люди стали выходить. Том один из первых вышел и на дрожащих ногах отошел к фонарному столбу. Рукой он оперся об него и старался ровно дышать, чтобы не вывернуло на изнанку. Грохот сердца звучал в ушах, а адреналина было так много, что болела голова. — Том… Тебе очень плохо? — парнишка подошёл и обеспокоенно таращился на него, не зная что делать. А стресса было так много, что связно что-то сказать не получалось. Мальчик глазами искал кого-то знакомого, чтобы позвать на помощь. Глаза зацепились за Торда, который стоял с девушками в немного откровенных костюмах. Он рванул к нему и схватил за руку. — Ну, вообще-то у меня дома никого нет, так что… Оу! Какого? — парнишка уверенно оттаскивал его, хотя это не получалось сделать из-за недостатка сил. Девушки похихикали. — Это твой младший братец? — одна из девушек указала пальцем на мальца. — Какой милый… Ты можешь оставить его одного? — другая наклонилась и взглянула Тому в глаза. Мальчишка сердито глянул на нее и продолжал тянуть парня. — Что? Нет. Он просто… — Тому плохо! Ему нужна помощь! — сердитый взгляд перешел на недоумевающего Торда. — Что? Плохо? — рука резко вырвалась из рук парнишки. — Пускай сам разбирается. Я занят. Парнишка смотрел на Торда с непониманием и ненавистью. Обеспокоенный взгляд бегал по округе, но рядом не было ни Эдда с Катрин, ни Мэтта и даже Гарри. — Нельзя оставлять человека, когда ему плохо! — Том надеялся достучаться до парня и смотрел своими обеспокоенными глазами на него. Но Торд закинул руки на плечи девушек и стал уводить. — Ты уверен, что стоит оставлять его вот так? — одна из девушек глянула на мальчишку. Торд повторил за ней. — Да шарлатан это. Сейчас отойдем и без кошелька оставит. Знаю я таких…— он отвернулся и пошагал как ни в чем не бывало. — Помоги!.. — Том смотрел жалобно и говорил также, но Торд и не оглянулся. — Он кажется знает тебя и какого-то Тома… — они уже отходили и мальчик слышал их диалог все хуже. — Тома? Какого Тома? Наверняка приманка. Меня же уже крали, а я хотел помочь… — голос Торда совсем стих и он скрылся из виду. Рука легла на плечо парнишки. — Почему ты убежал? — от касания и голоса сзади он вздрогнул повернул голову. За ним стоял Том, у котрого немного стерся грим на губах и подбородке. — Я хотел позвать на помощь Торда… Но он отказался и сказал, что я врун и деньги ворую… — голова опустилась, а Том сжал губы. Рука с плеча перешла на голову и потрепала по волосам. — Мне уже лучше. Не убегай так больше, ладно? Я испугался и твоя сестра и живого места на мне не оставит. — парнишка посмеялся со слов Томаса. — Что? Это правда. Вечер у этих двоих проходил весело: куча разной вкусной еды, различные аттракционы, игры и они даже посетили страшный квест, где нужно спастись от маньяка. Парнишка боялся и держался с Томом рядом, из-за чего тот с чувством ответственности выводил их наружу. Было просто весело. Они много смеялись, дурачились и болтали. Том почувствовал себя свежим и бодрым и вновь счастливым. — Я хочу игрушку… Ты умеешь стрелять? — мальчишка пальцем указал на лимитированную игрушку, которая выглядела очень дорого. Это был какой-то трансформер, котрого Том даже не знал. — Ну… Не знаю… — в голове сразу появились воспоминания как он стрелял, когда они с Тордом спасались. Но уверенности в своей стрельбе это не придавало. Том купил три попытки и все три раза не попал. Был разок, когда он был совсем близко, но все равно этого было недостаточно. Зубы скрипели, а парнишка рядом грустно смотрел на игрушку, понимая что Томас тут ему не поможет. — Давайте я. — парень рядом положил деньги на стол и они оба посмотрели в его сторону. Это был Торд, со следами помады на щеках. Весь его вид говорил лишь об одном, но понимал это только Том и сразу же скривился. Торд сосредоточенно встал и направил «оружие». Томас обратил внимание как он уверенно стоит, как мышцы его напряглись и как серые глаза смотрят точно в цель. Через считанные секунды все три раза он попадает в центр мишени. Парень, работающий в тире похлопал ему. — Вы явно знаток своего дела. Где научились так стрелять? — Торд хмыкнул и самоуверенно посмотрел на мальчика с Томом. — И че ты хочешь? — работник, восхищённый его победой никак не волновал норвежца. Головой он указал на игрушки, а парнишка посмотрел на Тома. Парень стоял и смотрел на Торда, немного открыв рот. Он видел его стрельбу раньше, но сейчас была мирная обстановка и была возможность насладиться таким зрелищем. Приятный разговор на кухне мелькнул в голове, как и желание Тома научиться. — «Это маска. Он лишь врет.» — убедил самого себя Том и посмотрел на мальчика. Хоть Торду он не верит, это не значило, что мальчишке верить нельзя было. Да и такая возможность получить приз, что Том кивнул и парнишка выбрал три игрушки на все три победы. Работник не получил внятного ответа от Торда, потому что тот сразу пошел за этими двумя. Висла тишина, что теска часто смотрел на этих двоих и сжимал губы. — Ну что как? Повеселились? — Катрин с Эддом шла на встречу. Они оба румяные держались за руки и постоянно хихикали. — Кат, смотри. — Том подошел к сестру с призами и показал это ей. Взгляд с ужасом посмотрел на игрушки, а потом на Томаса. — То-ом… — сурово начала она, но ее перебили. — Это был я. Да и сегодня праздник, почему бы и нет? — на еще более суровый взгляд девушки, он пожал плечами. — Выиграл в тире, не переживай. — Ладно малой, тебе повезло. Оставляешь их себе. И где все остальные?.. Большая компания собралась у машины Гарри. Катрин и Том прощались со всеми. Мальчишка обнял Томаса и радостно сказал: — У меня сейчас каникулы, так что жди, я приду играть на Сьюзан! — музыкант искренне посмеялся и потрепал мальчишку по волосам. — Мы с ней охотно ждем тебя. — а после сел в машину ко всем остальным. Эдд и Катрин поцеловались на прощанье и Гарри повез всех домой. Каждый повеселился от души, пускай и отдельно. Дома каждый раздевался, смывал грим и готовился к отдыху. Эти пара дней для Тома была очень активно, что хотелось залечь на дно и отоспаться как следует. — Что?! Как это произошло? Патрик, ваша задача следить за этим, а не устранять последствия. Самое главное — чтобы никто не узнал, что жто ваших рук дело, ясно? — Том, вышедший из душа, слышал, как Торд ругается с кем-то в своей комнате. Он не слышал, что именно норвежец там говорит. Томас не углублялся в подробности и не строил вселенских заговоров, все его тело после такого веселья требавало хорошего отдыха и сна. Дверь в комнату Торла открывается. Он, еще в образе зомби, держал в руках оружие. Серые глаза смотрели так, что Том вспомнил вчерашнее и по спине пробежал холодок. Тело не способно было напрячься и приготовится к нападению, однако Том ожидал действий Торда. — Держи. — пистолет оказывается перед парнем, а тот с непониманием берет его в руки. Норвежец ничего не объясняет и уходит вниз к друзьям. — Я смотрел новости и сейчас бушуют зомби. Нам стоит приготовиться. — оружия быстро оказались в руках ленивых Эдда и Мэтта. — Но по новостям ничего такого не говорили… — Мэттью включает новостной канал, где ведущая говорит: — Кажется, зомби возвращаются. Власти призывают всех не паниковать и по возможности сидеть дома с оружием любого вида. Опасности немного, но зомби становится все больше… — Мэтт смотрел на Торда, а тот лишь поднимает бровь. — Нужно позвонить Катрин! — Эдвард быстро встает и бежит наверх, где сталкивается с Томом на лестнице. Томас был еще сонный и ленивый, но разговор слышал. Некоторые вопросы у него возникли, но задавать их не стал. Лишь с пистолетом в руках спустился к ним. — И что нам делать? — Мэтт смотрел на норвежца, который ухмыльнулся и сказал: — Защищаться.