Сильнее лишь судьба

Парни ещё какое-то время болтали о поверхностных темах, до того момента, как Джисон не почувствовал движение возле ног. Он так испугался, что чуть не разбудил Чонина, который пришёл поспать и набрать сил для вечера. Причиной инфаркта был кот. На этот раз не рыжий, а серый. – Аха-ха-ха, это Дори, – испуганное лицо очень позабавило Сынмина. – Боже! Дори! Зачем так пугать?! – Ты что здесь забыл маленький комок? – Сынмин встал, чтобы открыть дверь для кота, и в этот момент его осенило: – Точно! Если ты останешься с нами, тебе придётся делить комнату с.. Минхо.. он у нас единственный свободный орёл. – Вот чёрт. – Сходите с Феликсом, уточните всё. Меня он точно не послушает, вдруг Феликс поможет. – Поможет с чем? – неуверенно спросил Хан. – Уговорить Лино-хёна! Джи, мозги включай. Ликс, наверное, на кухне. Удачи. Что же это за мистер недотрога ваш Минхо. Ничего не остаётся, и Джисон вялыми шагами направляется к кухне. Найти её оказалось легче, чем он думал. Оттуда пахло шоколадной выпечкой. Как только Джисон зашёл внутрь, он вспомнил свою старую кухню: маленькая побитая кухонька. После смерти мамы на ней стало невозможно есть. Аппетит пропадал сразу же. А эта кухня была пропитана приятной атмосферой осени. Оранжево-желтые краски бросались в глаза. Там даже висела гирлянда в виде солнышка, а на холодильнике налеплены наклейки тыкв и подсолнухов. В этом доме явно любили наклейки. Во всю эту картину идеально вписалась макушка Феликса. Он был увлечён готовкой. – Хочешь попробовать? – Феликс заметил гостя, — только из духовки вытащил. – Что это? – Брауни. Ты не знаешь, что это? На лице Феликса эмоции менялись со скоростью света. – Неа, мы дома редко готовили что-то сладкое. – Так не пойдёт, а ну быстро сел за стол. Феликс метался по кухне как заведенный. Достал мороженое для лучшего вкуса, нарезал десерт и покорно ждал вердикта. Джисон не фанат сладкого, но Феликса расстраивать нельзя. Он взял небольшой кусочек десерта и положил себе в рот. Как только он почувствовал этот сладкий вкус, что-то внутри взорвалось. Возможно это был мозг. Брауни был настолько вкусным, что глаза Хана чуть не выпали. – Феликс! Вот это да, я никогда ничего вкуснее не ел! – А ну посмотри на меня. Тебе понравилось? – Очень! – Хах, не врёшь. Спасибо! – белокурый расплылся в довольной улыбке. Он часто слышал комплименты насчёт его творений, но в этот раз было особенно приятно, – чего заходил то? – Ах, точно, – Джисон начал быстрее прожёвывать еду, – мне там комнату с Минхо делить нужно. Сынмин меня к тебе направил. – Ой, – тон Феликса был странным. – Ликс, не пугай меня раньше времени. – Тут придётся постараться.

***

Комната Минхо находилась на втором этаже и пока они шли, завязался диалог: – Нравится дом? – Да, это что-то новое для меня. Сынмин показал мне свою с Чонином комнату. Мне понравилось. – Ты ещё нашу с Чанбин-хёном не видел, – Ёнбок очень заинтриговал. Они преодолели препятствие в виде лестницы. Перед ними стояло несколько дверей. На одной из дверей большими буквами было написано: "Осторожно, злой кот! Войдёшь-сожрёт!". Как бы не хотелось, но им походу туда. Феликс осторожно постучал и по ту сторону услышал положительный сигнал "войти". – Оставайся пока здесь. Джисон знает, что подслушивать нехорошо. И он пытался этого не делать. Но, увы и ах. – Хён, тут такое дело.. комнаты же заняты и Джисона некуда... ну, это.. в общем, деть некуда. Остался только ты. – Ага, ещё чего? Пусть с кем-нибудь из вас спит. Мне Чана в своё время хватило. – Ужас, какой ты грубый! – Ликс, ну не начинай. Ты сам всё прекрасно знаешь. – Знаю, но надо же что-то в жизни менять. Не даром она у тебя вторая. – Вообще-то даром. – Ой, да ну тебя. Феликс вышел немного грустным и с некой виной посмотрел на Джисона. – Не получилось. Ну ничего, на полу я тебя не оставлю. – Почему он такой? – Какой такой? – Отдаленный. Феликс посмотрел на дверь Лино. Взглядом провел надпись, которую они с парнями рисовали, и усмехнулся от воспоминаний. – Ты сам всё узнаешь. Если он позволит. А он позволит, просто жди. – Знаешь, а я совсем необщительный человек, но это место странно на меня влияет. – Это место помогает тебе не совершать прошлых ошибок. Прими эту помощь и живи счастливо.

***

В доме происходила суматоха. Все усердно готовились к вечеру. Каждый раз, когда в Форт попадают новые люди, жители устраивают небольшое мероприятие. Хороший повод познакомиться и помочь освоиться. Здесь не часто пополняется коллектив. Непонятно, радоваться этому или нет. Джисон сидел на диване в гостиной и записывал свои наброски в тетрадь.

Как странно мне, что я в дали. В дали от дома своего, А страхом меня обожгли. Зачем? За что? И для чего?

Эти строчки нарисовались в его голове буквально за пять минут. Мысли не давали покоя. Несмотря на всю дружелюбную атмосферу и попытку ребят развеселить Джисона, он ещё долго будет раздумывать о сегодняшнем дне. Тревога не так сильно чувствовалась, когда он был с парнями. А сейчас, когда он один, в голову лезут неприятные вещи. Если раньше он закрывал глаза и видел этого рыжего кота, то сейчас он видит бледную бабушку. Джисон не переставал думать о ней. Что с ней? Она жива? Скорая успела? Джисон не уверен. Он не уверен даже в том, что когда-либо узнает правду. Что случилась после темноты? Для Джисона был свет, а для бабушки? Что ждало бабушку?  Джисон попытался переключить тему в своей голове, но лучше не становилось. Если не бабушка, то появлялась она. Она опять светилась, всегда светится. Интересно, а мама заслужила второй шанс? Она столько пережила, и так жестоко всё закончилось. Несправедливо. Хан считает, что на её месте должен был быть он. Как иронично, что уже второй раз. Первый в тот самый вечер, а второй прямо здесь и сейчас. Джисон никогда не простит отца. Он никогда не простит себя. Та весна была по своему холодной. Интересно, сможет ли он отпустить эту ситуацию и жить счастливо? Хотя бы ради мамы? Ведь она умерла, чтобы один из них жил. Срочно нужно прогуляться, или крыша точно поедет. Джисон зачеркивает свое четверостишие и направляется в уже знакомый коридор. Дом обустроен очень своеобразно: все коридоры покрыты темно-бордовыми обоями и находятся в постоянном полумраке. Но все эти тёмные пути ведут в яркие, светлые и уютные комнаты. Джисон думает, что дом олицетворяет жизнь парней. Они так же ходили по тёмным дорогам в надежде найти свет. И что в итоге? Они нашли этот свет. Все они нашли утешение в Форте. Как бы и ему найти.  Он остановился напротив очередной двери с большим постером. На нём был изображён кровавый цветок. Приглядевшись, он понял, что это рисунок. Он на несколько секунд задумался, кто же мог его нарисовать. Но долго гадать не пришлось, так как из комнаты вылетел Хёнджин. Парень так спешил, что врезался в Джисона. Бумаги из рук Хвана посыпались на пол. – Ауч. И давно ты тут стоишь? – Хёнджин начал тереть свой лоб, который так стремительно полетел в Джисона. Джисон выглядел как испуганный зайчик: – Прости, прости, прости! – он схватил лицо Хвана, чтобы посмотреть и убедиться, что всё хорошо. – Я просто на рисунок смотрел. Задумался слегка. – Всё хорошо, это я виноват. Нечего было рисовать на ходу. – Так это твой рисунок? – Мой. Мы как-то с Чонином гуляли, а рядом с нами находился куст розы. Он был таким красивым, что мне захотелось его нарисовать. – Ты отличный художник! – Ох, спасибо! – Хёнджин немного засмущался, так как раньше его работы не воспринимали всерьёз, – хочешь просмотреть на процесс? – Конечно! Спрашиваешь ещё? – Тогда заходи, я сейчас вернусь. Хёнджин делил комнату вместе с Чаном, и она выглядела как творческий хаус: везде валялись краски и бумажки, на каких то были нарисованы скетчи и наброски различных людей, животных и цветов. А на других.. ноты? Стоп, что? Джисон поднял голову и заметил в углу две гитары. В это время Хёнджин успел вернуться и застать Джисона с открытым ртом. – Вы почему не сказали? – ну ничего себе! Джисон после такого не разучился разговаривать. Успех! – Ради такой реакции. Мы все здесь так или иначе связаны с музыкой. Это довольно странное, но интересное совпадение. Мне кажется, это проделки Форта. – И вы все играете? – Неа. Это гитары Чанни-хёна и Сынмина. Чонин у нас на фортепиано раньше играл, ещё и Феликса научил. А мы так.. поём иногда. Ты умеешь петь? – Ну, я пою для души. Не знаю даже.. никому раньше не давал концерты. – Когда-нибудь я заставлю тебя с нами спеть, а сейчас мне нужно закончить рисунок, – Хёнджин постучал по кровати, – садись рядом. Джисон приземлился на мягкую кровать. Он заметил что-то блестящее на руке Хвана. Это был браслет, украшенный стеклянными камушками, в которых красиво переливались блёстки. – Вау! Твой браслет потрясающий! – Правда? – Хёнджин посмотрел на украшение, потом на Джисона и вновь на украшение, – я думаю, на тебе он будет смотреться лучше. Джисон начал мотать головой. Он не хотел выглядеть некультурным. – Хан Джисон! Если не возьмёшь, я обижусь. Я вижу, что этот браслет, как под тебя делали. – Под меня? Шутишь, что ли? – Джисон не верил ни слову. Кому, как не Хёнджину, к лицу браслет, который чуть ли не сама королева слепила? И Джисон, который чувствует себя как непрописанный рэпер в неудачном ситкоме. – Не шучу. Ты просто не видел свои глаза. Они красиво сверкают, прям как браслет, – Хёнджин силой нацепил этот несчастный браслет и довольно улыбнулся, – ну, смотри, какова красота! – дальше он взял кисточку и как ни в чем не бывало, начал дописывать мордочку собаки. – Это акварель? – Джисон сделал вид, что ничего не произошло. Потому что, мягко говоря, удивился. – Ага. Люблю рисовать акварелью. Рисунки становятся такими лёгкими и мягкими. Это, кстати, пёсик мой. Кками зовут. Скучаю по нему. – Он красивый. – Согласен. У тебя были домашние животные? – В детстве, да. У меня была собака Ппама. Для его же безопасности пришлось отдать в хорошие руки. Я так плакал, ты не представляешь. – Ещё как представляю. – Почему делишь комнату с Чаном? – Джисон решил перебить плохие воспоминания вопросом, который возник в голове. – Он в последнее время плохо себя чувствует. Постоянное напряжение и чувство неизбежного. Поэтому я помогаю ему успокоится. Его негативные эмоции слишком сильные. Что-то похожее уже было. Но сейчас я даже не знаю, что делать. В этот раз всё по-другому. – По нему и не видно. – Помнишь историю Чонина и армию? Тут тоже самое. Он самый старший в нашей компании. Если он начнёт переживать, ничего хорошего из этого не выйдет.

***

Джисон сидит на кровати Хёнджина и листает его старый скетчбук. Он очень удивился, когда Хван предложил ему просмотреть на его работы. Так как Хан наслышан о том, что художники не любят показывать свои рисунки. В комнату зашёл уставший Чан. Они с Чанбином помогали перетаскивать столы для вечера. Из-за жары они быстро выдохлись. – Я пойду, наверное. Пусть хён отдыхает! – подскочил Джисон. – Ты мне не мешаешь, но спасибо. Видел гитару? – Конечно, видел, – вместо Джисона ответил Хван, – чтобы дали пацанчику поиграть! – Даже не обсуждается.