Путь спасения. Между двух миров

Его разум медленно возвращается в реальность. Ритм сердца становится более медленнее, дыхание успокаивается. Но руки по-прежнему холодные. Парень до сих пор не верит, что это произошло с ним. Раньше, при упоминании их первой встречи, на его лице была видна нежная, счастливая улыбка. Однако сейчас всё изменилось. Как только в его голове появляются эти образы, как только он слышит голос своего, на то время, ещё будущего приятеля на глазах стремительно проявляются слёзы, которые в любой ситуации подводят его к снова и снова повторяющемся одним и тем же действиям. Даже понимая, что это ни к чему хорошему не приведёт, журналист, не контролируя себя, моментально хватается за нож, который раньше постоянно носил с собой, когда был на миссиях вместе с его напарником. Это было что-то вроде его страховки, на случай если пропадёт доступ к огнестрельному оружию. Но иногда чтобы заглушить моральную боль брал в руки даже зажигалку. Раньше использовал её если не было источника света. И так как Егору часто доводилось иметь дела с призраками и всякой нечистью зажигалка могла пригодиться в ритуалах и обрядах. Делая горизонтальный небрежный надрез поверх того, который он сделал пару минут назад в области запястья, Линч умиротворённо прикрывал мокрые от слёз глаза, чувствуя, как через несколько секунд по его худой ледяной руке постепенно стекают тёплые алые жемчужины крови, капая на деревянный пол в тёмном прохладном коридоре бывшего дома его дяди. Надавливая и плавно проведя ножом по дрожащей руке ещё раз 6, парень остановился. С печальной улыбкой и пустыми изумрудными глазами он внимательно следил за тем, как кровь медленно стекает по его бледной коже, оставляя за собой блеклые следы. Журналист, кажется, даже не почувствовал боли. Только лёгкое жжение обволакивало всё предплечье. Вдруг послышался длительный и настойчивый звонок в дверь. Линч слегка дёрнулся и посмотрел в тёмный холодный коридор ― туда, откуда был слышен звук. Тщательно вглядываясь в темноту, парень стоял в коридоре буквально в метрах 5 от входной двери. Внезапно он услышал знакомый голос, доносящийся с улицы. Только вот прохладный ливень заглушал его. Холодные капли дождя падали на мокрую землю, создавая атмосферу спокойствия и умиротворения. Но только вот Егор совсем этого не ощутил. Когда он в последний раз вообще испытывал подобные чувства? Да, он прекрасно помнит. Вместе с его неугомонным и всегда находящим приключения напарником журналист никогда не чувствовал себя одиноко. Сейчас парень даже не вспомнит, какого это испытывать спокойствие, радость и счастье. А самое главное ― любовь к жизни. Дождь немного утих и сквозь приглушённый шум Линч услышал голос его сестры. Девушка стояла у входной двери ёжась от холода, но при этом всё ещё неугомонно стуча по двери дрожащими, мокрыми от ледяных капель дождя руками. ― Егор, видела, что в твоей комнате ночник включен, открой пожалуйста! ― её голос сливался с шумом дождя, донося до Линча только отдельные слова. Постепенно покинув свои размышления и прекратив самобичевание, парень быстро рванул в ванну. Закрыв дверь изнутри, брюнет резко обратил свой взгляд на левую руку, которая сильно кровоточила. Кажется, сегодня он перестарался. Поняв, что до сих пор держит в руках нож, журналист ощутил острый холод, пронзающий всё его тело и быстро кинул предмет в раковину, после чего раздался характерный металлический звон. Сам того не осознав, Линч внезапно перевёл взгляд на своё отражение в зеркале. Парень внимательно вгляделся в очертания силуэта и теперь отчётливо мог видеть, как же жалко он выглядит. Бессонница, самокопание, селфхарм, частые панические атаки медленно и мучительно уничтожают его психическое здоровье, а также нервную систему. Безжизненный взгляд, синяки под глазами, отсутствие каких-либо эмоций, растрёпанные волосы и помятая одежда―всё, что он смог увидеть. Мгновенно осветив комнату тусклым светом от небольшого серого светильника, Егор не спеша поднёс левую руку к блеклому источнику света. Только сейчас Линч заметил, насколько много на ней белоснежных полосок. Брюнет не мог отвести взор от порезов, парень просто уныло смотрел на них пока на запястье не попали первые хрусталики слёз. Снова послышались ослабленные стуки с улицы, только на этот раз они однозначно были громче. Немедля парень наклонился к светлой тумбочке, держась одной рукой за край ледяной раковины и достал оттуда бинты. Небрежно наматывая один слой за другим, повязка постепенно окрашивалась в алый цвет. Крови, к счастью, было не много, поэтому Линч разорвал конец бинта и разделил его на 2 части сильно обмотав вокруг руки, делая узел. Кинув бинты в не закрытый им шкафчик, он тотчас же выбежал из ванны стремительно приближаясь к главному входу. Моментально открыв дверь, он увидел свою старшую сестру, стоящую под выступом сырой крыши его дома чтобы хоть как-то укрыться от ливня. ― Егор! Наконец ты подошёл. А то я думала, что… ― П-проходи скорее, ― прервав её слова, Линч, еле сдерживая слезы от нарастающих пульсаций в области предплечья, дрожащими руками открыл дверь. Девушка прошла в дом, пристально рассматривая брата. Он выглядел так, будто не спал несколько дней. Парень помог ей снять куртку, а также указал куда поставить обувь. Бережно взяв все сумки, он направился на кухню. Однако Лили резко остановила его и, уже не сдерживая слёз кинулась к нему в объятия. Хоть она только что стояла под леденящим дождём, её руки не были даже чуточку холодными. Журналист сразу почувствовал приятное тепло, которое волной прошло по всему телу, мягко согревая его. Егор невольно улыбнулся. Его сестра сейчас была единственным человеком, который был рядом, который полностью понимал его. Но всё же у неё, к сожалению, не удавалось быть всегда рядом с ним, ведь у девушки так же есть работа и её прекрасный сын. Лукас―непоседливый мальчишка, который всегда и во всём мечтал быть похож на его единственного дядю. В последнее время Лили ничего не рассказывала сыну о его дяде. А если и говорила, то только врала что её брат сейчас очень занят и постоянно находится на различных миссиях, всё же зная, что Линч, после той трагедии бросил заниматься этим. ― Егор… я очень переживаю за тебя! Постоянно думаю о тебе! ― захлёбываясь в слезах, прерывистым голосом говорила художница. Вдруг она случайно дотронулась до влажной повязки на его левой руке и неожиданно вздрогнула. Медленно отстранившись от объятий, девушка, вытирая слёзы с печалью в глазах, непрерывно исследовала взглядом младшего брата. Линч мгновенно перестал смотреть ей в глаза и спрятал руку за спину. В тот же момент Лили, уже с заметной паникой, схватила его за худое запястье, стараясь не усугубить раны. ― П-повязка вся в к-крови… ― заикаясь, чуть слышно сказала она. Брюнетка неотрывно смотрела парню в глаза, еле сдерживая эмоции и иногда переводя взгляд на алые бинты, в которых всё ещё были видны не запачканные кровью чистые части ткани. Егор слегка пошатнулся, ощутив неприятное давление на голову. В глазах постепенно начало темнеть, и он почувствовал сильную слабость. *** Девушка сосредоточенно пыталась вспомнить, где её брат хранит аптечку. В её голове проявился момент, когда она пришла с сыном к нему на новый год. Тогда их уже ждал счастливый Егор и Джон, который, как всегда, был одет в его любимый свитер телесного цвета с 2-мя красными небольшими полосками и одной широкой синей посередине на которой были изображены маленькие звёздочки. Она в тот вечер и спросила ― сколько же у него таких свитеров? Ответ позабавил. ― Не поверишь―аж 10! ― задорно произнёс парень, который стоял напротив Лили в шапке деда Мороза. Художница рассмеялась. Сначала и вправду подумала, что писатель специально преувеличил их количество, однако после того, как он на следующий день прислал ей фото его гардероба ― поменяла своё мнение. Перед тем, как поехать к его дяде, Лукас заигрался в снежки вместе с его лучшим другом ― Майклом. Так же они слепили огромного снеговика возле дома мамы Майкла, который был чуть ли не 2 метра в высоту. Ну и, конечно, по закону подлости, племянник Егора приболел прям под канун нового года! Поэтому, когда они уже вошли в дом Линча, Лили заметила неладное. После Лукас стал кашлять, ну а его мама выругала сына за то, что он любезно решил одолжить их с Майклом снеговику свой шарф. Так как Егор буквально несколько месяцев назад заехал в этот дом, Лили ещё не знала где он хранит аптечку. ― Егор, а где у тебя аптечка? ― спросила брюнетка, наблюдая за тем, как Линч с Эвансом доготавливают новогодний стол, аккуратно раскладывая новый, светлый сервиз. ― Прямо по коридору и направо―там ванная комната. Шкафчик под раковиной, ― стараясь не отвлекаться от приготовления салата, проинструктировал журналист. *** Лили невольно улыбнулась, вспоминая и другие их совместные поездки. Тогда всё было так ярко и радостно. А что сейчас? Сейчас, навещая брата, Лили видит, как он страдает. Она чувствует его боль, ведь она ― его старшая сестра, самый близкий человек. Как бы художница хотела вернуться в прошлое и запретить им ехать на это задание. Девушка ведь тоже скучает по Джону. Хоть они и не общались так, как Джон с Егором, однако были близки. А также, Лили даже думать боится о том, что же случится с Линчем если он ещё долго будет в таком состоянии. А точнее ― что он может сделать с собой?..