Шаг за край

Томный вечерний город сиял тысячами огней: яркими вспышками фонарей, неоновыми вывесками и бессчётными световыми дорожками фар. Река машин, будто бессонный змей, извивалась по шоссе, торопливо унося своих пассажиров в ночь. С высоты двенадцатого этажа вид был захватывающим, почти магическим, но затуманенные слезами глаза не могли оценить этой красоты. Городские звуки складывались в причудливую симфонию: отдалённый смех и разговоры, громкие сигналы клаксонов, шорох ветра, застревающего в щелях между зданиями. Всё это сливалось в один большой шум, гулкий и бессердечный. На широком бетонном выступе крыши стоял человек. Его фигура казалась хрупкой в контрасте с громадным небосклоном позади. Пустым взглядом он цеплялся за что-то вдалеке, словно пытаясь найти точку опоры среди хаоса. Ещё несколько мгновений — и он шагнул ближе к краю. Неполный вдох, глубокий, как будто последний. Тишина заполнила воздух вокруг. И вдруг спокойный, едва слышный голос прорезал вечернюю тьму, доносясь со стороны дверного проёма: — Не против, если я присоединюсь? — Голос прозвучал неожиданно мягко, как будто не собирался нарушать тишину, но всё же сделал это. Человек на краю обернулся на звук и увидел парня. Тот неспешно подошёл ближе, остановился на расстоянии пары метров и, замешкавшись, начал забираться на выступ. Его движения были настолько неуклюжими, что за этим трудно было наблюдать без внутреннего раздражения. — Я надеялся, что хоть сегодня смогу побыть один, — холодно цыкнул человек, не скрывая досады. — Оу, прости. Я тут… за тем же. Просто одному страшно, — парень, смущённо улыбаясь, почесал затылок. Затем, немного помявшись, протянул руку и, словно извиняясь, добавил: — Можно я возьму тебя за руку? Человек на краю окинул взглядом протянутую ладонь. В его глазах читалось недоумение, смешанное с явным раздражением. — Зачем? — Ну… я всё равно здесь. И раз уж нас объединяет эта крыша, то хочу сделать шаг за край с тобой. Ты же не против? — Парень говорил быстро, будто боялся, что собеседник не услышит или перебьёт его. Но в его словах всё равно была какая-то странная простота, лишённая привычного для такого момента пафоса. — Делай что хочешь. — Замечательно! — задорно воскликнул парень, хлопнув в ладоши, словно договорился о чём-то весёлом и совсем обыденном. В мгновение его игривое настроение сменилось ледяной серьёзностью. Без лишних слов парень резко схватил человека за воротник его джинсовки. Одним мощным движением он буквально отшвырнул того назад, как будто тот был пушинкой, не имеющей веса. Человек с глухим стуком упал на спину, сбитый с толку внезапностью происходящего. Но времени на осмысление не осталось — парень тут же спрыгнул с выступа и оказался сверху, прижав его к холодной бетонной поверхности крыши. — Что за... — начал было человек, но его слова утонули в ощущении боли, когда колени парня безжалостно блокировали движение его рук. Теперь, оказавшись в таком положении, он впервые встретился взглядом с этим странным парнем. Глаза того блестели, но уже не от наигранной радости, а от чего-то куда более опасного. — Агх, какие же люди тупые! Я задолбался вас каждый раз спасать! — Парень возмущённо закатил глаза, как будто перед ним была не живая душа, а очередная бесполезная бумажка в его бесконечной рутине. — Ты кто такой? Отпусти! — Человек под ним яростно дёргался, пытаясь освободиться, но хватка парня была стальной. Каждое движение лишь напоминало о бессилии. — Я-то? — насмешливо прищурился парень. — Один из богов смерти. И твоей души в списке нет, так что закройся и слушай! — Кто?! — Глаза человека распахнулись от изумления. — Разве их много? Так, стоп, ты сумасшедший?? — Жнец, если так понятнее. Хотя, честно, я терпеть не могу это слово, — парень тяжело вздохнул, будто объясняться с этим смертным было делом ниже его достоинства. — И это не я пытался сигануть с крыши, так что… Зовут-то тебя как? Прежде чем человек успел снова возмутиться или задать очередной вопрос, парень решительно схватил его за лицо. Его большие и указательные пальцы сжали щеки, и слова несостоявшегося прыгуна тут же превратились в невнятное бормотание. — Вот так-то лучше, — фыркнул бог смерти. — Теперь хоть что-то от тебя толковое услышу. Прикосновение этого странного «бога смерти» будто пробежало по телу тысячами крошечных иголочек. Волна непонятного жара окатила худощавого молодого парня, заставив его на миг забыть о холоде бетонной крыши. Слёзы, застилавшие глаза, исчезли, как будто их никогда и не было. На их месте появился незнакомый, щекочущий изнутри огонёк, будто неуёмная искра, зажжённая чужой рукой. Мысли о «завершении страданий», которые до этого момента казались такими важными, вдруг стали мелкими и незначительными. Всё, чего хотелось в этот момент, — это как следует втащить этому наглому беловолосому жнецу. Но попытки вырваться ни к чему не привели. Ослабев, парень замер, прижимаясь спиной к холодной поверхности крыши. Он тяжело дышал, стиснув зубы и злобно сверля взглядом наглого захватчика, который, казалось, нисколько не волновался о происходящем. — Мн… Юн… — с трудом выдавил парень, всё ещё скованный жнецом. — Что? Что за имя такое? — Белобрысый вскинул бровь, на мгновение позабыв, что всё ещё держит ладонь на его лице. Губы несчастного парня были плотно сжаты в нелепый бантик. Только спустя пару секунд осознания он убрал руку, усмехнувшись: — А, точно. Хотя… когда ты молчишь, ты прям в моём вкусе. Юнги лишь сильнее прищурился, злобно сводя брови. — Какой-то ты слишком болтливый для того, кто забирает жизни… — Поправка, — перебил его жнец, заглядывая прямо в глаза. — Я жизни не забираю. Это удел людей. — Его голос прозвучал низко и резко, но без тени угрозы, как будто он разъяснял что-то очевидное. — Итак, твоё имя? — Ты же его знаешь, зачем спрашиваешь? — Юнги хмыкнул, испытывая явное раздражение. — Хооо, вопросом на вопрос? — Хосок усмехнулся, сцепив пальцы на бедрах. — Мы, конечно, можем так играть вечно, но времени у меня, боюсь, нет. Наступила пауза. Они молча сверлили друг друга взглядами, как будто вели невидимую борьбу. Наконец Юнги сдался, коротко бросив: — Мин Юнги. — Так-то лучше! — Жнец весело улыбнулся, его белоснежные волосы блеснули в свете фонаря. — Моё имя Чон Хосок. Очень приятно познакомиться! — Жаль, не могу сказать того же, — язвительно хмыкнул Юнги. Затем, почти шёпотом, он добавил: — Мало мне пиздеца в жизни, так ещё и жнец прицепился… Умереть спокойно не дают. На мгновение Юнги показалось, что в глазах Хосока промелькнула тень грусти. Но это чувство исчезло так быстро, что он почти поверил, будто ему почудилось. Вместо этого блондин коварно прищурился, и от этого взгляда у Юнги пробежал холодок по спине. "Этот чудик точно что-то задумал," — мелькнуло у него в голове. Хосок неспешно поднялся, лениво отряхивая джинсы. Его движения были грациозными, почти театральными, словно он не стоял на крыше многоэтажки, а находился на сцене. Поправив чёрную рубашку, он протянул руку лежащему на холодной поверхности парню. Юнги лишь фыркнул в ответ на этот жест. Он поднялся самостоятельно, одёрнул куртку и, бросив короткий взгляд на жнеца, направился к выходу с крыши. "Сегодня точно не мой день," — с раздражением подумал он, ступая через порог. Но не успел он сделать и двух шагов, как услышал звонкий щелчок пальцев. В следующий миг сознание резко начало угасать. Всё вокруг поплыло и растаяло в густом, вязком мраке. Обмякшее тело Юнги начало заваливаться на бок, но падения не последовало. Тёплые, сильные руки Хосока подхватили его в последний момент. Жнец легко приподнял парня, словно он ничего не весил, и с игривой усмешкой прошептал: — Ты думал, что я так просто тебя отпущу? Наивный… Вообще, жнецам строго запрещено прикасаться к людям. Это правило было высечено в камне ещё до того, как Хосок занял свою должность. Но сейчас, впервые за всё время работы, он осознанно его нарушил. Рука, которая всё ещё держала Юнги, немного дрожала — то ли от негодования, то ли от странного чувства, которое он не мог до конца объяснить. Его взгляд метался, словно в поисках оправдания самому себе, но никаких идей, как исправить этот проступок или скрыть его, не находилось. "Какой же ты идиот, Хосок," — с раздражением подумал он, осторожно поправляя бессозненное тело в своих руках. Взвесив все за и против, жнец принял, как ему казалось, единственное разумное решение: забрать спасённого Мина к себе. Там, в своей квартире, он мог бы немного подумать, а заодно понаблюдать за этим странным человеком. "Надо выяснить, почему этот парень вызывает у меня такое… странное чувство," — решил он, бросив последний взгляд на крышу, прежде чем исчезнуть в тени ночи.

***

Чон Хосок — один из жнецов, служащих департаменту душ. Его роль — не вмешиваться в жизнь людей до их смерти, а лишь сопровождать души к Стражу, который решает их дальнейшую судьбу: шанс на перерождение, возвращение или запечатывание в Смольную книгу*. Однако Хосок — это исключение из правил. Несмотря на строгий запрет взаимодействовать с живыми, он постоянно оказывается рядом с “планируемыми” происшествиями, и там, где он появляется, люди чудом выживают, чаще всего отделываясь лишь ушибами и испугом. Это вызывает бурю недовольства среди коллег — после каждого подобного случая в департаменте начинается вал бюрократических отчётов и расследований. Его считают проблемным сотрудником, ведь вмешательство вроде бы высших сил не подтверждается магией, а лишь счастливым совпадением. Но никто не может доказать обратное. Такой статус и отношение к Хосоку только закаляют его характер — он остаётся дерзким и непокорным, вызывая одновременно раздражение и, возможно, восхищение. В одном из последних инцидентов на городской остановке случилась авария, которая могла закончиться трагедией. Водитель большого автобуса потерял управление, и на большой скорости машина понеслась прямо в толпу ожидающих людей. Но внезапно на дорогу вылетел острый камень — переднее колесо автобуса пробило, и транспортное средство занесло в сторону. В итоге автобус врезался в массивный столб и резко затормозил. Все люди остались целы, правда, сильно перепуганными. Позже выяснилось, что этот камень оказался Хосоковской случайностью — он просто шел мимо в человеческом облике и споткнулся о него. Камень случайно попал под колесо автобуса, спасая множество жизней. В другой раз Хосок случайно облил девушку кофе. Чтобы загладить свою вину, он предложил ей купить новую вещь. Позже они вместе встретили ее брата, который забрал девушку домой. Как оказалось, за ней с самого метро следил маньяк, и в ту ночь она должна была умереть. Такие случаи случались часто. Часто Хосок получал задания в человеческом мире, и иногда у него была возможность не просто выполнять работу, но и наблюдать за окружающим. Его магия в эти моменты становилась лишь на треть слабее — не то чтобы он охотно пользовался ею, но только в самых экстренных случаях.