Can't stop

Когда парни спустились ко всем остальным, Сынмин понял, что не зря ушёл тогда. Всё же ему некомфортно в таких компаниях. Точнее нет... Компания ему не очень хорошо знакома, да и вроде плохо к нему никогда здесь не относились, но проблема всё-таки есть. Раньше его ненавидели практически везде. За что? Просто за то, что он "скучный", "странный", "не похож на нас" и всякое такое. Все ведь понимают, что люди чего только ни придумают, чтобы относиться к тебе с пренебрежением "заслуженно". Так вот, потом Минни научился переводить все оскорбления в шутку и подкалывать остальных за их глупые черты. Нет, он не хотел мстить ровесникам и тем более делать кому-то больно, как делали ему. Просто ему думалось, что именно так можно прочнее всего влиться в любую компанию. Но его невзлюбили ещё больше. На этот раз за то, что "пытался быть как они". Теперь же Ким окончательно не понимал, как сделать так, чтобы хоть немного понравиться новым знакомым. В комнате, куда они зашли, было в целом человек 10, и парню казалось, что все они зациклены именно на его поведении и, чуть что, сразу осудят и не примут к себе. Но по поведению Чонина не было заметно, что что-то не так. Он, как и обычно, одарил всех присутствующих своей, честно сказать, обворожительной улыбкой (её обожали буквально все окружающие) и подошёл к столу у стены, забирая оттуда бутылку с какой-то фруктовое газировкой и отпивая прям из неё. Пока Ян утолял жажду, очевидно, возникшую после пения, Сынмин успел рассмотреть сидящих за столом троих парней. Что ж... Честно говоря, они явно внушали величие, ведь первыми в глаза бросались, как ни странно, мышцы. Серьёзно, у каждого из них было такое крепкое телосложение и руки, казалось бы, способные поднять его самого одной левой. Ну или правой. Но на лицо все трое были очень даже добродушны. Самый, видимо, старший смеялся с какой-то глуповатой шутки, которую только что отпустил сидящий рядом с ним парень. Вдруг третий, вроде бы самый младший из них, что-то спросил у Чонина. Ким не услышал его слова, но увидел лишь то, что последний подошёл к нему и представил всей троице. Те весело и шумно поздоровались, назвав все имена. Их Мин запомнил: Бан Кристофер Чан, Со Чанбин, Хан Джисон. — Ну вот, — повернулся к нему Ян, — это они пишут для меня песни. Точнее, они успешные продюсеры, а мне эти произведения искусства достаются, так скажем, в подарок. Ну не всегда, конечно. — Приятно познакомиться. У вас действительно прекрасная музыка, — неловко улыбаясь, проговорил Сынмин. Старший добродушно ответил: — Ну, не стоит. Я уверен, и ты прекрасно поёшь, если уж вы столько времени провели в караоке вместе с Чонин-и. Против воли Ким засмущался. Парень, который представился Джисоном, увидел это и, добродушно улыбнувшись, похлопал его по плечу, а после этого отошёл к какому-то пареньку, сидевшему в углу. Чонин с Сынмином тоже ушли в сторону. Осматриваясь по сторонам, Ян спросил: — Ну что? Может, познакомить тебя ещё с кем-нибудь? Мин сдержанно отрицательно ромотпл головой: — Нет, не стоит... Всё равно мне не очень удобно на таких "мероприятиях". Эти парни классные, но я хотел бы прогуляться. Душновато и шумно. Шумно было из-за музыки, которая чуть ли не оглушала. Сейчас играла песня "Groove back", под которою мало того, что танцевали двое парней в другой части комнаты, так ещё и сам Чонин весело пританцовывал. Нет, музыка неплохая, просто крышесносные басы мешали собрать сегодняшние мысли и ощущения в кучу. Чонин, понимая смятение нового знакомого, задумчиво протянул: — Ну... Я не рвусь провести тут весь вечер, им и без меня сейчас вполне весело. Так что может пойдём вместе? Тут недалеко есть красивые места для того, чтобы пройтись или посидеть. Ты не против? — Не против, конечно. Едва Сынмин успел договорить, как на его собеседника накинулся с обнимашками какой-то высокий блондин. Первое, что бросилось парню в глаза — красота этого неизвестного. Последний путанно заговорил: — Фенечка! Феня! Где же ты был, я так соскучился. Дай я тебя чмокну, иди скорее. Чонин, смеясь, стал брыкаться и изо всех сил сопротивляться, но помогало это мало. По-видимому, старший был навеселе, а ещё его тянуло на "телячьи нежности". — Хёнджин-хён, прекрати! Хватит! Хёнджин вдруг оторвался от объятий и посмотрел на Сынмина. — А кто это? Аа, я что-то припоминаю... Ким Сынмын... Ким Сонмин... Ким Сынмин! Я Хван Хёнджин, будем знакомы. Тот сдержанно процедил: — Да. Приятно познакомиться. Чонин, увидев что напряжение накаляется, поспешил выйти вместе с Сынмином на улицу, торопливо попрощавшись со всеми. *** Парни оказались у небольшого озерца, наполовину заросшего камышами, но ещё не превратившегося в болотце. Где-то ближе к другому берегу крякали утки, иногда доносилось кваканье целого лягушатника из кустов. Странно, но несмотря на сумерки и опустившуюся лёгкую прохладу, не было ни досаждающих комаров, ни мелких мошек, касающихся иногда похуже пчёл. Над головой раскинулось какое-то огромное с виду дерево, на принадлежность которого Ким не обратил внимания — то ли ива, то ли дуб. Жизнерадостность и плещущая через края энергия Чонина бросалась в глаза больше, отчего Минни невольно улыбнулся. Внезапно Ян стал очень подвижным и, можно сказать, мельтешащим перед глазами. Он сначала что-то счастливо лопотал, то подбегая к озеру, то подходя к Сынмину, а потом вдруг крикнул, убегая куда-то за дерево: — Подожди, я сейчас! "Ладно, мало ли что там может быть" - подумал старший и присел на выступающий из земли корень этого неизвестного дерева. По окружающей его обстановке складывалось ощущение, что весь этот пейзаж — просто сказка или сладкий сон. На душе было легко, и от этого даже клонило в дрёму.