Белый созидатель

Я забежала за соседнее дерево, прислонилась к стволу, присела, тяжело дыша. Закрыла рот рукой. В такой высокой траве меня не должно быть видно. В меня летела стрела! В меня летела стрела… Это как-то захватывало и пугало. Приключения, как в старые добрые. Этого мне не хватало. - Да ладно тебе приятель! Не нервничай. – послышался голос незнакомца. Я осторожно выглянула из-за дерева, все так же закрывая рот рукой. Мужчина встал, направился к сэру Мэрину, держа в руке… стрелу? Не может быть. Он словил стрелу на лету? Это невозможно! Кто он, черт возьми, такой? - Ты кто такой? - Какая разница? Самое главное, что я вас не видел, и вы меня тоже. – мужчина подошел к рыцарю, протянул стрелу. - Там был еще кто-то! – я впервые услышала в голосе Мэрики страх. Но я почувствовала лишь облегчение. Она не видела меня, не поняла. Она не изобьет меня. - Леди, вы про белку? - Какую еще белку? – сэр Мэзин направил стрелу к сердцу незнакомца. Он был явно раздражен. - Ты держишь меня за идиота? - Прошу, без жестокости. Да, моя ручная белка. – незнакомец присвистнул, и на его руку запрыгнул зверек. Мэрика была в недоумении. Я никогда не видела ее такой. Я вообще, походу, никогда не знала ее. Но надо сваливать. Я медленно начала ползти по мокрой земле вглубь сада, вслушиваясь в голоса. -Если я узнаю, что ты кому-то растрепался… - Какой грозный рыцарь. – незнакомец с насмешкой начал цокать. – Зачем мне лишать прекрасных дам такого запретного развлечения? Прошу простить, но мне уже пора, меня тоже заждалась одна… интересная дама. Мое сердце ёкнуло. Дама? Еще кто-то? Как же так? Меня избивали даже за неправильную осанку, а другим доступны и…такие развлечения? И моя сестра… Не время об этом думать, надо забыть, что я сегодня видела для моего собственного блага. Сейчас я – сын рыболова, Марк. А ему все равно на это. Мой лоб поцарапал шип. Черт. Я подняла голову, но увидела лишь зеленые листочки кустов. А вдали… что-то темное. Пролом в стене? Я нашла терновник? Я начала ползти быстрее, несколько раз цепляясь за шипы терна, рвя одежду. Неужели я уже так близко к новому, неизвестному? Наконец. Чем ближе я была к пролому, тем быстрее ползла. Проход был узким, низким. На минуту я засомневалась, пролезут ли мои бедра в него? Пролезла. И я уже стояла за стенами замка, окруженная деревьями. Сердце колотилось в груди, опьяненное свободой. Я свободна. Хотя-бы на эту ночь. Хотя бы сейчас. - Малец, куда без меня? Мы еще не закончили. Опять этот голос. Внутри все замерло. Он звучал по ту сторону стены. Нет уж, ты меня не найдешь. Ты больше не помешаешь мне. Я опять побежала, не понимая, куда. Ноги привели меня в какую-то улицу, но я не останавливалась, забежала в подворотню и присела возле большой бочки. Затаила дыхание. Просидела так немного, прислушиваясь к окружающему. Город гудел. Были слышны стучащие по гравию колеса повозок, голоса горожан вдалеке, вой собак. Все было таким громким. Звуки пронизывали само мое естество, вызывали бурю изумления. Так происходило каждый раз, когда я выбиралась в город. Но раньше это был мой родной город, я знала его вдоль и поперек. А это – что-то новенькое, что-то интригующее. На город опустилась ночь. Я наконец встала, пошла на свет. Глаза недолго привыкали. Улица была полна шныряющими людьми. Кто-то бежал по своим делам, не замечая ничего на своем пути. Кто-то уже не мог стоять на ногах, пьяно пошатываясь. Кто-то медленно прогуливался. Трехуровневые дома озарялись факелами. - Простите, милордс! – я столкнулась со спешащим мужчиной, одетым в блузу из тончайшего шелка, с вышитым золотом гербом у сердца в виде дерева жизни. Дом Лангергансов. Королевские скарбничие. У них то деньжат пруд пруди. - Чернь! Как ты посмел, грязный мальчишка! Сгинь! – закричал лорд, и совсем не заметил, пока отталкивал меня, как я ловко стянула его монетницу. Я кинулась на утек. За годы тренировок на улицах Молка еще не попадалось человека, который мог бы словить меня. Хотя иногда я была на волоске. Завернула в следующий же поворот, достала добычу. 70 золотых соленов. Ничего себе! Самая большая рыбка за всю мою жизнь! Я посмотрела на свое светящееся отражение в луже. Улыбка появилась на моем лице так же быстро, как и две озорные ямочки. С этой улыбкой уже не было видно разбитой губы, сбритых бровей и ресниц. Так я не была похожа на больную. Я смотрела на свое отражение и не могла нарадоваться. Вот какой этот Марк. Быстро распихала монеты по карманам, выкинула монетницу в ближайшую помойную яму. Теперь это мои деньги, не докажут, что это не так. Я радостно в припрыжку поскакала дальше, за новой жертвой. Но к большому удивлению, большинство горожан уже давно были за чертой бедности. Не самый удачны район. Город, растелившийся у Летнего особняка короны был поменьше Молка. Тут не было больших районов купцов, базаров или квартала «Красной челяди», в котором удовлетворяли самые запретные желания. Сестрицы каждый раз, как я надоедала им, грозились продать меня в один из домов утех квартала. Однажды они даже отправили конюха Сэма раздать мои фотокарточки владельцам. Но никто из них не отозвался. Признаться, я считаю, что старик Сэм не отнес их. Он всегда жалел меня, подбадривал и рассказывал захватывающие истории, пока я пряталась от сестриц в конюшне. Это он дал мне одежду, в которой я расхаживаю сейчас по городу. Я напоминала ему его дочь, которая умерла от спящей болезни – болезнь, которую невозможно вылечить, которая проявляется в самый неподходящий момент. Она перестала есть, исхудала, постоянно спала, и через месяц заснула навсегда. Это случилось еще до моего рождения, до случая с бабкой и всей этой чепухой с проклятьем, из-за которого я стала такой. Моя жизнь стала такой. Сейчас бы рассказать старику Сэму про Мэрику. Я всегда делилась с ним самым откровенным. Но его уже тоже нет в живых. Никого из дорогих для меня людей нет в живых. Но за то в этом городе было достаточно много подвальных баров, из которых периодически пинками выгоняли посетителей, которые уже не могли платить за сидр. Самое интересное происходит там. Я прошмыгнула в один из таких баров, пока наемник разбирался с очередным пьяницей. В нос сразу ударил запах пота, рвоты и алкоголя. Уши загудели из-за обилия звуков. Смех смешивался со звоном стаканов, тусующихся карт и с пением барда. Стены, выложенные кроваво-красным кирпичом, освещали масляные лампы. Высокие столики, за которыми сидели на бочках не самые свежие люди, были усеяны плесенью, впитавшуюся в само дерево. Девушки, оголивши груди, ходили от столика к столику, собирая и разнося все новые и новые стаканы. И каждая из них была высокой, худой, с роскошными волосами, но одетыми в тряпье. - Мальчик, хватит таращится. Или заказывай что-то, или выметайся! – закричал бородатый мужчина за барной стойкой, натирая стакан до блеска. - Меня зовут Марк. Где тут у вас есть свободный столик с картами? - О, так хлопец хочет поиграть! Садись с нами! Голос донесся где-то с левого края. Я неторопливо повернулась. Из-за стола, за которым сидело еще два рыцаря короны, встал старик, еле держась на ногах. Его зеленая накидка свисала лоскутами, на грязных ногах не было ничего, с длинной сивой бороды еще стекали капли рвоты. - У нас как раз есть местечко. Парни, что скажете? Готовы обогатиться? -Старик, ты считаешь, что у этого оборванца есть хоть грош в кармане? Максимум, чем он будет платить- жареными крысами на палочке. – рыцарь короны, который был повыше, говорил, не поднимая взгляд со стакана. Его синий плащ немного развивался позади, оголяя рукоятку меча. - И тем более посмотри на него, на его руки. Еще букет болячек подарит. Зачем это нам надо, дед? – добавил второй рыцарь. Я узнала его. Сэр Ворлин. Он обычно стоит возле входа в столовую, кода дамы спускаются отведать чего-то вкусненького. Да он и сам, учитывая пухлые щеки, не отказался бы присесть рядом. Поэтому я каждый раз его жалела, хотя ничего сделать не могла. Надеюсь, он не узнает меня. Дед уже собирался что-то ответить, но звук падающих на стол монет перебил его. Пару из них, отскочив от поверхности, покатились в разные стороны. Высокий рыцарь перевел взгляд на блестящие в свете ламп золотые монеты. - А сейчас? Играть не захотелось? - У кого ты их украл? Ты же понимаешь, что я с сэром Ворлином ловим таких ка ты? – его налитые кровью глаза смотрели на меня. - Какая разница, нашел ли я их на дороге, или взял у зеваки? Тут целое состояние. 30 золотых соленов. Твоя годовая зарплата. Попробуй выиграть их. А после оставь себе, отдай нуждающимся, разыщи того бедняжку – богача с замка. Мне все равно. Как и тебе должно быть все равно, откуда я их взял. Ты не докажешь, что они не мои. Сказав это, я села на ближайшую бочку, скрестив руки так, что шрамы было не скрыть. Пусть смотрят, сами не ангелы. Пьяные, вонючие мужики. Спину еще показывало, но не так сильно, как раньше. - Вот это соперник! А хлопец интересный, хоть у жуть странный. – сэр Ворлин внимательно всматривался в мое лицо, от чего ладони покрылись каплями пота. – Ты мне кого-то напоминаешь… Ладно, это не имеет значения. Давай, сэр Трумен, выиграем и снимем несколько местных красоток. – сказав это, рыцарь ударил по заднице проходившую официантку, которая несла несколько стаканов. Девушка даже не дернулась, лишь зло посмотрела на него. Я облегченно вздохнула. Не узнал. Хотя как он мог меня узнать? На фоне разнообразных дам королевства, я не та, которую запоминали. Высокий рыцарь, сэр Трумен, не отводя от меня безумных глаз, резко хлопнул по столу так, что от неожиданности я подпрыгнула. - Сидра Марку! - закричал он. - Что ж, - дед уселся возле меня, потирая руки, - попробуй обыграть нас, Марк. *** На коленях деда сидит кучерявая темноволосая девушка, перебирая в руках три золотых солена. Она ритмично ерзает на его коленях, издавая тихие наигранные стоны. Дед костлявой, трясущейся рукой массирует ее грудь, от чего по животу девушки стекает молоко. Другой рукой дед держит карты, безумно улыбаясь. Кто же знал, что сегодня фортуна будет на его стороне? - Флеш- рояль! – старик залился смехом. – И так, я опять выиграл. Старик провел рукой по животу девушки, вымазал пальцы в молоке и облизал их. - Черт, дед! Ты обобрал нас до нитки! – сэр Ворлин рвал волосы на голове, тряся стол. - Да ладно тебе, Ворлинчик. Не повезло в картах – повезет в любви! - сказала я, тихо хихикнув. Это впервые, когда я за вечер проиграла все 70 золотых соленов. Как быстро деньги пришли, так же быстро я от них и избавилась. - Что ты сказал, Марк? – а вот сэр Трумен был в полнейшей ярости. Его и так до этого красные глаза налились кровью еще больше. – Ты сговорился с дедом! Не может быть, что за всю игру у меня и сета не выпало. - Просто сегодня не ваш день. Может быть и покер не ваша игра. – я пожала плечами, слезая с бочки. Но этот ответ совершенно его не успокоил. Пора сваливать. Служанка должна скоро прийти, чтобы загасить свечи. – Дедуля, хорошо тебе повеселится! – я хлопнула его по плечу – Хорошей службы, доблестные рыцари. Я уже хотела развернуться, чтобы побыстрее убежать отсюда, как мой взгляд зацепил маленький, пушистый зверек, который сидит на одной их ламп и черными глазами внимательно смотрит на меня. Что белка делает в этом подвале? Я сделала шаг ей на встречу, как резкая боль в плече отдернула меня. - Я еще не отпускал тебя, мальчишка! – закричал сэр Трумен. Из моего плеча торчал нож для нарезки мяса. Ужасная боль. По моей руке начала сочится кровь, окрашивая и так грязную рубаху в красный. Такой же красный, как и стены этого бара. От неожиданности я не смогла и пискнуть, не бросилась бежать. Все вокруг замедлилось, а я просто застыла на месте, как полная дура, просто смотрела на торчащую рукоять. Ошеломление было невообразимым. Меня все-таки сегодня пырнули. Не стрелой, так ножом для нарезки мяса. От судьбы не сбежишь. Будет еще один шрам. Голоса в баре затихли. Уже никто не смеялся, не цокали стаканы, не пел бард. Все смотрели на нас. - Так, парень, с тебя хватит. – молчание нарушил бармен, подходя к сэру Трумену, он встал передо мной. - Не смей ко мне обращаться, Жалкий Роб. Не смей мешать правосудию короны! - Или что? В мгновение в свете ламп блеснула сталь. На мое лицо брызнуло что-то жидкое. Очутившись на моем лице, оно тут же начало скатываться в глаза, рот. Привкус железа. Голова бармена вмиг отлетела в сторону. Девушки завизжали, мужчины подскочили с бочек. Тело бармена свалилось мне под ноги. - Сэр Трумен… Что ты натворил? – сэр Ворлин, кажется, только обратил на нас внимание. Он в полнейшем удивлении смотрел на то, как кровь просачивала все вокруг. А от деда с его новой спутницей уже и след простыл. - Ты тоже хочешь? Сэр Трумен направил меч на сэра Ворлина. Только сейчас я смогла сделать хоть шаг, мое тело вышло из оцепенения. Какой ужас. Я повернулась к выходу, приготовилась бежать. - А ты не двигайся. Теперь меч оказался у моего горла. Неужели это все? Неужели я умру так? В непонятном, захолустном баре? А мое тело выкинут в одну из помойных ям? Анну Слоу это удовлетворило бы. Она считала себя никчемной, жалкой, не достойной жизни. Но не Марка, сына рыбака. Он хотел жить. Он заслуживает на жизнь. Я уже хотела проворно увернуться, зайти под руку и сделать самый эффективный удар для такого морального урода – по мужскому «достоинству». Но я не успела. - Именем короны, я приговариваю тебя на казнь за воровство в особо крупных размерах, - сэр Трумен поднял меч, замахнувшись. Я зажмурила глаза. - И в эту же секунду исполняю данный… Что за херня? Распахнув глаза, я увидела пушистую серую белку, сидящую на плече рыцаря и кусающую его за ухо. Этого мгновения хватило. Я рванула со всех ног, сбивая людей на своем пути. Я бежала, пока мои ноги судорожно не затряслись, пока под ногами не почувствовалась трава, пока гул города не остался позади. Походу, я потеряла лапти. Я упала на колени перед деревом, упершись в него лбом. Сердце судорожно билось об грудную клетку, я жадно глотала воздух. Мне надо бежать дальше. Я не могу тут оставаться. Он может догнать меня. Служанка придет с минуты на минуту. Мне надо бежать. В глазах потемнело. Моя левая рука была все в крови, и кровь не переставала сочиться. Подошвы ног, спина, плече, щека, колени. Все болело. Все напоминало, что я еще жива, еще не пришло время сдаваться. Упершись правой рукой на ствол дерева я попыталась встать. Тщетно. Голова закружилась, и я опять плюхнулась на колени. - Я так просто не умру. – тихо прохрипела я. Попробовала встать еще раз. Нет, не вышло. - Это еще не все. Я еще не закончила. Я уперлась ногой об ствол так, что встать стало легче, схватила рядом лежащую длинную палку. Я встала. С трудом, большим трудом, но я начала двигаться дальше, опираясь на палку как на трость. И каждый шаг давался с невероятным усилием. Уже виднелась темная стена замка. Еще немного. Ноги, колени тряслись, но я пыталась не обращать на это внимание. Вот виднеется проход. Еще немного и я окажусь в забытом саду. А что дальше? С такими ранами? Нельзя, чтобы кто-то увидел меня такую. Куда мне идти? Я и не заметила, как уже пробиралась в зарослях терновника, царапаясь. Высокая трава щекотала лодыжку. Когда я успела порвать штаны? Я уже не могла подкрадываться под окнами, это было сверх моих сил, поэтому я шла по усеянной холодными камнями дорожке в центре сада, оставляя кровавые следы за собой. Хоть бы ночью пошел дождь, смыл это все. Я и так еле-еле иду. И я не смогу забраться в комнату с помощью открытого окна, как планировала раньше. И мне некому обратиться. Если бы такое случилось бы в Молке, я бы забежала бы в дом знакомого лекаря. Он уже раз спас мне жизнь, когда я нарвалась на пса, который оставил мне шрамы на внутренней поверхности бедра. А сейчас? Что делать сейчас? Все вокруг завертелось, в глазах потемнело, и я начала ощущать, как лечу куда-то. Уже мысленно приготовилась к боли от падения. Но этого не произошло. Чьи-то сильные руки поймали меня. - Ну ты и оторва. – знакомый мужской голос. Это последнее, что я услышала перед тем, как уйти в небытие.