Хвостатое приключение

      Я замер.       Лили вновь кончала. Куда сильнее, чем в первый раз. Выгнувшись в дугу, она билась в судорогах. Просто мятая постель стремительно превращалась в полнейший хаос, в дикое нагромождение подушечных холмов и одеялковых гор.       Вибратор улетел в сторону, едва не свалившись на пол.       Мы пришли в себя одновременно: Лили отошла от сладких судорог очередного оргазма, я — от подслушанных грязных словечек.       Так вот зачем ей был нужен пёс…       От боли в груди хотелось выть. Или кого-то укусить.       Впиться клыками в нечто мягкое, розовое, сладкое… пахнущее так вкусно…       Её ножки бессильно разъехались, едва не толкнувшись в меня. Все гневные и печальные мысли смыло стремительнее водоворота в унитазе.       Вагина Лили оказалась прямо передо мной, стоящим на краю постели. Влаги было так много, что она поблёскивала даже на её голом холме над клитором. Аккуратные, тонко очерченные половые губки приоткрытой щёлочки приковали взгляд возбуждённого пса.       Медленно и глубоко дыша, моя распутная жёнушка аккуратно поглаживала свою грудь.       — Чёрт, какая же… ты сучка, Лилиан… — выдохнула она.       «Верно.»       — А самое гадкое… ты же его точно трахнешь, да? Своего Сэмми…       И кобель внутри меня, словно разочарованный моей нерешительностью, отзываясь на свою кличку, бросился вперёд.       Язык накрыл её киску целиком.       Тоненько вскрикнув, Лили тут же сжала ножки, но тем самым лишь поймала голову пса в плен.       — Что?!       Мой язык прошёлся по всей длине горячей вульвы, собирая пряный густоватый секрет её лона. От самого нижнего уголка до набухшего капюшончика клитора.       Лили протяжно застонала. Пальчики зарылись в складки моей кожи. На мгновение. А после женские ладошки попытались оттолкнуть мою голову.       «Ага, удачи с этим. Это тело весит больше тебя, милая моя.»       Влажное чмоканье почти заглушило сначала удивлённые, а потом и возмущенные крики моей жены.       Уползти она смогла не сразу. Ну или захотела не сразу. Сильно оттолкнув не столько меня, сколько саму себя, она быстренько переползла дальше по кровати. И, уперевшись в преграду, сжалась. Так мы и замерли: стоящий на кровати пёс с опущенной головой и она — у грядушки постели.       — С-сэм?!.. Что ты делаешь?! Нет! Что ты ТУТ делаешь?!       Закрыв рукой мягкую грудь и, на всякий случай, прикрыв второй рукой свою попку, Лили ошарашенно пялилась на меня.       Я же тяжело дышал, исподлобья разглядывая её обнажённое тело. Внизу всё зудело и горело, чуть ли не до боли. Не выдержав, я сел на кровать и потянулся туда. Инстинкты, будь они прокляты. Сейчас они управляли мной.       — Странно… Я не закрыла дверь?.. — прошептала Лили, чуть успокоившись.       «Закрыла.»       — Ну да, скорее всего, ха-ха, — нервно пробормотала она, едва слышно пошевелившись.       Я продолжал вылизывать себя. Зуд немного спал, но как же мерзко.       — А малыш-Сэмми прибежал к шумной мамочке, да?       «Даже не поспоришь.»       — Ох, чёрт… он же меня…       Я наконец пересилил болезненное желание и поднял голову. Но лишь затем, чтобы вновь ощутить сладкий запах своей жены. Казалось, им пропахла вся постель, и, что ещё хуже, с её стороны тянулась тонкая струйка этого божественного аромата.       — Ничего себе! Вот это размер… — поражённо выдохнула Лили. Тело своё она уже не пыталась прикрыть.       Продолжая сидеть на месте, как хороший мальчик, я заинтересованно принюхивался. И моя визави заметила это.       — А-ах…       Дышать ей стало труднее. Облизнув губки, так она их и не закрыла. А потом наши глаза встретились. И глубинным чувством я ощутил, что дальше произойдёт.       — Ох чёрт… это ведь рано или поздно случилось бы, да?       «Точно.»       — Нам ведь никто не помешает, верно, Сэм? — отрывисто выдохнула Лили.       «Никто.»       — Да и вообще — а что тут такого?       Она наклонилась вперёд, опускаясь на четвереньки. Снизу вверх, моя возбуждённая жёнушка поглядывала то в мои глаза, то куда пониже.       — Я же не могу… желания эти… не получается… — бормотала она, медленно приближаясь. — В конце-то концов, мне тоже хочется!       И ни слова о Джеймсе. Обо мне.       Вытянувшись вперёд, она легла на постель, прямо между моих лап.       Мысли растворились в небытие.       Губы обхватили распалённый член. Бёдра сами собой дёрнулись, в попытке резкой пенетрации. Резкий толчок пропихнул пенис глубоко в тёплый тоннель её ротика.       — Кха!.. Сэм!       «Пардонэ муа, шери.»       — Не так быстро, мальчик… Ложись, — быстро отстранившись, похлопала меня по торсу Лили.       Я опал на бок.       — Какой… длинный… — жарко прошептала она прямо в острую алую головку члена.       Мурлыкнув, Лили вновь приникла губами. Острый язычок покружил по навершию, носик упёрся в волосатый живот.       — Мгм…       Рука её приподняла мою лапу. А после, удостоверившись, что я продолжаю держать ту на весу, переползла на мои тестикулы. И выше, на бугрящийся внутри узел. Мягко поглаживая пойманное, Лили плавно поглощала мой член на всю длину. Плотно, с наслаждением присасываясь.       Тихий скулёж сам собой вырвался изнутри.       Мягкость её губ, влага на язычке чуть пригасила терзающие меня зуд и жар. Но ощущения были чуть слабее, чем в человеческом теле.       А оргазм пришёл куда резвее и неожиданнее.       Вулкан прорвался разом. Моментально пробежал изнутри наружу. И выплеснулся прямо в влажно чмокающий ротик Лили.       И вновь она не успела отстраниться. А может не захотела.       Прилив слабости лишил меня сил на пару мгновений. Сопящей на моём члене малышке я подарил не только залп собачьей спермы в ротик, но ещё и накрыл широким бедром сверху.       Но, что удивительно, Лили послушно высосала всё. И только потом отползла назад, усаживаясь на попку и опираясь на левую руку.       — Кх… плохой… мальчик… — глухо прокомментировала произошедшее моя тяжело дышащая жёнушка.       С уголка губ вниз, на подбородок, скользнула мутная капелька жидкости. Она её не заметила, отстранённо катая на языке основную часть спермы. А после аккуратно и тщательно всё проглотила.       — Какая же ты… грязная… течная с-сучка… — задумчиво прошептала моя жена. И, подхватив пальчиком каплю собачьего семени, отправила три пальца в рот.       Я уже был на лапах и внимательно смотрел за её правой рукой, что, покинув ротик, устремились вниз, к бёдрам. Объект моего интереса не укрылся от взгляда Лили       — Что… такое, Сэмми?.. — улыбнулась она, оглаживая себя. — Хочешь… покрыть эту суку?..       Я громко гавкнул. Мощно и раскатисто. А следом поднял губы, демонстрируя клыки. Инстинктивно, ибо почувствовал, что так и надо.       — Вот это… г-голос…       Светлые тонкие пальцы обогнули розовый клитор и нырнули внутрь.       Я гавкнул ещё раз, для надёжности, и нетерпеливо переступил утопающими в постели лапами.       Мягкие белоснежные бёдра разошлись в стороны. Пальцы раздвинули половые губы.       — Ты хочешь… вот это?.. — подняла на меня Лили свои горящие от возбуждения глаза.       Гав, мать твою! Гав!       — Ну-у тогда-а… — томно протянула она, поспешно поворачиваясь ко мне спинкой. Замерла не на долго, вполоборота косясь на меня. — Тогда трахни меня, мой мальчик!       И Лили рухнула вперёд, выставляя округлую мягкую попку. Следом подгребла под себя ближайшую подушку и улеглась на неё грудью. В таком положении женские ягодицы смотрятся ещё притягательнее.       Притягивать ещё больше не требовалось.       Взвизгнув инстинктивно, я вскочил на мою развратную малышку. Толкнулся вперёд членом и безбожно промахнулся. Отвисающая мошонка шлёпнулась о мягкую ягодицу.       — Ну-у-у…       Я зарычал от досады и дёрнулся ещё раз, потерпев очередное фиаско.       Лили нетерпеливо поёрзала выставленной попкой о мой волосатый пах, толкнулась выше, но замерла, ощутив на плече прикосновение моих клыков. Её движения здорово мешали.       Неловко толкаясь тазом, я пытался присесть и одновременно попасть в манящую киску. Но то утыкался в глухую впадину, то касался её сомкнутого анального колечка.       — Не туда! Сэм!       Было чертовски непривычно. Я не чувствовал пропорций этого тела, да и руками помочь себе не мог.       — Мальчик… ну что же ты… — пропищала плаксиво Лили, оплетая мои лапы своими руками. — Давай же… ну… Ах! А-а… а-ага… м-м… м-молоде-эц…       Попал!       Податливое лоно возбуждённой извращенки приняло мой член. Горячая, мокрая плоть туго обжимала член. И казалось, ни конца ни края этому сладкому, засасывающему моё естество тоннелю нет и не будет. Я проникал всё глубже.       Жар её половых губ коснулся моей крайней плоти, если ту можно было так назвать. Всё внутри закрутило от удовольствия. Зуд напряжённой плоти исчез, утолённый тугой и влажной нежностью складочек её влагалища.       — Ай! — коротко и отрывисто вскрикнула она, ощутив крепкий удар собачьего паха. — Ай-яй-яй-яй!       Инстинкт самца, возбуждённого животного вёл меня вперёд. Всё быстрее и быстрее. Глубже и глубже. Глухо колотилось собачье сердце. Влажно шлёпали собачьи яйца по бёдрам текущей самки. Всё глубже и глубже проникал член в мягкое лоно Лили.       — Да!.. Да… Возьми меня… а-а… х-хороший… мальчик… А-а-а-а!       Я бился о её зад с такой скоростью, что она просто не успевала подмахивать. Сначала пыталась, но очень скоро догадалась — мешается.       Замершая, напряжённая, моя зоофилка-жёнушка принимала в себя член хвостатого любовника. Стоны её, поначалу мягкие и протяжные, плавно переросли в резкие и громкие визги.       А потом она просто задохнулась. Малышка не успевала дышать между шлепками.       Член становился всё больше и длиннее прямо во время процесса. И наконец, раздвинув кольцо кожи, наружу медленно выполз мой узел. Пара толчков о бёдра Лили и податливая её вагина приняла мой удлинившийся ствол. А следом, грубо и жадно раздвинув створки киски, туда же ворвалось крупное утолщение плоти.       — Ой! Ой-ой! Ой-и-и-и…       Тонкий и протяжный визг на одной ноте меня не разжалобил. Мелко и часто подёргиваясь, я вошёл в неё на полную длину. Губки сомкнулись выше узла. Нежные пальчики Лили сжались до боли на моих передних лапах.       Резкая вспышка осветила комнату. Раскатистый удар грома завибрировал на стёклах.       Стремительный поток лавы пролетел через мой член. И горячо выплеснулся в глубинах дрожащей вагины моей жены.       Изливаясь внутри неё, я продолжал мелко и часто двигать бёдрами, но всё больше по инерции. Задние конечности покосились от нахлынувшей слабости. Пытаясь удержаться, я завозил непослушными лапами по гладкому хлопку постели, до последнего желая остаться внутри. Когти вспороли ткань, но мне было всё равно.       Я кончил и затих.       Но не Лили. Ей не хватило самую малость. Преодолевая вес моего тела, она задвигалась, потираясь попкой о волосатый живот. Резко и быстро, отчаянно стараясь не упустить своей порции удовольствия. И, наконец, догнала едва не ускользнувший оргазм. Дёрнулась разок и остановилась.       Она пыталась стонать, мощно кончая под тяжёлым крупом пса, но задыхалась от спазмов. А пульсирующий тоннель её вагины нежно ласкал мою плоть.       — Да… Да! Да-а!!!       Горячая жидкость выплеснулась наружу, окатив мой пах и стекая на сжатые бёдра моей похотливой сучки. А когда я вышел, тяжело отползая назад, нашей смеси плеснулось ещё больше. Прямо на любимые лиловые простыни Лили.       Она откинулась на бок и замерла, устало дыша.       Я прилёг на все лапы, разглядывая свою оттраханную жену.       — Это… фу-у… было классно… — слабо улыбнулась Лили, глядя на меня из-под полусомкнутых век.       Я облизнулся. Внутри теплилось странное удовлетворение. И кажется, оно исходило лишь из одного довольства тем, что в этой самке только моя сперма. Ведь я…       — Надо… как-нибудь повторить, да… мой мальчик? — куснула губу моя франкоязычная развратница.       Я коротко рыкнул и встал на лапы, возвышаясь на ней непоколебимой скалой.       Удивлённо распахнув веки, Лили опустила глаза ниже. На наливающийся силой член пса.       Ведь я ещё не насытился.