Новичок

— У тебя против меня ни шанса! — голограмма Серебряный Волк просто излучает самоуверенность. Келус же ожесточенно следит за происходящим на экране. Он игрок. Тратит на попытки достижения рекордов все свободное и не очень время. Но, естественно, тягаться с этой мелкой хакершей он не может. — Я знаю. — Тогда зачем? Ты же совсем нуб. — Но у меня ведь получилось добраться до твоего рекорда в этой новой игре! — Только потому я и играю с тобой, — голограмма потягивается. Келус посмеивается. Они играют уже не редко. Но когда голограмма хакерши появляется на экспрессе, ему становится жутко. От мысли, что гостью заметит кто-то ещё. Потому что сколько бы он ни проигрывал, ему нравится. Очень нравится понимание того, что хотя бы в одной игре он способен находиться в аккурат за лучшей. Ее рекорды заоблачны и недостижимы… но это ли не повод изо всех сил тянуться вверх? Их отношения трудно назвать дружбой. Она может лишь общаться на тему игр, резко обрывая все попытки завести разговор дальше. — Слушай… Кафка, она моя мама? — в какой-то момент тихо и тоскливо спрашивает парень, и от этого вопроса коллега Кафки едва не промахивается пальцем по джойстику. И лицо у нее делается просто очень странное. Келус с удивлением узнает в ней себя. Словно в зеркало смотрит. Тот неловкий момент, когда лицо не выразительное, и выражать ты ничего не хочешь, но смех просто рвется наружу подобно невыносимо и сокрушающий всё силе. — О, ты так думаешь из-за воспоминаний? — Ну… да? Или ты знала меня до потери памяти? — с надеждой спрашивает парень, и на этот раз у Серебряный Волк пропадет с лица любой намек на эмоции. Она ловит себя на том, что хочет рассказать правду. Наверно отчаяние на этой мордочке будет смотреться великолепно. Раз поражение в игре его подкосить не способно, то простая и банальная правда его размажет. И это… будет ли это забавно? Видя полный надежды взгляд, хакерша отворачивается. — Не скажу. Спроси у Кафки, — просто отвечает она. Отвечает и отключает голограмму, чтоб плюхнуться в кресло в своей комнате. Потянуться, вытянуть ноги и просто уставиться в потолок. Они с Кафкой создали этого паренька. Высокоуровневую реалистичную куклу, предназначенную быть вместилищем для стелларона. И она не стала говорить даже крупицы правды из-за приказа Элио, его плана и распоряжения Кафки. Ведь кто знает, как отреагирует их драгоценная куколка, когда осознает, что не было у него никакого раньше. Не было. Потому что он как таковой возник совсем недавно. Ей почти жаль этого дурачину. Ведь в планах Кафки вмешать экипаж экспресса в дела на Лофу. И там она наверняка вывалит на их творение не самую приятную информацию. Интересно, этот наивный дурак выпадет в ужас, осознав, что он лишь инструмент в руках охотников за стелларонами и каждый его шаг предрешён Элио до мельчайшей подробности? Впрочем, она уже скоро об этом узнает. Жаль, с ним было не слишком скучно играть.