Паршивая Овца

      Капитан Квилл бахнул на допросный стол толстенную папку с делами Локи Лафейсона. Тор сидел по соседству, и скрестив руки молча слушал.       — Н-та-а-ак, с чего бы начать? Угон тачек, угон тачек, мошенничество в казино, хищение в крупных размерах, подделка личности, много подделок личности… стоп. Ты сбегал из тюрем семь раз?       — Знаю, капитан, до рекорда мне ещё далеко.       — Хмм, порча имущества…       — Это была случайность. Кто ж знал, что у коровы бешенство?       — К-корова? — удивился Тор.       — Он пригнал её в дом фермера, и та всё затоптала. Нагадила на дорогом диване, разбила вазу семнадцатого века. Тут много фоток. Фу!       — А нечего было заламывать цены на мясо, особенно когда твои коровы больны бешенством, — аргументировал Локи.       — Может перейдём уже к делу? — предложил Одинсон.       — Да, с радостью, — согласившись, Квилл глянул на наручные часы. — Прокурор уже в пути. Тебе дадут амнистию только в том случае, если ты поможешь изловить Коллекционера. Ты должен назначить встречу, и придёшь на неё с прослушкой, выпытай у него побольше компромата и дело в шляпе.       — Как? У меня даже его номера нет!       — Так найди того, у кого он есть. Ты же раньше работал на него, наверняка у тебя остались связи.       — Возможно старый авто-сервиз Барнса всё ещё работает. Надо туда съездить. Ещё есть Франдал. Он был первым к кому я пришёл, когда вернулся. Он мог рассказать Шмидту обо мне.       — Хорошо-хорошо… Отлично, — кивал Квилл, а после повернулся к Тору. — Слушай, а он точно твой брат? Вы же как небо и земля.       — В семье не без урода, — иронично ответил тот.       — Эй, я прямо тут, вообще-то.

***

      Похмелье давало о себе знать: тёмные круги под глазами, во рту кошки нассали, пожелтевшая кожа. И всё-таки дело превыше всего. С горизонта надвигались жирные тучи. Скоро дождь. Братья стояли возле дома Франдала — дуплекса на уютненькой улочке.       — Каков план? — поинтересовался Тор. — Ты знаешь его лучше, чем я.       — Добрый/Плохой полицейский? Всегда мечтал это провернуть.       — И кто будет плохим? Ты, что ли? С перевязанной рукой? Очень устрашающе.       — Ой, захлопнись. Просто доверься мне, и всё будет шито-крыто.       Локи поднялся по крыльцу, позвонил в звонок, а когда дверь отворилась, и за порогом оказался его давнишний знакомый — Франдал моментально пошёл на попятную. Попытался быстро запереть дверь, однако Локи поставил ногу, и резко ворвался в дом. За ним вошёл Тор.       — Ты же обещал больше не показываться… — нервно лепетал Франдал.       — Н-да, ну тут видишь какое дело? Коллекционер как-то прознал обо мне, сечёшь?       — Я здесь ни при чём! — божился тот.       Поначалу спокойный Локи, потёр лоб, тихо усмехнувшись. Вслед за этим его настроение резко поменялось: Лафейсон с размаху вдарил Франдалу прямо в нос, и тот свалился прямо на копчик. Охеревший Тор поспешил осадить брата:       — Эй! Мы так не работаем! Держи руки свои ручонки в узде.       — Он пиздит как дышит, разве не видишь? Этот хуй собачий сдал меня! Я, блядь, чуть не умер в том номере, куда ты меня сбагрил!       — А теперь я, значит ещё виноват? Прекрасно! Удар с левой, может у тебя и чёткий, но в мозгах явно пюрешка из говна!       — И что ты мне предлагаешь? Выпить с ним по чашечке чая? Обсудить погоду?       — Я предлагаю тебе не вести себя как долбоёб, когда прокурор дала разрешение на амнистию! Ты должен быть благодарен, Локи.       — Я благодарен! Ахуеть как благодарен! А теперь дай мне выбить из этого придурка всё дерьмо, чтобы он привёл нас к его боссу!       — П-прошу… я всё расскажу! Всё расскажу! — верещал испуганный Франдал. Оба уставились на него. — Да, я сообщил о тебе боссу — признаюсь. Но у меня не было выбора! Если бы мистер Шмидт пронюхал о том, что я помог тебе, он бы линчевал всю мою семью! С ним шутки плохи!       — У тебя есть номер его телефона? Ну тот, для особых случаев? — спросил Локи.       — Есть! Я… я сейчас вам его напишу!       Франдал торопливо поднявшись, рванул к тумбочке с корреспонденцией. Достав из тонкой стопки рекламную открытку, он на скорую руку начиркал на ней номер и вручил Локи трясущимися ладонями.       — Вот… Теперь вы оставите меня в покое?       — Конечно, — бодро отвечал Тор, после чего засветил значок на поясе. — Но рекомендую вам не покидать штата. За фальсификацию документов вам светит приличный срок. Надейтесь, что вам его скостят за сотрудничество. Всего хорошего.       Братья вышли из квартиры, и едва дверь за ними захлопнулась, они оба стукнулись кулачками. Локи самодовольно прокомментировал:       — Говорил же, довериться мне.       — Звони, и покончим с этим!       — Стоп-стоп-стоп. Не гони лошадей. Ты думаешь всё так просто? А как же подготовка?       — Прослушку нацепить пятнадцать минут.       — О, не-е-ет. Я не об этом.       Тор непонимающе выгнул бровь, когда как его брат игриво уставился на магазин одежды что был через дорогу.       — Только не говори мне, что ты хочешь устроить шоппинг?       — Без обид, Тор, но ты выглядишь как типичный полицейский. Тебе срочно необходимо сменить лук.       — А что не так с моей одеждой? — возмущаясь, он оттянул край рубашки.       — О ничего-ничего, очень даже миленько. Но если бы я ходил с открытой раной, то хотел бы, чтобы меня направили к доктору. А твоя одежда — она как рана. И срочно нуждается в улучшении.       — Я вот не понимаю, ты всегда был таким стервозным, или мне так кажется?       — Просто, когда мы пойдём на встречу…       — «Мы»? Шмидт уже видел меня — не прокатит! Тебе придётся идти одному, Локи. Но я буду приглядывать за тобой, не волнуйся.       От его слов в душе похолодело, а сердце сжалось. Стоять там перед боссом в одиночку? С прослушкой, которую могут засечь в любой момент? Дыхание резко сбилось, колючие мурашки плясали на спине. Покачав головой, Локи тихо промычал:       — Н-нет… я не справлюсь один…       — Справишься. Тебе всегда удавалось как-то выкручиваться, ведь так? Почему ты так боишься Шмидта?       — Он — монстр! Безжалостный психопат, Тор. На публике улыбается, целует младенцев, а в бизнесе…       — Эй, — его старший брат приблизился, и ободряющим тоном убедил: — Всё будет хорошо. Просто скажешь кодовую фразу, и мы с опергруппой пулей прилетим на помощь.       — И какая же у меня будет кодовая фраза?       — Что-то чизбургеров захотелось…       — Сейчас?       — Нет, Локи. Это кодовая фраза.       — А-а-а, понял. Нет, не пойдёт. Шмидт не купится на такую хуйню.       — Ну придумай сам! Умник.       — Что на счёт: «Дует восточный ветер»?       — Это какая-то отсылка?       — Ты что, серьёзно? — усмехнулся Локи. — Хорошо, пусть будут чизбургеры.       — Да! Я знал, что тебе понравится.       — Но по магазинам мы всё равно пройдёмся. На счёт раны я не шутил, Тор! Твоя одежда — это преступление моды. Вызывайте скорую!       — Бля…

***

      Так как все манатки Локи погорели в том номере, ему и самому необходима была одежда. Они с Тором отправились в торговый центр, где дотошно обходили все магазины. С каждым новым приобретением лицо полицейского всё смурнело, а его кошелёк худел. Светлые залы, запах хлорки, которой мыли здешние полы, всё блестящее, кристально-чистые зеркала. Ах — Торговый Центр! Его атмосфера ни с чем не сравнима. Где-то на фоне играл лёгкий джаз, гнусавый голос девушки иногда прерывал вещание спонтанной рекламой или объявлениями о потеряшках.       Тор раскрыл ширму раздевалки и предстал в своём новом облике: бардовое худи с капюшоном, спортивные штаны, и кроссы. Ему это безумно шло. Локи приобрёл пару стильных костюмов, да удобные кеды на широкой подошве. Ещё они не забывали веселиться, примеряя на себя дерзкие варианты: гавайские рубашки, дублёнки на голое тело с искусственным мехом, тёмные очки в форме звёзд, широкопольные шляпы, парики, кожаные косухи с шипами, латексные штаны с дырками на ягодицах, ковбойские клёши с драпировкой. Ах, Торговый Центр! Здесь всегда можно было бесплатно повеселиться.       — Я отойду ненадолго? Мне приспичило, — попросился Локи.       — Ага, — устало отозвался Тор, чуть ли не засыпая.       Брюнет тут же рванул как ужаленный по направлению в мужской туалет. А как только магазинчик, где сидел Тор оказался настолько далеко, что за Локи уже и не проследишь, тот украдкой прошмыгнул к эскалатору чтобы спуститься вниз. Там быстренько подбежал к камерам хранения, вытащил из заднего кармана крошечный ключик с биркой номер пять, открыл ячейку, и выудил оттуда чёрный бархатный мешочек. Сунув его себе под одежду, Локи поспешил вернуться к брату.       — Ну что, мы закончили развлекаться? — спросил Тор.       — Да-да. Сейчас я позвоню Шмидту, а ты труби операм, чтоб готовились.       Нажатие на каждую цифру давалось Локи с трудом. Под ложечкой засосало. Поднёс телефон к уху, однако гудки шли бесконечно. Он уже было выдохнул облегчённо, но тут вдруг пришло сообщение: «Наконец-то мой птенчик опомнился. Жду тебя в гости у Барнса. В шесть тридцать. Приноси угощение». Ком встал в горле, пальцы задрожали и во рту пересохло.       — Мне конец…       — Где встреча? Когда? — требовал Тор.       — Через полчаса. У Барнса.       — Так чего же мы ждём? Вперёд!       Добравшись до машины, они упаковали все покупки в багажник, а после уселись на передние. Тор вытащил из бардачка футляр с прослушкой, затем бесцеремонно задрал рубашку брата. Тот этого никак не ожидал, и ему на колени упал бархатный мешочек.       — Что это?       — Чёрт! Мог бы и предупредить, что раздевать меня собрался!       — А как ещё мне на тебя прослушку нацепить, дурень?       Детектив протянул руку к мешочку, и моментально получил отпор. Локи попытался спрятать его обратно, но было уже поздно. Тор всё понял, и глаза его налились диким разочарованием.       — Что это?! Что в мешочке?       — Не важно!       — Важно! Если это, то о чём я думаю…       — Ну-у-у-у…       — Локи! — рявкнул Тор. — Так это был ты, сукин ты сын!       — Эй, она и твоя мать тоже!       — Ты поклялся мне! Ты клялся её памятью! А — в пизду! Сейчас не время для срачей. Гони алмаз сюда, и дай мне нацепить прослушку!       — Ну уж нет! Бриллиант — это мой единственный козырь, Тор! Я не могу пойти туда ни с чем! Он же убьёт меня!       — Он тебя в любом случае убьёт, Локи! Если конечно, я не сделаю этого раньше! — прошипев сквозь зубы, Одинсон попытался силой вырвать из рук брата мешочек. Тот не сдавался до последнего, вцепился мёртвой хваткой. — Отдай… сюда…       — Нет! Он мне… нужен! — кряхтел Локи.       — Угрх! Как хочешь! — с гневным рыком сдался Тор. — Но знай, что когда тебя посадят, я не буду тебя навещать! Никогда!       — Больно надо! Я просто сбегу оттуда как всегда! Мне не привыкать!       — И могилу твою тоже навещать не буду!       — Ну и ладно! Ты мне не нужен!       — Ты мне тоже!       Злобные аккорды взаимной ненависти утихли, и возникла неловкая тишина. Одинсон крепко сжимал руль и глядел в пустоту. Локи прислонился лбом к стеклу и переводил дух. Едва дыхание выровнялось, детектив робко напомнил:       — Мне всё ещё нужно нацепить на тебя прослушку.       — Валяй.       Неловкость зашкалила: Тор вытащил из футляра приспособление, а когда смущённый Локи приподнял рубашку, его брат стал методично и аккуратно крепить присосками связку проводов и крошечных микросхем. Бледная кожа натянулась, обтягивая рёбра. Было немного щекотно, из-за чего Локи приходилось закусывать нижнюю губу, чтоб не выдать себя. Когда Тор закончил, и чёрная ткань опустилась, он наткнулся на выразительные зелёные глаза брата. Через них просачивались дрожь и трепет. Братья были сейчас так близко друг к другу, что ощущали чужое дыхание. Тепло разлилось ласкающим маревом. Тор пах морским шампунем и кремом для бритья. Локи вдруг вспомнил давно ушедшие годы: как они вместе ходили в школу, и дрались за пульт от телевизора. Вспомнил как его брат умел убаюкать любые тревоги всего лишь одной улыбкой. И как он часто украдкой касался мизинцем мизинца Локи, когда они сидели рядышком.       — Мне страшно, — признался он, и старший брат улыбнулся в той самой манере.       — А ты представь, что играешь на Бродвее? Помнишь, ты же всегда хотел стать актёром. Вот он твой шанс.       — Я попробую…

***

      Одинсон и его коллега Сиф сидели в фургоне мороженщика. Естественно внутри начинка немного отличалась: мониторы, техника, записывающие устройства. Всё, чтобы засадить подонка раз и навсегда. Оба офицера снарядились бронежилетами и дополнительными магазинами для своих пушек. Хмурая Сиф проворчала:       — Не нравится мне всё это. Твоему брату не хватает разве что мишень на башке нарисовать.       — Он справится, — уверял Тор.       Они глядели на него с экранов мониторов. Чёрно-белая картинка выдавала размытое изображение: Локи подходил к старому автосервису с кривой вывеской где краса вся пооблуплилась. Фонарь мигал, его лампочку бы не помешало сменить. Когда Локи встал под ним он выглядел удручённо, но стоило свету вновь затухнуть и появится, как Лафейсон преобразился. Он больше не был трясущимся от страха воришкой, нет. Он был уверенным в себе гангстером. Уверенная широкая походка, расправленные плечи, блеск в глазах. Локи был прирождённым актёром.       Длинные рукава скрывали бинты, волосы зачёсаны назад, прилизаны гелем, тугой галстук подчёркивал тонкую шею. Локи махнул рукой незнакомцу, что возился около раскрытой тачки. Барнс одарил его хмурым взглядом, после чего мотнул подбородком в сторону двери.       — Он внутри.       Парень взялся за ручку двери, глубоко вдохнул и выдохнул, запрятывая тревогу в самый тёмный уголок своей души. В кабинете за рабочим столом сидел Шмидт, облачённый в вельветовый костюм песочного цвета. По бокам от него стояли высокие вооружённые телохранители.       Тем временем опергруппа уже обосновалась на своих стратегических местах. Снайперы подрубили тепловидение, и могли наблюдать за всем, что происходит внутри. Тор связался с ними по рации:       — Всё чётко?       — Всё чётко, — подтвердил голос из рации.       Они слышали их разговор, благодаря прослушке.       — «Ты доставил мне много хлопот, Лафейсон», — утверждал Шмидт. — «Помню тебя ещё мелким птенцом, которого я радушно взял под своё крыло… Что же с тобой стало?»       — «Мне надоело бегать», — твёрдо ответил Локи. — «Ты послал за мной не самых надёжных людей, Шмидт. Надеюсь ты не в обиде за маленький беспорядок, что я устроил?»       — «О, никаких обид. Меня, признаюсь, впечатлила твоя находчивость».       Локи мельком оценил помещение: часы на стене тикали слишком звонко, отмеряя прошедшее время. Фотографии на столе изображали семью Барнса: отец и сын — верные работники Шмидта, кои всегда помогали ему отмывать деньги и разбираться с тачками. Окна зашторены, скрывая угасающие сумерки. Под жёлтой лампочкой мелькала тень назойливого мотылька.       — Прежде чем мы начнём, я хочу узнать кое-что, — уверенно потребовал Локи. — За что ты убил Сильвию?       — Я? Да брось, птенчик, я здесь ни при чём! Это ты её убил.       — Она была лучшей акробаткой, из всех, кого я знал! Она была мне как родная сестра!       — Так нечего было оставлять её одну. Ты попёр не на тех людей, Локи! Откусил больше, чем смог проглотить.       — И поэтому ты хладнокровно застрелил её? Из мести?       — Месть? Нет, птенчик. Урок, — поправил его Шмидт. — Когда мои люди сообщили, что ячейка пуста, я сразу понял кто в этом виноват. Кража и твоё появление в городе не могли произойти случайно. Так что я намекнул своим людям оставить для тебя подарок.       — Сильвия была ни при чём! Она помогала тебе! Была верной!       — А ещё ты любил её, — заметил Шмидт, стреляя в Локи хищным орлиным взглядом. — Ты покусился на то, что принадлежит мне! Отнял мою сокровенную драгоценность, так что я поступил точно так же! А теперь прекращай ныть, и отдай мне Алмаз!       — У меня его нет, — уверял Локи.       — Ты лжёшь. Ты прекрасно осведомлён с моими методами дознания. Ты бы не пришёл с пустыми руками. Отдай мне Алмаз, и я обещаю, всё будет быстро.       Телохранители достали свои пушки. В их тёмных очках мелькали блики от жёлтой лампы. Локи же в свою очередь достал из сапога нож-бабочку, и повертев ею, раскрыл лезвие.       — Ты принёс нож на перестрелку? Серьёзно? — рассмеялся Шмидт.       Сиф в это время в фургоне возмущённо обратилась к Тору:       — У него всё это время был нож? Ты разве его не обыскал прежде чем отпускать?       — Обыскал! Не понимаю, как это он умудряется вечно что-то от меня скрывать? Парни, приготовились!       — «Так точно!», — раздался голос из рации.       — «Он не для тебя, старик!», — в тепловизоре было видно, как Локи приставил что-то к своей шее. — «Ещё одно движение, и я вскрою себе артерию! И тогда никогда не узнаешь, где спрятан Алмаз!»       — «Стоп», — велел Шмидт. — «А ты рисковый. Что ты хочешь в обмен за Алмаз?»       — «Мне нужна крыша под головой! Я пришёл сюда заключить сделку. Дай мне работу, Шмидт! Ты знаешь на что я способен!»       — «Хочешь снова стать частью семьи? Угонять тачки?»       — «Как в старые добрые».       — «Н-да, удивлять ты всегда умел, этого не отнять. Впечатляет!»       Тор и Сиф переглянулись. Ещё чуть-чуть и Шмидт полностью себя скомпрометирует.       — «Но я больше не занимаюсь автомобилями. Бизнес пошёл в гору. Мне больше не нужны автоугонщики. Как насчёт поработать мозгами? Махинации со страховкой приносят куда больше прибыли, птенчик».       Шмидт улыбнулся, и в этот момент Локи понял, что дело сделано. Он убрал свой нож, сложил его и вставил обратно в задний карман. Губы сами собой растянулись, предвкушая будущий хаос.       — Я в деле!       — А теперь, птенчик. Будь добр…       — Конечно, Шмидт. Лови, — выудив бархатный мешочек, Локи бросил его прямо в криминального босса. — Ох, что-то чизбургеров захотелось. Здесь есть где-нибудь кафе поблизости?       Едва мужчина поймал мешочек, сразу же приказал:       — Убить его!       Хаос не стал себя долго ждать. В Локи полетели автоматные очереди, но тот уже скрылся за дверью. Опергруппа ворвалась в автосервиз, Барнса повязали и скрутили сразу. Из всех углов понабежало ещё бандитов. Над головой раздался оглушительный гром, и всполохи света замелькали далёкими молниями. Капля по капле начинался дождь.       Тор вместе со своей коллегой тоже приняли участие в облаве. Глазами отчаянно высматривал брата, но Локи нигде не было. Сиф обезвредила троих, хотя грудью поймала три пули. Бронежилеты спасали, и всё же синяки оставались. Аура перестрелки обухом обрушилась на Тора. Воспоминания из прошлого врезались с каждым выстрелом. Но Одинсон не застыл, он собрался и сконцентрировался на поимке Шмидта. Преследовал его точно гончая.       Но тут краем глаза Тор заметил, как его брат только что взломал чью-то тачку и садится в неё. Мелкие капли переросли в ливень. Ледяной ветер и шум дождя аккомпанировал разразившейся буре. Детектив резво сменил траекторию, подбежал к Локи и забарабанил по боковому стеклу.       — Локи ты что делаешь?       — Сбегаю. Что же ещё?       — Ты не можешь так поступить!       — Ещё как могу! Я украл Алмаз, а об этом в контракте прокурора не говорилось.       — Мы что-нибудь придумаем…       — Да? Не будь таким наивным. Меня сто пудов посадят.       — Я не могу позволить тебе сбежать! — громко перекрикивая гром, заявлял Тор. Позади него вспыхнула веточка молний и небеса озарились на краткий миг ослепляющим светом.       — У тебя нет выбора. Ведь я не единственный, кто вот-вот сбежит.       Оглянувшись Тор увидел, как Шмидт со своими людьми приближается к машине. Остальные находились слишком далеко. И только Одинсон был способен остановить его.       — Бля-бля-бля-бля!       — Иди, братец. Поймай ублюдка за горло!       — Дерьмо!       Тору пришлось действовать быстро: он поспешил к Шмидту, выстрелил в колёса машины, затем его телохранители пытались отстреливаться, но получили по пуле промеж глаз. Испуганный криминальный босс тут же поднял руки, и детектив его скрутил, зачитывая права:       — Иоганн Шмидт, вы арестованы. Всё что вы можете сказать, может и будет использовано в суде. У вас есть право на адвоката. Если у вас его нет, суд предоставит его. Вам понятны ваши права?       — Verpiss dich, Hund! — едко процедил весь промокший под дождём Шмидт.       Щёлкнули браслеты на его запястьях. К месту автосервиса приехала бронированная машина, чтобы увезти всех арестованных в участок. Тору предстояла длинная ночь оформления и гигантская масса бумажной работы.