Impossible

Олеся. Ворочаюсь и зевнув, будучи сонной поднимаю веки. Сфокусировшись, вижу то, как Егор, стоя ко мне боком, слегка подпрыгнул, одновременно с этим застегивая ширинку. Привстав на локти, наблюдаю за каждым его движением. Блондин посмотрел на меня и, ухмыльнувшись, развернулся ко мне лицом. Огромное количество татуировок, красивый торс и крепкая, к тому же татуированная грудь. Последнее, что я помню, так это то, что он предложил поужинать. Застегивает ремешок часов на, левом, запястье, тем временем я сгораю со стыда и горькой обиды. Чувствую себя использованной и никому не нужной. Не о такой жизни я мечтала. — Я уж думал ты не проснешься! — сказал блондин и подойдя ближе, сел в ногах. Прижав колени к груди, я проглотила ком горьких слез. — То, что между нами было больше не повторится! Ты понял? — прохрипела я и повернув голову, вижу свой лиф на незакрытом выдвижном ящике тумбы. Сгорая со стыда, убираю с себя одеяло и тяну к ниму руку. Посмотрев на Егора исподлобья, ловлю на себе голодный взгляд. Быстро застегнув лифчик, встаю, чтобы взять со стула джинсы, но его рука меня останавливает. Вырвав руку с его хватки, молча играю скулами. Булаткин встал и, ухмыльнувшись, наклонился. — Попробуй объяснить парню откуда у тебя засос на попе! — прохрипел он мне на ушко. Как ошпаренная подбегаю к зеркалу в полный рост и кручусь, в поиске метки. Ничего. Что за? Зачем? Секунда и меня притягивают к себе, а потом резко прижимают к холодному зеркалу. Смотря мне в глаза, убирает руку за спину и что-то достает из заднего кармана джинс. Мои трусики… — Или ты хотела идти без них? — Что они делают у тебя в кармане? — спокойно спросила я, на что он удивленно поднял брови. — Ты совершенно ничего не помнишь? — Абсолютно. — Тогда вспоминай. Машина. Пассажирское сидение, — его голос с каждым словом становился ниже и хриплее, что безумно заводило.. — Ты воспользовался тем, что я была пьяна! Отойди от меня! — оттолкнув его от себя, забираю белье. — Да что ты говоришь! Было вполне обоюдно, — он всё также ухмылялся, что начало бесить. Желание расцарапать его красивое, смазливое личико! Закатив глаза, наклоняюсь и быстро надеваю стринги. — Больше! Слышишь меня? Больше это не повторится! — вспомнив то, как Паша надругался надо мной.., прохрипела я. Выпрямившись, смахиваю слезы и забрав джинсы с кофтой, выбегаю из его чертовой спальни. Открыв первую попавшуюся дверь, захожу в ванную комнату и поворачиваю защелку. Положив вещи на пол, включаю холодную воду и намочив руки, умываюсь. Что я наделала.. Одевшись, без оглядки выбегаю из его квартиры. *** Двери лифта открылись и я пройдя по коридору, подошла к своим входным дверям. Вероятность того, что Паша дома сто процентная. Только неизвестно в каком настроении. Будет бить, насиловать или обзывать? Надеюсь ничего из выше перечисленного… Протягиваю руку к дверной ручке и услышав голоса, прячусь за угол. Слышу то, как дверь открылась и осторожно выглянув из-за угла, вижу Пашу с незнакомой мне девушкой. — Я буду скучать по тебе, любимый! — окольцовывает руками его шею, целуя в губы. Отвернувшись за угол, прижимаюсь к стене. Зажмурившись, беззвучно пускаю слезу. Пять лет. Пять грёбанных лет впустую. Дождавшись пока они попрощаются, я спокойно зашла в квартиру. Разувшись, без сил прохожу в гостиную и упав на диван, втыкаю в стену. Тишину разбил звук колес от чемодана. Оторвав взгляд от стены, ожидаю увидеть его черный, но вместо этого, вижу свой темно-синий. — Проваливай! — Подонок! — я вскочила на ноги и ткнула пальцем ему в грудь. — Это моя квартира! — Мне поебать. Когда деньги вернешь, тогда верну тебе твою коробку. — Какие ещё деньги? — нахмурившись от полного не понимания проговорила я. — За моральный ущерб. С тебя миллион, Фомина! — Ха! Мечтай! — сев на диван, скрещиваю руки на груди. — Иначе я сделаю всё, чтобы твоя жизнь была адом. Выбор за тобой.