8. Новый год.
11 июля 2023 г., 10:21
Эрен закрыл за собой дверь, оставляя Леви одного. Следующие несколько секунд у парня ушли на то, чтобы вспомнить, куда он изначально собрался.
— А, обед, — вспомнил он.
Обед всё же будет.
Быстро дойдя до кухни, парень начал представлять, чем можно было бы подкрепиться. Целая куча разных кастрюль. Пока не поднимешь крышку — не узнаешь, что в них, а можно ожидать чего угодно. В маленькой была гречка, а в той, что побольше, суп, а чтобы понять, какой именно, парню потребовалось взять кастрюлю в руки. — Фу, блять... — выругался Йегер, с отвращением посмотрев на рассольник. — Что-нибудь более съедобное у нас вообще есть? Не найдя ничего подходящего, Эрен уже был готов остаться голодным, если бы не осталась последняя надежда. Вдруг в морозилке есть хоть что-то. — О-о-о, а вот это уже гораздо лучше! — улыбнулся самодовольно Йегер, держа в руках полную пачку пельменей.***
После разговора в комнате Леви Эрен стал замечать небольшие изменения. Аккерман сдержал слово и правда стал добрее и вежливее к нему. Даже пятёрку за последнюю работу ему поставил. Йегер не знал, заслуженная она или нет, потому что к работе он не готовился от слова совсем. Собственно, у Эрена тоже поменялось отношение к старшему. Дерзить друг другу при первой возможности они перестали, а если и доходило до этого, то всё заканчивалось шуткой и они расходились мирно. Эти резкие изменения заметили как и Кушель, так и Карла. Напрямую спрашивать они слегка побаивались, но всё же они были очень рады, когда перестали слышать ругань от парней хотя бы каждый день. С каждым днём это сплочение было всё сильнее и сильнее заметно. Например, Эрен после этого разговора перестал выпендриваться — брал при первой же просьбе старшего лопату и убирал вместе с ним снег по утрам. А Аккерман объяснил пару тем девятого класса, которые не усвоились у Йегера в те годы. А в предновогодние дни они даже вместе наряжали ёлку, пока мамы заранее смотрели рецепты того, что можно было бы приготовить. Всё шло слишком хорошо для того, чтобы быть правдой. Эрен до сих пор не мог поверить, что он с Леви почти подружился, а может даже и уже. В самом начале, когда он только переехал сюда, Йегер чувствовал только дискомфорт, находясь в этом доме, но за несколько недель он привык к обстановке и Кушель, а сейчас уже без всяких опасений может поболтать с Леви. В эти дни шатен даже чувствовал по-настоящему домашнюю атмосферу. Этих двух Аккерманов парень уже потихоньку начал воспринимать как свою семью. У Эрена странное чувство интуиции. Точнее, работает оно у него совсем нестабильно и непредсказуемо. Иногда его чутьё ему ничего не подсказывает, когда это действительно нужно, а вот в самые хорошие моменты, когда все счастливы и радуются, у Эрена чуть ли не всегда плохое предчувствие. Так сейчас и произошло. Какого-то хера ему что-то никак не даёт покоя. Хуже всего был факт того, что он понятия не имеет, что именно. Ну что может произойти? Новый год, семья, всё хорошо и все близкие рядом. Постоянное тревожное чувство возникало так же резко, как и пропадало. Пока этой самой тревоги не появлялось, Эрен старался максимально весело проводить предновогодние дни. Например, он уже несколько раз погулял с Жаном, заходил к его маме как и в забегаловку, как и собственно в дом Кирштейнов. Пару раз звонил Галлиардам, Микасе и Армину в том числе. Всё шло прекрасно, но это паршивое чувство давило слишком сильно и Эрен уже не знал, что с этой дрянью делать. Тупо пялясь в потолок на своей кровати, он вспоминал обо всём, о чём только можно, потому что ему чертовски сильно хотелось узнать, в чём же причина. Чёрт знает, сколько времени прошло, пока парень копался в воспоминаниях, пытаясь найти хоть какую-нибудь зацепку. В итоге он даже приблизительно ни к какому результату он не пришёл. Он был готов уже об стену головой долбиться. Ему в жизни только психических расстройств не хватало. Так бы он и дальше безрезультатно размышлял, если бы не еле слышные постукивания в дверь. — Заходи, — вяло и уныло сказал Эрен, но это прозвучало достаточно громко, чтобы стоящий по ту сторону услышал. Дверь открылась, после чего в комнату зашёл довольно-таки частый гость этих четырёх стен — Леви. Брюнет, увидев подавленное состояние младшего, вскинул от удивления брови и спросил: — Эрен, что случилось? Куда ты своё новогоднее настроение уже всрал? Слова учителя прозвучали с ноткой сарказма, но хоть как-то задеть Йегера они не смогли, ему уже было вовсе не до этого. Не получив никакого ответа на вопрос, Леви тут же нахмурил лицо, но вместо того, чтобы сказать что-нибудь едкое, подошёл к нему поближе и сел на край кровати. Своим действием ему получилось привлечь на себя внимание подростка и, воспользовавшись моментом, установил с ним зрительный контакт. — Так что случилось? Нудный как овощ сейчас. Признавайся, чё, девчонка бросила? — Да какая девчонка?! Нет у меня никого. — запнулся Йегер. — И не было... — Да ну, серьёзно? — Максимально серьёзно, — огрызнулся шатен, перевернувшись на правый бок, то есть спиной к собеседнику, явно показывая, что он разговаривать сейчас не настроен. — Ну и что тогда с тобой? — Тебя это так сильно волнует? — Не сказал бы, что сильно... Просто странный ты в последнее время. Сначала у тебя счастья полные штаны. Ещё вчера вместе с моей мамой новогодние песни насвистывал, а сейчас лежишь, будто тебя в бетономешалке покрутили. — Отличное сравнение, спасибо! — закатил глаза шатен. — Эрен, — уверенно сказал Леви. — Если тебя что-то тревожит, то скажи мне, я постараюсь тебе чем-нибудь помочь. "Я постараюсь тебе чем-нибудь помочь", — пронеслись эхом в ушах слова старшего. Былое раздражение тут же исчезло, будто его и вовсе не было, а вместо него появился немой шок. Леви и помощь — два совершенно разных и никак не совместимых понятия. По крайней мере раньше. Эрен перевернулся на другой бок и, оперевшись на локти, приподнялся и сел, не отрывая взгляда от Леви. Слова Аккермана здорово так его удивили. Даже какой-то ком в горле возник, но молчанием ситуация с одной точки сама по себе не сдвинется, поэтому он решил ему всё рассказать. Что за чертовщина происходит? Что происходит с Эреном? Парню осталось лишь надеется, что после своего рассказа Леви не сочтёт его за психически нездорового. — Ладно... — вздохнул Йегер. — Только ты меня в психушку не сдавай, окей? — С такого начинаешь? Настолько всё плохо? П-ф-ф... Йегер, честно, я готов услышать от тебя что угодно, — хотел уже усмехнуться Леви, но, увидев жалкий взгляд хозяина комнаты, решил воздержаться. — Ну, рассказывай. — Да говорить даже толком нечего. У меня это... какое-то непонятное чувство тревоги. Меня что-то волнует, но я никак не могу понять что именно... — У-у-у-у... — протянул старший. — Чё, даже примерно нет никаких догадок? Йегер лишь отрицательно покачал головой, на что брюнет устало вздохнул. Дело серьёзное, а что с ним делать, ни первый, ни второй не знают, но просто так это точно оставлять нельзя. — Ну, боюсь я ничего с этим поделать не смогу. Если у тебя что-нибудь прояснится — говори и тогда уже будем что-то решать, а сейчас спустись вниз, тебя мама звала. — А, да? Хорошо, сейчас подойду... "Охуенно поддержал. Помог прям, м-м-м...", — цокнул Йегер. Карле понадобился Эрен, чтобы тот сходил в магазин. Не забыв дать необходимую сумму и список, она отправила сына за продуктами. "Ну хоть на сдачу разрешила что-нибудь купить", — ухмыльнулся парень. Ближайший продуктовый находился где-то в трёх минутах от дома. Оказавшись внутри, парень, взяв корзину, сразу же направился к нужным отделам. "Чё там... Яйца, майонез, крабовые палочки, горох, кукуруза, куриное филе, горчичный соус", — прочитал парень список, отправленный мамой в виде сообщения в личном чате. — Почему отправили меня, а не Леви? — устало вздохнул Эрен, подходя к витринам с консервированными овощами. Когда кукуруза и горох лежали в корзине, Эрен уверенно двинулся к отделу с морозильниками. Чего там только не найдёшь: пельмени, вареники, креветки, мороженое, мясо, рыба, молочные продукты и много всего прочего. Крабовые палочки тоже должны быть там. Только вот за всё это добро находилось вообще в другом конце магазина, поэтому пришлось идти прямо туда. Повернув направо, Эрен уже собрался идти к нужной полке, но стоило ему посмотреть вперёд, как парень тут же пожалел, что вообще пришёл сюда. Вот в чём дело. Вот почему его так херовило всё это время. Сразу сделав несколько быстрых шагов назад, он спрятался в отделе с хлебом. "Твою мать... Чё он тут делает?", — спросил самого себя перепугавшийся парень. Только что Эрен увидел мистера Йегера, который выбирал себе что-то около витрины с молочной продукцией. Шатену лишь оставалось надеяться, что он его не заметил. Запаниковав, он не знал, что теперь делать. Встретить его в магазине — самое худшее, что вообще могло произойти. "Что мне делать?" — беспомощно начал смотреть по сторонам он. Первой идеей было бросить корзину к херам и бежать домой к маме, но это было бы слишком позорно. Не вариант. Может, мама как-нибудь обойдётся без крабовых палочек? Голова уже совсем не соображала, а руки безумно тряслись. А может быть, учителю на самом деле вообще фиолетово на парня, и тот может спокойно взять себе, что нужно и свалить. "А если нет? Если заговорит со мной? Нет-нет-нет...", — не осмелился вернуться Йегер и направился вообще в другую сторону, вспоминая, чего мама ещё просила. К сожалению маминым деньгам, Эрену прямо по пути попалась полка с чипсами и сухариками. Выбрав себе небольшую пачку чипсов с зеленью и сметаной, тот направился на поиски майонеза и горчичного соуса, не забыв по пути прихватить упаковку с яйцами. Осталось только куриное филе и ненавистные крабовые палочки, из-за которых парень чуть не лишился жизни. К счастью, когда парень проходил меж рядов, он краем глаза заметил, что бородач уже стоит на кассе и просит у кассира добавить к своим покупкам пачку сигарет. Наконец-то Эрен успокоился и, взяв нужное, прогулочным шагом шёл к кассе, надеясь, что учитель уже ушёл. К счастью, так и случилось. Теперь, со спокойной душой парень выложил на ленту продукты. Оплатив покупку, Эрен поплёлся обратно к себе домой. Только вряд ли он забудет эту недовстречу. Чувство тревоги снова дало о себе знать. "Опять?!", — раздосадовался парень. В чём дело? Мистера Йегера же нигде нет, проблема миновала. Стоп, интуиция подсказывает, что это ещё не всё? Только не это. Парень спокойно себе шёл, никого не трогал, всей душой надеялся, что до дома дойдёт спокойно, но буквально на середине пути зазвонил телефон. Недовольно прошипев сквозь зубы, Эрен одной рукой попытался расстегнуть неподдающуюся молнию. Всё же сумев открыть карман, Йегер достал телефон и, прочитав имя звонящего, чуть не выронил телефон из рук. Мобильное устройство вообще захотелось выкинуть. Всё, что угодно, только не он. Даже встреча с мистером Йегером цветочками показалась по сравнению с этим. На экране светилось четыре буквы и одно слово: "папа". "Блять, почему я тебя не заблокировал и не удалил из контактов?...", — дрожащим взглядом смотрел на экран парень. Эрен всё же решил, что лучше ответить прямо сейчас, а то отец начнёт либо перезванивать, либо начнёт звонить маме. Ну уж нет, только этого не хватало. Йегер боязненно прислонил телефон к уху. Даже интересно стало, что папаша ему вообще скажет. — Алло, Эрен, это ты? — послышался знакомый, но не самый приятный голос. — Ну я, — без уважения прозвучал ответ парня. Эрен сам хотел поинтересоваться, чего тот от него хочет, но промолчал, решив, что отец сам сейчас ему всё расскажет. — Ох, рад тебя слышать. Ну, как ты поживаешь, как там Ка... мама? — с ноткой наверняка подделанной грусти спросил мужчина. — Почему тебя это волнует? — злобно и довольно громко спросил Йегер, отчего случайный прохожий резко вздрогнул, поспешив уйти от подростка как можно дальше. — Ну, если действительно хочешь знать, то всё у меня хорошо, а у мамы вообще замечательно! — Оу, вот как... — Да, именно так! Тебя что-то не устраивает? Чего ты мне вообще звонить решил? — А, мне Зик сказал, что он тебя видел только что, вот я подумал тебе позвонить. Ты его вроде знаешь. Он, если не ошибаюсь, учителем биологии в твоей школе работает и, вроде как, ведёт её у тебя, верно? — Верно. — Так-с, я полагаю, ты всё знаешь. — Если ты про мисте... кхм... Зика, то да. — Мама рассказала? — Нет... — протянул Йегер. — Она мне ничего не говорила. Я сам догадался. Но почему ты сам нам ничего не сказал? — Я не видел необходимости об этом вам говорить. Неужели тебе было так просто понять? — Проще простого. Помимо фамилии, я приметил факт того, что Зик ведёт себя как самый настоящий мудила, прям как ты, папа! — сорвался на крик Эрен — Ну-ну-ну... Эрен, что за слова? — Чего ты от меня хочешь? — жалобно провопил Йегер, понимая, что если всё так и пойдёт, то его вспыльчивый характер возьмёт своё, или же, в худшем случае, он сдержит слова в себе, но из-за всплеска эмоций разревётся прямо посреди улицы. — Насчёт этого. Я хотел бы с тобой увидеться. На выходных или на новогодних каникулах, например. — Многого хочешь. Мой ответ: нет. Если хочешь сказать что-то сейчас — говори, пока я не бросил трубку. — То есть, совсем тебе на меня всё равно? Эрен не совсем понимал, чего отец добивается. Может прощения или ещё чего-то. Но не таким же способом. Какой-нибудь колкий ответ так и просился наружу, поэтому Эрен, настроившись серьёзно, сказал одно единственное слово, которого будет достаточно: — Абсолютно! Такого ответа отец явно не ожидал, поэтому Эрен, воспользовавшись моментом, смог собрать в себе всю смелость, которую когда-либо испытывал к отцу, и разом вылил всё на него же. — Мне на тебя всё равно! Слышишь?! На что ты вообще рассчитывал?! Тебе всегда было на меня... — запнулся Эрен, подбирая более цензурные слова. — Всё равно. Сейчас я тебе ответил тем же, что не так? — Постой, Эрен, я не прошу у тебя прощения! Я просто хочу с тобой встретиться и поговорить! — Надо было раньше! Надо было тогда, когда мне действительно нужны были твои любовь и внимание. Я же уже сказал, что видеть тебя не хочу. — Н-но... — Без тебя у меня с мамой жизнь складывается просто замечательно! Пожалуйста, будь добр, не лезь к нам, а мы не будем к тебе. Идёт? — Пожалуйста, Эрен, давай поговорим! — Да почему я тебе так понадобился? Тебе же и без меня нормально живётся. — С этим я не спорю, — вздохнул мужчина. — Честно, у меня правда нет необходимости во встрече с тобой. Просто, хотелось бы ради приличия увидеться. — Засунь это приличие себе куда подальше! — Хорошо, я тебя понял, — сухо выдал отец, понимая, что достучаться до сына у него не выйдет, после чего, не дав Эрену и слова вставить, сбросил звонок. Хвала небесам! Он отстал. Теперь можно хотя бы спокойно вздохнуть, но шатену легче не стало — ему кажется, что он просто так от него не отвяжется. Эрену сейчас надо думать совершенно не об этом, как минимум, не сейчас, потому что в левой руке у него пакет с продуктами, в правой телефон, а перчаток у него нет, а на улице довольно-таки холодно. Чтобы не отморозить руки, шатен ускорил шаг, пытаясь не загружать голову лишними размышлениями. Как только Эрен вернулся домой, в прихожей его встретила Кушель, тут же забрала пакет и пошла относить его на кухню. "Лишь бы чипсы мои не схавали", — жадно прищурил взгляд Йегер, смотря на дверной проём, за которым только что женщина скрылась. Лёжа на кровати у себя в комнате, Эрен спокойно играл в онлайн стрелялки по сети с Конни и Жаном на протяжении часа, после чего, когда всем разом надоело, парень собрался спуститься на кухню, чтобы забрать свои чипсы, но из ниоткуда вспомнились слова отца. "Постой, Эрен, я не прошу у тебя прощения! Я просто хочу с тобой встретиться и поговорить!". Поговорить он хочет. Надо же. С такой жалостью ещё это говорил, что аж... что аж Эрен начал чувствовать себя виноватым. До чего же мерзко. Он сам прекрасно понимает, что это просто манипуляции и не больше, но почему-то отцу удаётся выставить себя бедным и несчастным, что это воспринимается как действительность. Он же правда просто так не отвяжется? Об этом думать совершенно не хотелось. Хотелось лишь выбросить этот возможный вариант из головы как можно скорее и желательно навсегда. Но к сожалению, так скорее всего и есть. Стало по-настоящему страшно. Разговаривать с отцом не хотелось, а увидеться с ним... Это будет как будто смертная казнь. Что с этим делать, как поступить, Эрен не знал. Маме рассказать — не самый лучший вариант. Парень желал матери всегда всего самого наилучшего. Если она узнает про отца, то уж точно рада не будет. Йегеру меньше всего на свете хотелось видеть её грустное лицо. Ему лишь осталось надеяться, что её он трогать не станет и в случае чего разбираться он будет самостоятельно. Сейчас мама счастлива с Кушель и этого достаточно, чтобы Эрен был счастлив тоже. Парень отчаянно надеялся, что встречей с мистером Йегером и звонком от отца всё закончится, очень уж этого хотелось. Хватит с него неприятностей, хотя бы на сегодня. Эрен один. Со всем разберётся сам. Раз уж решил, что впутывать в это маму ни в коем случае нельзя, значит, так и будет. Ещё бы не хватало ей нервы трепать. Из-за отца ей пришлось начинать всё практически с чистого листа, достаточно с неё. Нельзя, чтобы она даже случайно узнала про попытки бывшего мужа достучаться до её сына. Эрен до сих пор помнит, как он вместе с родителями сидел в зале суда, ждал, пока оформят развод. Несмотря на правила приличия, оба прямо перед судьёй наговорили друг другу пару ласковых. "я тебя ненавижу!", — единственное, что сказала Карла Грише после того, как вышла из здания суда, держа Эрена за руку, на что мужчина лишь цокнул, закатив глаза. Развестись родители решили лишь после того, как женщина нашла более и менее подходящее съёмное жильё и вместе с сыном переехала туда. Эрен прекрасно помнил, с какой уверенностью мама сказала это, хоть потом она взахлёб рыдала всю дорогу до дома. Он помнит всё по сей день. Он никогда не забудет, как после этого мама из-за отца страдала. Никогда не забудет и никогда не простит. Нужно что-нибудь обязательно придумать, при чём желательно настолько быстро, насколько можно, пока папаша и до неё не добрался. Нет стопроцентной уверенности в том, что он что-нибудь захочет от неё, но если всё-таки есть риск, нельзя бездействовать. Весь день Эрен сам не свой: голова совсем не думала, руки тряслись, и эта дурацкая тревога. Эта беспомощность новорождённого готова была вывернуть парня наизнанку. Он не знал что делать. Как ему уберечь маму? Она же совсем недавно обрела настоящее счастье, но стоит отцу лишь дать знать о себе, как самый дорогой для Эрена человек снова начнёт расстраиваться и волноваться от дурных воспоминаний. Страх, что жизнь снова может пойти через одно место, никак не мог покинуть голову, он стал настолько мучительным, что хотелось реветь. Так и произошло: от непрекращающихся мыслей об отце глаза парня невольно заслезились. "Только не плакать, только не плакать! Всё будет хорошо! Мама будет счастлива, мама будет...", — пытался подавить эмоции Йегер. Не вышло. Как бы Эрен ни старался, а всё напрасно — непрошенные слёзы начали предательски стекать по его щекам одна за другой. Он, сидя на кровати, поджал колени и, уткнувшись в них лицом, стал тихо всхлипывать. До чего же корежило сердце осознание своей беспомощности. Как же он жалок. Ещё ничего не случилось, а он распустил нюни. Шатен выпал из реальности и перестал что-либо слышать. Сейчас он лишь тихонько, закрывшись ото всех в своей комнате, плакал как малое и беззащитное дитя, стараясь быть как можно тише, чтобы не дай бог не привлечь хоть кого-то. Из коридора начали доносится торопливые шаги, но парень их не слышал. Через несколько секунд послышался звук открывающийся двери, который он уже, разумеется, услышал, но пытаться скрыть лицо уже нечем, поздно. В дверном проёме возник Леви, в этот раз даже не постучавшись. — Эрен, ты оглох? Тебя мать уже четвёртый раз... а... — начал кричать на школьника брюнет, но, увидев его состояние, тут же осёкся, не зная, что и сказать. Теперь даже не угадаешь, кому из них было больше всего стыдно: Эрену, которого Леви увидел в таком виде, или же самому Леви, который так не вовремя зашёл в комнату. — Прости, я... — неловко извинился брюнет, собираясь уйти. — Стой, подожди, — попросил парень дрожащим голосом, до сих пор сидя, прижав колени к себе. — Что там мама хотела? — Ну, она просто спросить хотела, будешь ли ты ужинать. Я так понимаю, что нет. — Да, не буду, — подтвердил Эрен, протерев глаза уже намокшем от предыдущих слёз рукавом. — Только скажи пожалуйста , что я занят и не голоден. — Я вам кто, голубь почтовый? Ладно... — раздражённо вздохнул Аккерман, но, войдя в положение младшего, согласился, после чего закрыл за собой дверь. — Спасибо, — поблагодарил парень, но услышал ли его старший, он не знает. Эрену было немного неловко за то, что Леви увидел его заплаканным. В слезах же ничего стыдного нет, правда? Но парню почему-то сейчас так не казалось. Несколько минут шатен просто пялился в одну точку — заснеженная крыша соседнего дома. Ему сначала показалось, что он даже успокоился, но снова послышались шаги, а за ними открывающаяся дверь. И снова названный гость в лице Леви. — Уж извини, что опять врываюсь к тебе, просто Карла просила тебе это передать, — сказал он, держа в руке кружку, на которую поставили блюдце с печеньем. Не получив никакого ответа, брюнет смело зашёл в комнату и поставил принесённое добро на стол, положив блюдце нормально. На стол, чтобы зеленоглазое чучело ничего не опрокинуло. Он собирался уже выйти из комнаты, но почему-то остановился, повернувшись к Эрену. Сжимая в руке дверную ручку, тот начал колебаться. Вроде как надо уйти и оставить старшеклассника в покое, так же хотелось его поддержать, хоть это и вовсе не его забота. — Вот серьёзно. Извини, что маячу перед тобой, но может скажешь, что с тобой в последнее время вообще происходит? — Да не, ничего. Нормально всё, — отмахнулся Йегер. — По тебе так и не скажешь. Просто учти, — начал Аккерман, присаживаясь на край кровати. — Что вопросы к твоему поведению вскоре появятся не только у меня. После этих слов, у Йегера буквально что-то щёлкнуло в голове. "Просто учти, что вопросы к твоему поведению вскоре появятся не только у меня", — пронеслось снова в голове. Только не мама. Он не сможет ей ни соврать, ни правду сказать. — Блять, Леви, мне страшно, — выдавил из себя Эрен, посмотрев старшему прямо в глаза. — Что мне делать?... — Подожди, что тебя пугает? — уже чуточку тревожно спросил Аккерман. — А ты меня за идиота не примешь? — начал Эрен, тихо всхлипнув. — Обещаю, что нет. Я внимательно тебя выслушаю, говори как есть. Если хочешь вообще... — Меня мама же в магазин отправила. Так вот, — сделал глубокий вдох Эрен, потому что после рыданий воздух в лёгких заканчивается моментально и было трудно выдавить из себя хоть слово. — Там я встретил м-мистера Йегера. А потом, когда домой шёл, у меня телефон завибрировал в куртке, с-смотрю — мне звонят... Леви слушал его внимательно. Ни на что не отвлекался, не прерывал, вопросов не задавал, а лишь как сел, так и сидел неподвижно, смотря только на Эрена. Прошло несколько секунд молчания, после которых парень с трудом выдавил следующие слова: — А звонил мне отец. Звонил, чтобы сказать, что собирается вст-третиться со мной! Я не хочу! — жалобно крикнул он. — Несколько раз пришлось ему это объяснять, потому что он был слишком настойчив. Да и вся проблема даже не в этом! — А в чём? — с искренним интересом поинтересовался Аккерман. — Я боюсь, что он и до мамы доберётся, — признался Эрен, после чего его глаза снова начали слезиться. — Ты даже не представляешь, как она после развода мучалась! Ей было так тяжело... Брюнет видел, с каким трудом эти слова давались младшему, поэтому, пытаясь хоть как-то его продержать, он подсел к нему ближе, положив ладонь на плечо. — Моя мама сейчас счастлива с твоей. Я не хочу, чтобы он снова объявился. Я не хочу, чтобы она о нём даже вспоминала! — сказал парень и, не сдерживая слёз, заплакал снова, только в этот раз куда более горько и громко. — Оу, Эрен, ну ты чего... — растерялся Аккерман, не зная, как поддержать рыдающего взахлёб подростка. Йегер доверился ему, рассказал о своей проблеме. Нужно же сделать хоть что-то, а то сидеть как бревно и бездействовать — не лучший вариант. Не придумав ничего лучше, Леви сел к нему настолько близко, насколько возможно, и прижал парня к себе, крепко того обняв. На удивление, Эрен возмущаться и протестовать не стал, а наоборот, обнял Аккермана в ответ, утыкаясь лбом ему в плечо, продолжая рыдать.***
Через несколько дней Эрен вовсе перестал переживать из-за отца, можно сказать, даже забыл про него. Всё вернулось на свои места, даже новогоднее настроение вернулось, правда немного поздновато, ведь уже тридцать первое декабря. Куча времени у женщин ушло на приготовление праздничных блюд. Пока те готовили, парни чего только не делали: убирались по дому, говорили со своими друзьями по телефону, иногда приносили мамам то, что они просили. Такими темпами к одиннадцати вечера уже всё было готово: телевизор был включён, стол из кухни перенесли в гостиную. Салаты, мясо, овощи, фрукты, напитки и всё остальное уже стояло в готовом виде, а жители дома были в предвкушении праздника и вкусного ужина. За десяток минут до двенадцати женщины начали обзванивать всех друзей, родственников и знакомых, пока парни раскладывали столовые приборы. — Леви, поздравь дядю Кенни с наступающим! — позвала брюнетка сына, протягивая тому телефон. Тот, цокнув, принял мобильное устройство и заученными фразами начал разговаривать со своим дядей. Разговора Эрен не слышал, да и подслушивать нехорошо, поэтому закончил раскладывать всё сам. В последние минуты Карла и Кушель сидели за столом и желали своим сыновьям всего самого наилучшего. Ровно в ноль-ноль женщины будто с цепи сорвались: буквально за несколько минут четверть всего приготовленного уже была съедена, а стеклянные бутылки с газировками и кувшины с компотами были полупустые. — Как хорошо, что они не пьют, — с радостью подметил Леви, обращаясь к Эрену. — Ага, — согласился младший. — А ты? — А я? Ну, могу выпить иногда немного, если есть возможность, — признался Аккерман. — Кстати, с Новым годом тебя. — Спасибо, тебя тоже! — хихикнул Эрен, параллельно наливая себе в стакан лимонад.
