Ну спасибо, мам

      Урок истории проходил как обычно: Армин, сидя за первой партой напротив учительского стола, внимательно слушал, что говорит мистер Смит и записывал всё, что тот запишет на доске. Микасу происходящее не особо интересовало, поэтому она предпочла сыграть по сети с Энни в морской бой, лишь иногда делая хоть какие-то записи в тетради из-за уважения к учителю. Райнер и Бертольд, забрав подставки для учебников у впереди сидящих Флока и Марло, загородились от учительских глаз и достали карты. Имир как всегда писала всякие любовные записки Хистории и бросала их со второй парты ряда у стены на первую парту среднего ряда, когда мистер Смит временами отворачивался. Пик спокойно себе сидела одна на предпоследней парте среднего ряда и спала, ну или просто делала вид, что дрыхнет, спрятав лицо руками. Сзади брюнетки сидели Конни и Саша. Эти двое опять устроили пикник. Ну что поделаешь? Четвёртый урок — вполне неплохое время для обеда. Братья Галлиард проходили сюжет в мобильной игре, в то время как Эрен и Жан, опять что-то не поделив, принялись рисовать друг другу в тетради разнообразные рисунки самых разных размеров. — Ты охуел? Я тебе карандашом вообще-то нарисовал, а ты мне ручкой! — максимально возмущённо, насколько только можно, прошептал Йегер. — Зато смотри, я тебе совсем маленький писюнчик, а ты мне прям целое гандонище на пол-листа! — также недовольно ответил Кирштейн. — Могу на весь сделать, пойдёт? — Щас я тебе на лбу маркером нарисую, ух заглядение будет! — Кирштейн, Йегер, я вам не мешаю? — поинтересовался мистер Смит, повернувшись лицом к парням. — Простите, — одновременно выдавили двое, после чего посидели в тишине где-то полминуты, а потом зашли в ту же игру, в которую рубились Галлиарды.       После истории у них по расписанию обществознание, на которое Йегеру не очень идти хотелось. Стоило только вспомнить про поступок мисс Рал и реакцию Леви...       По непонятной для многих причине девушка задержалась и опоздала на урок на пять минут, да и зашла она в кабинет совсем невесёлой. Почему у рыжеволосой недовольная рожа могли лишь четверо парней, сидящих в конце класса. Наверняка, у неё недавно была "вежливая" беседа с Леви, хоть у себя в кабинете она спокойно смотрела на всех учеников, в том числе и на Йегера, что показалось ему довольно странным. Мистер Аккерман не стал рассказывать источник информации? Ну, может это и к лучшему.       После информатики — последнего урока, Эрен шёл домой максимально быстро. Он после школы решил проводить Порко, Марселя и Жана, что заняло у него довольно много времени, хоть и жили эти трое совсем неподалёку от школы.       Стоя на остановке, Эрен ждал нужный ему автобус, который пройдёт последний перед тем, как закончится седьмой урок. Парень так спешил, потому что не собирался он попадаться на глаза Аккерману, у которого их как раз-таки семь и было. Не хотелось ему сейчас с ним на одной остановке стоять.       Почему он боялся? Он же сделал всё правильно. Да, правда никому не понравилась. Ну а как иначе? Не оставаться же Леви идиотом. Но всё же Эрену было слегка стыдно за то, что влез в чужие отношения. Ему это казалось каким-то неправильным.       Этими мыслями Эрен был занят, пока ехал до своей остановки. Выйдя из автобуса, парень побрёл в сторону дома уже стараясь ни о чём не думать. Дома парень максимально быстро снял куртку и зимние ботинки, затем рванул в комнату, будто боялся, что стоит ему задержаться хоть на секунду и мистер Аккерман объявится у него за спиной, поэтому Йегер спрятался у себя в комнате, даже не пообедав. Не хотелось как-то, да ещё и время поджимает — Леви мог прийти с минуты на минуту, а видеться с ним в ближайшее время не было самой лучшей идеей. Пусть брюнет тоже посидит у себя в комнате, поразмышляет обо всём, ну а если захочет поговорить, то пусть сам подойдёт. Не будет Эрен ему лишний раз глаза мозолить.       Когда шатен сидел за своим столом, решал задачи из сборников и смотрел видеоурок для подготовки к экзамену по марлийскому с определёнными темами, входная дверь открылась, что тот, понятное дело, не услышал, потому что был в наушниках. О том, что мистер Аккерман дома, Эрен понял только когда послышались шаги в коридоре. Сердце будто пропустило удар. Он понадеялся, что учитель зайдёт к себе в комнату, а не к нему, как обычно делает. К счастью, так и произошло: открылась лишь дверь напротив комнаты Йегера, а затем с громким хлопком закрылась.       Было вроде как спокойно. Эрен, сделав несколько номеров, решил, что на сегодня достаточно и было бы неплохо отдохнуть хотя бы часик.       Парень убрал канцелярию в пенал и хотел уже прыгнуть на кровать, чтобы посидеть в телефоне, но в дверь постучали прежде, чем он подошёл к кровати.       "Всё же объявился", — хмыкнул Эрен, прекрасно зная, кто стоит по ту сторону. Парень подошёл к двери на ватных ногах и уже начал морально готовиться к тому, что его сейчас будут рвать на части.       За дверью, разумеется, стоял мистер Аккерман. Только вот, Йегер ожидал увидеть его злобную рожу как тогда в школе, но нет. Сейчас в этом печальном взгляде читалось: "как же я заебался". Парень уверен, что верным было именно это слово, а не просто "устал". Не зная с чего начать, Эрен стоял молча, надеясь, что Леви заговорит первым. — Это... Эрен, прости меня. Небось я своими криками тебя напугал, — неловко извинился Аккерман. — Не, ничего! Всё в порядке, правда! Но всё же у меня действительно душа в пятки ушла. — Я знаю, поэтому я и извиняюсь, — сказал он, сделав полный несчастья вздох. — Я зайду? — Да, конечно! — сказал Йегер, с сомнением пропуская к себе в комнату нежданого, но в тоже время зачастившегося гостя. — Эрен, скажи честно, как мужчина мужчине, что во мне не так? — спросил старший, усевшись на край кровати и закинув ногу на ногу. — Что не так? Дай-ка подумать, — сказал Эрен, приблизив пальцы к подбородку, сделав умный вид. — Ну... — Говори как есть. Пожалуйста. — Многим ты кажешься вечно чем-то недовольным и злым, поэтому большинство девушек предпочитают тебя обходить стороной. Это касается не только отношений. Люди в принципе избегают общения с тобой. Буду честен, раньше я тоже тебя опасался, но всё лишь дело времени. Если к тебе привыкнуть, то тогда ты кажешься не таким уж и ужасным. Кому, как не твоим друзьям и близким это понимать? Только учти, что далеко не каждый сможет взглянуть на тебя с другой стороны. — Да, ты прав. Я сам прекрасно понимаю, что характер у меня не сахар, но я же не изверг и кто-то там ещё. Просто я — серьёзный человек с твёрдым характером, разве в этом есть что-то плохое?       Аккерман выглядел несчастным и Эрену от этого чертовски неловко. Хотелось хоть как-то поднять ему настроение и подбодрить, пусть даже если это будет глупая шутка, главное, чтобы хоть на секунду тот улыбнулся. — Настолько серьёзный человек, что прыгаешь в сугробы вместе со школьником, а потом ржёшь с этого? — А? — не понимая спросил Аккерман, уставив тупой взгляд на младшего.       Эрен уже хотел было извинится, сказать, что это тупая и неуместная шутка, но не успел: до Леви всё-таки дошло и тот начал становится радостнее, будто расцветал, словно цветок. А через несколько секунд и вовсе начал тихонько хихикать. — Эх, Йегер-Йегер, — протянул старший, закатив глаза..       Пока Леви улыбался ребячеству шатена, Эрен неуверенно, будто это вовсе не его комната, подошёл к кровати и присел рядом с Леви. — Ладно, — сказал брюнет, успокоившись. — Я пришёл, чтобы не только извиниться, но и сказать спасибо. Спасибо, Эрен. Если бы не ты, то Петра наверняка продолжила бы держать меня за идиота. — Да не за что... — отмахнулся парень и отвёл взгляд в сторону, всё ещё чувствуя себя неловко.       Аккерман ещё несколько секунд смотрел в стену, будто хотел сказать ещё что-нибудь, но так и не придумал, что именно. Глубоко вздохнув, он лениво поднялся и вышел из комнаты, под сопровождением взгляда Эрена.

***

      На следующий день Эрен уже и не вспоминал про разговор с Леви. Будто его и не было вовсе.       Сейчас парень был занят другим: сидел на биологии и записывал всё на листок, так как тетрадь у него благополучно "потерялась". Ничем не выделяющийся типичный урок: всем скучно, а за действиями учителя следят лишь зубрилы и те, кто решил позаниматься своими делами, только тихо и незаметно, поэтому наблюдали за биологом, чтобы не выдать себя.       После звонка все сорвались со своих мест и помчались в коридор. Эрен со своими друзьями поспешил сделать то же самое. Уже в дверном проёме парень услышал, как его окликнули, а повернувшись, он заметил на себе взгляд мистера Йегера. — Йегер, задержись пожалуйста. На минуту.       Биолог впервые с ним заговорил таким вежливым тоном. Ну надо же. Резкое удивление сменилось страхом перед неизвестностью, ведь кто знает, что тот ему скажет? Посмотрев на друзей, Йегер словил на себе их сочувственные взгляды.       Шатен закрыл за собой дверь изнутри, оставляя остальных в коридоре, затем подошёл чуть ближе к учительскому столу и замер на небольшом от преподавателя расстоянии. — Думаю, нам бы не помешало просто поговорить, — начал биолог, почесав свою бороду. — А о чём, если не секрет? — Ну, об отце, например. — Что?       Вопрос так и завис в воздухе, оставшись без ответа. Блондин вдохнул полной грудью, готовясь к разговору. — Ты же сам всё знаешь? Ну так вот. Я тогда стоял рядом с отцом и слышал, как он тебе звонил и как происходил ваш разговор. Я думал, что ты его любишь. Думал, что он дал тебе ту отцовскую любовь, которой я был лишён. Но, как я услышал, ты тоже питаешь к нему не самые тёплые чувства?       Вот так напрямую заговорить про отца? Очень смелое решение, видимо, к этому разговору мистер Йегер готовился заранее, подготовив ответы на каждое слово Эрена. Сам же шатен слегка был ошарашен столь резкому переходу к сути, поэтому стоял смирно, не имея возможности даже пошевелиться. — Эрен, извини меня, что как-то косо смотрел на тебя. Я завидовал тебе, я презирал тебя, потому что думал, что папа тебя любит, пока не узнал, что для отца ты значим ничуть не больше меня. Я был обижен всё это время. — Ой, ну чего вы... всё в порядке, правда! Я не обижен! — ляпнул Эрен. — Я вёл себя по-идиотски. Я даже ни с того ни с сего занижал твои оценки. Ты не волнуйся, я всё уже исправил! Все те тройки я поменял на четвёрки, поэтому у тебя там теперь хороший балл. Тебе бы ещё бы две пятёрки получить и у тебя будет пять выходить в триместре. Я тебе даже задание на оценку дам. Сделаешь к следующему уроку? — спросил мистер Йегер, протягивая распечатки. — Оу, спасибо! Сделаю! — скромно поблагодарил Эрен. — Это... мистер Йегер, можно вопрос? — Да? — Вы не знаете, как там отец поживает? Мне не то, чтобы было интересно... — Вроде как нормально. Живёт вместе с моей мамой, а я отдельно. Лишь иногда на некоторые праздники захожу в гости на пару часиков. — Ясненько... — Знаешь, я даже толком не заметил, как он помирился с мамой. Всё произошло так неожиданно, хотя будет правильнее сказать, что я узнал обо всём в последний момент. А ещё Эрен, можно тебя попросить кое о чём? — Да, конечно! — Когда мы наедине или за территорией школы, зови меня, пожалуйста, просто Зик, если тебе не сложно. Не хочу себя чувствовать чужим человеком для брата. — Без проблем! — воодушевлённо воскликнул парень, чем явно обрадовал старшего. — Ладно, ты торопился вроде. Можешь идти на следующий урок, больше не смею тебя задерживать. — Всего хорошего! — сказал Йегер, махнув рукой, после чего мигом вышел из кабинета.       Эти двое к нему так подобрели, что мистер Аккерман, что мистер Йегер. Просто чудеса! В голове у Эрена это как-то не укладывалось. Разумеется, он не особо против таких перемен, просто всё казалось каким-то нереальным, будто происходящее было чем-то из разряда: "слишком хорошо, чтобы это было правдой", только этого самого подвоха нигде нет.       После уроков, Эрен стоял у крыльца школы, ждал мистера Аккермана, зная, что у них обоих сегодня семь уроков. Через несколько минут после звонка, брюнет вышел из школы, но не один — за ним хвостиком плелась Ханджи, с чего-то хихикая, что явно тому не нравилось. Недовольство сменилось удивлением, стоило Аккерману увидеть Йегера, верно и преданно его ждущего.       Эрен не обратил должного внимания на приподнятое настроение учителя химии, потому что ей свойственно быть почти всегда весёлой, поэтому, перебросившись с ней парой слов, он пошёл вместе с Леви к автобусной остановке. Аккерман после расставания с мисс Рал выглядел немного поникшим, но тот быстро привыкал к реальности всё больше и уже на следующий день выглядел немного лучше.       В автобусе Эрен пытался всячески завести беседу с Леви на абсолютно любую тему, пока тот смотрел в окно, будто специально пытаясь избегать разговора с ним. Но Йегер — та ещё заноза в заднице, поэтому он всячески пытался узнать, как у того прошёл день, да и вообще что тот планирует делать на выходных или просто в ближайшие несколько недель. Может, просто погулять с друзьями? Сходить куда-нибудь одному? Или просто жить так, как жизнь распорядится. Парень долго не отставал, пока Аккерман до него ясными словами не донёс, что хочет посидеть молча и цепляться к нему не нужно. Эрен, замолкнув, отвёл взгляд от брюнета и всячески старался больше его не возвращать на прежнее место.       Увидев, как Эрен расстроился из-за грубых слов Леви, тот поёжился на месте. Опять угрызение совести. Снова стыдно за свою грубость, но вместо того, чтобы извиниться и признать, что немного перегнул палку, Аккерман продолжил молчать.

"Несмотря на свой, как говорит почти каждый, тяжёлый характер, есть всё-таки люди, которые готовы принять его таким, какой он есть. А что он? Он продолжает отталкивать от себя людей", © Автор (слова из седьмой главы).

      Вернулись домой они молча, так и не проронив ни единого слова. Дверь им открыла Карла, вернувшаяся с работы сегодня гораздо раньше обычного, окинув парней радостным приветливым взглядом. Когда те зашли во внутрь и стояли в прихожей, женщина упорхала на кухню, а те почти сразу учуяли запах чего-то вкусненького.       После вкусного обеда Леви помыл за собой тарелку и кружку, а после пошёл к себе в комнату. Эрен вызвался помочь маме помыть всю остальную посуду, за что та была чрезмерно ему благодарна.       Пока Эрен мыл сковороду, Карла сложила оставшееся в пластиковый контейнер, чтобы когда Кушель вернётся, то она тоже могла отведать её стряпни, ведь её, в отличие от её возлюбленной, так рано не отпустили. Но всё же, было парню интересно, в чём причина столь резкого игнора.       Следующие минут десять, сидя в своей комнате, он потратил на то, чтобы вспомнить, что он ему говорил в последнее время и, не вспомнив ничего такого, просто досадно шмыгнул носом, ища в телефоне какую-либо игру, чтобы отвлечься от мыслей. Да, произошла неприятная ситуация. Но жизнь же на этом не останавливается? Хотя, откуда Эрену знать, насколько это больно? Но всё же ему казалось это странным из-за несостыковок. Ещё вчера Леви сам зашёл к нему в комнату, поблагодарил, за то, что он ему рассказал про случай с Петрой, а сегодня уже ведёт себя так, будто избегает? В конце концов, парень решил, что это всё временно и тот просто отдоходит от расставания, он вроде как успокоился и навязчивые мысли о том, что он просто надоел Аккерману, вылезли из головы. Всё же, парень не мог полностью понять чувства Аккермана, потому что сам никогда не был в отношениях, и уж тем более ощущать на себе измену ему не приходилось, поэтому он мог лишь на словах сочувствовать брюнету.       В субботу утром Жан написал Порко, Марселю, и, естественно, Эрену, что приглашает их к себе в гости с ночёвкой. Братья Галлиард откликнулись в первую же минуту, ответив, что согласны. А вот Йегер ответил лишь через полчаса, просто потому что спал, пока Кирштейн не разбудил его, позвонив, за что обзавёлся новыми и не самыми милыми прозвищами.       О том, что он в доме проснулся последним, Эрен узнал лишь после того, как спустился вниз и услышал на кухне оживлённые разговоры женщин и местами проскакивающий голос Леви. Не желая появляться перед остальными в таком виде, он быстро забежал в ванную комнату, в том же темпе умылся, причесался и, полный жизни, вышел к остальным.       Первым парня заметил брюнет, бросив сухое: "доброе утро", после чего женщины пожелали ему того же, только уже куда более душевно и радостнее. Когда Кушель положила Эрену тарелку с завтраком и тот сел за стол, тарелка Леви оказалась уже пуста. — Ма, ты не против, если я к Жану с ночёвкой схожу? — Нет конечно! Думаю, просить тебя хорошо кушать смысла нет, миссис Кирштейн в любом случае вас голодными не оставит, хи-хи, — хихикнула мама. — Ха-ха, это уж точно! Ну ладно, сейчас поем и пойду собираться. — Давай.       После завтрака, собрав самое необходимое в школьный рюкзак, заменив учебники и тетради, Эрен принялся одеваться в то, в чём пойдёт. Быстро натянув первую попавшуюся кофту, а следом и джинсы, захватив со стола связку ключей и проездную карту, тот вышел из комнаты и бегом спустился вниз. — Эрен, ну надень ты шарф. Холодно же, замёрзнешь, а то и вовсе заболеешь... — подошла к парню мама, упрекнув его. — Ай, ладно!       Парень закатил глаза, но просьбу выполнил. Он накинул куртку, а следом портфель и, обувшись, вышел из дома. Когда Эрен зашёл в автобус и сел на свободное место, он решил написать Жану, что уже в пути, и минут через пять-десять будет уже у него.       Доехав, он побрёл до нужного дома дворами. Парень ввёл номер домофона и уже хотел зайти внутрь, закрыв за собой дверь, но остановился, услышав знакомые голоса, кричащие его имя и быстро приближающиеся шаги.       Разумеется, это были братья Галлиард, которые чуть ли не влетели в шатена, остановившись в нескольких сантиметрах от него, после чего все вместе зашли в подъезд.       Поднявшись на шестой этаж, парни начали одновременно стучать в дверь. Через несколько секунд дверь открылась, а в проёме стоял Жан, которому Порко тут же в шутку несколько раз легонько постучал кулаком по лбу. — О, привет! Захо... Ай, Порко, бля! — тихо выругался Кирштейн, чтобы мама не услышала.       Чувствуя себя как дома, гости быстро сняли с себя обувь, куртки и рюкзаки, в которых было самое необходимое на эти два дня. — Мальчики, кушать не хотите? — Спасибо, нет ещё, — сказал Марсель сразу за всех, выходя из ванной комнаты после того, как помыл руки.       Спрятавшись в гостиной, парни быстро переоделись в домашнюю одежду и, усевшись играть в приставку, начали "продуктивно" проводить день. Сидели и играли, пока им не попался слишком сильный босс, которому они в четвером всрали даже с пятой попытки. — Блин, мне чёт поднадоело уже, — признался Порко. — Мне уже тоже, — согласился Эрен. — Чё теперь делать? Может просто поговорим о чем-нибудь? — предложил Марсель. — Почему бы и нет? Только о чём? — поинтересовался Жан, заставив всех разом задуматься. — Да о чём угодно! Можем и учителей обосрать! Можем хоть девочек пообсуждать! — Девочек? Серьёзно?... — удивился разнообразию Марсель. — Ну а почему бы и нет? Вот тебе кто нравится? — Никто... — Да ну? — Да ну. Это ты один здесь по Пик сохнешь, как в саду крапива. И чего ты в ней нашёл? Она же... она же просто спит на уроках! При любой возможности, всегда и везде! — Ты осуждаешь мой выбор? — Чё? Нет. Просто не понимаю я тебя немного. А насчёт вас что? — Ну... мне Микаса нравится ещё с девятого класса, только т-с-с. Расскажете кому-либо, я вас просто прибью! Это наша тайна. Уяснили? — признался Кирштейн, а потом продолжил, когда друзья кивнули. — Эй, Эрен, а что насчёт тебя? — Мне тоже никто. — Реально? А вот тебе никогда не казалось, что ты кому-то нравишься? — неоднозначно подвигал Жан бровями. — Жан, на что ты намекаешь? На то, что я тебе? — в шутку спросил Эрен. — Конечно! Ладно, шучу, — отмахнулся он. — Просто... видишь ли, мы во время уроков по сторонам смотрим и постоянно замечаем, как Хистория поворачивается к нам и пялит на тебя, — ответил вместо Жана Марсель. — Чего? Да нахер она мне? Тем более, у неё уже имеется... ухажёрка, поэмы ей целые посвящает! — оправдался Йегер. — Ну это да. Имир сразу рожу конкурентам начистит. На опыте Райнера говорю, если чё, хе-хе, — сказал Порко, вспомнив, как в том году Браун пытался признаться Хистории на большой перемене, но веснушчатая собственница, раскусив мотивы парня, отвела его за угол и сказала ему пару ласковых, после чего Райсс долго просила Имир извинится перед ним. — Ну вот и всё. — Эх, ну и скучные же вы с Марселем... — досадно вдохнул Порко. — Ага-ага, — раздражённо цокнул Эрен.       Решив, что на этом можно и закончить, друзья решили заняться чем-то разным: Жан отправился на кухню помогать родителям с приготовлением еды для гостей. Братья Галлиард залипали в соцсетях. Эрен не знал, куда ему себя деть, пока телефон, лежащий рядом, не завибрировал, оповещая о пришедшем от кого-то сообщении.