Стирая границу

Утро встретило Джонхана холодной постелью, но улыбка не спадала с его уст. Этой ночью альфа взял его не меньше четырёх раз, после двух из которых Хан просто отключался. Это была их лучшая ночь. Сегодня он был готов идти на работу, даже пораньше вышел, чтобы собрать трав для лекарств и запасов. У них был чёткий план и сегодня надо было сделать много дел для их совместного будущего. На работе начальник сначала удивился, что Джонхан вышел раньше данного ему на отдых срока, но увидев замечательное состояние своего подчинённого, только обрадовался. Даже то, что у Джонхана были отношения с альфой из другой стаи, для своих, не делало его хуже. Люди не поменяли своего отношения к нему, но не поменяли они его и к Сынчолю. Джонхан ни с кем не заговаривал о Чоле и люди были ему за это благодарны, потому что никто не понимал, как вести этот разговор. Он лишь был благодарен, что Сынчолю дают беспрепятственно входить на территорию стаи. На обеденном перерыве он встретился с Мингю. Конечно, Сынчоль рассказал ему о поведении альфы и по хорошему Джонхану надо было пойти к вожаку и рассказать, но тогда Мингю попадёт и его могут больше не поставить, как альфу для поездок в город. Он подошёл к молодёжи, что увлечённо слушала рассказы о городе от Мингю и пристроился рядом. Ничего особо нового он не услышал. Омеги не ездили в город, но в юношестве Джонхан так же, как и омеги, собравшиеся вокруг Мингю, с упоением слушал эти истории. После того, как он закончил свои рассказ и ребетня начала щебетать, Джонхан потрепал его по плечу, привлекая внимание. - Мингю-я, пойдём, поговорим. - Улыбка, что была на лице младшего тут же сползла, оставляя привкус горечи и Хан понял, что разговор будет не из приятных. Мингю был замечательным альфой, они много времени проводили вместе, хоть он и был на десять лет младше него. Не видеть интерес альфы к своей персоне было нельзя, даже до полного созревания, он постоянно бегал за ним, желая получить внимание омеги. Их отношения были близкими, как у братьев, поэтому для него было важным разобраться сейчас с Мингю, сохранить эти тёплые узы. Они отошли подальше от толпы и сели за маленький столик. Джонхан сходил за кофе для себя и младшего и наступила неловкая тишина. - Сынчоль мне рассказал о твоём поведении в городе. - А ты теперь будешь верить всему, что он говорит? Он чужой, хён! Он может использовать тебя, поиграться и бросить! Тебе не кажется, что ты заходишь слишком далеко? - Мингю явно готовил эту речь. Может он хотел произнести её в другой ситуации, но слова эти он явно обдумывал и не раз. - Да, я доверяю ему, но если ты готов рассказать свою версию, я всегда тебя выслушаю. - Джонхан совершенно не злился, его голос был мягким, даже успокаивающим. - Он подошёл к нашей точке, беты даже меня позвали, не знаю, что уж он им наговорил! - Он говорил быстро и возмущённо и Джонхан понял, что видит в нём милого ребёнка - Начал про ту ночь говорить.... Ублюдок! - в младшем было столько желчи, что уверенность в хорошем будущем, которое придумал Хан, таяла на глазах. - Мингю, он лишь хотел извиниться, что ранил тебя, а бету он вообще не тронул... - Это он тебе так сказал! Почему ты вообще веришь его словам? - перебил его Мингю, затем его глаза округлились и он взял Джонхана за грудки его халата и рывком оголил его шею и плечо так, что пуговки рассыпались, звеня по полу, привлекая к ним внимание. Мингю хотел проверить наличие метки, но открыл для себя нечто более шокирующее. Вся шея была в фиолетовых отметинах и нет, не больших, а множества маленьких. Будто цель была перекрасить шею омеги в новый цвет. Ниже, на открывшихся ключицах он чётко видел следы зубов и отметины не кончались, они тянулись дальше вниз. Альфа обомлел от увиденного, ткань халата выскользнула из его рук, отпуская омегу. Прикрываться Джонхан не стал, он лишь опустился, чтобы поднять разлетевшиеся пуговички. - Метки у меня, как видишь, нет, но рубашку придется теперь подшить... - глаза Мингю продолжали следить за омегой не желая поверить в увиденное. - Что... Что он с тобой сделал? - Это? - Джонхан указал на шею, - Поверь, я ему оставил картину в разы хуже. - Это же неправильно... - в его голосе не осталось силы, он был настолько поражён, что вся злость и ярость просто утекла сквозь пальцы с отпущенным халатом старшего. - Неправильно, это грубить альфе чужой стаи, Мингю. Я должен бы сказать об этом вожаку, но это твой первый раз, я не хочу, чтобы он стал последним. - Джонхан вздохнул, ему нравится быть весёлым хеном, с которым приятно проводить время, а не старым дедом, что нравоучает других, - Даже если альфа младше тебя, даже если слабее, никогда не груби альфе чужой стаи. Я прекрасно понимаю, что бывают ситуации, когда сдержаться сложно, но поверь, ты не захочешь быть причиной войны в которой умрут твои братья. - Джонхан погладил Мингю по руке - Наши стаи конфликтуют не просто так и у многих людей моего поколения нет родителей тоже не без причины. Вожаки пытаются оградить молодое поколение от войн, но ненависть между стаями никуда не делась. Вот почему ты не любишь ту стаю? Мингю затушевался, у него не было причин, он не знаком ни с кем из них, кроме пары омег, которые всегда были учтивы, и того альфы. - Они странные! - выпали он, чтобы сказать хоть что-то. - Странные - не значит плохие. По всем правилам, между нашими стаями, Сынчоль мог тебя убить и докажи он, что ты нагрубил ему, даже вожак не смог бы вступиться за тебя, не объявляя войны. Но даже так, просто поколоти он тебя и узнай вожак причину, его реакцией было бы "Заслужил". - Джонхан перевел дыхание, ему надо было донести важность ошибки младшего - Ты ещё молод и должен зарабатывать авторитет, а вот у Сынчоля он уже есть. Его знают все альфы соседних поселений и знают в столице. Грубить ему на улице - подписать смертный приговор и я скажу тебе честно, тебя спасло не его благородство, у него нет такого качества, тебя спасло то, что я тебя опекаю. Он не станет трогать моего названного брата. Но если ты бы продолжил орать на всю улицу, шрамов бы поприбавилось. Хан погладил место, где ещё виделась царапина от когтей его альфы. Он пристыдил Мингю, но лучше это сделает он, чем кто-либо ещё. Ему надо было дать время обдумать всё услышанное, а потому Джонхан попрощавшись оставил его и пошёл дорабатывать смену. После оконченной смены, вместо того, чтобы пойти домой Джонхан пришил пуговки на своей рубашке, прикрыл последствия ночи и направился в сторону дома вожака. Не было никаких гарантий, что его примут, но попытаться стоило, он всё же не последний человек в их стае. Постучав в двери массивного дома, украшенного различными декорированными объектами и поблескиваемого на заходящем солнце от золотых вставок в облицовке, дом казался ему аляповатым, особенно после того, как он увидел дом вожака в стае Сынчоля, который был из обычного дерева, пусть и большой по размерам, но ничем не отличающийся от домов других жителей. Дверь ему открыла милая омега, пара их вожака. Эта добрая женщина в свое время многому научила Джонхана и была тем, кто помогал ему в изучении медицины, возможно за дальнейшие действия, которые он хочет принять, перед ней ему будет куда более стыдно, чем перед вожаком. - Ханни, солнышко, - начала лепетать женщина, - Я так давно тебя не видела! Заходи скорее, мы как раз садимся ужинать. - Спасибо, извините за столь неожиданный визит... - Не извиняйся, ты всегда желанный гость в этом доме. "Ох, ненадолго..." - подумал Джонхан, проходя в столовую. У вожака было трое детей, но все они уже имели свои собственные семьи, поэтому ужинала пара только вдвоём. Это играло Джонхану только на руку, меньше ушей, легче пойдёт разговор. Вожак встретил Джонхана с огромным удивлением, но похлопав по спине, с радостью поприветствовал его. Омега принесла ужин ещё и на Джонхана и все вместе они принялись за еду, слушая рассказ вожака о сегодняшних происшествиях. - Вчера вернулись молодые со столицы - вожак говорил лично Джонхану, так как жене он это уже видимо рассказал - На этот раз много заработали, Мингю сказал, твои травы высоко ценятся, мальчик мой - альфа одобрительно рассмеялся. - Благодарю... - Джонхан даже не знал, как после такого начать разговор, всё оказалось немного сложнее, чем он думал. Но омега помогла ему начав первой. - Ханни, ты же не просто так поболтать к нам зашёл, не так ли? - обеспокоенный вид этой женщины разрывал сердце Джонхана, - Что-то случилось? Джонхан вздохнул и отложил приборы, которыми ел ужин подальше. Он прочистил горло, оттягивая этот момент как можно дальше, но время, будто сумасшедшее, неслось с удвоенной скоростью. - Для вас не секрет, что я пустил в свой дом альфу, - вспомнив с кем говорит, он решил, что лучше говорить конкретнее, потому что они знают куда больше, чем все в его стае - Я пустил в дом Сынчоля и каждую ночь он проводит со мной - он дал время старшим переварить информацию, но скорее использовал это время только он, чтобы решится на следующие действия, - Мы приняли решение жить вместе, как пара, но вы знаете что отношения между стаями очень напряжённые, поэтому я пришёл просить у вас разрешения, принять Сынчоля, как моего альфу и разрешить ему жить со мной. Вожак выглядел очень удивлённым, в отличии от своей жены. Она будто понимала к чему всё идёт с того момента, как он постучал в их дверь. Альфа почесал шею и взглянул на него отеческим взглядом, таким будто тебе сейчас будут объяснять прописные истины, тем же, которым сегодня он смотрел на Мингю. - При всей моей любви к тебе и при, наверное, ещё большем уважении, я не могу дать такого разрешения - было видно, что говорить всё это вожаку нелегко, но он продолжил, - Мы закрыли глаза на то, чем вы занимаетесь, в нашей стае омеги не безвольны и тем более ты. Мы решили, что ты сам волен разобраться со всей ситуацией, но этот молодой волк, приходя сюда украдкой по ночам, рискует лишь собой, приняв его, рисковать будут все - омега смотрела на мужа с просьбой во взгляде, было видно, что они уже не раз обсуждали положение Джонхана, - выбери ты просто какого-то альфу, можно было бы попробовать договориться, скрыть его личность, но это Сынчоль, будущий вожак стаи, что погубила многих наших отцов, братьев и детей. Люди помнят это. Так что прости, сынок, но мой ответ - нет. Его жена разочарованно склонила голову и Джонхан ещё раз убедился, насколько доброе у неё сердце и понадеялся, что оно сможет принять его решение. - Можете не извиняться, я ожидал такого ответа. Тогда я надеюсь, что вы примете моё решение с полным пониманием - он глубоко вдохнул и после выдоха произнёс - Я ухожу из стаи. Глаза омеги тут же поднялись на него, крупные слезы заблестели и тут же покатились по щекам, она бормотала: "Нет, нет, нет" хватаясь через стол за руку младшего омеги и предательские слёзы потекли и из глаз Джонхана. Вожак склонил голову, он не ожидал такого решения и Джонхан был не только полезен для их общины, но и был омегой, которую они в свое время брали на воспитание. Однако он не может воспрепятствовать уходу из стаи, это безвыходная ситуация для него. - Я перееду либо в его стаю, либо мы оба уедем жить в столицу - он всхлипывал, а слезы ужасно мешали, но он продолжал - Если вам нужна будет моя помощь, я всегда буду готов приехать и оказать её, я всегда буду благодарен вам за всё, что вы дали мне. - Мы уважаем твоё решение - проговорил вожак, стараясь сдерживать свои эмоции. - Однако у меня есть просьба к вам, я оставляю здесь свой дом, заберу лишь пару важных вещей, сам дом в хорошем состоянии, я бы хотел продать его, если это возможно. Омега подняла на Джонхана полные слез красные глаза, она всё ещё держала его руку, но тут, решила говорить вперёд мужа, не смотря на свое состояние. - Не надо, а вдруг ты решишь вернуться, этот дом всегда будет ждать тебя. - Простите, но я не думаю, что вернусь в стаю на постоянную основу. Джонхан увидел удивительную для себя смену эмоций, от грусти за младшего омегу, лицо резко приобрело гордый вид, омега улыбнулась ему без единой нотки сожаления на лице и то, что она плакала секунду назад, выдавали только красные глаза и мокрые дорожки на щеках. - Сынчоль хороший альфа - сказала она, уже похлопывая руки Хана - Я вижу, как вы влюблены и очень надеюсь, что у вас все будет хорошо. Ты прости меня за слёзы, мне тяжело терять такого человека, как ты. Я умоляю, не забывай нас, пиши мне по возможности. Омега не выдержала и встала из-за стола, чтобы обнять Джонхана. И конечно он обнял её в ответ. После чего, вожак решил сказать своё слово. - Твой дом на самом деле не плох, единственный его минус, что он так близко к лесу, но у нас есть две молодые пары, им он очень пригодится. 100 золотых, будет достаточно для него? - Джонхан не успел ответить, как его перебила омега. - Какие 100 золотых, дай ему хотя бы 300, дом в таком хорошем состоянии! - Да, но молодые не смогут заплатить больше - разъяснил вожак для своей жены. - Всё хорошо, эта цена меня вполне устроит - он улыбнулся, потому что понимал, что в худшем случае, мог не получить вообще ничего, а сейчас у них будут деньги для оплаты их нового дома, если придётся ехать в столицу. Ужин окончился на довольно позитивном настрое, старшие поучали Джонхана, что делать на новом месте, как начать хозяйство и уверяли, что он всегда может вернуться, что стая навсегда останется его домом. С небывалый лёгкостью он спешил домой. Сотня золотых хоть и тянула его сумку, но он этого не замечал. Сейчас надо было вернуться домой, сделать чай и закуски к нему из остатков того, что было в холодильнике к приходу Сынчоля. Обдумывая, что к чаю прекрасно подойдут маленькие бутербродики и он сможет почистить холодильник, использовав побольше ингредиентов, Джонхан быстро дошёл до дома и принялся за работу.

***

Сынчоль привык вставать рано. Раньше для него утренним занятием был осмотр границ территории, а сейчас это осмотр изящной границы тела его омеги, с которого сползло одеяло. Прежде, он выходил из дома и несся волком в лес к очерченной границе стаи, а сейчас тихонько, на цыпочках, стараясь не разбудить Джонхана крадется через весь его дом держа путь всё на ту же границу, но уже с другой её стороны. И он может поклясться, что готов отдать всё, лишь бы такие пробуждения никогда не кончались, только бы смотреть на этого хрупкого, но сильного парня. По своим, уже намеченным тропкам он довольно быстро добирается до места, с которого обычно начинает обход. Сынчоль снимает с себя одежду и кладёт в специальную сумку, что заготовлена заранее, волку удобно носить такую и ремешок, который удерживает её на теле зверя можно затянуть пастью. Осмотр прошёл чинно и, зная, что вполне может не вернуться сегодня, решил попрощаться с Джихуном, перед тем, как сделать доклад вожаку. Утро ещё довольно раннее поэтому он решает перекинуться в человека уже в доме Джихуна, его все равно никто не заметит. Дом Джихуна не был столь аккуратным, как Джонхана, поэтому спустя минуты попыток постучать в дверь головой он стал просто скрести её когтями. На удивление даже это сработало не так быстро, как рассчитывал волк. Джихун явно спросонья, в белой футболке и коротких чёрных шортах, весь помятый открыл дверь и уже хотел было разозлиться, что дети играются и мешают ему спать, как его глаза опустились вниз. - Серьёзно? - риторически задал вопрос Джихун, запихивая огромного чёрного волка в дом - Вам тут что, мёдом намазано? Закрыв дверь после альфы, он повернулся, чтобы отчитать Сынчоля, но перед ним был абсолютно голый альфа, так что он, окинув его взглядом, отвернулся и пошёл готовить кофе. - Ну и зачем ты пришёл? - на стол были поставлены две чашки, наполненные ароматным кофе, а альфа уже был в одежде, что не могло не радовать Джихуна. - Я иду к вожаку. - Как и каждое утро, я знаю это. - Нет, я иду рассказывать ему о нас с Джонханом. - Джихун замер не донеся кружку до губ, а его глаза забегали, пытаясь понять причину этого явно глупого поступка. - Зачем? На что ты вообще рассчитываешь? - Он не кричал, но весь его тон будто говорил: "Ты что, идиот?" - Если он позволит, чтобы Джонхан жил тут... - Не позволит. - Не позволит. А значит, мы едем в столицу. Я присмотрел хороший домик, поднимем хозяйство, обустроим дом, может дети... - Он вздохнул, но безрадостно, будто сам не верил в то, что говорил. Джихун смотрел на него пристально, ловя каждое изменение на лице альфы. - А если нет? - почти шепотом, от того, что не хватило сил голосу, спросил Джихун. - Тогда, думаю, будет драка. - В этот момент Сынчоль был спокоен, будто такой вариант был самым ожидаемым для него. - Ты готов умереть ради него? Вы знакомы то всего ничего, я понимаю, он твой омега, но ты же помрешь... - Готов - в его тоне было полное принятие ситуации - Но не только ради него. Ради тебя и всех омег стаи тоже. Вы не должны так жить и границы стаи не должны быть настолько непересекаемыми. - Джихун на всю эту речь смотрел лишь с неодобрением - Джихун! У границы гуляли Кван-и и Соль-и. Пересеки они её, нет гарантий, что они бы остались живы, так не должно быть. - Значит надо усилить границы - неуверенно, будто с него требовали правильный ответ проговорил омега. - Нет, в этом нет смысла, брешь можно найти в любом месте. Надо строить отношения. Ты, я и он, все мы дети той войны, но мы не ненавидим друг друга. Мы можем построить мир в котором стаи будут жить в мире. - Так останься, стань вожаком и сделай это, построй свою утопию! Какой смысл умирать сейчас? - он не выдержал, Джихун злился на такого глупого альфу, который рискует своей жизнью за просто так. - Мне приходила такая мысль в голову, но я хочу быть с ним рядом сейчас, а не через 10 лет, правда хочу завести с ним детей, а наш вожак не собирается завтра умирать. Я надеюсь на его благосклонность ко мне, но если нет... Ты должен будешь сообщить Джонхану о произошедшем. - Нет, изволь - сразу же открестился Джихун. - А ещё дом, я переписал его на тебя, теперь он твой. - Что? - глаза Джихуна почти стали круглыми от такого шока - Это как? - Сходил в кадастры, сказал, что ты теперь моя омега и хочу переписать на тебя дом. Они, конечно, удивились, мол: "Зачем на омегу дом переписывать", но спорить особо не стали. - В кадастры? Серьёзно? - Джихун откинулся на своём стуле в поступке истерического смеха - ну хоть хён умеет держать язык за зубами. Сынчоль пропустил мимо ушей это высказывание. В принципе, всё, что он хотел сказать, он итак уже произнёс. Последний глоток кофе и пустая чашка с громким стуком опускается на стол, возвращая обоих парней в реальность. В ту реальность, где они скоро возможно навсегда расстанутся и в ту, где возможно Сынчоль может умереть в течение следующих часов. - Я пойду, - рука Сынчоля опустилась на плечо Джихуна и похлопала его пару раз - Удачи тебе и спасибо за всё. Джихун хотел предложить посидеть, подумать ещё, может они нашли бы другое решение, но ничего не смог сказать, потому что рука альфы будто прибила его к стулу. Омега поднял на него глаза и похлопал другой рукой ту руку, что лежала на его плече. - И тебе спасибо за всё. Удачи. Тёплая улыбка Сынчоля, одна из причин, почему многие омеги их стаи желали этого альфу. Он всегда был добр, а эта улыбка даже в самой тяжёлой ситуации успокаивала. Многие не любили Джихуна ещё и за то, что он отобрал у омег всей стаи этот лакомый кусочек. Но Джихун никогда не хотел быть с Сынчолем в столь близких отношениях и единственное что ему нравилось во всем этом - успокаивающая улыбка, что альфа дарил ему чаще, чем остальным. Дверь закрылась и Джихун взял в руки обе чашки, чтобы помыть. Его охватила некоторая грусть, он понимал, что скорее всего в последний раз моет чашку за Сынчолем, все эти "в последний раз" будто накинулись на его плечи неподъемным грузом, тянущим его вниз. Только сейчас он понял, насколько близок ему стал этот альфа. Сынчоль упрямо шёл вперёд и даже пара просьб от жителей не остановила его на своём пути. Лишь на походе к дому вожака он замедлил свой ход. Там, друг за другом, бегали Кван-и и Соль-и. Такие милые, ему хотелось обнять их, но он не стал мешать их игре и спокойно продолжил свой путь. Пройдя мимо своего дома, он остановился перед домом вожака. Глубокий вздох и уверенный стук - всё, с чем он идёт на эту встречу. Омега вожака открывает ему дверь и пропускает внутрь. Она хорошая женщина и заслуживает жить лучше, чем есть сейчас. Теперь Сынчоль это видит и понимает. - Ну наконец-то ты пришёл! - вожак раскинул руки в приветственном жесте - Сегодня долго, что-то случилось? - Нет, границы в порядке. - Вот и хорошо - вожак продолжал улыбаться, ожидая других новостей из доклада своего приемника. - Я хотел с вами поговорить - улыбка вожака стала ещё сильнее, так что его щёки округлились. - Конечно! Давай поговорим. - Я нашёл своего омегу... - Знаю, об этом везде говорят - захохотал альфа - Джихун хороший омега, так ты пришёл, чтобы просить разрешения быть с ним? - он выглядел самодовольным от того, что думал, что знает всё, что происходит в его стае и Сынчолю не хотелось его расстраивать. - Джихун хороший омега, - он сделал паузу, скорее наигранную, для драмы - но жизнь я свою хочу связать с Джонханом. - Джонхан? Это кто? - искреннее удивление вожака было перебито звуком разбивающейся тарелки, что вы скользнула из рук омеги вожака. Сынчоль понял - она знает. Омега сразу засуетилась, спеша убрать осколки, а вожак лишь посмотрев на ситуацию, вернулся в разговор - Я не помню у нас омег с такими именами. - Всё так, это омега из стаи на востоке - улыбка медленно сползала с лица вожака, образовывая неприятную гримасу по виду схожую с отвращением. - И как, позволь узнать, ты встретился с этим омегой? - На обходе территорий, он собирал травы, вот я и увидел его. - Сынчоль почти не врал, он не хотел, чтобы наказали детей и не хотел рассказывать про поляну, чтобы омеги могли безопасно уходить с территории. - Послушай, мальчик мой, когда-нибудь ты станешь главой нашей стаи. Найдёшь омегу в нашей стае. Будешь жить счастливо в нашей стае - он будто перезагрузился, вернув себе улыбку вместо оскала - Я понимаю тебя, когда ты молод, влюбляешься в первого встречного, делаешь ошибки. Ничего страшного. Мы закроем на это глаза и ты просто пойдёшь домой, хорошо? - Спасибо за предложение, но нет. Я спрошу у вас твёрдо и прямо, вы позволите мне и моему омеге жить в нашей стае? - он никогда не смел так дерзко смотреть на вожака, но сейчас этот человек без пяти минут чужой и без десяти минут тот, кто готов будет его убить. В такие моменты, как осознал Сынчоль, страх исчезает. - Никогда - ответ был таким же твёрдым, как и вопрос, вожак подкрепил его ударом ладони о стол. В любой другой бы момент Сынчоль уже уносил ноги бы из этого дома, но не сегодня. - Значит, уйду я. - Сынчоль встал, поклонился вожаку, его омеге и развернулся в сторону двери. - Вот скажи, сдался тебе тот омега, что из стаи, поджав хвост, побежишь за ним? У него что, течка в тот день была, что ты себя ведёшь, как маленький ребёнок - вожак уже нагнал младшего и высказывал ему это всё в лицо. - Сынчоль, я всегда хотел, чтобы ты после меня стал вожаком, готовил тебя, не для того, чтобы ты вот так ушёл. - Мне жаль, но моё виденье будущего этого мира отличается от вашего. В нашей стае принижаются омеги, им недостаточно работы, обучения и медицины... - Им это и не нужно! - возразил вожак - Их дело рожать и воспитывать, заботиться о семье! Я понимаю, что тебе много наговорили те, кто считает меня тираном, что запер здесь омег и они бедняжки несчастны, но мы многое делаем для них. Посмотри на них - он рукой показал на свою жену и продолжил говорить с Сынчолем, как с маленьким ребёнком - Они слабы, их сила не идёт в расчёт с нашей. Мы не заставляем их работать, как в тех стаях, мы даем им пропитание и некоторые деньги, наши омеги ни в чем не нуждаются. - Но не все омеги слабы и не все хотят такую жизнь. - Тогда почему они не уходят? - вожак расплылся в гаденькой улыбке, это всегда был его козырь. - Тут их дом. - Нет... Просто выбирая между комфортом и ценностями, они выбирают комфорт. - эти слова были неприятны, но Сынчоль понимал, что они правдивы. Даже Джихун по итогу остаётся тут, потому что привык, он боится уйти один, не знает куда податься, а здесь на своём месте будто бы. Наверное, это тоже форма комфорта. - Значит я тот, кто выберет ценности - вожак смотрел на него со злостью, будто Чоль плюнул ему в лицо и теперь тому не вытереться. - Спасибо вам за всё, вы многому меня научили, но дальше я пойду своим путём. Я хотел сегодня идти до конца и отстаивать права омег на обычные занятия, но готов принять вашу точку зрения. Если они захотят изменить свою жизнь, то они это сделают. А я буду тем, кто сделает это первым. Вожак не выдержал и поднял Сынчоля за грудки. От неожиданности его жена вскрикнула, сразу же прикрыв рот. И отступая к ближайшей стене. - Знай своё место, щенок! Ты не омега! Ты будешь жить здесь! Стая не держится на одном вожаке, ты не посмеешь бросить своих людей - как бы не плевался в лицо ему альфа, Сынчоль выглядел очень уверенным и спокойным, будто не его подняли на пару сантиметров над полом. - Моё место - рядом с моим омегой и мои люди - это мой омега. Я уважаю ваше мнение, пусть и не согласен с ним - пока Сынчоль говорил, он часто задыхался так как положение у него было не из удобных, но вскоре вожак опустил его на пол. - Просто разрешите мне уйти. Прошу вас. За всё, что я сделал для стаи, я заслужил уважения своего личного мнения. - Иди! Уходи! Но знай, как только пересечешь границу дорога обратно для тебя будет закрыта! - желчь так и лилась из уст человека, что раньше был его примером для подражания - И когда ты поймёшь сколько ошибок натворил из-за глупой омежки, останешься один, никто тебя обратно не примет, Сынчоль. Я верю, что ты примешь верное решение. Сынчоль ещё раз поклонился вожаку, его мертвецки бледной жене и уже у двери сказал так громко, чтобы альфа услышал его. - Простите, но свое решение я принял ещё до того, как вошёл сегодня в этот дом. Открыв дверь, яркий солнечный свет ослепил Сынчоля и ему пришлось идти почти что вслепую. Поэтому он не заметил омегу, что стоял у лестницы, ведущей в дом вожака. Через секунд десять, его глаза привыкли и он смог рассмотреть в омеге Джихуна. - Ты жив - облегчённо произнёс младший. Сынчоль лишь кивнул и потрепал его по голове. - Что там произошло? Народ притягивался к ним двоим, особенно осознавая, что всё поселение думает, что они с Джихуном пара, Сынчоль предложил ему прогуляться в сторону дома омеги. - То есть он так просто тебя отпустил? - уже подходя к дому выкрикнул неверяще Джихун, после того, как выслушал пересказ событий в доме вожака. - Если ты это называешь "так просто".... - Он мог тебя убить! - Или я его. Почему ты сразу думаешь, что я проиграю? - альфа надулся, прямо как маленький ребёнок, он знал, что омегу бесит такое поведение. - Потому что ты не убийца, Сынчоль, а вот он да - они оба усмехнулись, подходя к дому Джихуна - Я провожу тебя до поляны. Они шли практически в тишине, но в ней им было комфортно. Иногда бросаясь ничего не значащими фразами и подшучивая друг над другом, осознавая, что смогли стать хорошими друзьями за время, проведённое вместе. - Слушай, Хун, если ты захочешь тоже уехать, хочу, чтобы ты знал, что я подготовлю всё необходимое для тебя. - Я знаю и.... - он немного задумался над самой мыслью о переезде - и возможно позже я воспользуюсь твоей добротой. - Пользуйся сколько пожелаешь - парни рассмеялась и уже наверное в последний раз, потому что подошли к границе. Ни один из них не пересекал её вот так, когда солнце ярко светит над головой. - Я принёс это тебе - Джихун достал из сумки мешок, - тут 150 золотых, это за дом. - Не возьму, даже не думай. - Это не за ту лачугу, что ты переписал на меня - усмехнулся Джихун - С этим мне ещё придётся разбираться, это тебе на ближайшее время, чтобы подняться и встать на ноги, а потом, когда я захочу переехать ты, как и обещал, поможешь мне в счёт этой суммы, идёт? Сынчоль понимал, что делает его друг. Он бы не признался, что хочет помочь, а Сынчоль бы не принял подачки, но правда в том, что деньги им нужны сейчас и потом он эти деньги сможет отдать. Но что ещё более удивительным было для Сынчоля, так это то, что он принёс этот мешочек к дому вожака. Этот чертяга верил, что Чоль останется жив, что не могло не греть сердце альфы. Сынчоль забрал мешочек, поблагодарив Джихуна за такой жест. Не было долгих прощаний, это не в их стиле. Сынчоль просто перешёл границу и скрылся среди елей, махая на прощание рукой, а Джихун махал в ответ, пока фигура старшего не скрылась в темноте веток. Сынчоль дошёл до Джонхана довольно быстро, но так как его омега был ещё на работе он отправился в лес, где заранее подготовил парочку вещей чтобы соорудить повозку под волка. Волки кочевников раньше часто делали такие, а им лишь бы хватило на сутки, чтобы перевести вещи, да и почти 20 часов они добираются с кортежем лошадей и товаров, тут они справятся гораздо быстрее. Когда Чоль закончил работу над повозкой уже начало темнеть и хорошо, что он вообще успел до темноты. Он прикатил это чудо техники к крыльцу и зашёл в дом, из которого пахло смородиновым чаем. За весь день Сынчоль ни разу не пожалел о своём решении, а когда зайдя в дом Хана, тот встретил его нежными объятиями и чмоком в губы, он понял, что никогда и не пожалеет. - Раз ты тут, полагаю, завтра с утра мы едем в столицу? - спросил Джонхан, накрывая ужин для них. - Да, проснёмся пораньше и поедем. - Сынчоль успел уловить некоторую грусть, мелькнувшую на лице Джонхана - Тебе грустно уезжать, да? - Немного, я чувствую, что хотелось бы остаться подольше, попросить ребят проводить меня, но мы уедем очень рано, для нас важнее, чтобы течка началось уже в новом доме, поэтому, всё хорошо - улыбка, что появилась на лице омеги, успокаивала Сынчоля, по ней он понимал, что даже просто мысль об их будущем делает его счастливым. - С Мингю я все равно увижусь на ближайшей ярмарке, так что всё правда в порядке. Они ещё немного поговорили, рассказали друг другу как прошёл их день и легли спать, так как следующие сутки станут тяжёлыми для них во всех смыслах.