Путь к сердцу

Два дня — полет нормальный. По крайней мере, так успокаивал себя Тэхён, открывая магазин в среду утром. С воскресенья Чонгука он не видел и слава богу. Ведь снова опростоволосился! Надо же было напиться на детском празднике? И где только взялась эта подлая дамочка со своим: «Давайте по бутылочке пива». Тэхёну даже вспоминать не хотелось о том, что произошло потом. Ему просто снесло башку, особенно когда до нетрезвого мозга дошло, что Чон его ревновал. Но, черт подери, это было так приятно! Ловить на себе сердитые взгляды, а потом целовать… В тесном туалете… — Ну, хватит! — одернул Тэ сам себя. Он старался забыть случившееся, подавить чувство стыда и не вспоминать о Чонгуке, но… Нихрена у него не получалось! Он думал о Чоне. Думал каждую свободную минуту, пусть их и было не так много в течение дня. Поток посетителей не уменьшался. Казалось, каждый житель Ламонта решил приобрести себе новую книгу, будь то художественное произведение, спецлитература или какой-нибудь словарь. А еще взять напрокат очередной фильм. Или купить раскраску в подарок, потому что у «Майки же завтра день рождения! А он обожает разукрашивать!» Тэхёна уже не просто знали, а воспринимали как своего. Особенно после злополучного пикника. И он был благодарен, что Чонгук вовремя уволок его оттуда, пока светлый образ окончательно не рассыпался. Зато теперь с ним здоровались, входя в магазин, и звали по имени. Женщины открыто улыбались, а мужчины жали руку и похлопывали дружески по плечу. А одна милая старушка угостила шарлоткой в благодарность за то, что Тэ заказал специально для нее редкую книгу по вязанию. Чимин отложил свой приезд до следующих выходных, чему Тэхён был несказанно рад. Он понимал, что присутствие друга чревато самыми непредсказуемыми последствиями. Никогда нельзя быть уверенным в том, что Пак чего-нибудь не отчебучит. А Ким к таким потрясениям пока не готов. Ему бы со своими внутренними противоречиями разобраться. А этих самых противоречий накопилось хоть отбавляй. Днем-то Тэхёну некогда было думать о Чонгуке и всем, с ним связанном. Зато по вечерам, а особенно по ночам, времени появлялось с избытком. Стоило остаться в одиночестве, Тэ сходил с ума. С одной стороны то, что Чон не врезал ему по роже за поцелуй, вселяло хоть какую-то надежду. С другой, Чонгук был женат, пусть и когда-то давно, у него имелась дочь, и все это вместе взятое доказывало, что он вполне себе традиционной ориентации. Но самое худшее — Чон не ответил на поцелуй. И это напрягало Тэхёна больше всего. Нельзя влюбляться в натурала! Это запрещено на гейском законодательном уровне! Все представители сексуальных меньшинств знают этот постулат и четко следуют ему. Кроме Кима, понятное дело. Потому что чем больше Тэ думал о Чонгуке, тем больше убеждался в том, что влюбился. Еще в тот самый момент, когда стоял под его испепеляющим взглядом в магазине в первую их встречу. Отрицать не было никакого смысла. В общем-то поэтому Тэхён и полез с поцелуями, стоило мозгу расслабиться под воздействием алкоголя. Задача в другом — решить, что делать дальше. И до этой минуты Тэ был уверен в том, что лучшее — держаться от Чон Чонгука подальше. Но уже в следующее мгновение все трезвые мысли разлетелись к чертям, потому что задорно звякнул дверной колокольчик, извещавший о пришедшем посетителе, и порог магазина переступил не кто иной, как Чонгук собственной персоной. Он тут же отыскал взглядом Тэхёна и направился прямиком к нему. А тот пялился с глупой улыбкой на лице и со стопкой дисков в руке. С каждым шагом Чона сердце в груди стучало все быстрее, отбивая четкий ритм и отдаваясь эхом в горле. Воздуха отчаянно не хватало, но это ощущение даже нравилось Тэхёну. Он не испытывал такого давно, с того дня, как понял, что впервые влюбился. Произошло это еще в старшей школе, а объектом влюбленности был одноклассник. В итоге там ничего не выгорело, потому что Майк оказался натуралом до мозга костей, и сейчас Тэ надеялся, что ситуация не повторится. — Привет, — бросил будничным тоном Чонгук, как будто и не было ничего смущающего вроде поцелуя в туалете два дня назад, и протянул диск с «Форсажем». — Вот, возвращаю, — проговорил он, а когда Тэхён взял пластиковую коробочку, добавил: — Можешь спрятать его куда-нибудь подальше? Это просьба всего нашего дружного семейства, точнее, мужской его части. Тэ непонимающе вздернул брови, а на лице его отразилось неприкрытое удивление. — Чем вам «Форсаж» не угодил? — фыркнул Тэхён. — Ну почему же не угодил, — пожал плечами Чонгук. — Отличный фильм. Когда смотришь его один раз. — Он прищурился и продолжил: — Или два. Даже три! Ким еще больше округлил глаза, вообще потеряв мысль, сокрытую в словах собеседника. — Но когда число просмотров переваливает за пятьдесят… — Сколько?! — воскликнул парень. — Это был пятьдесят седьмой. — Чон кивнул. — Представь себе. — Джуми? — с сочувствием в голосе предположил Тэ, а когда Гук усмехнулся, добавил: — Она прелестна. — Согласен, — с гордостью в голосе подтвердил Чонгук, — просто ее увлеченность Вин Дизелем иногда сводит нас всех с ума. Знаешь, появляется какое-то чувство неполноценности. Чон негромко засмеялся, а Тэхён потерялся в его сверкающих звездами глазах. — Тебе не стоит переживать по этому поводу, — проговорил он с придыханием, прежде чем успел подумать, — Вин Дизель по сравнению с тобой — замухрышка. — Кхм… — смущенно прокашлялся Чонгук, тушуясь под теплым взглядом. — Джуми с этим не согласилась бы, но мне приятно. Он попытался принять скучающий вид и оперся локтем на полку, с которой тут же посыпались один за другим диски. — Вот черт! — прошипел он и, присев, бросился собирать их. Тэхён сделал то же самое, только разве что не ругался. Напротив, от него не укрылось волнение, плескавшееся на дне черных радужек. И легкая дрожь в пальцах, которые Гук то и дело сжимал в кулак. Да и то, что Чонгук все еще здесь, несмотря на позорное поведение Кима в воскресенье. От этого в груди потеплело. Значит, у него есть шанс?.. — Прости, я как слон в посудной лавке, — пробормотал Чон, растерянно вертя в руках развалившуюся на части коробочку с «Грязными танцами». — Ничего страшного, — отмахнулся Тэ. — Я просто переложу диск в другой кейс. Он протянул руку, чтобы забрать контейнер, но столкнулся с теплыми пальцами Чонгука. И прикосновение это было таким приятным, что парень задержал руку непозволительно долго. И еще волнительным. Даже более волнительным, чем тот пьяный поцелуй. А когда Тэхён поднял взгляд на Чона, его словно током шибануло, потому что в черных глазах полыхало нечто иное. Пусть всего на несколько секунд. Пусть Чонгук стушевался и опустил голову. Киму этого хватило, чтобы осмелеть. — Может, перекусим вместе? — поинтересовался он, поднявшись на ноги вслед за Гуком. — Говорят, пицца у Митчела превосходная.

***

Чонгук сидел напротив Тэхёна и ловил себя на мысли, что не хочет быть здесь. Предпочел бы перенестись в пространстве и очутиться в своей комнате. Точнее, на кровати. Желательно без одежды, но с этим парнем, который болтал без умолку, а ведь его губам и языку вполне можно найти другое, более полезное применение. В какой момент Гук превратился в нимфомана, он и сам не понял. Уже кончив во время принятия душа в воскресенье после того, как отвез опьяневшего в хлам Кима домой, осознал, что дрочил на его светлый образ, вспоминая поцелуй длиной в несколько секунд. Черт! Ему стыдно стало до кончиков алеющих ушей, но поделать ничего с собой он не мог. Два дня после того злополучного вечера Тэхён занимал его мысли каждую свободную минуту, коих было предостаточно. Чонгук просто не мог не думать о Киме. Вспоминал до ужаса наивные рассуждения о любви, на которой держится мир. Прокручивал в голове нелегкий путь до дома с пьяным телом еще в первый день их знакомства. Улыбался, вызывая в памяти растрепанного и до умопомрачения милого Тэхёна, проснувшегося у него в гостиной. А потом этот чертов тесный туалет в доме Джейн Боу… И теплые губы, прижимающиеся к его губам. И дыхание с примесью алкоголя. И властная рука на талии… — Только представь. Сижу я, никого не трогаю, пью свой апельсиновый сок и вдруг на столик падает огромный мужик. Естественно столик ломается. Я от страха проливаю на себя чертов сок, а когда пытаюсь помочь этому мужику подняться, мне прилетает прямо в челюсть, — продолжает вещать Ким, рассказывая про свой второй поход в ночной клуб в ответ на вопрос, почему он не любит вечеринки. — Это было чертовски больно, должен сказать. Но главное — за что?! Просто за мое присутствие там. И такое месиво началось! Чонгук, словно завороженный, смотрел на веселящегося Тэхёна, отчаянно жестикулировавшего, рассказывая про драку, периодически откусывавшего пиццу, но продолжавшего говорить. Он практически не разбирал слов. Да и не важно ему было. Главное — смотреть. А наблюдать за Ким Тэхёном оказалось настоящим удовольствием. Он не скрывал эмоций. Напротив, расплескивал их вокруг себя, заражая ими окружающих. И настолько талантливо описывал случившееся, что слушай Чон его внимательно, живо представил бы себе всю картину. Вот только Чонгук не слушал. Все силы уходили на то, чтобы не сгрести парня в охапку и не уволочь куда-нибудь подальше от любопытных взоров. Если бы Гук верил в любовь с первого взгляда, да и вообще в любовь, он обязательно бы подумал, что влюбился. Но он же не верил! Это все исключительно естественная реакция организма на привлекательного парня. Тэхён красив, на него нельзя не отреагировать. И целуется охренительно! Он пытался осадить себя и свою неуемную фантазию, но эта сволочь почему-то отказывалась подчиняться и заводила его все дальше во влажные мечты с участием Кима. Ну вот почему?! Почему за семь лет больше никто не вызывал в нем такого сильного желания, а этот парень смог?! — Ты вообще ничего не съел, — немного обиженно пробормотал Тэ, заметив, что Чонгук не притронулся к своей пицце, в то время как сам он слопал все до последнего кусочка. — У меня такое ощущение, что я обжора. А Чонгук завис, пялясь на каплю соуса в уголке его губ, и с трудом сдерживался, чтобы не перегнуться через стол и не слизать ее. Черт?! Откуда в его голове вообще такие мысли?! Нет, все понятно, у него секса не было с того момента, как Дженни ушла. Но не до такой же степени, чтобы так сносило крышу! — Что? — недоуменно буркнул Тэхён, растерянно моргая. — Чего ты так смотришь? Он принялся вытирать наугад лицо смятой салфеткой, подозревая, что запачкался, но замер, услышав нервное: — Я хочу тебя. — Чего? — Тэ просто не ожидал такого. И что теперь? Броситься на шею с криками «Ура!», выдавая себя с головой? Нельзя же вот так сразу. А как же романтика? Свидания, ужины при свечах, прогулки под луной? — Прости, это случайно вырвалось, — затараторил испуганно Чонгук и принялся растерянно стряхивать со стола несуществующие крошки. — Я сморозил глупость. Тэхён офигел еще больше. Он уже успел обрадоваться, и тут такой облом. И чего стормозил? Надо было хватать Чона и тащить в уединенное местечко, а теперь что? Продолжать облизываться на него и мечтать о розовых пони? — К черту розовых пони, — прошипел он, бросая на стол двадцатку за обед, и поднимаясь. — Чего? — теперь уже настала очередь Чонгука офигевать, когда Тэ схватил его за руку и потащил к выходу, не обращая внимания на удивленные взгляды других посетителей. — Ко мне нельзя, — рыкнул Тэхён. — Миссис Грин чересчур любопытна. К тебе? — В смысле? — Спрашиваю, дома есть кто-то? — прошипел Тэ, остановившись настолько резко, что Гук едва не впечатался в него. — Не-а. Отец работает, Джуми у Юнги. — Тогда поехали, — скомандовал Тэхён и направился к припаркованному возле книжного грузовику с логотипом овощного магазина. Всю дорогу до дома Чонгука лихорадило при одной лишь мысли о том, что будет. Когда он два дня уговаривал себя сходить к Киму, даже и подумать не мог, чем все обернется. И вот они уже едут к Чону с вполне определенной целью. Стоило переступить порог дома и захлопнуть дверь, оба как с цепи сорвались. Это даже отдаленно не было похоже на тот почти целомудренный воскресный поцелуй. О, это больше походило на землетрясение, на цунами, на торнадо и все остальные природные катаклизмы, вместе взятые. Пуговицы, отлетая от рубашки Чонгука, глухо цокали об пол, а футболка Тэхёна, которую Гук выдергивал из-за пояса джинсов, подозрительно трещала. Парни сталкивались зубами, прикусывали губы, врывались языками в чужой рот. Прижимались все ближе и вместе с тем пытались добраться до ближайшей горизонтальной поверхности — до дивана. А когда им это удалось, Тэ толкнул Чонгука и проворно уселся верхом. — У меня нет ничего, — разочарованно выдохнул Гук, на что получил ехидную ухмылку. — Для того чтобы подрочить, рук вполне хватит, а к большему я и сам не готов. От этих вовсе не скромных слов у Чонгука крышу сорвало к чертям. Он судорожно принялся расстегивать ремень на джинсах Тэхёна, а губами потянулся за очередным поцелуем. — Пап, ты уже дома? — воскликнул тоненький голосок со стороны лестницы. Ким отпрянул настолько резко, что свалился на пол и попытался запихнуть выдернутую футболку обратно в штаны, поблагодарив мысленно Чона за нерасторопность. Вот было бы неловко, окажись он на полу перед Джуми с расстегнутой ширинкой. Чонгуку повезло меньше. Его рубашка пострадала в неравном бою с наглыми руками Тэ и Гуку оставалось только запахивать ее на груди. — Так, — протянула Джуми, спустившись с лестницы и подойдя к дивану. — И чем это вы тут занимались? Оба замерли, переводя испуганные взгляды друг с друга на удивленно взиравшую на них девчушку. — Ты дома? — сипло выдохнул Чон. — Дядя Юнги привез меня и пообещал, что скоро вернется, а если я буду паинькой, то мы поедем в парк аттракционов на следующей неделе. — Дядя Юнги должен был привезти тебя к себе в магазин, — рыкнул Гук, мысленно проклиная родственника, которому даже такую простую задачу нельзя доверить. — Не переводи тему, — строго сказала девочка, усаживаясь на журнальный столик напротив дивана. — Джуми… — попытался спасти ситуацию Чонгук, но девочка сомкнула пальцы, приказывая молчать, и продолжила: — Так чем вы тут занимались? — Видишь ли, Джуми, — Тэхён таки нашел в себе силы перебраться с пола на диван и теперь сидел рядом со своим несостоявшимся любовником, — так бывает, что когда два человека нравятся друг другу, они… — Вы занимались сексом? — Нет! — в один голос выпалили Гук и Тэ. — Это хорошо, — произнесла девочка, — потому что ты сам говорил, — она кивнула отцу, — что в этом доме никто не будет заниматься сексом. — Ты правда так говорил? — удивленно переспросил Ким. — Да, но тогда речь шла вовсе не обо мне! — попытался оправдаться Чонгук. — А почему вам с Тэхёном можно, а мне нельзя? — задала вполне резонный на первый взгляд вопрос проказница. — Потому что тебе семь лет! — заметно повысил голос Чон. — А когда можно будет? — В тридцать пять! — выпалил Гук, на что получил шлепок по колену и ехидное: — Ну ты не зверей, зачем так строго. В этот момент распахнулась дверь, и в дом ввалился Юнги с огромной коробкой пластинок. — Джуми, я вернулся! — Какого черта, Юнги?! — воскликнул Чонгук, подрываясь с дивана. — Тебе просто надо было забрать Джуми из школы и отвезти… — А ты чего дома? — поставив свою ношу на пол, Юнги уставился на полураздетого Чона и растрепанного Тэхёна. — Они думали, что никого нет, и хотели заняться сексом, но я им помешала, — спрыгнув со стола, сообщила девочка и протопала к холодильнику, из которого достала пластиковое ведерко с мороженым. — Джуми, ты ведь еще не обедала? — включил строгого отца Чонгук. — Сомневаюсь, что у дяди Юнги в голове возникла светлая мысль покормить тебя. — А я хочу мороженое, — она зачерпнула большой ложкой довольно увесистый кусок и сунула в рот. — А если ты мне не разрешишь, я расскажу дедушке, чем вы тут занимались. — Джуми! — воскликнул Гук, поражаясь таланту юной шантажистки. — А если я расскажу? — предположил Юнги, желая хоть как-то спасти ситуацию. — Не расскажешь, — помотала головой девочка, сунув в рот еще немного лакомства. — Потому что тогда я расскажу, что ты возил меня на ужасы в кино. — Юнги?! — возмущенно начал было Чонгук, но понял, что его провинность куда больше. — Я понял, — согласился Юнги, покорно кивая. — Но ты одно скажи, если ты такая осведомленная барышня, тебя не смущает то, чем занимались твой папа и Тэхён? — Не-а, — девочка пожала плечами. — Можно подумать, я не знаю, кто такие геи. Немая сцена прервалась шумным возвращением Намджуна, ругавшегося на разразившийся на улице ливень, под которым он промок до нитки за секунду, пока добежал от машины до крыльца. — А что это вы все тут делаете? — поинтересовался мужчина, поочередно поглядывая на всех присутствующих. — Мороженое лопаем, — спас ситуацию Юнги, пока Чонгук с Тэхёном судорожно приводили себя в божеский вид. — Отлично! Я тоже буду!