Спутник: Книга вторая

      Я дёрнул на себя помпу дробовика, позволяя гильзе выпасть на пол. Дюжина свинцовых шариков пронзила кожу лица Доктора, разорвала мимические мышцы, раздробила кости и превратила мозг в кашу, вырвав куски драгоценной нейронной массы и разбросав их по полу.       Одна проблема — старый друг начал светиться золотистым светом. Он собирался регенерировать.       Я толкнул помпу вперёд, досылая новый патрон. Нейронные связи уже не восстановятся, но он всё ещё был опасен, так что Доктор буквально вынуждал меня причинить ему больше страданий.       — Извини, — сказал я, беря искалеченную голову таймлорда на прицел, — Хотя… Ты ещё жив, и это наверняка адски больно… Да, так будет даже легче.       Затем я снова нажал спусковой крючок. Ещё одно облачко дробинок врезалось в голову последнего Повелителя Времени. От лица его не осталось ничего, кроме окровавленного месива. Выстрел отбросил тело Доктора с колен на спину, а всё, что осталось от его гениального мозга, было размазано по полу. Впрочем, он больше не светился, так что…       — Осталась только одна, — вслух прикинул я, шаря в кармане шерстяного тёмно-зелёного пальто в поисках патронов, — Рори я первым придушил, Доктор растёкся мыслями по древу.       Отводя помпу на себя, я освободил патронник. Два заряда с дробью скрылись внутри ружья, и я взвёл его, готовый продолжить охоту.       — Эми, ты меня слышишь? Я иду за тобой! — прокричал я в темноту.              Я открыл глаза. Прошла неделя с тех пор, как мы покинули Америку 1969-го. И с тех пор мне снились кошмары…       Там мне довелось узнать, что тёмное прошлое, оставшееся в другой, мёртвой вселенной, всё-таки пришло со мной в этот мир.       Находясь в Беззвёздном мире две тысячи лет, я забыл себя. Человеческий мозг совершенно не рассчитан на такую долгую работу, но ошибка Трикстера позволила мне жить практически бесконечно долго. Впрочем… Мне ли?       Тот человек, которым я стал, взял себе прозвище «Спутник». Он плёл интриги по всему земному шару и захватил его, объединив разрозненные цивилизации в единое государство имени себя. Это означало, что Спутник безжалостен, хитёр и опасен. Он намеренно ранил Доктора, держал на прицеле Эми, обрушил войну на силуриан.       А теперь этот психопат, которым я стал из-за человеческой слабости, вернулся. Он находился в одной Вселенной со мной, с нами.       Спутник помог мне в Америке, оставив схроны и записную книжку с галлифрейским символом. Теперь у меня была зацепка. Я мог узнать, чем стану в этот раз, и предотвратить это. А до тех пор…       Мне неизменно снились кошмары о том, как я убиваю друзей и семью. С первой же ночи. Наяву же я пытался представить, что могло случиться теперь, чтобы я стал Спутником? Что готовило мне будущее? Что значили буквы «МСС», выбитые на его записной книжке?       Открыв глаза, я понял, что проснулся «посреди ночи». ТАРДИС имитировала смену времени суток с помощью плавного понижения освещённости, так проще было следить за временем.       Однако полная тьма не наступала никогда. Вероятно, из-за того, что родной мир Доктора — Галлифрей — вращался вокруг двойной звезды, и там было гораздо больше света.       Остальные обычно в это время спали. Так решил Доктор, поскольку у людей очень чувствительные биологические часы. Он, впрочем, также предпочитал ночью отдыхать.       В общем, это было идеальное время, чтобы наведаться в библиотеку ТАРДИС. Я окончательно проснулся, накинул махровый халат поверх белой майки и чёрных боксёров. Умыл лицо над раковиной, затянул пояс халата и отправился на поиски.       Блуждая по тем же слабоосвещённым коридорам, я уже двадцать минут наслаждался шлепанием резиновых тапок по металлическому полу.       — Нет, так я могу бродить долго, — пробормотал я, оглядываясь вокруг в поисках ориентиров.       Вдруг отовсюду послышался тихий гул. Будто бы сам воздух вокруг меня пробудился…       — Т-ты что, тоже спишь? — удивлённо прошептал я, поняв, что издаёт этот звук… Похоже, я разбудил ТАРДИС, — Извини. Не хотел. Я просто ищу твою библиотеку.       Гул стал прерывистым, больше похожим на мурчание. К тому же, мне показалось, что ТАРДИС начала «мурчать» чуть выше. Будто бы она… спрашивала меня о чем-то.       — Мне нужно перевести один символ из галлифрейского языка и прогнать совпадения через твой архив, — объяснил я, подумав, что ТАРДИС пытается сказать: «На кой хер тебе библиотека в час ночи?»       Лампы в коридоре начали последовательно пульсировать тёплым светом, словно огни на взлётной полосе. ТАРДИС приглашала меня пройти вперёд.       — Спасибо, — ответил я куда-то вверх и пошлёпал по направлению.       И ведь не ошибся, всего за пару поворотов будка вывела меня в нужный зал. Библиотека оказалась… огромной. Даже для Доктора. Даже для ТАРДИС.       Я уважительно присвистнул, задрав голову вверх. Этажи с книгами уходили во тьму потолка. Я смог разглядеть десять-двенадцать этажей, но один Доктор знает, сколько их там всего…       Библиотека сильно отличалась от остальных интерьеров ТАРДИС. Она была выполнена в стиле барокко. Книжные полки из лакированного дерева, обои со сложными растительными орнаментами… Каждый этаж был отгорожен от шахты коваными перилами в виде виноградных лоз.       Я пробежался глазами по некоторым корешкам. «Алиса в стране чудес» соседствовала с «Астронавигацией для начинающих». «Король пиратов: Лихая жизнь Генри Эвери» стояла рядом с «Великими нейроимпрессионистами 70-х». Очевидно, не 1970-х… На полках творился полный хаос. Впрочем, это мне так казалось. Возможно, у Доктора была своя система, но я её постичь не смог.       Где-то в глубине зазывающе пульсировала лампа. Я был уверен, что самому мне тут будет нечего искать, так что просто повиновался зову синей будки.       Когда я подошёл, свет перестал мигать, давая понять, что привёл меня, куда нужно. Передо мной стоял простой стол из тёмно-серого металла. Столешница из чёрного стекла была заключена в рамку из того же металла. На металле были выгравированы сложные геометрические орнаменты, состоящие из кругов, дуг и прямых линий. Я не мог с уверенностью сказать, был ли это галлифрейский или просто декоративные узоры.       Я прикоснулся к холодному стеклу указательным пальцем. Под пальцем загорелся огонёк, а по центру проявилась надпись на английском:       “Обнаружен новый пользователь. Введите запрос, касаясь экрана.»       — В смысле? Как ввести? — не понял я.       «Ввод запроса осуществляется мыслеформой, которая считывается экраном через контактную телепатическую матрицу, ” — объяснил стол.       — А-а-а, ясно. Ты можешь считывать галлифрейские символы?       По экрану пробежала новая надпись:       “Да, это устройство предназначено в том числе для транскрипции символов высшего галлифрейского языка в более примитивных языковых формах.»       — А как я могу тебя называть? — поинтересовался я.       «В наименовании нет необходимости. Однако, для личного удобства пользователь может задать данному устройству любое наименование.»       — Значит, будешь «Свет мой, зеркальце», — решил я.       «Наименование принято, » — согласился умный стол.       — Итак… Свет мой, зеркальце, скажи — как я могу ввести галлифрейский символ?       «Достаточно вспомнить требуемый символ, ” — услужливо объяснило Зеркальце.       — Тогда попробуем вспомнить, — это было нетрудно. Символ на записной книжке Спутника был выбит в моей подкорке, и вскоре появился на экране во всей красе: двойная окружность, в которую сверху вписана двойная дуга, а снизу — одинарная окружность.       «Это ваш символ?» — уточнило устройство.       — Ага, во всём его великолепии. А что?       «Это символ из высшего галлифрейского языка. Однако в нём отсутствуют синтаксические хорды и смысловые линии. Ввиду этого транскрипция может быть неточна.»       — Посмотрим. Переводи.       «Принято. Транскрибирую… Результат — М С С».       — Ну ладно, тут я угадал верно… Хорошо, попробуй прогнать эти инициалы по базе данных.       «Некорректный запрос.»       — Да блять… Свет мой, зеркальце, поищи инициалы М.С.С. среди исторических личностей, — уточнил я.       «Пользователь — человек. Добавить видовой фильтр?»       — Да, давай, — кивнул я.       «Принято. Поиск… Найдено 482 возможных совпадения.»       — Не, это я долго смотреть буду. Запрос: «М.С.С. Спутник». Исторические материалы, новостные сводки.       «Принято. Поиск… Найдено 647 возможных совпадений. Примечание — известен человек под именем Спутник.»       — Покажи.       «Изображений нет. Настоящее имя неизвестно. Спутник — террорист и серийный убийца из LI века.       Первое зафиксированное появление — 5067 год от Рождества Христова, резня на Игнис-4. Спутник уничтожил наблюдательный пост ордена Тишины в системе Игнис и транслировал обращение к силам ордена Тишины. Тела жертв не были найдены.       Последнее зафиксированное появление — 5133 год от Рождества Христова, штурм Прибежища Демонов. Согласно показаниям выживших, Спутник захватил космическую станцию ордена Тишины под кодовым названием «Прибежище Демонов», но погиб в результате взрыва ядерного реактора. Станция была уничтожена, тело Спутника не найдено.»       У меня не было слов. Конечно, этот Спутник казался менее внушающим, чем оригинальный, из Беззвёздного мира. Однако, он всё ещё был убийцей и террористом. Но как он связан с Тишиной? Мы же их одолели в Америке… Впрочем, это всё ещё было моё личное расследование. Так что я полюбопытствовал:       — Свет мой, зеркальце, скажи — а ты мои запросы никому не покажешь?       «Запросы пользователя доступны лишь по биоскану соответствующего пользователя, ” — ответило Зеркальце.       — Спасибо. А как тебя выключить?       «Прервите контакт с экраном. Через 5 минут устройство войдёт в спящий режим.»       Я оторвал руку от экрана и стёр отпечатки рукавом халата. Взглянул на часы — оставалось ещё три часа до подъёма. Не без помощи ТАРДИС я вернулся в комнату и провалился в липкие объятия очередного кошмара…              — Никита, вставай! — сквозь сон прорезался голос Доктора, — Сколько вы, люди, можете спать?       — Знаешь, мне сегодня приснилось, как я тебя убиваю… — пробормотал я.       — И? Не строй из себя задиру. Эми и Рори уже встали, один ты валяешься.       — Ладно-ладно, встаю, — раздражённо буркнул я, стягивая с себя одеяло.       Почистил зубы, побрился, умылся и, накинув халат, пошлёпал в гардероб. Там я решал, что бы сегодня надеть… Красные кеды, джинсы, тёмно-синяя рубашка и коричневая шерстяная ветровка. Вроде бы всё…       В таком виде я и вышел в консольную комнату. Эми и Рори о чём-то шушукались, а Доктор возился с консолью под стеклянным полом.       — Утро доброе, — зевнув, сказал я присутствующим.       — Утречко, — кивнула Эми, — Ну что, куда теперь отправимся? У кого-нибудь есть идеи?       У меня была одна — планета Игнис-4, где Спутник впервые появился. Но это была дурная идея… Если свои руки в это дело засунет Доктор, всё расследование смело можно сворачивать. Зато появилась другая идея. В библиотеке я видел книгу про какого-то Генри Эвери и его «лихую жизнь».       — Доктор, ты часом не знаешь, кто такой Генри Эвери? — как можно небрежнее спросил я.       — Что-то знакомое… Кто это? — заинтересованный таймлорд даже оторвался от техобслуживания ТАРДИС.       — Это не тот, который пропал? — уточнил Рори.       — Не знаю… — протянул я, — Просто историческая викторина в пабе была, и наша команда не смогла ответить на какой-то вопрос про него.       — Эвери был буканьером. Пиратом, — пояснил центурион, уловив вопросительный взгляд Эми, — Много награбил, а потом бесследно исчез.       — А, вспомнил! — воскликнул Доктор, — Мы с Полли и Беном искали его клад. Правда, это было ужас, как давно. Но идея мне нравится! Я как раз был в настроении для какой-нибудь загадки.       Повеселевший Повелитель Времени взбежал наверх и отогнал меня прочь от экрана сканера. Впрочем, его сейчас интересовала клавиатура. По одной ей известной причине, ТАРДИС решила вставить в свою консоль вместо нормальной клавиатуры целую печатную машинку, по которой и начали летать узловатые пальцы Доктора.       — Генри Эвери… Ага, — Доктор начал читать вслух, — Считается одним из самых успешных буканьеров XVII века… Пропал в 1696 году, после крупного налёта на индийский флот. Значит, надо поискать его корабль, фрегат «Фантазия»… Вот почему не люблю я корабли — так это потому, что они двигаются… Хм. Как удобно, однако…       — Что удобно? — подошла Эми.       — «Фантазия» попала в мёртвый штиль, судя по всему, — ответил Доктор, — Так, минуточку. Как у них это получается?       — Что получается? — спросил Рори.       — Я улавливаю слабый сигнал бедствия от «Фантазии», — объяснил таймлорд.       — Типа радиомаяка, что ли? — предположил я.       — Разумеется, нет. Это куда более сложное устройство… — Доктор посмотрел на нас. Считав острое нежелание текущей аудитории им восхищаться, он продолжил: — … которое для простоты можно считать радиомаяком. Тогда надо аккуратненько приводниться так, чтобы не вписаться в мачту. Никита, ты не отожмёшь ручник?       Я посмотрел на консоль. Насчитав пять рычагов, которые можно отжать, я вперил в Доктора взгляд, полный сарказма.       — Что? Вон кнопка, отожми её! — воскликнул таймлорд.       — … Кнопка? Ручник? Доктор, ты когда в машине в последний раз был?!       — Просто нажми. Вон она, блестящая, — Доктор ткнул куда-то в нижний ряд. Действительно, с краю нашлась металлическая кнопка, которую я нажал.       — Спасибо, — ответил Доктор, толкая рычаг увеличения тяги.       ТАРДИС знакомо взревела, поршень в стеклянной колонне заходил вверх-вниз. Доктор забегал вокруг консоли управления, пощёлкивая тумблерами, кнопками и рычажками. Я, как и раньше, мало что понимал в его манипуляциях. Однако «ручник» нажать таймлорд доверил мне.       Впрочем, стабилизаторы, которые Ривер нажала в путешествии на Эльфава Митраксис, я так и не нашёл. А у Доктора спрашивать как-то неловко… Поэтому нас, как обычно, трясло по каждой колдобине в истории Вселенной. Одновременно.       По крайней мере, в этот раз обошлось без десятка прыжков, как в Америке. Да и трясло удивительно недолго — всего пару минут. Доктор явно приноровился к управлению за последний год.       — На выходе осторожнее, — предупредил чубатый, — В трюме не хватало места для нормального приземления, так что пришлось встать слегка косовато. Из-за этого векторы притяжения на пару градусов отличаются.       — А зачем мы оказались в трюме? — уточнила Эми, — Есть же верхняя палуба, или как там эта штука называется…       — Это… хороший вопрос, на который я не планирую отвечать.       — Ребят, мы идём или нет? — спросил я перед тем, как открыть дверь.       Ну… Раньше мне приходилось выходить на венецианском рынке, космическом корабле и даже у себя дома. Но ничто из этого не было таким разочаровывающим, как трюм корабля. Тёмная комната, пропахшая потом и тухлятиной с терпкими нотками рома. Из-за деревянной решётки на потолке пробивались слабенькие лунные лучи, но в самом трюме света не было.       Только молочно-белые окна ТАРДИС светились, но их было недостаточно, чтобы разогнать сумрак. Кстати, будка действительно стояла необычайно косо.       Я с трудом нашёл твёрдый деревянный пол, не занятый канатами. Встав на доски, попытался ощутить знаменитую морскую качку… Но, наверное, в штиль на такой махине, как фрегат, её и не должно было быть.       — Боже, я будто опять в общагу попал… — закрывая нос рукавом, прогундосил Рори.       — Что можно хранить в этом трюме? Одни канаты по полу валяются! — жаловалась Эми.       — Да ладно вам, побольше оптимизма! Любая хорошая тайна начинается в тёмном месте! — приободрил нас Доктор, — Пойдёмте познакомимся с командой, что ли?       Галлифреец поднялся к решётке в потолке и попытался её поднять. К сожалению, он никогда не отличался физической силой, поэтому натужно произнёс:       — Знаете, мне бы тут не помешала помощь!       Его просьба была услышана, ведь решётка отворилась. Сверху на нас со смесью удивления и испуга смотрели пять немытых и небритых пиратских морд, одна из которых направила Доктору в лицо взведённый пистоль. Всем, до чего додумался наш карманный гений в этой ситуации, было неловкое:       — Йо-хо-хо! Или так всё-таки не говорят…       Я искренне пожалел, что Доктор заставил меня выбросить всю сумку с оружием прямо в Проксиму Центавра. И даже чёртов кольт, с которым я изъездил США вдоль и поперёк, он мне не оставил.       — Капитан, — один из пиратов обернулся к мужчине с пистолем, — Ещё духи!       — Какие духи, мать твою? Я в армии Её Величества служил! — огрызнулся я.       — Ник, — буркнула Эми, — Не ругайся с пиратами. У них же все преимущества.       — Ну, духи вы или нет, это мы сейчас решим, — решил для себя человек с пистолем, которого я определил, как капитана Эвери, — Поднимайтесь на палубу. И, если хоть шаг лишний сделаете, нашпигую свинцом.       Нас повели в каюту Эвери. Я пробежался глазами по вооружению команды. У каждого при себе было холодное оружие, и мне удалось насчитать три пистолета, не считая оружия в руке самого успешного буканьера семи морей. Но в этих шароварах, складках и ремнях можно было спрятать и небольшой стилет, и второй пистолет.       В принципе, я мог бы одолеть эту банду поодиночке, если бы вовремя скрылся в трюме. Однако сейчас у меня было три проблемы, каждая из которых носила конкретное имя. Поэтому пришлось подыгрывать.       Нас втолкнули в каюту Эвери сразу после того, как туда вошёл капитан и его старший помощник.       — Ну, рассказывайте, как попали на мой корабль, — приказал буканьер.       Каюта была хорошо освещена, и я уже мог тщательнее осмотреть как самого Генри Эвери, так и его подручных.       Капитану Эвери было далеко за сорок, что при его профессии уже заслуживало уважения. Его некогда чёрные волосы сильно разбавила седина. Борода была довольно давно неухожена, но при такой ситуации, в которую угодила «Фантазия», это было простительно. Серые глаза Эвери внимательно следили за Доктором, иногда перебегая на нас.       Одет он был в неплохой даже по нашим меркам красный камзол, под которым носил жилетку с каким-то лиственным орнаментом. За широкий пояс был заткнут пистоль, а из-под полы камзола торчало лезвие рапиры.       Остальная команда «Фантазии» была одета значительно проще, но у каждого из них было по катлассу (абордажная сабля), а у троих действительно были пистолеты.       Впрочем, рассматривая молодчиков Эвери, я совершенно упустил всю лапшу, которую им вешал на уши Доктор. Втянуться в разговор удалось уже, когда капитан, полный сомнений, возразил таймлорду:       — Мы сигналов не подавали.       — Наши датчики вас засекли, — объяснил Доктор, — Корабль в беде.       — Датчики? — слово было явно незнакомо буканьеру.       — Да, — довольно кивнул пришелец перед тем, как понять проблему: — А… Точно, сложное слово для семнадцатого века. Мой корабль самостоятельно… уведомил нас, что на вашем корабле случилось что-то неладное.       — Тот здоровый синий ящик? — Эвери кивнул в сторону двери, намекая на ТАРДИС.       Доктор довольно щёлкнул пальцами, направив указательный в сторону капитана.       — Снова колдовство, капитан Эвери, — решил старпом, тыкая в нашу сторону треуголкой, — Они — духи. Как ещё бы они пробрались в трюм?       — Ну… Хочется сказать «многомерная инженерия», но мы тут так плотно на датчиках встряли… — пробормотал Доктор, — Слушайте, я — Доктор. Это Эми, Рори и Никита. Мы такие же моряки, как вы! — пришелец излишне дружелюбно ткнул Эвери и поспешно обернулся к его подчинённым. Развернулся Доктор, услышав характерный щелчок взведённого курка. Я медленно начал подбираться ближе, — Ну… Кроме увлечённости пушками. И бородатости…       — Вы — безбилетники! — заявил Эвери, держа Доктора на прицеле, — Другого объяснения нет. Мы в этом чёртовом штиле уже восемь дней. Вы наверняка прокрались на борт в порту.       — И что прикажете с ними делать, капитан? — услужливо спросил старпом.       — Сдаётся, они заслуживают нашего гостеприимства, — улыбнулся капитан «Фантазии». Он слегка расслабился.       И тут я выбросил левую руку вперёд, хватая пистоль Эвери дальше раструба ствола, ближе к спусковому крючку. Второй рукой зажал курок и вырвал пистоль, пока буканьер не опомнился от моей наглости. Через долю секунды Генри Эвери уже смотрел в дуло собственного оружия.       — Парни, стоять! — крикнул капитан своим парням. Он не желал умирать в своей каюте, от своего же пистолета.       — Капитан Эвери, — спокойно и тихо проговорил я, — Доктор не сказал вам ни слова лжи. А лично я бы не провёл в вашем чёртовом трюме ни дня. От одного запаха уже палец на спуске чешется.       — Тогда мои парни пустят на лоскуты и тебя, и твоих друзей, — прошипел пират.       — Но вы этого не увидите, — заметил я, — Если кто дёрнется, открою пахану третий глаз!       — Никита, опусти пистолет! — попросил Доктор.       — Мы пробовали по-твоему. Теперь мой черёд, — сквозь зубы ответил я, — Капитан, я ещё раз, доступно, объясню, кто мы такие и почему мы здесь. А вы выслушаете меня и прикинете, будет ли вам врать человек, который держит вас на прицеле. Идёт?       — Идёт, — спустя полсекунды буркнул Эвери.       — Отлично. Наш корабль засёк бедственный зов откуда-то из вашего местоположения. Мы приземлились в вашем трюме десять минут назад, чтобы помочь. До этого момента ваш фрегат в глаза не видели. Ну как, похож я на лжеца?       — Не похож, — капитан посмотрел мне в глаза, — Но картёжник наверняка отменный, с такими-то яйцами.       — Замечательно, — не опуская пистолета, я улыбнулся, — А теперь у меня вопрос. Что значит «снова колдовство»?       — Вернёшь пистолет — расскажу, — сощурился Эвери, нащупав рычаг давления, — Я как-то неразговорчив под дулом пистолета.       — А я очень жаден, если мои друзья идут на корм рыбам, — бесстрастно парировал я.       — Наконец-то, человек дела! — воскликнул капитан, подумав, что нашёл со мной общий язык. Я же сделал один короткий, но резкий шаг, и прислонил холодный металл дула к его лбу.       — Ваше слово, капитан Эвери. И помоги вам Бог, если оно мягче английской стали.       — Хорошо! Даю слово, что моя команда не тронет вашу, — нехотя пообещал Эвери.       — Все согласны или кому-то разъяснить? — громко уточнил я.       Нестройный хор голосов дал понять, что они вполне согласны следовать приказу капитана Генри Эвери.       — Замечательно, — я опустил пистолет.       — А теперь отдай, — потребовал буканьер.       — Вас пятеро и вы вооружены. Нас четверо и теперь у нас один пистоль, — прикинул я, — Обойдёшься.       — Значит, твоё слово мягкое? — хитро ответил Эвери.       Я был обезоружен фигурально. Пришлось разоружиться буквально и протянуть оружие незаконному владельцу.       — Всё? — спросил Доктор.       — Конечно, всё… — наигранно заверил пират, отходя на два шага назад, — За борт их!       Меня сзади за руки схватил большой матрос-негр. Я ударил затылком в нос — раздался влажный треск ломающегося хряща. Услышав болезненное «Ай!», я ухмыльнулся и, стремительно развернувшись, нанёс чёрному Роджеру хук с левой. По просмоленному полу запрыгал выбитый зуб.       — У меня к’ховь… Ты убил меня, — проговорил негр, пуская кровавые пузыри из сломанного носа. Все остальные пираты замерли, сочувственно глядя на него.       — Тебе что, никогда нос не ломали? — удивлённо спросил я.       — Хотел на колдовство посмотреть? Сейчас посмотришь! — разозлённо сказал Эвери, хватая раненого матроса за руку.       Капитан показал мне ладонь, на которой… проявился чёрный круг?! То есть… Он проявился от одного края до другого, будто бы лазером выжгло.       — Да что вы за нытики такие? — удивилась Эми, ещё не разглядев чёрную метку.       — Нужна лишь капля крови, — сказал Эвери, — Одна капля, и она уже выходит из воды.       — Мужик, кончай комедию ломать! — ответил я, — Я просто сломал ему нос! Не руку, не ногу. Даже не ребро! Ну и зуб экстренно удалил, но он и так гнилой, я отсюда вижу.       — За одного из нас — один из вас! — вскрикнул старпом. В его руке блеснул металл… Я не успел перехватить его руку, а суеверный идиот уже полоснул по ладони Рори.       — Доктор… — Уильямс смотрел на свою ладонь, — Что происходит?       — Она слышит твою кровь, парень, — ответил вместо таймлорда Эвери, — Она оставила тебе метку смерти.       — Она? — переспросил Рори.       — Демоница. Она где-то там, в океане.       Пугало то, что Генри Эвери, человек, повидавший крови и смертей больше, чем многие другие, говорил об этой ерунде почти с суеверным страхом.       — Ух ты, классно! Значит, нам попался пиратский корабль с демонами! — довольно воскликнул Доктор, подойдя к Рори. Он начал осматривать его ладонь, — Эффективненько. В смысле, было бы славно, если бы перед убийством тебя как-то уведомляли…       — Я тебе сейчас такое же уведомле… — хотел прикрикнуть я, но остановился на полуслове. Я услышал удивительной красоты распев, который шёл извне. У него не было определённого источника, будто вся вода вокруг издавала это пение.       Вдруг мне послышался еле слышный шёпот: «… распознаны маркеры оперативной единицы… тональность откалибрована…» И готов поклясться, голос из моря неуловимо изменился.       — Кто-нибудь ещё это слышал? — спросил я.       — Лучше не слышать. Нужно убраться в глухое место! — посоветовал Эвери.       — Что, пальцы в уши — это ваш гениальный план? — саркастично спросил Рори, — Доктор, пойдём. Нам нужно вернуться в… вернуться…       Рори и матрос-негр зашатались, будто пьяные. На их лицах расплылось зловещее выражение неземного блаженства. Жертвы «демоницы» захихикали.       — Это песнь, она дурманит их, — бормотал старпом.       — К чёрту демониц, суккубов и прочую пиздатую нечисть! — крикнул я, — Нельзя дать этим кретинам выйти на палубу! Мужики, тащите стол к двери!       — Эми… Ты такая красивая! — речь Рори заплеталась, он действительно был вдрызг пьян, — Мне безумно нравится твой кардиган… Эй, иди сюда, обниму!       — Рори, стой, — потребовала рыжая. В её голосе прозвучали нотки беспокойства.       — Да всё прекрасно! Всё абсолютно зашибенно, Эми! Ты только глянь на этих пиратов… Глянь на их бороды… Хочу бороду…       — Ага, и хвостик до кучи, — огрызнулся я, таща стол в гордом одиночестве, поскольку все были заворожены поведением, — Он же тебе так пошёл в прошлый раз!       И что, что тот хвостик видел только я?       — Вот она! — крикнул старпом, тыча в окно каюты. Краем глаза я увидел бледно-зелёную светящуюся дымку, которая поднималась от воды в одном конкретном месте.       Вдруг пение стало намного чётче, а на палубу элегантно и медленно приземлилась… девушка. Она была одета лишь в ночную рубашку, вокруг предплечий обёрнут тонкий шёлк. Но удивительным было не это. Она светилась. Холодным, замогильным бледно-зелёным светом.       Сирена, а никем другим она и быть не могла, медленно и грациозно шла к нам, почти не касаясь досок палубы. Эми схватила Рори, но матроса никто из этих негодяев держать не собирался. Он, до безумия счастливый, потопал к нечисти, протягивая руки и хихикая.       Сирена повелительно протянула свою тонкую, изящную руку вперёд. И в тот миг, когда помеченный коснулся её пальцев, он исчез в облачке дыма…       Мы с Эми будто были единственными, кто остался в своём уме. Но сирене было мало одной унесённой жизни. Она звала Рори Уильямса.       — Ну уж нет, — Эми отбросила неадекватного и неустойчивого муженька назад, к стене, — Этот парень занят!       Бледно-зелёное свечение на миг сменилось кроваво-алым. Прекрасные черты лица исказились, обнажая клыки. Невидимая сила отбросила Эми в сторону, а сирена, вернувшись в спокойное состояние, продолжила шествие к своей жертве.       — Все в трюм! — скомандовал Доктор, склонившись над Эми.       Рори пытался встать, однако на своём пути встретил меня. Я поднял его за грудки и, что было силы, ударил по лицу. Центурион обмяк в моих руках, но в шаге передо мной была сирена. Не придумав ничего лучше, я сорвал с шеи простенькое серебряное распятие и, обернувшись, ткнул ей в морду, крикнув:       — Пшла нахер!       Сирена остановилась. Покраснела, оскалилась. Попыталась смести меня, как Эми. Но… не получилось.       — Что, на двоих силушки не хватает? Или ты боишься повредить его? — предположил я, — В любом случае — сгинь!       — Пошла прочь от него! — очнувшись, истошно закричала Эми. Сирена на долю секунды дёрнулась, и у меня появилась идея.       — Доктор, мне нужен звук! Любой, но громкий! — я пытался переорать песнь сирены, а призрачная красотка стояла, как вкопанная и продолжала тянуть руки к моему свояку.       — Сейчас… будет звук! — Повелитель Времени откуда-то из-за спины сирены направил на неё звуковую отвёртку и отжал кнопку активации.       Как я и надеялся, жужжание прибора вошло в диссонанс с песней сирены. Призрак засиял болезненно-жёлтым светом, лицо прекрасной девушки исказилось гримасой боли. Её песнь утеряла красоту, стала напоминать завывание бормашины. Сирена легко взмыла вверх и… растворилась в потолке каюты.       — Фух! — облегчённо выдохнул я, — Что ты сделал?       — Да так, — существенно громче обычного ответил Доктор, — Заставил её выслушать десяток ультразвуковых частот разом! Вероятно, одна из них вошла в противофазу!       — Ты… Ты что, оглох? — удивился я.       — А? А, я в порядке, только в ушах звенит!       — Ну конечно, Повелители Времени слышат ультразвуковые частоты, — я был немного раздражён, — Эми, тащи глухомань в трюм. На мне и так твой муж нависает, а эта дрянь может вернуться в любую секунду.       — Окей, — отрывисто кивнула Эми. А я размышлял о том, как придушить Эвери.       Разумеется, люк в трюм нам никто не открыл. Оставшиеся четверо пиратов решили откупиться от сирены нами.       — Эвери, гнида двуличная! — крикнул я, стуча в люк ногой.       — Чтоб вас всех сирена пожрала! — был мне ответ из глубины.       — Либо ты сейчас же открываешь, либо я тащу сюда бочонок с порохом! И Боже упаси вас выжить во взрыве, которым я проломлю к чертям это корыто и затоплю его нахер!       — Не смей называть мой корабль корытом!       — Ник, ты не хочешь… вооружиться? — тихонько предложила Эми.       — Доктор не возьмёт оружие, а Рори его попросту доверять нельзя. Мы с тобой много не сделаем. Впрочем, ход мыслей мне положительно нравится.       — А много и не надо… — со зловещей хитрецой улыбнулась рыжая.       — Да открою я, открою, черти несносные! — видимо, капитан Гнида услышал нас, — Отправите ещё нас всех на дно морское.       — Вот именно. Мы тут все в одной лодке, — метко ввернул Доктор, уже на нормальной громкости. Похоже, ему стало лучше.       — Ты сможешь ещё разок так жахнуть? — спросил я.       — Так — вряд ли. Заряда не хватит, — прикинув, сообщил таймлорд.       — А как сможешь?       — Раз в пятнадцать слабее, — обескураживающе заключил мозг нашей труппы.       — Класс. Нам эту девицу с такой мощностью анально зондировать придётся?       — Можете открывать люк, только быстрее, Бога ради! — недовольный Эвери прервал ход моих мыслей.       Не без труда мы с Доктором затащили бессознательного Рори внутрь трюма. Впрочем, это был не тот трюм, из которого нас вытащили под дулом пистолета. Чёрт, эта муть произошла так быстро…       — Думаю, теперь на этом судне главные мы, — решил я, — Эми, растормоши мужа. Доктор, на мозговой штурм. Эвери, нам нужна информация.       — Парнишка, а ты не слишком раскомандовался на моём корабле? — возмутился Эвери.       — Мы только что сумели отбить у этой твари раненого. А чего добились вы? Скормили ей почти всю команду? — уточнил я, — Молитвами и железом вашу сирену не одолеть. К тому же, «Фантазия» нам и даром не сдалась. Я в ваших зюйд-остах и фок-мачтах всё равно не разбираюсь.       — Капитан, а ведь и правда. От сирены ещё никто не уходил, — старпом, похоже, был со мной согласен.       — Чтоб вас всех… Ладно, что вам нужно?       Мне пришлось подавить желание набить небритую пиратскую морду. Без авторитета эти головорезы пустят на корм морской нечисти нас. Поэтому…       — Давайте для начала обрисуем границы, — я обратился ко всем, — Произошедшее в каюте капитана Эвери — абсолютно неприемлемо. Доктор прав, мы все находимся в одной лодке. И, если никто не возражает, я бы предпочёл работать одной командой. Разберёмся с этой нечистью, и разойдёмся, как в море корабли.       — Ник, тебе не кажется, что столько морских поговорок — это ненормально? — полюбопытствовала Эми.       — Извините, случайно получилось, — улыбнулся я.       — Спасибо, дальше я сам, — вклинился Доктор, — Так вот. Нас не интересуют сокровища махараджи, «Фантазия» или команда. Мы хотим помочь вам выбраться живыми. В ином случае все пойдём на корм рыбам…       — Доктор! — насупилась рыжая.       — Прости, прости. Мне просто тоже понравились морские шутки! Ладно, теперь серьёзно. Решим поющую проблему, и мы оставим вас в покое в тот же час. Идёт, мистер Эвери? — путешественник во времени протянул руку буканьеру.       — Капитан, — проворчал Эвери.       — М? — не понял Доктор.       — Капитан Эвери. И мне ничего не стоит выдать вас ей, если решите меня надуть, — честно предупредил пират, заключая ладошку таймлорда в рукопожатие.       — Действительно, вам ничего не стоит, — подумав, ответил инопланетянин, — Поэтому нам понадобятся гарантии, верно?       — Какие ещё гарантии? — не понял Эвери.       — Пистоль будет слишком, пожалуй? — уточнил я у Доктора, смекнув, что он всерьёз раздумывает выдать мне оружие.       — Я бы тебе и нож для масла не дал, но ситуация требует, — слегка поморщился пришелец, — Капитан, не одолжит ли кто-то из ваших людей молодому человеку кортик или какой-нибудь другой острый предмет?       — Макграт, дай парню нож, — не оборачиваясь, распорядился Эвери.       — Капитан, им же нельзя доверять! — протестующе воскликнул старпом. Кажется, это и был Макграт.       — Мать твою, тебе напомнить, кто полоснул парня? — прорычал капитан, уже обернувшись к старпому, — Совсем ополоумел, кретин. Дай мне чёртов нож!       Явно недовольный, старпом выудил из-за пазухи нож, который протянул Эвери. Тот, в свою очередь, передал его мне. Нож был небольшой, клинок всего в ладонь длиной. Простая деревянная ручка, отвратный баланс. Конечно, это всё ещё был нож. И на этом корабле любая рана могла привести к быстрой смерти… Так что я засунул нож под ремень и не стал бухтеть.       — А теперь, если мальчики наигрались… — вклинилась Эми, — Что это вообще было?!       — Сирена, — объяснил Эвери, — По легенде, бессчётные корабли, гружёные сокровищами, пали её добычей. Она на нас охотится с самого начала штиля. Забирает раненых.       — Будто акула… Акулы чуют кровь, — вставил пять копеек один из матросов.       — Ладушки… Как акула, только в платье и светится зелёным, — усмехнулся Доктор, — Зелёная поющая акула в вечернем платье!       — Корабль проклят! — рявкнул Эвери, раздражённый неверием таймлорда.       — Ага, щас. Вы, люди, так любите это слово, «проклят». Постоянно слышу его, когда происходят дурные вещи, и никто не хочет искать объяснения.       Эми тем временем удалось разбудить Рори. Я с облегчением понял, что сотрясение у него лёгкое. К тому же, чары сирены с Уильямса ещё не спали… Ведь он самоубийственно и самозабвенно заверял свою жену в следующем:       — Она — самое красивое, что я видел…       — Думаю, со временем ты поймёшь, как ошибаешься… — ответила Эми, проявляя чудеса самообладания, — Доктор, пора убираться. Прямо сейчас.       — Значит, ваш ящик — и вправду корабль? — навострил уши Эвери. Я, подозревая, что сейчас случится, незаметно выхватил нож и спрятал его в рукаве.       — Ну, он, конечно, без ветра движется… Но да, — улыбнулся Доктор.       — Показывай! Сними его с якоря, подними парус, — буканьер снова щёлкнул собачкой пистолета.       Впрочем, в этот раз я был готов. и слегка кольнул его в пах остриём ножа. Безвредно, но крайне отрезвляюще.       — Генри, дружище… — улыбнулся я, — Кончай с этим. Иначе вообще не сможешь кончить, без яиц-то. Ствол передай, будь умничкой.       Эвери помялся. Вдруг один из его людей вскрикнул от ужаса:       — Пиявка! Это пиявка! — и действительно, на его щиколотке болталась чёрная кровососущая сопля.       — Все из воды! — скомандовал Доктор. Эми едва не силком втащила Рори на ящик, а мне чудом удалось воздержаться от первого случая полевой вазэктомии.       Все присутствующие взгромоздились на ящики, а пострадавший, осмотрев ногу, начал кричать:       — Мразь меня укусила! У меня кровь! — пират проверил свою руку, а затем показал нам всем чёрную метку.       — Кровь… Зачем ей кровь? — пробормотал Доктор, — В любом случае, паниковать не стоит. Никакому колдовству не пробиться через добрых три дюйма сосны.       Прямо за его спиной из воды выпрыгнула сирена, как чёртик из табакерки!       — И надо ж тебе было это сказать! — разозлилась Эми.       — Харе жаловаться, на выход! — рявкнул я, оттаскивая укушенного беднягу.       — Да брось ты его! — сказал кто-то, на что я интеллектуально ответил:       — Пошёл в жопу! — и продолжил тащить одурманенного пирата, — И тебя туда же, нечисть сраная!       К сожалению, в этот раз я тащил не жилистого и небольшого Рори, а вполне упитанного, потного и пассивно сопротивляющегося громилу весом под двести пятьдесят фунтов. Мне не удалось его спасти… Мужик протянул руку сирене и мгновенно исчез в облачке пыли.       — Никита, быстрее! — я услышал голос Доктора и очнулся. Неуклюже похлюпал по воде, опасаясь пиявок. И едва успел шмыгнуть за окованную дверь, как Доктор захлопнул её и запер засов.       — Сука, — выдохнул я.       — Я бы не переживала. В конце концов, он дал нам вре… — хотела было успокоить меня Эми, как я постарался метнуть в неё самый суровый взгляд, — Ладно, ты прав.       — Как она попала сюда? — резко спросил Эвери, рассчитывая, что мы хоть что-то знаем.       — Трюмная вода, — предположил Доктор, — Она наверняка использует воду в качестве портала. В смысле, двери, — поправился он, заметив недоумение во взгляде капитана, — Может материализоваться из одной капли. Нужно укрыться в абсолютно сухом месте…       — И где ты собрался искать такое место НА СРАНОМ КОРАБЛЕ?! — спокойно спросил я.       — Крюйт-камера, — предложил капитан Эвери.       — Какая камера? — переспросили мы с Эми. Рыжая всё ещё отбивалась от Рори, который на ней буквально висел.       — Это… склад пороха или что-то вроде того, — перевёл Доктор. ТАРДИС переводить с пиратского вежливо отказалась.       — Суше места не найти, — заверил буканьер.       — Замечательно, значит, туда и идём! — обрадовался таймлорд.       — Здесь приказы отдаю я, — рассерженно заявил Эвери, хватаясь за пистолет.       — Твои приказы сократили добрую сотню человек до троих, — огрызнулся я, прикинув размер команды такого крупного корабля, как «Фантазия», — Вам троим отсюда без нас не выбраться. Так что задрай свой трюм и веди.       — Твоя правда, парень, — с горечью согласился Эвери. Видимо, мне удалось надавить на больное, — Сюда.       — Держитесь подальше от острых предметов! — предупредил Доктор, прекрасно зная, что у четверых в этой небольшой группе при себе было колюще-режущее оружие, и как минимум один находился в лёгком неадеквате.       Старпом Макграт возился у двери, перебирая связку ключей.       — Какого чёрта ты копаешься? — возмутился Эвери.       — Ключ, капитан. Его здесь нет! — ответил старпом.       — Как это «нет»?!       — А так, — Доктор тихонько подошёл к двери, — что кто-то тоже додумался спрятаться здесь.       Пришелец легонько толкнул окованную дверь рукой, и она без скрипа медленно открылась внутрь.       Мы медленно вошли в крюйт-камеру. Тут действительно не было морского запаха, а воздух казался гораздо суше.       — Завалите дверь, — приказал Эвери, — И поосторожнее с фонарём. Тут каждая бочка доверху набита порохом.       Доктор сосредоточенно осматривал комнату.       — Кто спал в моей крюйт-камере? — в раздумьях он процитировал «Трёх медведей»!       В ответ из тёмного угла раздался приглушённый кашель… Судя по тону, детский…       Эвери быстро нашёл источник звука — бочонок с приоткрытой крышкой. Поставив фонарь на пол, он осторожно поднял крышку, словно боясь того, что кашляло внутри. Из бочонка буканьер силком вытащил мелкую лохматую фигуру и начал отчитывать, прижав к стене:       — Чёртов дурень! Какого рожна ты здесь забыл?!       — А это кто? — поинтересовался Доктор, — Он что, не член команды?       Я ткнул его локтем и шепнул на ухо:       — Это его сын, идиот.       — Верно, — подтвердил Эвери, — Этот олух — моя плоть и кровь.       Слегка оттаяв, капитан посадил своего сына на бочонок и уселся рядом.       — Какой бес в тебя вселился, мальчик? Мать уже, поди, с ног сбилась! — тихо упрекал морской волк, изо всех сил стараясь не орать. В ответ паренёк лишь потупил взгляд, но Эвери этого хватило: — Когда?       — Зимой, — наконец проронил мальчик, — Лихорадка.       Эвери горько вздохнул.       — Но она о тебе всё-всё рассказывала! — с ноткой энтузиазма сказал безбилетник, надеясь приободрить несчастливого отца, — Как ты служил капитаном во флоте… Она говорила: «Достойный человек». Как я гордился бы знакомством с тобой… — тут сын пирата гулко откашлялся, — Я хотел вступить в команду…       — Ты мне тут не нужен, — ответил Эвери. Ему было очень тяжело сказать это. Жизнь пирата внезапно перестала быть такой привлекательной…       — Но и отослать уже не можешь, — возразил парнишка, — Мы в сотнях миль от дома.       — Здесь опасно. На борту монстр. Она оставляет свою печать на коже жертв… — начал рассказывать Генри.       — Чёрное пятно? — осторожно спросил ребёнок, разжав ладошку. На его коже красовалось угольно-чёрное пятнышко.       Эвери вцепился в руку, торопливо осмотрел. В его глазах появилось что-то новое — страх.       — Ответь мне, и не вздумай лгать, — старый пират взял сына за плечи, — Ты хоть обо что-то царапался? Заноза, укус пиявки — что угодно!       — Н-н-нет, — помотал головой тот.       — Клянёшься? — серьёзно уточнил Эвери.       — Да, клянусь!       — Парень простужен, — вклинился я, снимая шерстяную ветровку, — Ему бы сейчас горячего попить и парацетамольчику, хотя бы пару дней. Ну-ка, давай тебя укутаем, — улыбнулся я, — Как зовут хоть?       — Тоби, — прокашлявшись, ответил мальчик, укутываясь в мою ветровку.       — Тобиас Эвери, — я покатал имя на языке, — А что, звучит гордо!       — Значит, не кровь… — размышлял Доктор, — Она, как волк, выбирает самых слабых. Больных и раненых.       — Сирена знает, что парнишка простужен, — заметила Эми.       — Люди… Вы такие хрупкие. Вопрос времени, когда кто-нибудь получит синяк. Мой корабль, он может увезти нас всех отсюда, — сказал Доктор папаше, который ловил каждое слово, — Я и вы, мы его подгоним.       Эвери-старший хотел было возразить, однако не успел. Эвери-младший открыл бочонок с водой, и оттуда мгновенно протянулась женская рука, окутанная мертвенно-зелёным свечением. Я мгновенно отобрал у Тоби крышку и попортил сучке маникюр об дубовые доски.       — Вода опасна! Так она пробирается к нам! Одно касание, и ты труп! — в сердцах выпалил капитан Эвери.       — Не пугай ребёнка, а то ещё инфаркт схлопочет, и нам всем тут будет весело! — Эми бросилась на защиту мальчугана, пока Рори отвлёкся на замысловатый рисунок в сосновой древесине стен.       — Мы все прокляты, нужно уходить с корабля, — решил последний оставшийся матрос.       — Это. Не. Проклятие, — отчеканил Доктор, — Проклятие значит, что игра окончена. Значит, что мы беспомощны! А мы не беспомощны! Капитан, что будем делать?       Генри Эвери взглянул на таймлорда.       — Оставайтесь с мальчиком, — решил он, — Завалите дверь, когда мы выйдем.       — Капитан, мы тут все в опасности, — возразил старпом.       — Я сказал, ждать и завалить дверь.       — Уверен, что хочешь идти? — обеспокоенно спросила Эми у Доктора.       — Нужно укрыть Тоби и Рори, — ответил он, — Она ведь где-то там, облизывается, греет сковородку и трёт сыр.       — Ла-адно, — неуверенно протянула рыжая, — Запомни — если чешется, сильно не расчёсывай.       — Да чёрт с ним, все там будем, — улыбнулся Доктор. Он подошёл к Рори, который к этому моменту уже оклемался, и шепнул на ухо: — Есть вещи и похуже, чем лобызание со скользкой русалкой.       А у меня что-то вертелось в голове. Какая-то небольшая деталь, которая ускользнула после всех этих злоключений… Что же это было? Теперь было время поразмыслить, и эта чёртова мелочь никак не давалась мне.       От раздумий меня оторвала Эми, спросившая кого-то:       — Что вы делаете?       Я поднял голову и увидел, как подопечные Эвери разбирают импровизированную баррикаду из бочек.       — Я лично не собираюсь возиться с этим мальчишкой, — огрызнулся старпом Макграт.       — Тебе приказали ждать, собака! Мой отец — твой капитан, офицер флота! — в ответ возразил юный Тоби, вылетев вперёд с саблей, которая длиной была с него самого, — Будет бесчестием нарушить его приказ.       — Бесчестие? — хрипло усмехнулся Макграт, — Ты хоть знаешь, что это за корабль?       — Корабль, находящийся посреди Тихого океана, — заметил я, проскользнув между Пондами и Тоби с одной стороны и парнями Эвери с другой, — Вы что, действительно намереваетесь вдвоём спустить шлюпку и отправиться вплавь к берегу? Который может находиться в тысячах миль от нас.       — Уж лучше сдохнуть от голода, чем сидеть здесь, как червяк на крючке! — резко ответил старпом.       — Вот как, — ответил вместо меня Рори, — Ты ведь знаешь, каково это — мучиться от голода в шлюпке посреди океана? Когда ты медленно, но верно сходишь с ума от тянущей боли в животе. Когда вся пища и вода закончились, и всё, что остаётся — распотрошить товарища, чтобы протянуть ещё немного. Ещё денёк-два…       — Да брось ты, Уильямс, — махнул рукой я, подхватив его мысль, — Они скорее загнутся от обезвоживания, чем начнут жрать друг друга. Почки откажут, и сирена их всё одно заберёт.       — А если нам повезёт найти корабль, умник?       — А если вам повезёт найти корабль, он может соизволить вас подобрать… в обмен на те драгоценности, которые вы наверняка хотите прихватить, — улыбнулся я, — Это если вас подберут цивилизованные люди, разумеется. Ежели нарвётесь на коллег-буканьеров, вас в лучшем случае проигнорируют. В худшем — убьют, ограбят и скормят рыбам. Ты бы поступил иначе, Макграт?       Старпом озадачился. Похоже, мы его убедили.       — Есть и ещё вариант — вы попадётесь в руки англичанам или индусам, которые не перестали искать «Фантазию». Эти быстро смекнут, откуда вы взялись, и мешкать не станут, — добил я, — Хочешь ты или нет, старпом — с «Фантазии» уже не сойти.       — Маллиган… Отставить, — обескураженно приказал Макграт, — Парень прав.       — Ну и иди к чёрту! Мне больше достанется! — огрызнулся Маллиган и наставил на старпома пистолет, — Ключи от трюма. Живо!       — Забирай, всё равно нас слишком мало осталось, чтобы уйти с золотом, кретин, — выплюнул Макграт.       Маллиган довольно забрал увесистую связку и прошмыгнул за дверь, в ночную тьму. А его бывший начальник принялся снова заваливать проход. Теперь, поняв, что надежды нет, старпом вряд ли был опасен для нас.       — Мистер… — Тоби дёрнул меня за рукав, — Почему вы говорите так, будто они…       — Пираты? — продолжил я за него. И присел напротив, — Прости, парень. Я слегка увлёкся и забыл, что папка не стал тебя разубеждать. Тоби, твой отец — буканьер. Я бы рад тебе солгать, но уже поздновато.       Вдруг тишину разорвал глухой хлопок — будто выстрел. Затем ещё, и ещё. Всего три. Скорее всего, матрос нарвался на Эвери и Доктора… Оставалось надеяться, что никто не ранен.       Я наблюдал за Тоби. Мальчуган сильно расстроился, узнав правду. В его голове роились мысли, и он задумчиво вертел в руках серебряный медальон с отпечатанным образом русалки. Тоби интенсивно тёр украшение какой-то тряпкой, подозрительно похожей на носовой платок.       Внезапно в дверь замолотили, и два голоса — Доктора и капитана Эвери — начали кричать, чтобы их впустили. Мы с Макгратом быстро разобрали завал, и в крюйт-камеру влетело лохматое чудовище… Прощу прощения, наше лохматое чудовище. Доктор выхватил у ребёнка безделушку и начал интенсивно на неё… дышать… Он совершенно не успел считать комнату и понять, что его действия остались непонятыми. Поэтому, как таймлорд влетел в укрытие, так из него и вылетел, не сказав ни словечка. Эвери отправился за ним.       — Так, сидите здесь, а я пойду выясню, что это было… — предупредил я прежде, чем меня попытались остановить. Не дожидаясь вопросов, я захлопнул за собой дверь и пошёл искать сладкую парочку.       Это оказалось нетрудно — Доктор звенел битым стеклом на весь корабль. Он колошматил окна в каюте Эвери прикладом ружья. Сам же хозяин интенсивно собирал драгоценности в кучу.       — Вы на кой хер ребёнка напугали, идиоты? — возмутился я.       — Маллигана забрала сирена, — ответил Эвери.       — В сухой комнате, — добавил Доктор.       — Но… ты же говорил, что она приходит из воды? — уточнил я.       — Я ошибся, — пожал плечами пришелец, не отрываясь от вандализма, — Она приходит не из воды, а из отражений.       — Штиль… — с ужасом понял я, — В мёртвом штиле поверхность воды практически не колеблется, создавая естественное зеркало. И мы оказались в самом его центре.       — Да, и легенда о том, что сирена забирает корабли, набитые золотом, не пустой звук, — просветил Доктор, — Где ещё можно в наше время найти столько отражений, как не на драгоценностях?       — Прекрасно. Но всё это не отменяет того факта, что мы все можем убраться отсюда в ТАРДИС, — ответил я, — Так почему ты здесь, бьёшь стёкла?       — Твой капитан упустил ваш корабль, — с ноткой ехидства пояснил Эвери.       На минутку меня парализовало, мозг был занят осмыслением этого кошмара путешественника во времени.       — Никита, с тобой всё в порядке? — вежливо осведомился Доктор.       — Вопрос первый, — слегка севшим, серым голосом обозначил я, — От ответа зависит твоя жизнь. Ты можешь её вернуть?       — Я могу связаться с ТАРДИС, как только отвёртка перезарядится, — заверил меня таймлорд.       — Замечательно. Вопрос второй. КАК?       — Что «как»? Беру ключ и подаю через него…       — Как ты её упустил, придурок?! — от осознания, что мне предстоит остаться в шестнадцатом веке, я перешёл на фальцет.       — Как бы помягче сказать тебе, Никита… Я ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЮ! — прикрикнул Доктор, — Знал бы, вернул бы сразу. Сейчас нужно потянуть время и выбраться отсюда. Потом найдём ТАРДИС.       — Если не найдём, я тебя утоплю, — пообещал я, — Клянусь дантистом Трикстера, утоплю прямо здесь.       — Если не найдём, я сам в море прыгну с камнем в обнимку, — Повелитель Времени ободряюще улыбнулся.       — Вы закончили? — пассивно-агрессивно осведомился капитан Эвери, — Нам ещё нужно избавиться от всего, что хоть немного похоже на зеркало.       — И духовно подготовить команду к продолжительной ночёвке в как-её-там-камере. Кстати… Генри, я бы на твоём месте поговорил с пареньком. Я случайно проболтался о твоей настоящей профессии.       — Что, прости? — недоумённо переспросил Эвери.       — Каюсь, виноват, — поднял я руки, — Но либо это, либо твои дружки порешили бы нас и бросили. А так я хотя бы спас твоего старпома.       — К чёрту старпома, что с моим сыном? — прорычал Эвери.       — Во-первых. Будешь на меня так рычать, и до сирены не доживёшь, — спокойно ответил я, — Во-вторых, с сыном дела так себе. Он разочарован в тебе, и это вполне нормально. Всё равно шила в мешке не утаишь.       — И? Не тебе разбалтывать мои тайны, выскочка!       — Ещё раз. Мне пришлось это сделать, чтобы уменьшить количество жертв до одного Маллигана. Ясно? Чтобы твои кретины не оставили нас беззащитными от твари, которая, я осмелюсь напомнить, хочет сожрать моего зятя и твоего сына! Так что я не слышу, сука, большого человеческого «спасибо»! Может, ещё какую предъяву мне кинешь, бандюк сиволапый? Нет, я от души хуею! Пытаешься быть человечным, пытаешься по-хорошему и всё равно получаешь в лицо ушат говна! Доктор, ты как вообще это делаешь? Какой железной волей нужно обладать, чтобы раз за разом протягивать руку помощи после того, как тебе плюют в лицо?!       — Ладно, ладно, остынь, парень… — опешивший от моей истерики Эвери пошёл на попятную.       — Это приходит с опытом, — улыбнулся Доктор, — Уверен, ты поймёшь.       Забегая вперёд, он был прав. На это ушло немыслимое количество времени, но в конце концов я понял, как он это делает.              — Как этот придурок её упустил?! — абсолютно спокойно, без тени беспокойства уточнила Эми.       — Спокойно, — сохраняя остатки хладнокровия, ответил я, — Он пообещал, что вернёт ТАРДИС, как только отвёртка перезарядится.       — Да он же врёт, как дышит!       — Только не нам, — возразил я.       — Озеро Силенсио, Пандорика… Я могу ещё пару раз припомнить, — Рори встал на сторону Эми.       — Ты не помогаешь, принц Эрик! — ответил я, — И вообще, это семейный разговор!       — И я часть семьи! — ответил центурион.       — И что, теперь вы вдвоём будете третировать Доктора за потерянную будку вместо меня? Перестаньте отнимать мой хлеб, ребята!       — Ладно, будем с ним полегче, — судя по всему, Эми немного оттаяла, — Но. Если этот гадёныш нас не найдёт, я скормлю его акулам, — шутливым тоном пообещала она.       — Знаешь, я пообещал ему примерно то же самое. Мы с тобой точно не родственники? — я улыбнулся ей в ответ.       — Если бежать нельзя, что делать будем? — поинтересовался Рори.       — Сейчас расскажу. Народ! — крикнул я, — Есть вести с полей!       Я подождал, пока подтянулись Тоби и старпом Макграт. Выдохнул и начал вещать, как заправский глашатай:       — Итак, начнём с самого печального. Маллиган убит сиреной. Вопреки ранним предположениям, сирена появляется не из воды, а из отражений. Мы в штиле, так что на палубе небезопасно. Любая стоячая вода, блестящие побрякушки или даже элементарное оконное стекло — опасны.       — Так почему бы нам не сбежать? — спросил Макграт, — Капитан и ваш юродивый же за этим и вышли!       — Верно, старпом. Наш корабль по неизвестной мне причине отшвартовался и вышел в море сам. Вернуть его сейчас не представляется возможным. Поэтому пришло время плана Б: ожидать ветра и при первом же бризе уё… — я взглянул на Тоби и решил не материться, — Улепётывать отсюда на всех парусах. По сути, у нас старый план. Ночуем здесь, так как снаружи мёртвый штиль, и вода идеально гладкая, отражает всё. Вообще держимся подальше от отражений. Доктор и Эвери пока выкидывают ваш хабар и избавляют «Фантазию» от отражающих элементов. Если всё в порядке, то скоро вернутся.       — А хабар-то за что? — с нотками обиды и отчаяния поинтересовался старпом.       — У вас весь хабар — гранёные камни и полированные драгоценности. Полированные — значит гладкие и отражающие. Вопросы?       — А что, если штиль не кончится? — подал голос Тоби.       — Кончится рано или поздно. И стоит он уже две недели, так что вряд ли мы тут надолго останемся, — ответил ему вместо меня Рори.       — В общем, устраивайтесь на ночлег. Макграт, на пару слов, — попросил я.       — Чего надо? — старпом подошёл и спросил вполголоса.       — Что у нас с медикаментами?       — Какие ещё каменты? Которые по небу летают, что ли?       — Судовой врач на «Фантазии» был? — перефразировал я.       — Ну, как врач… Тим у нас когда-то на врача учился, но давненько это было…pp       — Насрать. Меня интересует его рабочее место и снадобья, что он там хранил.       — А к чему? Всё равно же один порез и смерть…       — Во-первых, дебил — у нас на руках больной ребёнок, и не знаю, как у тебя, головореза, а у меня сердце щемит. У него острый бронхит, если я не ошибаюсь. Во-вторых — Тоби заразен, что прямо переводит его в угрозу всем нам без исключения. И в-третьих — мне интересно, как отреагирует сирена, если мы начнём лечить раненых и больных.       — Ну ладно, неплохо. Эми, Рори — укутать ребёнка. Тоби — держись в тепле. Мы с Макгратом прогуляемся под луной.              Каюта судового врача оказалась… обескураживающей. Грязные инструменты, трав почти никаких нет… В общем-то, это было больше похоже на процедурную, что и понятно — пираты же, им нужнее полевой хирург, чем терапевт.       — Что ты ищешь? — спросил Макграт, пока я безуспешно копался в ящиках судового врача.       — Целебные травы. Кору дуба, толчёную ромашку, настойку солодки. Да хоть бы и чай. Шалфей, чабрец, чеснок — хоть что-то. Тоби нужно пить горячее.       — Тогда, может, грогу?       Вместо ответа я просто посмотрел на него. Осуждающе.       — А что? Моя матушка меня грогом отпаивала… — начал оправдываться старпом.       — Ага, и посмотри, где ты теперь, — буркнул я.       — А разве чеснок — это не приправа? И шалфей вроде бы…       — Хм… Ну да, в общем-то. О, наконец-то! Ромашка! — я выудил из ящика пыльную склянку с сушёными цветками ромашки, — Хоть что-то полезное на этом дрянном корабле нашлось. Так, корень солодки, молотый. Это мы тоже прихватим. А теперь… Давай-ка прогуляемся на кухню. Мне нужен чайник, чай и очаг.       — Камбуз у носа, пошли скорее.       — Куда спешить, дурень? Наоборот, нужно быть медленнее и осторожнее. Поскользнёшься, ногу вывернешь — и всё, привет. Надо аккуратненько, смотря под ноги. И по сторонам, вдруг зеркало где увидим.       Скажем так, по ночному кораблю лучше не шастать. Особенно, когда любое падение обязательно приведёт к автоматической смерти. Но до камбуза мы добрались без эксцессов.       — Будь добр, разведи огонь, — попросил я, окидывая взглядом небольшую кирпичную печурку. Было вполне разумно ожидать что-то такое, но всё равно… Печь… На деревянном, парусном корабле…       — А ты что? — поинтересовался Макграт.       — Поищу чайник, кружки, пресную воду и самое главное — чай. И смотри, не обожгись.       Я мысленно прикинул, сколько кружек нам нужно. Я, Доктор, Эми, Рори — четверо. Макграт, Эвери и Тоби — трое. Всего семь человек. Вряд ли кто из них откажется от горячего питья — ночка была прохладная.       Удивительно, но немного чая у кока нашлось. Пресно, но сойдёт. В общем-то, остальные шесть кружек так, за компанию. Ромашка и солодка предназначались Тоби, и их было порядочно. К тому же, нашлись галеты к чаю. Конечно, жевать их было бы той ещё задачей… Но выбирать было особо не из чего.       На удивление, никто не обжёгся, и я спокойно донёс поднос с кипятком до крюйт-камеры.       — Спасибо, Макграт. Дверь прикрой, будь добр, — попросил я, аккуратно вплывая в комнату.       — Это что… чай? — удивлённо спросил Эвери.       — Ага. Тоби сильно простыл, ему необходимо горячее питьё. У судового врача я нашёл пару трав, которые должны облегчить отхаркивание мокроты. Да и в целом, ничего лучше не поднимет настроение такой ночью, чем чашка чая. Держи, малец, это тебе, — я протянул Тоби кружку, в которой плавали ломаные лепестки ромашки и чайные листья, — Чай, ромашка и солодка. Всё, что тебе сейчас нужно. Пей аккуратно, понемногу, не обожгись. Ребята, вы тоже разбирайте.       Идея была вполне здравой, так как кашель Тоби стал более гулким, влажным. Вроде бы он даже что-то отхаркивал. Даже мне ситуация перестала казаться такой безвыходной, когда я отхлёбывал из кружки горячий чай, оперевшись на перила верхней палубы. Появилась какая-никакая надежда на то, что мы выберемся.       — Это ты хорошо придумал, — подошедший Доктор разделил мои мысли, — Правда, чай пресноват получился. О чём думаешь?       — Ребёнок болен, и, сирена или нет, он вряд ли дожил бы до нормального врача без нашей помощи. А на этих светил медицины рассчитывать вообще не стоит, — ответил я.       — Это верно, — согласился он, — Но тебя ведь беспокоит ещё что-то?       — Нет, вроде всё. Разве что тот факт, что мы можем остаться жить в XVII веке…       — Ненадолго, через четыре года уже будет XVIII век, — улыбнулся пришелец.       — Ебать спасибо, папаша! — я картинно поклонился ему в пол.       — Ты уже неделю толком не спишь. Что-то случилось в Америке? — Доктор начал говорить серьёзно.       — Так заметно? — спросил я с ноткой разочарования.       — Эми и Рори пока не замечают, но у меня глаз намётан. Что с тобой?       — Кошмары. Каждую ночь сраные кошмары…       — Разные? Или одни и те же?       — Фактически одни и те же. Я в зелёном тренчкоте устраняю тебя, Рори и иду искать Эми.       — Давно так? — спросил он с ноткой беспокойства.       — Начиная с Америки.       — Понимаю. Ты боишься своего будущего. Мне не стоило тебе рассказывать…       — Ну да, давайте опустим тот факт, что я в какой-то момент всех вас чуть не перерезал. Охуенная идея, ничего не скажешь.       — Конечно, можно и так посмотреть… Неважно. Я это проходил сам. Долгая история, но суть её в том, что мне довелось лицом к лицу столкнуться со своим злом.       — Ты и зло? — переспросил я, — Не смеши. Знаю, что ты — парень суровый, но точно не злодей.       — Темнее всего под фонарём, Никита. Мы сами решаем, какими нам быть. Каждый день стоим перед выбором. Особенно в нашей с тобой работе. Сегодня ты рисковал обжечься, споткнуться, порезаться или оцарапаться, чтобы… сделать ребёнку чай. За это я тебя и ценю, Ник Хиггинс.       — Но как мне не стать таким злом, Доктор? Как ты сам не ссучился за столько лет? Наблюдая все эти смерти, кошмары и бедствия, как ты не ожесточился?       — Будь добрым, Никита. Будь милосердным. И всегда предлагай милосердие другим. Даже когда у противника преимущество, даже когда тебе больно, страшно и одиноко. Будь таким, как сегодня. Только так можно противостоять этой тьме. Да и потом, всегда есть вы. Ты, Эми, Рори — люди, на которых можно опереться в трудную минуту.       — Вот как, — задумался я.       — На самом деле хорошо, что тебя это беспокоит, — поразмыслив, ответил Доктор, — Так и можно понять, что ты на верном пути.       — Хорошо сказано, — отметил я. На душе действительно стало легче, когда одну из своих тайн я выдал. Но в какой-то момент придётся выболтать и остальные… Нужно было быть осторожнее, — Ладно, кошмары или нет, а спать иногда надо всем. Я, пожалуй, вернусь в крюйт-камеру.       — Решил встретить страх лицом к лицу? — улыбнулся Доктор.       — Кошмары — это так, семечки. Реальность — вот где кроется истинный ужас, — подумав, ответил я, направившись в сухую каюту.       Открыв дверь, я увидел Эвери.       — Тоже решили подышать свежим воздухом? — поинтересовался я.       — Да, — кивнул капитан.       — А я, пожалуй, посплю. Ночь ещё молода. Не засиживайтесь, сирена может определить истощение, как травму, — предупредил я.       — Спасибо.       Мы разминулись: я вошёл в крюйт-камеру, он — на палубу.       — Ну, как ты? — спросил я у укутанного в одеяло Тоби, который к этому моменту допил свой чай с ромашкой.       — Кашляю сильнее… Это хорошо? — спросил мальчик.       — Да, хорошо. Твоё тело выталкивает болезнь наружу, — улыбнулся я, — Но одной чашкой чаю тут не обойдётся. Поспи, — посоветовал я, заметив, что у ребёнка слипаются глаза.       — И что теперь? — полушёпотом спросила Эми, — Мы просто ждём?       — Да, — также полушёпотом ответил я, — Ложись спать, рыжая. Не стоит допускать истощения.       — Справедливо. А ты? — спросила она.       — Тоже подремлю. Рори, я смотрю, уже сопит в обе дырки? — я бросил взгляд на прикрытого пледом Уильямса.       — Ага. Держи себе плед, — Амелия протянула мне свёрток, Подушки только нет, вот чего жаль.       — Да и хрен с ней, с подушкой, уснуть бы, — я оперся на стену и подоткнул под себя плед. Закрыл глаза, устроился поудобнее…       В этот раз я не видел снов. Может быть, разговор с Доктором помог. А может быть, я просто слишком сильно устал. Но за те пару часов, что я смог урвать, никаких кошмаров не было…       Меня растолкал Рори.       — Доктор зовёт, — объяснил он, не дожидаясь, пока я проснусь достаточно, чтобы спросить.       — Нахера? — всё-таки спросил я.       — Кажется, мы тронулись с места, — ответил Рори. Лицо его подёрнулось улыбкой.              Первые порывы ветра, которые ощутил Доктор, оказались предвестниками бури. У него не осталось команды — из всего экипажа один старпом. Тоби не годился в моряки. Мы, конечно, тоже… Но мы хоть взрослые. Так что были не против.       Ливень хлестал нас тысячей плетей одновременно каждую, сука, секунду, а ураганный ветер продувал до костей. Эвери кричал какие-то ругательства, не отходя от штурвала, но мы едва ли слышали каждое пятое слово. У меня лично промокло абсолютно всё, включая нижнее бельё. Впрочем, все понимали очевидное — если мы не уйдём от сирены, то она не обойдёт стороной никого. Мы все были простужены, и у каждого на руке красовалась её метка. Даже у Доктора, который человеком-то не был.       Так что… Мы тянули канаты, связывали канаты, освобождали канаты… Я когда-то думал, что быть моряком увлекательно. Зачитывался «Наследником из Калькутты», «Пятнадцатилетним капитаном», «Детьми капитана Гранта». Но как-то не осознавал, что на корабле есть только один штурвал и ёбаная куча канатов. А ещё термины… В морских терминах я никогда силён не был. Но сколько их до нас не дошло… Я не мог отличить ругательства от терминов, абсолютно не знал, что делать. Да мы все не знали. Даже Доктор терялся в десятках однообразных снастей.       — Клянусь, он придумывает половину! — прокричала Эми через ливень.       — Нам нужен разговорник! — ответил ей Рори, повиснув на какой-то снасти, у которой наверняка было немыслимое название.       — Тоби! — донёсся до меня крик Эвери, — Тащи мой камзол! В нём компас!       Мальчик нырнул в ящик и выудил оттуда объёмный свёрток. Он послушно потащил свёрток отцу, но споткнулся об одну из снастей на палубе… Из свёртка выпало что-то. Оно блеснуло в свете грома…       Золотая корона покатилась по смолёным доскам, весело сверкая зубцами и самоцветами.       — Ловите её! — прокричал я, бросая свой канат. Если эта сраная бижутерия остановится, мы все умрём…       Я не успел. Корона докатилась до стенки, стукнулась об неё, остановилась. Из внутренней окружности показалась мертвенно-зелёная светящаяся рука. Не успел я моргнуть, как вся сирена вылетела из отражения, взмыв в воздух. Вокруг раздалось её прекрасное пение… Она смотрела не на меня, ближайшего к ней. А на мальчика. Девушка протянула ему руку. Я всё ещё мог ей сопротивляться… Почему? Неважно. Я услышал другое. Сквозь гром, сквозь воющий ветер и стену дождя я уловил крик:       — Спаси его!       Я встал между сиреной и ребёнком. Она вскричала, её бледно-зелёная аура на долю секунды раскалилась добела и вдруг снова осталась зелёной. А затем… чёртов призрак просто шагнул сквозь меня! Я услышал негромкий «пуф» за своей спиной. Сердце замерло, я обернулся. Будто бы прошла вечность. Сирена в гордом одиночестве парила над палубой… А Тоби Эвери был мёртв.       Больше не было шторма. Не было моря. Не было корабля. Ничего не было. Только мысль — «Я не смог спасти его…» Ребёнка. Внутри меня что-то закипело…       — Безжалостная сука! — с болью выругался я, — Сраная нежить! Давай! Забери меня! Забери, ёбаная блядина! Забери! ЗАБЕРИ!!! Только… верни его…       Я понял, что стою на коленях. Поднял глаза и увидел, что сирена исчезла. Доктор кричал что-то на Эвери, который тоже лежал на палубе…       — РОРИ!!! — небо пронзил истошный женский крик. Я инстинктивно повернулся на звук и увидел, как Эми бросилась к борту, — Доктор, я его не вижу! Я прыгаю!       — Ну уж нет, — выдохнул я, вставая на ноги.       Я бросился к борту и, не слушая никого, прыгнул в кипящее море. В проблеске грома заметил тёмный силуэт в воде. Усилием приблизился к нему. Ощутил ткань, тепло тела. Оттолкнул воду ногами, подхватывая силуэт рукой. Ещё раз. Воздух. Ещё раз, к свету. К зелёному свету… Ещё раз. Воздух. Я никого не потеряю. Ещё раз. Воздух. Воздух… Свет…       — Оперативная единица в критическом состоянии. Реквизирую, — послышалось в моём мозгу.       Что-то до меня дотронулось. Что-то… невесомое, но твёрдое. Вдруг я ощутил холод. И воздух.       — Кхе-кхе-кхе, сука… — я выкашлял воду, протёр глаза, которые неистово щипало от солёной воды. И, открыв их, увидел, что я больше не на «Фантазии». Во-первых, здесь было люминесцентное освещение. Каждые три-четыре метра с потолка свисал квадрат ламп. Под каждым квадратом — кушетки. Но они не были привинчены к полу, а свисали с потолка на тросах… Впрочем, садясь, я не ощутил качки. Попробовал дёрнуть тросик на своей кушетке, он не поддался. Каждая кушетка была снабжена светящейся панелью управления в раме, гофрированные проводки от которой уходили во тьму потолка. Тишина отсека нарушалась ритмичным писком, будто от кардиомонитора. Некоторые из кушеток были изолированы плёнкой от остального пространства. И на каждой лежал человек.       — Где я? — пробормотал я. Вдруг передо мной из воздуха материализовалась сирена.       — Оперативная единица реквизирована. Состояние — удовлетворительное, — ответил призрак. Она не шевелила губами, а её слова не звучали, но будто были моими мыслями…       — Подожди… Что? — переспросил я, — Ты — техника? Ну конечно, ты техника. Назовись.       — Виртуальный интеллект медицинского отсека не имеет наименования.       — Они называют тебя сиреной, — я обвёл рукой медотсек.       — Наименование принято.       — Почему оперативная единица? — спросил я.       — Запрос некорректен.       — Хорошо, что такое оперативная единица?       — Оперативная единица — термин для обозначения биопродуктов в собственности Компании.       — Какой компании? — осторожно уточнил я, совершенно не ожидая ответа.       — «Моро Секьюрити Солюшнс».       — Господи… М.С.С. — это не инициалы… Это акроним! — выдохнул я.       — Что это? — послышалось откуда-то снаружи помещения. Кажется, Эми.       — Блять! — я перешёл на шёпот, — Сирена, кто твой производитель?       Сирена обернулась и показала татуировку у основания своего черепа, до этого закрытую пышными чёрными волосами. Двойная окружность, в которую сверху вписана двойная дуга, а снизу — одинарная окружность.       — «Моро Секьюрити Солюшнс».       Ну конечно же.       — Только я могу говорить с тобой? — спросил я.       — Да.       — Прекрасно. И ещё вопрос. Почему ты решила, что я — продукт МСС?       — Распознаны генетические маркеры, защищённые соответствующим патентом.       — У оперативных единиц есть серийные номера или типа того? — спросил я.       — Да.       — Мой серийный номер?       — Неизвестно. Модель неизвестна. Идентификационный чип не обнаружен.       — Есть следы операционного вмешательства в месте вживления?       — Не обнаружено.       — То есть, в меня не был вживлён чип, — проговорил я, — Уже обнадёживает. А что с моделью?       — Биопродукты «Моро Секьюрити Солюшнс» аугметированы. Данная оперативная единица не имеет органических аугметаций.       — То есть?       — Фенотип и генотип совпадают с видом Homo sapiens.       — Значит, я полностью человек, так?       — Да.       — А почему твоё пение на меня не действует?       — Биопродукты МСС защищены от гипно-аудиальной седации в рамках противодействия схожим мерам нападения.       — Спасибо, больше вопросов нет, — поблагодарил я. Сирена улетела во тьму потолка.       Я мысленно подвёл итоги. МСС — это компания. Судя по речи сирены, они занимаются биооружием, в том числе солдатами. Предположительно, на основе моей ДНК… Но я таким оружием не являюсь. У меня нет чипа, я не аугметирован. Значит ли это, что я — я? Нет, но это сейчас не главное.       Главное — не дать Доктору выяснить то же самое. Судя по всему, он и остальные уже здесь. Но как? Чубатый копает настолько глубоко, насколько захочет… Хм… А на этом можно было сыграть. Пускай он сам узнает всё, что захочет узнать. МСС для него — пустой звук, и в этом направлении таймлорд искать не станет. Всё, что мне было нужно — не подсказывать ему и внимательно слушать.       — Ау-у-у! Есть тут кто живой? — крикнул я, привлекая внимание.       — Ник?! — уже через пару секунд я услышал приглушённый возглас Эми и улыбнулся, — Доктор, он где-то рядом!       — Да можете не торопиться, и так отдали меня на съедение нечисти! — прикрикнул я. Шёпотом произнёс: — Без обид.       Где-то за дверьми пожужжала отвёрточка Доктора. Подчинившись, двери послушно разъехались, и в комнату вошли Доктор, Эми и Рори.       — Ник! Ой, а где… — опешила рыжая.       — Где что? — спросил я. И ощутил прохладный ветерок, коснувшийся груди… Сволочная сирена оставила мне из одежды только треники! И то не мои! — Вот мразь!       Доктор перед тем, как меня поприветстовать, прожужжал.       — Ник, ты в порядке, — констатировал он.       — Да, только выше пояса прохладно. Мы где? — поинтересовался я.       — На корабле, — пожал плечами таймлорд.       — Космическом? — уточнил я.       — Ага.       — Он хоть из этого времени? — поинтересовался я. Я уже догадывался, что он ответит, но надеялся узнать у Доктора хотя бы век.       — Он попал в фазовый сдвиг, так что я не уверен. Скорее всего, провалился через кротовину, — ну, уже кое-что. Хотя разочаровывающе мало.       — А сирена?       — Выясняем, — глаза таймлорда блеснули задором.       — Маллиган… Один из моей команды! — воскликнул Эвери у одной из кушеток. Осмотревшись, он подбежал к одной из кушеток и радостно воскликнул: — Тоби!       — Рори! — Эми нашла своего мужа.       — ТАРДИС! — Доктор откинул полиэтиленовую штору и нашёл радость своего сердца.       — Их надо вытащить, — решил капитан Эвери, осматривая сына. Вслух он заметил: — У Тоби спал жар.       — Погодите, — Доктор решил поглубже изучить вопрос.       Но мы больше были заинтересованы в состоянии Рори.       — Он выглядит здоровым, — отметила Эми.       — Да, она держит их живыми, — озадаченно согласился Доктор, сканируя пациента отвёрткой, — Мозг активен, а вот клеточная активность на паузе. Это не проклятие…       Доктор выудил из кармана какой-то стеклянный коробок, в котором был заключён… срез кожи? И сравнил его с помеченной рукой Рори.       — Это образцы тканей, — объяснил он, — Но зачем брать анализы у тех, кого ты хочешь убить? Помогите его поднять, — попросил Доктор.       — Народ, вам не кажется, что это всё подозрительно похоже на больницу? — спросил я.       Как только мы попытались поднять его, вдалеке раздалось пение сирены.       — Она идёт, — прошептал Доктор.       Мы попрятались за стеллажи с аппаратурой, которые в беспорядке были расставлены по медотсеку.       Сирена вплыла в отсек, опустилась на пол и деловито подошла к Рори, который уже задёргался. Вполне осознанно, должен отметить. Он был в сознании. Сирена затянула свою песнь, и вскоре Рори успокоился…       — Анестетик… — понял Доктор.       — Это седация. Не для снятия боли, а для успокоения пациента, — я постарался изобразить удивление.       — Ну да, она успокаивает людей, чтобы класть их в стазис, — продолжил чубатый.       — Она не чудовище. А это не логово. Она — врач, — объяснил я.       — Ну конечно! Это всё объясняет! Мониторы, образцы, седация… — защебетал Доктор, — Это автоматизированный медотсек. Сюда она доставляет больных!       Я осторожно вышел в поле зрения сирены с поднятыми руками.       — Ты чего делаешь? — спросила Эми, — С ума сошёл?       — А смысл прятаться? Это лишь интерфейс, корабль знает, что мы здесь, — ответил я.       — И если сирена не отреагировала, то вреда она нам не желает, — согласился Доктор.       — То есть, она нас не тронет? — уточнил Эвери вполголоса.       — Если будем следовать её правилам, — кивнул я.       Остальные последовали моему примеру и вышли из укрытия.       — Виртуальный доктор, способный стерилизовать целый зал… — с восхищением произнёс Доктор, разглядывая сирену.       — Почему она выглядит, как мы? А не как хозяева корабля? — поинтересовалась Эми.       — А тебе бы понравилось, если бы тебя пытался похитить призрак инопланетянина? — ответил Доктор.       — В смысле? Хочешь сказать, что она это сделала для нас? — уточнил я.       — Ну да. Отсек простаивал без дела, вот она и решила заняться делом. Заботиться о человечестве, когда само оно не могло. И сменила облик на человеческий… Ох, сестрица, ты великолепна!       — Великолепна или нет, пускай отдаст мне мужа! — Эми подошла и попыталась помочь Рори сесть. Сирена рванулась к ней, крича и краснея. Как только Эми отшатнулась, сирена сменила гнев на милость.       — Она не даст нам их забрать, — отметил Эвери, стоявший у кушетки Тоби.       — Жизнь-то она поддерживает, только не знает, как лечить, — произнёс Доктор с грустью.       — Я его жена, Христа ради! Неужели мне нельзя забрать мужа? — сквозь зубы спросила Эми.       — А ты попробуй ей объяснить, — предложил я.       — Как? — удивилась рыжая.       — Она виртуальная, но не глупая, — Доктор взял Амелию за руку и поднёс к лицу сирены, — Покажи ей кольцо, без её согласия мы всё равно ничего не сделаем.       Сирена будто бы задумалась, разглядывая обручальное кольцо Эми.       — Ну же, у тебя в базе наверняка должно быть что-то про родственников… Думай! — попросил я.       — Слушай, ему плохо. И я хочу о нём позаботиться, — заговорила Эми, — Почему ты не дашь мне забрать мужа?! — по её щеке побежала слезинка.       Взгляд сирены прояснился, она протянула Эми руку. Вокруг запястья с мелодичным звоном материализовался круг белого света.       — Форма согласия, — догадался Доктор, — Подпиши, сунь руку в кружок. Рори болен и ты должна взять ответственность на себя.       Эми послушно сунула руку в форму согласия. Форма озарилась зелёным, и сирена исчезла во вспышке света.       — Так, попробуй отключить его от системы жизнеобеспечения, — Доктор ткнул куда-то в сторону панели на кушетке Рори. Эми ткнула, и Рори мгновенно задёргался в конвульсиях. Испуганная, она нажала ту же кнопку. Рори успокоился.       — Отключите, и он умрёт, — заключил Эвери.       — Спасибо, капитан Очевидность! — огрызнулся я, — Доктор, что с ним?       — Вода в лёгких.       — Если я сбегаю в наш медотсек за наногенами? — предложил я.       — Не поможет, наногены могут излечить травму, но от воды не избавят, — отрезал таймлорд.       — Ну не оставлять же его здесь? — возразил я.       — Рори… Рори, очнись, — Эми решила спросить мнения квалифицированного медработника.       — Где я?       — В больнице, если вкратце, — ответил я, — Выписку можешь не пережить.       — Но если не уйдёшь, то навсегда здесь останешься, — продолжила Эми.       — То есть, если я сейчас не встану…       — Не уйдёшь никогда, — ответила Эми.       — Сирена тебя сбережёт, — пообещал Доктор.       — А если пойду с вами…       — Мне жаль, но ты утонул, Рори, — ответил ему я, — Нам придётся тебя реанимировать, и я не уверен, что у нас получится.       — Хорошо… Мне нужно сделать искусственное дыхание, — подумав, ответил Рори, — Эми, я тебя научу…       — Нет, погоди… — начала возражать Эми.       — У тебя получится, — заверил её Рори, — «Рот-в-рот», как в кино. Поцелуй жизни.       — Рори, мы не в кино! Что, если у меня не получится?       — Получится.       — Эми, я помогу. Ритм выдержу, ты по команде просто вдуваешь в него всё, что есть в лёгких. Идёт? — предложил я.       — Вы сможете. Отключайте, — попросил Рори. Доктор понял, что здесь ему делать нечего, и отошёл к Эвери.       — Итак, Эми, по команде, — я примерился, сложил руки в замок, — Двадцать толчков, и ты вдыхаешь. Нос ему зажми. Поняла?       — Да, — мрачно, но уверенно ответила рыжая.       — Мы вытащим его. Отключай жизнеобеспечение.       Эми щёлкнула кнопкой, кардиомонитор начал равномерно пищать. Я начал давить.       — Раз, два, три, четыре… — я считал про себя, — … восемнадцать, девятнадцать, двадцать. Вдох!       Эми послушно вдохнула весь воздух из своих лёгких в лёгкие Рори.       — Ещё раз, два, три, четыре… — я старался держать ритм, двадцать нажатий в четыре секунды, — Вдох!       Эми ещё раз приложилась к губам Рори. Мы повторили этот цикл ещё раз пять, пока Уильямс наконец не закашлялся.       — Ну вот, ожила, спящая красавица, — отметил я, восстанавливая дыхание.       — Смогли… Вы всё-таки смогли! — охрипшим голосом отметил утопленник, заключая нас обоих в объятия. Что он, что Эми — оба плакали от счастья. Я тоже был безмерно рад, что Рори жив, но плакать не планировал. Выбираясь из стальной хватки Уильямса, я заявил:       — Ну, не знаю, как вы, а мне море уже остоебенило.       — Так ты же нас сюда и притащил! — припомнил Доктор. Да, если кто забыл, именно я предложил поискать «Фантазию».       — И как это отменяет моё заявление? — спросил я, — А вы чем займётесь, Эвери?       — Как сказал Доктор, этот корабль нельзя здесь оставлять. В Англии мне ничего не осталось, а Тоби не сможет покинуть это судно — у него тиф, — ответил мне Генри.       — Понимаю, — кивнул я, — А вы сдюжите хоть? Всё же не по морю плыть предстоит.       — Ничего, справимся. «Фантазия» и не такое выдержит.       — Вы идите, а я помогу ему освоиться, — сказал Доктор.       Уже в ТАРДИС Эми спросила меня:       — А почему её пение на тебя не работало?       — Не знаю, — солгал я. А в голове крутились мрачные мысли о будущем, к разгадке которого я приблизился ещё на шаг.

***

      Ну, вот и закончилось ожидание. А чего так долго, собственно? Как всегда, причин несколько. Первая — новый ноутбук, который я купил. Игровой MSI, который тянет все новинки, хоть и на низких, захватил всё моё свободное время где-то с сентября.       Вторая — «Проклятие Чёрной Метки» — одна из тех серий, которые мне никогда особо не нравились. Это факт. Где-то я не знал, как двигать сюжет, где-то не знал, как лучше переписать события. Уж не знаю, насколько хорошо получилось, но это вам решать.       Третья — новая работа и сессия. Адаптировался к работе я где-то месяц, но наконец-то удалось найти что-то стабильное, что не потребует от меня вложения всех имеющихся сил. Это радует.       Следующий — ремейк главы 1.5. Во второй книге мы медленно, но верно приближаемся к переломному моменту. Уже скоро.       А пока подписывайтесь на мой канал в Telegram, там появляются новости, тизеры, мемы и мелочи, которые я считаю интересными.              https://t.me/sleepy_whovian