По словам любви

Дождь не прекращался несколько дней. За это время небо сгущалось тучами всё сильнее, скрывая небо и солнце от людских глаз. За это время многое успело поменяться. Путешественница, появившаяся в Тейвате и, Архонт знает, сколько времени уже пробывшая здесь, собиралась возвращаться обратно. Домой, на родину. Существовала ли эта родина на самом деле - она не знала. Но тщетные попытки найти брата сделали своё дело. Девушка устала от бесконечных догонялок с принцем Бездны, от многочисленных просьбах о помощи, о том, что никто и не слыхивал о её, вероятно, единственном близком человеке. Говорить об этом каждому своему другу, приятелю, знакомому было бы очень трудно и сложно. Как минимум, потому что они были везде и на Люмин это сказывалось в виде лёгкой улыбки, навевающей воспоминания о её странствиях. А как максимум - это было бы ещё и больно. Ей не хотелось расставаться ни с кем, а тем более оставлять Паймон. Но девушка решила, а значит пути назад нет. Как-то раз, им с компаньоном удалось ночевать не в глуши, а в небольшой гостинице на островах Инадзумы, вблизи имения Камисато. Люмин не хотела тревожить управляющего Тому и Аяку с Аято своим присутствием, поэтому, когда границы страны были уже открыты, она незаметно заселилась в одном из местных отелей. Поговорив с персоналом в отсутствии Паймон, девушка в ночь собрала вещи - а именно меч, немного припасов - и вышла из комнаты. Мысли в голове путались, она не совсем понимала что делает, но и оставаться здесь больше не хотелось. Может она и пожалеет об этом, но не сейчас. Потому что её никто не жалел. Люмин тихо выскользнула к ночной улице и крепко вдохнула свежий бриз. Всё не то. Ей хочется домой. Она прошла по безлюдному мосту, направляясь к причалу. Надоело всё время притворяться, что всё хорошо и она в порядке. - Не ожидал тебя увидеть здесь, товарищ. - голос раздался где-то сбоку от путешественницы. - И тебе доброй ночи. - сухо ответила она и продолжила путь. Ей было всё равно кто это и что он здесь делает. Глухой тон сразу дал понять, что человек в маске. Да, спустя столько приключений, она научилась анализировать по своим чувствам, будь то союзник или враг. Привычка осталась, но теперь это не та Люмин, какая была прежде. - А где твоё летающее писклявое создание? И... Всё нормально? - силуэт остался неподвижен, но продолжал сверлить взглядом даже не посмотревшую на него "юную леди". - Что тебе нужно, Фатуи? - девушка остановилась и повернула голову к Одиннадцатому предвестнику. - У меня поручение. - Какое поручение может быть среди ночи. - усмехнулся тот и синие глаза прищурились. - Или ты решила сбежать? Конечно, снова он шутил и пытался вывести её на хоть какие-то эмоции. То ли ему нравилось видеть девушку злой, то ли ещё что... Но сейчас уже по-другому. Люмин отвлёк свет наступающего рассвета и она отложила разговор и поспешила к берегу. - Эй, некультурно вот так молча уходить, путешественница! - Тарталья проследил за удаляющейся фигурой и в груди зародилось чувство. Беспокойство? Или же его задел игнор со стороны девушки? Люмин уже отвязывала трос и подготавливала лодку для своего отплытия. Она уже договорилась с одним из моряков и даже отплатила ему немалую сумму, чтобы он согласился отдать ей одну из своих заготовленных лодок. - Подожди ты! - крепкая мужская рука схватила за плечо. - Куда так спешишь? Неужели ты и правда... Уходишь? Люмин разозлилась. Какое дело этому Чайльду до того что с ней происходит?! И с каких пор он стал таким надоедливым, любопытным и... Она подняла медовые глаза на него и замерла. Он действительно прочитал по её лицу что она не просто уплывает за очередным делом, а навсегда. С концами. И её прорвало. Дрожащий голос с нотками злости, разочарования, боли, выплёскивал наружу то, что копилось уже неведомо большое количество времени. Девушка размахивала руками, шептала, кричала, со слезами бросалась в крайности. Мозг до последнего не хотел верить в то, что сердце наконец сдалось и больше не будет это терпеть. Парень стоял и молча смотрел на неё. Люмин уже пожалела о том, что натворила: показать слабину, да ещё и врагу. Поделиться с ним проблемами. Вот дура! Но что-то делать было уже поздно и она, проглотив последние капли, продолжила готовить лодку. Она уже собралась было ступить на деревянное дно судна, как те же крепкие руки потянули назад и обняли, прижимая к себе. Путешественница покачнулась, оказавшись впервые за долгое время в таком положении. Чайльд уткнулся в пшеничные волосы и продолжал молча стоять, только крепче обвивая плечи и талию. - Я знаю каково это, но подумай ещё. - проронил он. - Ты не останешься одна, если позволишь... Девушка слушала, затаив дыхание и тупо смотря в пол. Слишком много всего произошло, слишком неправильно это всё и бессмысленно. Она никому не позволяла себя трогать и привязываться к ней. А тем более самой питать надежды. - Если позволишь другим людям заботиться и любить. - закончил парень и ослабил хватку. Люмин дрожащими пальцами разомкнула руки. Чайльд повиновался и не стал препятствовать. Он опустил плечи и наблюдал, как девушка села в лодку, как взяла вёсла. - Спасибо. Мне пора. - она не смогла взглянуть на него. - Береги себя. Какие же типичные фразы. Она говорила их всем, после каждой битвы, встречи, общения. Но больше она позволить себе не могла. Чайльд последний раз проводил взглядом путешественницу и развернулся, уходя с берега. Он отпустил её, она сама решила уйти. Тарталья исчез из виду. Солнце уже полностью вышло с горизонта и теперь указывало путь девушке. Только теперь она заметила, что тучи больше не сгущаются и не заслоняют небо. А значит она сделала правильный выбор. Щемило в груди, глаза мутнели от вновь нахлынувшей боли. Но деваться некуда. И всё же обещание, данное себе, нарушено: она привязала к себе и привязалась сама.