Четвёртый — не лишний. Главный бенефис старшей школы

На следующий день программа, к счастью, не выдалась особо насыщенной. Освоились мы, в принципе, быстро. Гостиница была небольшой — в три этажа и по номеров десять на каждом: по крайней мере, весь наш класс разместился на одном этаже, и ещё остался номер даже для классной. Для приёма пищи мы спускались вниз — там, на первом этаже, было что-то вроде столовой. — Когда мы были с родителями в Турции, — вспоминал Даня, — у нас внизу был ещё общедоступный бассейн. — Такая холодрыга на улице, а тебе ещё и плавать охота? — мрачно поинтересовалась Кира. — Если так хочешь, можем тебя с балкона скинуть в снег, эффект тот же будет. Будто нырнул. Со второго этажа ничего с тобой не случится. Даня почему-то отказался от таких услуг по оздоровлению. Житиё мы своё тоже обустроили шустро: между нами и ребятами после вчерашней ночи был заключён мирный договор, согласно которому мы пообещали друг другу не мешать, особенно в ночное время, в комнаты друг друга без предварительных предупреждений не входить, распределили, кто когда будет пользоваться ванной комнатой и рассмотрели другие, не менее важные мелочи, которые могли знатно подпортить наши временные соседские взаимоотношения. — У нас тут сейчас демоверсия общаги, — пошутил Артём. И в этот же день нас всем классом повели на небольшую экскурсию с целью ознакомления с местностью. Инфраструктуры в округе гостиницы практически никакой не было — основатели позиционировали «Фудзияму» как место, что находится вдали от городской суеты и пропитано лишь чистым горным и лесным воздухом. Единственное, что можно было найти недалеко от места нашего пребывания — это небольшой ларёк с самыми необходимыми продуктами и попутно — со всякой мелочёвкой типа батончиков, сухариков (мимо которых наши временные соседи по номеру, естественно, не смогли пройти в первый же день посещения этого магазина) и других гастрономических элементов. А, ну ещё на подножье мы заметили небольшую площадку с навесами, куда, судя по всему, периодически приезжали, как на ярмарку, местные торговцы. К счастью, наша экскурсия в тот день на этом и закончилась — видимо, классная понимала, что мы ещё не особо отдохнули после дороги, и решила нас особо ничем не утруждать. Молодец. На обратном пути мы ещё ознакомились с услугами местного комплекса. Как любой уважающий себя горнолыжный курорт, они предоставляли возможность покататься на лыжах и сноубордах или принять участие в небольших походах в горы. Рассказал и показал нам всё это один немолодой человек по имени Илья. Пока он проводил свою мини-экскурсию, я пыталась понять, откуда у меня возникло чувство, будто где-то я его уже видела. Чуть позже я вспомнила, что мы вчера действительно видели его — у нас на этаже. Что он там тогда делал — для меня это до сих пор оставалось загадкой. — К классухе нашей клеился, что-что, — ответил Даня, когда я поделилась по возвращении в номер своими наблюдениями с Кирой, а она — с Даней. В тот момент мы собрались и сидели все вместе в комнате парней — по справедливости. Артём прыснул. — А вы что, не видели, как он сегодня возле неё крутился, когда втирал нам всем про эти лыжи и так далее? Как пить дать — рассчитывает на её расположение. — Дама решила закрутить курортный роман? — рассмеялась Кира. — А что? Она, вроде, разведённая, — заметила я, — почему бы и нет. — А дети у неё есть? — полюбопытствовала подруга. — Вроде бы сын есть, — пожала плечами я. — Говорили даже, что вроде плюс-минус наш ровесник. А вообще, этот Илья вполне себе ничего, симпатичный даже немного. — Даже если вам немно-о-ого за тридцать, есть надежда выйти за-а-амуж за принца, — пропел со смехом Даня. — Девочки, что же вы только на внешность-то смотрите? — печально поинтересовался Артём. — А как же душа? Беседа снова закрутилась в привычном весёлом темпе. В тот момент я немного задумалась над тем, что именно стало для нас привычным? Вообще, изменилось ли что-то со времён нашего знакомства? Самому это вообще понять сложно. Это почти что как когда приезжаешь к дальним родственникам, и они говорят тебе, что ты так вырос, так изменился и все дела… Но тебе-то непонятно, что именно изменилось — ты себя каждый день в зеркале видишь и никаких изменений вроде не замечаешь. А они тебя увидели впервые за эти пару лет, поэтому сразу и подметили что-то. Ну а всё-таки, изменились мы как-то или нет? Ну хотя бы не я, а ребята? За других говорить легче. Артём, как по мне, стал каким-то более открытым по сравнению с прошлым годом — видимо, узнав нас лучше, — хоть и всё равно ещё оставался привычным нам интровертом. Даня с Кирой тоже, пожалуй, оставались привычными нам — этакой взрывной весёлой смесью, особенно когда эти двое как-то взаимодействовали между собой. Да и универы они уже присмотрели себе чуть ли не по соседству: Кира рассматривала возможности поступления на журналистику, а Даня грезил сферой IT. К счастью, в городе нашлись такие высшие учебные заведения, в которых можно было учиться на эти специальности, и находились они недалеко друг от друга. А я… А я точно могла утверждать, что душа моя приключений больше особо не желала — видимо, так «наприключенилась» в прошлом году, что на всю оставшуюся школьную жизнь хватило. Да мы все вообще старались некоторые события прошлого года особо уже и не вспоминать. Была чёрная полоса и была — зачем кому-то что-то напоминать? Осенью одиннадцатого класса встретились — и поехали дальше, как ни в чём не бывало. Все всё вроде переосмыслили, и будет. — Ты снова не с нами, — внезапно вздохнула передо мной Кира, и я поняла, что эта фраза в тот момент была сказана персонально для меня. — Уже тут, — виновато усмехнулась я. — Что пропустила? — То, что из меня хотят сделать гадалку регионального значения, — Кира мрачно уставилась на Даню. — Вы же только что говорили про классную и Илью этого, не? — Постановили, что будем пока что за ними наблюдать, — объяснила Кира. — А вот парни в том ларьке сегодня присмотрели карты Таро. — Карты Таро? Хотите на них расклад сделать, что ли? — Можно и на них было бы, кстати, — согласился Артём, — только вот, как мы поняли, этого никто делать не умеет. — У меня одна из одноклассниц в девятом классе умела гадать на Таро, — вспомнила я. — И как, тебе что-то нагадала? Долгую и счастливую любовь, например, — Даня исподтишка покосился в сторону друга. — Сказала только, что школу на отлично я не закончу, — пожала плечами я. — Не верю я лично в эти гадания, — отмахнулся Даня, — особенно так, как их делают начинающие. У меня так сестра троюродная тоже пыталась. Говорит, мол, делать я не умею вообще, но вот что-то получилось. — А на лыжах кто-то кататься будет? — внезапно вспомнила Кира. — Я не буду, например. — Я тоже пас, — я покачала головой. — Боюсь. Парни аналогично отказались от такого активного времяпровождения. — Мне больше интересно по местным национальным особенностям пройтись, — признался Даня. — Вот же ж любитель всего нестандартного, — заметила Кира. — Не, ну тут, я думаю, есть что интересного послушать. В конце концов, мы не в Азии где-то, чтобы какие-то дикости увидеть или узнать, так что, думаю, найдётся что-то и для слабонервных, — Даня покосился на подругу. — Сам такой, — шутливо огрызнулась та.

***

В эту ночь, в отличие от предыдущей, мне почему-то долго не удавалось заснуть. Посему, когда часы показали около двенадцати ночи, мною было принято решение немного подышать свежим воздухом. В темноте, буквально на ощупь, я добралась до нашей вешалки и приступила к поискам куртки. Но случайно я нашла далеко не куртку. Под моими руками в темноте неожиданно оказалось что-то тёплое и живое. Я испуганно отпрыгнула назад, едва сдержавшись, чтобы не заорать и не разбудить тут всех, но и моя неожиданная находка, по-моему, испугалась не меньше меня. К счастью, это «что-то тёплое и живое» первее меня догадалось включить небольшой свет над зеркалом, и я с изумлением уставилась на взъерошенного Артёма в одних штанах. Хорошо ещё, что я хоть догадалась уже одеться. — Ты что тут делаешь? — выдохнула я. — На гардеробных мышей охотишься? Артём покачал головой: — Я, вообще-то, из ванной шёл. А вот что ты тут ищешь — в начале первого ночи — это мне интересно. — Куртку, — отрезала я. Мы боялись разбудить друзей, поэтому наезжали друг на друга шёпотом, отчего разговор получался довольно забавным. — Прогуляться решила? Я с тобой тогда. — На балкон? — Пусть даже и на балкон. Если ты не против, конечно, — друг протянул руку к своему пуховику, но в тот момент замер, ожидая моего ответа. — Не против, — пожала плечами я. — Пошли. Артём придирчиво осмотрел мой вид: — Ночью обещали усиление мороза. Надень ещё что-то, а то замёрзнешь. Давай, — он кивнул в сторону нашей двери. Я, усмехнувшись, зашла в комнату. Осторожно, дабы не разбудить Киру, добралась до чемодана и достала там ещё пару вещей. — Так нормально? — с ехидкой спросила я, выйдя уже одетой потеплее в коридор к другу. Он за это время уже накинул на себя свитер с курткой и теперь терпеливо дожидался меня. — Так нормально, — одобрил он. — А ты? — А мне и так хорошо. Честно, — добавил он, заметив мой аналогичный недовольный взгляд. Мы вышли на балкон. Он встретил нас тишиной и падающими с неба хлопьями снега, которые мирно пролетали мимо нас в свете уличного фонаря. Во дворе комплекса уже никого не было — вероятно, все уже спали. Вокруг территории тоже стояла кромешная темнота, и только где-то на горизонте светились далёкие огоньки — вероятно, там находилось что-то большое. Станция, на которую мы прибыли, что ли? Или какой-то посёлок? Днём я не задавалась этим вопросом, и сейчас уже оставалось только гадать. А на улице, кстати, действительно похолодало, так что уже буквально через пару минут я подумала о том, что не зря я, пожалуй, послушала Артёма и оделась потеплее. — Решила свежим воздухом подышать перед сном? — спросил друг, когда мы поудобнее облокотились на перила. — Та да, чего-то бессонница. А тебе чего не спится? — поинтересовалась я. — Кофе бахнул по дурости вечером, — мрачно ответил Артём. — Надеялся, до сна эффект пройдёт — ага, конечно. Два раза. Я усмехнулась: — Больше зато не будешь пить. — Не буду, — согласился Артём. Я вдохнула воздух полной грудью. Всё-таки правы были создатели этого места, не врали — дышалось очень легко. Ещё после нескольких минут здесь я поняла, что прийти сюда было явно хорошей идеей — меня потихоньку начала обволакивать сонливость. — Если захочешь поискать сон наедине с ночью, то можешь меня выгнать, не стесняйся, — заметил Артём. Я удивлённо покосилась на друга: — А зачем бы я тогда позвала тебя с собой? Ты мне не мешаешь. Артём действительно быстрее помогал, чем мешал — наверное, одной бы мне здесь в этой темноте было бы слегка не по себе, а с ним… с ним было спокойно. — С чего ты вообще взял, что ты мне мешаешь? — Не знаю. Я просто тоже люблю иногда побыть один. Нет, есть люди, которых я вообще… — он запнулся. — С которыми я всегда могу быть вместе, не хочу от них отдыхать. Я задумчиво уставилась на Артёма. — Но таких людей на сегодняшний день очень мало. Я долго их искал и не мог найти. Но нашёл. И мне с ними хорошо. — Данька? — догадалась я. — И не только. Внизу неожиданно послышался хруст снега. К зданию кто-то приближался. Артём, услышав этот шум тоже, немного перегнулся через перила и явно старался кого-то рассмотреть внизу, под балконом. — Не упади, — предупредила я друга, придержав его на всякий случай за локоть. — Ты кого там увидел? — Илью, — ответил Артём, не спуская глаз. Я тоже осторожно высунулась и стала наблюдать за силуэтом. Точно — когда мы ознакамливались с услугами комплекса, он был одет точно так же: тёмно-зелёная куртка и чёрная шапка. В тот момент, когда я его заметила, Илья крутился под зданием, как будто пытаясь что-то мысленно примерить. — Что он делает? — удивилась я. Мужчина, словно услышав меня, неожиданно куда-то ушёл. — Думаю, узнаем. Если что-то глобальное — увидим, — решил Артём, проследив за ушедшим до самого угла дома, пока тот окончательно не скрылся вне поля нашей видимости.