Как рок меняет жизнь

Каждое утро. Каждое грёбаное утро он видит в зеркале неудачника. Ещё в младшем возрасте Шерлоку не хотелось заводить новые знакомства. Да, он допускал, что это может быть полезным опытом, но учебники давались ему легче. Мини-библиотека у Майкрофта в комнате была спасением для маленького Шерлока. Потом он стал сам просить книги, а родители неохотно радовались такому быстрому развитию. Он заучил все учебники, запомнил все термины, развивался в химии, повысил свои оценки до максимума, как-никак! Последний год школы для него тяжек. Но для родителей он всегда недостаточно хорош. Слишком дерзкий, умничает, неактивный, не ходит в общественные места и… не заводит друзей. Кому вообще нужны эти друзья? Шерлок должен быть один, ему лучше одному, его мозг будет работать быстрее без этих идиотов. Люди глупы и слепы. Ни один человек никогда его не поймёт. И пусть в глазах других он будет заносчивым мальчишкой. И пусть. Ему плевать. Мамочка никогда не поддерживала его. Всё он был каким-то не таким. В младшей школе мать всё время за него извинялась, вне зависимости от того, сделал ли он вообще что-то. «Здравствуйте, я за Шерли, простите за него, уверена, это возраст», а папочка только и поддакивал с улыбочкой. И так до десяти лет: мамочка орала, папочка кивал. В двенадцать Шерлок заинтересовался химией. Мамочка долго отговаривала его, мол, ты только в шестом классе, у вас даже этого предмета ещё нет! Будь нормальным ребёнком! Какой идиотизм, мам. Есть смысл отговаривать Шерлока? Никому не под силу остановить его, особенно если это касается экспериментов. Так он взорвал пол кухни в четырнадцать, смешав не те химикаты. Мама тогда забрала все учебники по химии и физике, а папа же провёл долгую и нудную лекцию по поводу его поведения. Но он уже не маленький, да и достучаться до него — непосильная работа. Чёртов алкилфенолэтоксилат. Сейчас же ему шестнадцать. Всё, что изменилось, так это его состояние. Он стал более подавленным и тихим. Каждый раз, когда кто-то заходил в комнату Шерлока, выбегал из неё со скоростью света. Днями напролёт Холмс-младший лежал в кровати и не двигался. Эксперименты стали редкостью, а на родителей и Майкрофта теперь плевать. Он в порядке? Ему нужна помощь? Может, ему нужны друзья? Что с ним? Нет, он не в порядке. Нет, не нужна. Нет, абсолютно нет. Он устал. Просто, чёрт вас подери, устал. По-человечески, как бы ему ни хотелось признавать, устал. А Майкрофт, его родной брат, только подливает масло в огонь. Нет, не масло, бензин. Он старше него всего на семь лет, а мамочка просит Шерлока брать с него пример. Майкрофт-уродливый-утконос этого не заслуживает! Всё, чего Майкрофт добился в жизни, это любовь родителей. А этот лысый чебурашка ещё и хихикает в сторонке. Боже, дай ему спокойствия. Его родственнички его же до смерти доведут. Почему он должен это терпеть? Отстаньте от него, оставьте его в покое. Его больше привлекает альтернатива сгнить в этой комнате, чем слушать про вашу «помощь». Ему не нужны новые знакомства. Ему нужно что-то новое, то, что даст ему новый смысл жизни. Эксперименты ему наскучили. Казалось, он сделал всё, что мог. Каждый эксперимент записан в нескольких томах, и нет, мам, он не будет опубликовывать это в журналы. Пусть люди живут без него, как он без них. Они с разных планет.

***

Восемь утра. Понедельник. Середина Апреля. 1993 год. Век, наверное, называть не надо. Ещё один жестокий день в этом мире. Сваленные в кучу учебники валялись у кровати, бельё с которой не стирали около месяца. «Кому как не тебе, Шерлок Холмс, знать, сколько бактерий может быть на грязной кровати?» — твердил он сам себе. Утро такое же серое, как всегда. Не бывало у него счастливого утра уже как полгода. Посмотрев в окно, Шерлок наблюдал за туманом вокруг дома, пока его не развеял весенний ветерок. И вроде бы стоит отойти от окна, но ему не хочется. Он так и стоит там, легонько покачиваясь. Мы все видим, как выглядит наш мир. Определённо? Мы все видим одно и то же? Подумайте немного. Ведь мир, увиденный животным, выглядит иначе, чем глазами человека. Садовник видит всю яблоню, а потребитель только яблоки. Во снах мы видим мир иначе, чем в жизни. Если бы летучая мышь захотела с нами поговорить, она бы не поверила, что небо голубое. Мы часто видим только то, что хотим видеть. Люди отворачиваются от не похожих на них, но они рады видеть красочные фильмы, шоу, улыбки. Потому что мир должен быть всегда одинаковым, но для каждого из нас он разный. Даже муха. Вы часто слышите, что муха отвратительна. А это очень красивое и сложное насекомое с переливающимися большими глазами и тремя парами стройных ног. Вот и люди не понимают Шерлока. Даже его семья. Ему удалось выбежать из дома тихо, чтобы к нему не пристали с завтраком. Ветер приятно растрепал пряди волос. Несмотря на состояние юноши, выглядел он потрясно. Волосы приятно пахли яблочным шампунем, а вот наряд Шерлока никак не интересовал. Футболка и джинсы идеально подходили этому никому не нужному дню. Он уже близко. Да, определённо близко к этому ужасному месту. Цирк, в котором болванов учат искусству Арлекино. Слава Господи, это его последний год тут. Он опять идёт туда. Туда, где его не ждут. О нет, похоже, ждут. Боже, только не она. — Шеееееерлооооок! Привет, друг! Ну-с, как ты? — эта рыжая дама уже месяц преследует Шерлока, как только перевелась. Что ей нужно от него? А есть смысл спрашивать? — О, опять ты. — Не опять, а снова. — Нет разницы, — он прошёл по классу и резко повернул налево, чего не ожидала его спутница, которая через мгновение врезалась в учительский стол. Несмотря на довольно сильный удар, она не издала ни звука. Невысокий рост самой персоны и довольно мужественное тело давали о себе знать. — Мог бы и предупредить. Друг называется. — Мы и не друзья. А теперь я бы предпочёл повторить материал перед важной контрольной, и советую тебе сделать то же самое. — Не будь занудой. Грустный ты какой-то… — она демонстративно кривлялась. — У тебя депрессия? — Ну-с… — девушка достала из чёрной сумки учебник по обществознанию. Довольно быстро найдя нужную ей страницу, она вслух прочла первый абзац темы. — Мысли человека, страдающего депрессией, могут быть мрачными и неприятными, сопровождающиеся ощущением неудачи, пониженной самооценкой и отчаянием. Эти мысли и ощущения сопровождаются тревогой и пониженным функционированием — относительно ожиданий окружающих, или… Мда, лучше уж к контрольной готовиться. — Ожидаемо. Эй, как там тебя?.. — Ты наконец хочешь узнать моё имя? — казалось, она засветилась. Девушка гордо встала на свою парту и громко произнесла своё имя на весь класс. — Я Кейт Беттел. Испытываю невероятную радость общаться с Вами, Шерлок Х… — КЕЙТ, СЛЕЗЬ СО СТОЛА! — в это время мистер Солсбери уже краснел напротив молодой девушки. Шерлок улыбнулся.

***

До конца алгебры оставалось всего десять минут. Контрольная такая же, как и все до этой. И вот, звонок. Беттел буквально подлетела к нему. — Как прошло? Я видела, ты улыбался. — Смеялся с твоей наивности. — Ну да, не готовилась я, и что с того? — и снова эта детская гримаса. — Да нет, смешно с того, что подружиться со мной хочешь. Вот умора. — конечно, это то, чего тебе не хватало, идиот. Дерзости. Её в тебе предостаточно, и ты не знаешь, куда её девать. Как глупо. Эта фраза звучала, как из банального комедийного сериальчика твоей мамочки, не так ли? Зачем ты это говоришь? Смехотворное предложение, Шерлок, теряешь планку. Раньше ты двухэтажные и интеллектуальные оскорбления строил… — Я не подружиться с тобой хочу, а помочь, — её лицо стало серьёзнее. Похоже, она не шутит. — Мне она не нужна. — А ты откуда знаешь? За учебниками небось жизнь и прозевал. Знаешь… Жизнь полной грудью дышать нужно. Пока нам нет восемнадцати, у нас есть право веселиться. Шерлок молчал. А что ему ответить? Что она права? Она, похоже, и так это знает. Недолго посмотрев на Холмса, Кейт прищурилась, будто что-то выискивая. Нашла. — Тебе нужно хобби. — Ты не психолог. — А ты мне не платишь, — в точку. Да ладно, Шерлок, тебя победила простая смертная. Ещё минуту они просидели в молчании, и его нельзя было назвать комфортным. Каждый о чём-то думал. Кейт, вероятно, совершенно забыла, где находится, прикрыв глаза и опустив голову. Шерлок же не понимал, почему она вообще ведёт с ним диалог. Никто кроме самого Шерлока не задумывался о его проблемах. Девушка громко выдохнула и открыла глаза. — Ну-с, Шерлок Холмс, — уже с лёгкой улыбкой промолвила та. Она откинулась на спинку стула. — Какую музыку ты слушаешь? Шерлок поднял бровь. — К чему ты клонишь? — Ответь на вопрос. — Я не слушаю музыку. Отец любил классику, но я не он, — уверенности в его тоне не нашлось. — Ясно. Теперь я поняла, что ты теряешь, — Кейт подбежала к своей парте. Схватив рюкзак, она быстро и ловко начала выискивать нужную ей вещь. Как бы Шерлок ни хотел этого признавать, он сгорал от интереса. Девушка вернулась к Шерлоку с небольшой коллекцией кассет. Разложив на столе все четыре плёнки, она повернула их к Холмсу для ознакомления. — Какая нравится? — задорно улыбнулась Кейт. О, если бы он знал. Кассет он в своей жизни видел мало, так как CD плееры были почти у всех друзей его богатенькой семьи. Каждая чем-то отличалась. Первая была довольно необычной: на кассете был изображён мужчина с мальчиком, держащиеся за вертолёт, а вокруг них собралась толпа народу. Сверху над рисунком было крупными буквами написано Last Action Hero. Чёрный фон, и самое интересное — изображённые там группы. Megadeth, Queensryche, Alice In Chains, Aerosmith… Ни одну из этих групп он не знал. На второй кассете фоновой картинкой послужил окрас животных, в левом углу написано KISS, а ниже — Animalize. У Шерлока блеснули глаза. Разные цвета и необычный почерк его тронули. И на последней было написано Scorpions, Love at First Sting. Он резко выдохнул. Желание всё это прослушать буквально разъедало. Было что-то в этом, что-то, чего он пока не понимал. — Я вижу, что тебе нравится. Шерлок ничего не ответил. Он просто не мог, дар речи был потерян. — Одолжу тебе на время. Плеер есть? — он поднял одну бровь. — Ну да, нет смысла спрашивать. Возьми на первое время мой. Кейт протянула серый кассетный плеер, облепленный разными значками. О да, Шерлок боялся его взять. Возьми это. Это просто вещь. Зачем её бояться. Но его пугало только то, что он не знает, чего ожидать. Он в предвкушении, он хочет услышать то, чего никогда не знал. В книгах такого не было. Шерлок боится того, что его ждёт за этими плёнками. Но попробовать, услышать, что же там, он желает больше всего. Любопытство его преследует с детства. — Ладненько. Ну-с, смотри. — она потянулась за второй кассетой. — Это гуппа KISS. Здесь песни только этой группы, видно по эмблеме. Если повернуть её, будут видны все песни, находящаеся на ней. Моя любимая — вторая — Heaven's on fire. Там полный взрыв. В начале вокалист долго тянет, будто фитиль бомбы, а потом БУМ, — она сделала долгую паузу и тихонько начала напевать, видимо, мотив песни. — А в припеве будто ты попадаешь в разгар взрыва…ммм... Боже, Шерлок хочет ощутить это. — А когда она вышла? — надо изучить всё. От фамилии вокалиста до адреса барабанщика. Он изучит все газеты и журналы. Он обещает сам себе. — Эмм… То ли в 85, то ли в 84 году… — Откуда она у тебя? — Отец на день рождения подарил. Он меня к року и приучил, скажем так. Да, Шерлок Холмс, плюс два балла в сторону Кейт Бэттел. Её любит отец. А твой что может? Поддакивать мамулечке, какой Шерлок ужасный. Нет, сейчас ему хочется думать только о роке. Но больше всего ему хочется его услышать. Забудь о глупых родаках. — А это… — она взяла Last Action Hero и прищурилась перед картинкой. — Это мульти-кассета. На ней несколько групп. Советую не слушать все сразу, послушай сначала первую. Не очень люблю песни на ней, особенно группу Def Lappard, но в целом для новой она неплоха. Вышла всего месяц назад. Первая песня от AC/DC, они становятся популярными сейчас, и не зря. У них крутые песни, бомбические во всех смыслах этого слова. Есть и грустные песни, но чаще всего это что-то быстрое и запоминащееся. Песня, которую ты послушаешь, называется Big Gun. И хотел бы Шерлок ей сдерзить, мол, он умеет читать, прочтёт, что за трек, но говорить ему не хотелось. Он хочет слушать. — Оооо… а вот последняя… Она, похоже, облизнулась. — Это Scorpions, — кажется, её сердце началось биться быстрее и громче. — Не все её понимают… Но я клянусь всем, что у меня есть — они будут популярны столетиями. Ну-с, про них можно рассказывать долго, но для начала: их песни просто разъе… — КЕЙТ! ЗВОНОК БЫЛ 2 МИНУТЫ НАЗАД, ТЫ ПОЧЕМУ НЕ НА МЕСТЕ? — Да они сговорились, — недовольно прыснула она. — Шерлок, послушай. Начни со Скорпионов, тогда поймёшь, что такое рок. Она ушла, а он крутил в голове лишь одно: Тогда поймёшь, что такое рок.

***

И вот он уже дома. Плеер на столе, кассета на кровати. Родители спят. Носатая балерина тоже. Учебники на своем месте, у кровати. Окно открыто. Полночь, и на небе ни одной звезды. Он достаёт из отсека запись. Открыв плеер, он с дрожью вставляет кассету в нужное место. Шерлок хочет уже нажать эту чёртову кнопку. Он хочет струсить, но понимает, что нельзя. Big City Nights — гласит первая песня. Пора бы уже узнать, что такое рок. Вдруг его зрачки резко уменьшаются. Громкий, дерзкий, запоминающийся, манящий, режущий звук. Что это за инструмент? Сейчас это не важно. Этот звук одновременно и быстр, как молния, и медленен, как буря в океане. Три удара по барабанам, и сердце Шерлока замирает. К первому инструменту добавляется ещё один. Более тихий и спокойный. Он не рвётся на первый план, он помогает более громкому, более резкому. Ещё пара ударов по барабанам, и начинается тот самый взрыв. Шерлок медленно опускается на кресло. Вдруг одиночные звуки того инструмента дополняются другими, создавая мелодию. И он особо не понимает, как всего три инструмента, перечисленные выше, могут создавать такое. В горле пересохло, и он отчаянно пытается вспомнить, как дышать. Несколько секунд, и в игру вступает вокалист. When the daylight is falling down into the night Голос тих и спокоен, несмотря на музыку. Песня будто погружает в большой город. Ветер дует в лицо, большие мосты и дома, высокоэтажки, старые и новые кварталы, звук автомобилей и музыка из круглосуточных магазинов. Он закрывает глаза. It feels alright to go out to catch an outrageous thrill И вдруг, на третьей строчке, голос становится намного выше. Это не похоже на скрип двери, как показалось сразу. Больше на яркий свет, на осознание, на перезагрузку. Четвёртая реплика была с точно таким же акцентом. Как же певцу удаётся такое делать? Между репликами почти нет пробелов, а тихий инструмент малость исчез. Который раз барабаны бьют по перепонкам, но это абсолютно не мешает. Наоборот, они отлично вписываются в музыку. Всё настолько грациозно и гармонично, что зрачки Шерлока, наоборот, расширяются, а пальцы немеют. И вот, четвёртая строчка закончилась, а последнее слово «still» прозвучало слегка протянуто. Начинается припев, а перед ним небольшая пауза, которая кажется вечностью. Big city, big city nights Этого, кажется, он ждал всю жизнь. Прошлый Шерлок, ох, как же ты был слеп. Это чудо скрывалось от него всю жизнь. Эта невероятная империя звуков завораживала. Почему же он не знал ничего об этом? О да, он прочтёт все записи про рок, и он готов выкинуть пару книг про пчеловодство с книжной полки, чтобы освободить место. You keep me burning Big city, big city nights Солёный привкус появился на губах Шерлока. Ах да, это слёзы. Он хочет назвать себя жалким, мол, плачешь как маленький ребенок, но он больше не хочет этого говорить. Сейчас ему больше не кажется, что он жалок. И вот припев закончен. Первый и не последний, как он надеется. When the sunlight is rising up in my eyes And the long night has left me back at somebody's side Звук будто стал увереннее, а сама песня пока не изменилась. Он так и сидел, у открытого окна, с выключенным светом. Тюль развевался в комнате и поблёскивал оттенками ночного неба. А Шерлок сидел и плакал, без эмоций, в полной тишине. Песня же не кочалась, а крутилась и крутилась. Он чувствовал себя счастливым. Эту идиллию внезапно нарушает некто за дверью. Он топчется возле входа в комнату, думая, решая, нужно ли ему это. Шерлок не слышит его, сейчас он не слышит ничего; кроме музыки. И вот он дотрагивается до ручки двери, и неохотно её дергает. В комнату заходит Майкрофт. — Чего не спишь? Поздно уже. Я тут подумал, дядя Руди предложил мне… — он смотрел в пол, явно боясь или закрываясь от брата, зная, что сейчас ему ответят. Но, подняв взгляд, Майкрофт застыл. Шерлок в наушниках. Ночью, сам, в тишине, с открытым окном, в наушниках. Он не повернулся к Майкрофту, явно его не слыша. Эта картина была невероятной. Его волосы слехка колыхались на ветру. Он оборачивается. Слегка повернув голову к двери, Шерлок открывает обзор на своё лицо. По его щекам быстро текут слёзы. Солёные, но не горькие. Это слёзы счастья. Да вот Майкрофт об этом не знает. — Ш-Шерлок? Что такое? Что ты слушаешь? Шерлок пару секунд обдумывает происходящее, и резко его эмоции меняются. — УБИРАЙСЯ ОТСЮДА! ТЫ, ЧЁРТОВ ПРЕДАТЕЛЬ! — его гримаса была настолько устрашающей, что Майкрофту стало не по себе. Он резко выдохнул, но ушёл. Только вот одно он запомнил — на столе брата лежали три кассеты. И всё, явно, рок.