Вытесненный из Томана

Такемичи потерял дар речи, он думал, что бой был тяжелым и кровавым, но чем больше Вакаса и Бэнкэй разговаривают, тем больше он чувствует, что все меркнет. Все гораздо хуже, чем он себе представлял, намного хуже. Как получилось, что Майки превратился в монстра? Он понятия не имеет об ответе, но теперь, когда у него есть общая история, ему нужно как можно скорее вернуться в прошлое и разобраться с пробелами, о которых, похоже, не знают ни Вакаса, ни Бэнкэй, потому что все, что у них есть, — это предположения. Такемичи может работать с этим, если это означает, что он спасет жизнь Тайдзю и всех остальных, людей, которым он не может позволить умереть, даже если они предали его, таких как Дракен и Баджи, которых он так усердно спасал во время боев против Мебиуса и Валгаллы, или Изана и Инуи, которых он считает своими друзьями. хорошие друзья и союзники. Нет, ни Кавате, ни Мицуе, Хаккаю, Кадзуторе, Пе или Па нельзя позволить умереть, не говоря уже о Чифую. — Мне нужно позвонить — Говорит Такемичи, он знает, что нельзя звонить никому из его бывших друзей или союзников, большинство из которых стали высшим руководством Бонтена, преступного синдиката, возглавляемого Майки и Кисаки. — Я не думаю, что тебе стоит звонить кому-либо из нашей старой банды или Тенджику, все они сейчас входят в ближайшее окружение Майки, и очевидно, что он, должно быть, ищет тебя. — Сообщает Бэнкэй, протягивая ему свой собственный мобильный, поскольку у Такемичи его нет, что вполне нормально, если он провел в заключении двенадцать лет. Разум Такемичи замирает, когда он осознает последствия этого. На самом деле он не думал о своем похищении, о том, что его тело такое бледное и худое, о том, что его запястья и лодыжки свидетельствуют о годах, проведенных в наручниках или связанных. Насколько тяжело, должно быть, было его второму «я» из этого будущего? Что, должно быть, произошло? Такемичи не сомневается, что это было трудно, наверняка ему приходилось совершать ужасные и отвратительные поступки, чтобы получить возможность за секунду сбежать от Майки, не страдать все больше и больше, хотя шрамы на его теле рассказывают мрачную историю. Качая головой, Такемичи спешит яростно заморгать, чтобы не заплакать, он сможет сойти с ума в объятиях Тайдзю, когда сможет отправиться в прошлое, когда сможет помешать человеку, которого он любит больше всего, быть в безопасности. — Такемичи? — Голос Вакасы звучит обеспокоенно, он ясно осознает, как он на мгновение застыл и как, кажется, пытается снова не заплакать. — Ты в порядке? — Прости, я в порядке. — Отвечает Такемичи, прежде чем посмотреть на экран мобильного, его рука дрожит, и он не знает, от холода это или от страха, что Майки снова найдет его. Он даже не хочет представлять, что произошло бы, если бы Майки нашел его и помешал вернуться в прошлое. Если его будущему «я» потребовалось двенадцать лет, чтобы сбежать, он не хочет представлять, что потребовалось бы самому Такемичи, чтобы усилить бдительность или даже оставить его в живых. Бэнкэй и Вакаса расслабляются от его слов, хотя они оба немного смущены, увидев, как он набирает телефонный номер по памяти. — Ты уверен, что можешь доверять этому человеку? — Спрашивает Бэнкэй, складывая руки на груди, беспокойство снова появляется. — Да, я уверен, что он все еще ищет способ покончить с Кисаки Теттой. — Уверяет Такемичи, слушая звук звонка у себя в ухе, хотя вскоре получает быстрый ответ. — Наото, это я Такемичи. Мне нужна твоя помощь. . . . Майки сидит на полу ярко освещенной комнаты, прижавшись спиной к стене, его взгляд прикован к цепям, которые невинно лежат на полу, цепям, которые должны продолжать удерживать его Такемитчи. Он не понимает, почему ему захотелось сбежать, в последнее время он вел себя намного лучше, его боец Такемичи наконец сдался, перестал звать Шибу Тайдзю и даже позволил Майки спать с ним. Если все шло так хорошо, почему ушел Такемитчи? Он думал, что ему больше не придется жить без своего Такемитчи, что после того боя он оставил его в изоляции и позволил заботиться о нем только Майки. Но нет, он снова пропал, он не знает, где он, возможно, что-то случилось с его глупым и неуклюжим Такемитчи. Майки должен найти его как можно скорее. — Майки, наши люди продолжают неустанные поиски — Докладывает Кисаки с порога комнаты, стоя у двери с многочисленными замками и цепочками. Его расчетливый взгляд осматривает комнату, в которую он никогда не входил. Как только ему удалось дать Майки то, что он хотел, Кисаки смог забыть о Ханагаки Такемичи и сосредоточить всю свою энергию на создании того, что сейчас является великим Бонтеном. Кисаки думал, что ему больше никогда не придется иметь дело с жалким Такемичи, но этой бесполезной крысе каким-то образом удалось сбежать из одного из самых безопасных зданий в Японии. И все это без всякой камеры запечатлело его в момент побега. Кисаки не сомневается, что этот идиот получил помощь изнутри, у него есть главные подозреваемые в высших руководителях, которых заставили присоединиться. Майки сказал им, что они присоединятся, или Такемичи умрет, ни один из них не должен был знать, что это ложь. Вздохнув, Кисаки сосредотачивается на главной проблеме, а именно на том, что без Такемичи Майки перестал работать, что серьезно повлияло на организацию. То, что Кисаки расстроило, — необходимость снова тратить свое драгоценное время на глупого и бесполезного Ханагаки. — Майки, я думаю, Такемичи сбежал не один. На мой взгляд, я думаю, что среди руководителей Бонтена есть предатели. — Говорит Кисаки, его спокойный голос всегда помогает легче манипулировать Майки. — Я уверен, что Какучо, Коконои и остальные- — Мне это не интересно. — Отвечает Майки, прерывая слова Кисаки, который настолько потрясен, что не может удержать свою идеально нейтральную маску, которая на мгновение сползает. — Но, Майки, если в Бонтене есть предатели, мы должны… — Слова Кисаки обрываются ударом в живот, и он падает на землю со стоном боли. Он никогда не получал ударов от Майки, поэтому не знает, как реагировать. — Мне плевать на Бонтен, просто отдай мне Такемитчи. Верни его мне, пораскинь своими чертовыми мозгами и верни мне моего Такемитчи. — Приказывает Майки с пустым взглядом, от которого кожа Кисаки покрывается мурашками от ужаса. — Мне нужно забрать Митчи обратно. Кисаки получает еще один пинок, чтобы выгнать его из комнаты, и с удивлением видит Майки, лежащего на кровати и обнимающего подушку Такемичи. Кисаки остается на полу на несколько минут, как для того, чтобы попытаться справиться с болью, так и для того, чтобы активировать свой мозг перед лицом неожиданности. Он не только не смог манипулировать Майки, как обычно, но и был избит им. Такого раньше не случалось, возможно, это позволило Майки стать слишком эмоционально зависимым от Ханагаки. Кисаки больше не может этого допустить. Пошатываясь, он встаёт, не обращая внимания на тупую боль в животе, и идет в свой личный кабинет, где, как он знает, застанет Ханму дремлющим или играющим в свои глупые игры. — Ханма, найди Такемичи. — Кисаки приказывает своему лучшему верному псу. Ханма в замешательстве, он знает, что уже много людей из Бонтена ищут питомца Майки, поэтому, когда он встает, он с любопытством смотрит на Кисаки. — Я не хочу, чтобы ты возвращал его, ты знаешь, что делать. Смущенный взгляд Ханмы превращается в выражение чистого веселья, он влюбленно фыркает, прежде чем кивнуть и покинуть офис. Не требуется много времени, чтобы добраться до их следующей остановки, где у них есть пара компьютерщиков, работающих не совсем на добровольной основе. Как только эти плаксы предлагают ему изображения некоторых магазинов в близлежащих кварталах, садистская улыбка украшает его черты, и он готовит пистолет, чтобы выполнять приказы Кисаки. Ему всегда нравилось веселиться, и Кисаки знает, как обеспечить ему качественное развлечение. . . Несколькими этажами ниже Коконои спокойно идет по пустым коридорам к складскому помещению, он знает, что на этом этаже нет включенных камер, поскольку оно используется просто как склад и как бойня, поэтому ему не нужно спешить. Войдя в последнюю комнату, самую дальнюю, он обнаруживает, что пришел последним, поскольку Какучо, Ран и Риндо уже там, явно ожидая его. Все выглядят напряженными, обеспокоенными тем, что кто-нибудь заподозрит их. — Как ты думаешь, Кисаки подозревает нас? — Спрашивает Какучо, как только Коконои закрывает дверь и убеждается, что там никого нет. — Как бы он ни старался, у него нет никаких доказательств — Говорит Ран, пожимая плечами — Мы убедились, что никто не видел, как мы помогали Такемичи выбраться отсюда. — Нам следовало сделать это раньше. — Отвечает Коконои, устало потирая лоб. — Но это было невозможно при такой бдительности. — Хорошо, что Майки отправился в путешествие, мы смогли ему помочь — Риндо добавляет — чувство вины за то, что так долго оставлял Такемичи в руках Майки, продолжает бушевать. — Я просто надеюсь, что они не найдут его и не утащат обратно в этот ад — Комментирует Какучо, остальные трое мужчин кивают в знак согласия, все они уже планируют свой следующий шаг, чтобы покончить с властью Кисаки. . . Вакаса, Такемичи и Бэнкэй спрятаны в менее освещенном и оживленном районе одной из многочисленных подземных парковок Токио. Это самое удачное место для встречи с кем-либо так, чтобы никто не узнал или чтобы никто не нашел Такемичи. — Я даже не знаю, как у тебя завязались контакты с полицейским детективом, часть меня хочет спросить, но самая разумная говорит мне не делать этого. — Говорит Бэнкэй, складывая руки на груди, его взгляд снова и снова обводит парковку, высматривая что-нибудь необычное, что могло бы снова подвергнуть опасности Такемичи. — Это сложно. — Указывает Такемичи с извиняющейся улыбкой, его руки продолжают нервно теребить край огромной толстовки, которую он носит, пытаясь сохранить тепло. — Вот и он. Облегчение пробегает по телу Такемичи, когда он видит, как Наото выходит из своей машины, его растерянный и сердитый взгляд говорит Такемичи все, что ему нужно знать, а именно, что Хины тоже нет в живых в этом будущем. — Такемичи, что, черт возьми, ты делал в своей последней поездке? — Спрашивает Наото, приближаясь, Такемичи открывает рот, чтобы извиниться и попытаться объяснить все, что произошло с тех пор, как закончилась битва с Валгаллой, но его слова заглушаются звуком двух выстрелов и падением тел Бэнкэя и Вакасы. — На землю! Наото пытается защитить Такемичи, но на стоянке раздается еще один звук выстрела, и Такемичи падает на землю, его толстовка окрашивается кровью. Наото впадает в панику, бросаясь взять Такемичи за руку и молясь, чтобы еще не слишком поздно и они смогли избежать этого будущего.