Моя похищенная любовь

— Димка, — еле вымолвил Эмиль, нежась в объятиях Масленникова. — Спасибо, что ты здесь. — Ну, что ты, — вздохнул Дима и мягко погладил его по спине. — Я бы по-другому не смог. Ты мне очень дорог, Эмилька. — Ой, — застонал паренёк, от приятных, и в тоже время болезненных прикосновений Димы к его спине, она всё ещё здорово саднила после нанесённых ударов ремнём. — Что такое? — переполошился Димка. — Тебе больно? Прости, пожалуйста. Я не хотел. — Он ослабил объятия и снова погладил Эмиля по спине, чтобы успокоить. — Ой-ёй! — вновь донеслось из уст кудряшки. — Что тебе сделал садист? — выпалил Масленников, понимая, что со спиной Эмиля, что-то не так. Возможно, на ней были раны. — Он тебя бил по спине, да? Или пытал? — испугался он. — Я посмотрю, что там. — Коснулся Дима рукой его разорванной футболки и ветровки. — Не нужно. Всё в порядке. — Слабо улыбнулся парнишка, пытаясь не показывать ему свою слабость. Он хотел выглядеть хоть немного сильнее и выдержанее в глазах такого смелого и мужественного Димы. — Нет, не в порядке, — волнуясь вторил Масленников. — Как только я касаюсь твоей спины, так ты сразу начинаешь ойкать. Я всё же посмотрю. — Он опять потянулся рукой к одежде Эмиля. — Не надо, — взмолился парнишка, глядя на Диму глазами невинного котёнка. — Пожалуйста. — Нет, Эмиль. Надо, — стоял на своём Дима. И аккуратно, двумя руками, приподнял футболку и ветровку на его спине. Когда он увидел на ней множество кроваво-красных отметин от ремня, испытал сильнейшее потрясение. — Охренеть!! — округлил он глаза от шока. — Эмиль, да на тебе же живого места нет, а ты говоришь что всё в порядке. Я сейчас убью эту сволочь! Он в ярости вытащил ремень из своих брюк и подлетел к маньяку, которого всё ещё неукротимо продолжали избивать Артём и Никита. — А ну, ребят, отошли от него! — негодовал Дима, весь в нетерпении рассчитаться со зверем за всю ту физическую боль, которую он причинил такому родному и близкому его сердцу человеку. — Я сейчас с ним по-другому разберусь. А вы пока побудьте с Эмилькой. Ему плохо. Когда закончу, сразу поедем в больницу. — Хорошо, — согласно кивнул Сударь, отходя от садиста и потирая свои сбитые об него костяшки пальцев. — Тёма пошли. — Оттащил он Чернеца от маньяка. — Димка дальше сам. Пошли к Эмилю. — Сдохни, мразь, — люто фыркнул Чернец, напоследок пнув садиста ногой в пах. Отчего тот согнулся и громко охнул. Ребята направились к истерзанному другу. А Дима, скрепя зубами от злости и изо всех сил, остервенело стал бить садиста ремнём везде где только попало. — Ой-ёй-ёй! — запричитал мужик, елозя со стороны в сторону. — Не надо, пожалуйста! Не бей меня! Больно! — Урод! — рычал на него Масленников, продолжая дальше своё дело. — Теперь ты сполна за всё расплатишься, сволочь! Получай, гад! Почувствуй это на своей шкуре! — нещадно наносил он по всему его телу удары ремнём. — Эмильке тоже было больно, когда ты издевался над ним и получал удовольствие! А теперь моя очередь наслаждаться твоими мучениями! — Ай-ай-ай! — отчаянно вопил садист, мечась и катаясь по полу от каждого удара ремнём. — Успокойся! — выпалил вбежавший в комнату Алексей, перехватывая руку Дмитрия во время очередного замаха для удара. — Хватит! А то ты совсем убьёшь его. Пусть он дальше по закону за всё отвечает. — Скотина, — Димка вопиюще сверкнул глазами в сторону маньяка, сплюнув прямо перед ним. — Надеюсь я тебя хорошо проучил. Запомни, шакал, на всю свою оставшуюся жизнь, что ты не на того нарвался! — А я ведь, говорил тебе, — кое-как, превозмогая боль в теле, ехидно засмеялся Эмиль, глядя на то, как полицейские заковывают в наручники и уводят ноющего от побоев бандита. — Предупреждал тебя, что с Димой шутки плохи. А ты мне не верил. — Тихо-тихо, — погладив по плечу успокоил его Артём. — Тебе сейчас лучше не разговаривать. Береги силы, хорошо? Тебе и так тяжело. — Тёма прав, — согласился Дима, заправляя ремень обратно в штаны и украдкой поглядывая на Эмиля. — Тебе сейчас лучше молчать. — Угу, — послушно кивнул парнишка в знак согласия, и сразу притих. — Ну что ж, герои, — вставил своё слово участковый Алексей. — Мне, конечно, очень стыдно, что вы за меня и моих людей сделали всю работу, но я очень вам за это признателен. В общем, вам всем троим, нужно будет обязательно приехать в отделение, там вам выдадут благодарность в письменном виде и приставят к награде, за помощь в поимке особо опасного преступника. Без этого никак. — Хорошо, через пару дней мы приедем, подойдёт? — буравил его взглядом Димитрий. — Подойдёт. Адрес вы знаете. Буду вас ждать. — Улыбнулся следователь. — Спасибо вам ещё раз. До встречи. — До встречи! — почти в один голос выдали Сударь и Чернец. — Пока, Лёш. И тебе спасибо за помощь, — вздохнул Масленников. Полицейский ушёл. А Дима подошёл к Эмилю. — Ну что ж, весь кошмар уже позади, — потеребил его кудрявую шевелюру, и аккуратно взял на руки. — А теперь поедем в больницу, тебе нужно полечиться. Сударь, — обратился он к своему другу. — Возьми ключи от машины. Они у меня в правом кармане брюк. И ступай заводи её. Поведёшь её тоже ты. — Окей, — согласился Никита. И достав из кармана Димы ключи, направился к выходу из комнаты. — Сударь, постой! — тяжко отозвался Эмиль на руках у Дмитрия. — Тёма, ты тоже подойди сюда. — Что такое? — спохватились ребята, говоря наперебой. — Спасибо вам всем, — посмотрел Иманов на Диму, а потом на друзей. — Что спасли меня от извращенца. Если бы не вы, — медленно говорил он. — Я не знаю, что бы со мной было. Я боролся с ним до последних сил. Сопротивлялся сколько мог. Спасибо, что не бросили меня. — Эмилька, ты же наш друг, — усмехнулся Тёма Чернец. — Мы бы не смогли поступить иначе. — А меня вообще совесть заела, — от стыда опустил глаза в пол Сударь. — Что не уследил за тобой. Прости, брат. — Я не в обиде, Никит, — что есть сил улыбнулся Эмиль. — Такое могло с любым случиться. Ты же не знал, что меня украдёт маньяк. — Ладно. Хорош уже балаболить, — не выдержал Масленников. — Тебе надо молчать. — Чмокнул Эмиля в лоб. — Сударь, марш в машину! — скомандовал он. — Тёма, а ты открывай нам двери!

*****

Весь путь в больницу, в машине у ребят царила тихая и спокойная обстановка. Было слышно только шум мотора и изредка раздававшегося сопения мирно дремлющего на переднем пассажирском сиденье Артёма Чернеца. Сударь, сидя за рулём автомобиля, молча смотрел перед собой через лобовое стекло на дорогу. А Дима, гладил и теребил кудряшки лежащего на его коленях Эмиля Иманова. Паренёк, в свою очередь, уткнулся носом в его тёплое солнечное сплетение, вдыхая такой родной и приятный запах во все свои лёгкие, хоть это давалось ему с большим трудом. Всё его тело продолжало ужасно болеть от нанесённых ему садистом травм и побоев. — Как ты себя чувствуешь? — мягко поинтересовался Масленников. — Если честно, то, очень отвратно, — пробубнил Эмиль. — Даже дышать не могу нормально. — Потерпи, родной, — в очередной раз погладил его кудрявые волосы Дима. — Уже совсем чуть-чуть осталось, мы скоро приедем в больничку и доктор обязательно тебя вылечит. — Постараюсь, — фыркнул Эмильен. — Мне нужно тебе кое в чём признаться, — аккуратно поднявшись с помощью Димы, он присел рядом, положив голову ему на плечо. — А это подождать не может? — Нет. Я не могу больше ждать, и не хочу. У меня нет сил молчать. — Ну что ж, — вздохнул Масленников. — Говори, раз уж такое дело. Я тебя слушаю. — Я знаю, что после такого, мы, возможно, больше не будем с тобой друзьями, — подняв голову Эмиль пронзительно посмотрел в бездонные серые глаза напротив, которые при тусклом освещении в салоне автомобиля, почему-то казались ему такими яркими и блестящими. — Ты возможно прогонишь меня, а быть может, даже и ударишь, но всё равно ты должен знать, чт… Обрывая парня на полуслове, Дима бережно взял его смуглое лицо в руки, легонько погладил скулы большими пальцами, осторожно привлёк к себе, и сам немного подавшись вперёд, нежно накрыл его губы своими. Губы Эмиля были такие сладкие и мягкие. Он слегка опешил от происходящего, но буквально через мгновенье ответил, и их поцелуй вышел таким невинным и ласковым. — А что это сейчас такое было? — усмехнулся он, вопросительно глядя на Диму. — Что это значит? — А это значит, Эмилька, — улыбнулся Дима. — Что я тебя люблю. Очень люблю. — Правда? — Ещё и какая! — И я тебя люблю, — расплылся Эмиль в улыбке до самых ушей. Сильно-сильно люблю. — Шептал он, прикоснувшись своей щекой к Димкиной, и слегка потёрся об неё. — Так, ну всё, банда, прекращайте там милашничать, — нарушая их идиллию усмехнулся Никита, паркуя автомобиль на стоянке в больничном дворе, напротив входа в приёмную. — Мы уже приехали. От внезапно прозвучавшего в салоне машины голоса их товарища, Дима и Эмиль вздрогнули и быстренько отстранились друг от друга. — Мы на месте, подъём! — громко сказал Сударь прям в ухо сопящему Артёму Чернецу, при этом легонько пиная его в бок рукой. — А! Что?! — подскочил тот от неожиданности, ничего не понимая, зевая и потирая сонные глаза. — Мы уже всё? Приехали? — Всё, — усмехнулся Никита, открывая возле него дверь. — Приехали. Давай на выход. А ещё ты такое проспал здесь. — Что? Что я проспал? — выпалил обалдевший Артём, потягиваясь и вылезая из машины. — Рассказывай, давай! — Они, — ёрничал Сударь, опираясь боком об автомобиль и указывая головой на Диму, который на руках вытаскивал Эмиля из задней двери. — Целовались и друг другу в любви признавались. — Ну наконец-то! — хлопнув в ладоши воскликнул Чернец. — Слава Богу, вы вместе! Я так давно этого ждал! — Не только ты один! — смеялся Сударь. — Ребя-ят, — протяжно в один голос выдали Дима и Эмиль. — Что? — ничего не понимая спросил Артём. — Вы у нас лучшие, — усмехнулся Дима. — Самые замечательные, — добавил кудряш...