The Road to Life

Мы уехали из этого дворца сразу в направлении студии, где и должна пройти съемка Лисы. По дороге я иногда поглядывала на нее, ведь выглядела она слегка напряженной. Она заламывала пальцы и нервно кусала нижнюю губу, смотря в окно. Буквально пару минут назад Манобан гуляла по замку, слушая истории, а сейчас выглядит подобным образом. Я не могла оставить это в стороне, поэтому чуть слышно вздохнула, останавливаясь у обочины. Лиса нахмурилась от такой неожиданности и взглянула на меня с немым вопросом. — Ты выглядишь слишком нервной, заездочка, — я впилась в ее глаза и отстегнула свой ремень безопасности. — Что произошло за короткое время? — Я боюсь фотосессии… — от этого заявления мои глаза округлились в удивлении, ведь для Лисы подобное было уже не впервые. — Но ты ведь уже не в первый раз… — Знаю! — Манобан перебила меня, а затем по какой-то причине смутилась. — Но это мои первые съемки именно для бренда нижнего белья… — И чего же ты боишься? — я ухмыльнулась, протягивая руку к ее щеке и сжимая мягкую кожу двумя пальцами как бы щипая, из-за чего от нее послышались возмущения. — Не знаю. Как позировать, как себя вести, как вообще раскрепоститься, чтобы нормально сняться, — буркнула Лалиса, надувая губы от того, что я ее так ущипнула. — Единственное, чего тебе действительно стоит опасаться, так это моего присутствия, — на мои слова Манобан озадаченно посмотрела, чем заставила меня легонько усмехнуться. — Или ты думаешь, что я какая-то монашка и не стану смотреть на тебя? — я приподняла одну бровь, после чего Лиса смутилась пуще прежнего и отвернулась в сторону окна. — Прекрати издеваться, онни… Рассмеявшись, я наклонилась к ней и оставила легкий поцелуй на шее прямо под ухом, так как до щеки достать не вышло из-за ее положения. Она резко развернулась ко мне, хватаясь за это место и бегая глазами по моему лицу, я же лишь пристегнулась и вновь выехала на трассу. — Не реагируй так, словно не ты вчера хотела продолжения, — я хмыкнула, а Лиса на это лишь молча отвернулась, и я была уверена, что сейчас у нее на сердце ураган от моих внезапных действий. Возможно, мне просто мало было вчерашней ночи, однако я старалась об этом не думать. В мои планы входило лишь поиздеваться над бедной Лисой, раздразнить и раскалить ее до предела, чтобы посмотреть, что она будет делать после. Однако кто знает, как все обернется. Мы приехали на фотостудию. Припарковав автомобиль, мы с Лисой направились внутрь и сразу наткнулись на уже кипящую работу. Лису сразу с улыбкой встретит стилист, следом заверяя, что ничего супер откровенного не будет, так как Лалиса ещё не достигла совершеннолетия. В основном на фотографиях Манобан будет в боди тех или иных видов. Фотосессия была для бренда Simone Pérèle, а боди в их коллекциях пользуются высоким спросом среди французской аудитории. Для меня выделили отдельный стульчик, словно я была режиссером какого-то фильма, и я заняла позицию наблюдателя. Когда Лиса вышла в первом облегающем черном боди, поверх которого накинута черная полупрозрачная рубашка, а снизу красовались джинсовые широкие шорты, я начала всматриваться в сам процесс. Мое лицо стало серьезным, а Лиса первые минуты чувствовала себя скованной. Скованной настолько, что я могла видеть, как тяжело ей дышалось. Ее усадили на светлое кресло и сказали сесть вальяжно, при этом смотреть в камеру исподлобья с неким пафосом. Однако на лице ее красовалось напряжение. Фотограф уже в какой-то момент сам начал напрягаться из-за того, что модель была не собрана. Однако что взять с Лисы, которая сюда пришла без единой подготовки лишь по замене? Я сжала губы, наблюдая за этим подперев рукой подбородок и сложив ногу на ногу, однако на моем лице особых эмоций не виднелось. В какой-то момент фотограф раскинул руками и указал в мою сторону: — Merde, regarde là-bas au moins! — фотограф указал в мою сторону, было видно, что он впервые работает с новичками, даже если полноценной новенькой Лису назвать было нельзя. Лиса взглянула на меня с растущей тревогой и с участившимся дыханием. Она явно не была готова к тому, что ей толком и не объяснят, морально не подготовят. Вся ее сущность выглядела напряженной, ее руки сжимали подлокотники. Я легонько ухмыльнулась, принимая позу, о которой говорил фотограф, и сменила эмоции на лице, чтобы совпадало с описанием. Лалиса сжала губы в тонкую линию и принялась повторять позу, и у нее даже неплохо вышло, разве что напряжение все ещё не уходило. Тогда для небольшой мотивации я ей одними губами прошептала следующее: «Сделаю все, что захочешь, если постараешься». И, казалось, что она этой идеей прямо загорелась. Не сказать, что я в целом собиралась ее обделять в ее желаниях, но когда получаешь хотя бы временную крупицу власти, мотивация знатно повышается. Да и сам процесс исполнения этого желания становится более занимательным. Когда Лиса уже почувствовала уверенность, от фотографа перестали доноситься какие-то недовольства, и все пошло своим чередом. И на протяжении съемок я лишь сидела и наблюдала, не принимая особого участия во всем этом. И, как я вчера говорила Лисе, мое присутствие, видимо, так себе сказывается на ней, ведь ее взгляды тоже часто падали на меня. И даже если она все делала прекрасно, полностью сконцентрироваться мысленно ей было тяжело. После съемок мы решили поехать к ее общежитию, по пути заскочив в кафе неподалеку. По пути до кафе Манобан снова выглядела напряженно, словно она все ещё не могла сфокусироваться. Около здания, казалось, она и вовсе не собирается выходить, поэтому мне пришлось щелкнуть ее по носу, чтобы привлечь внимание. И у меня получилось словить ее растерянный взгляд. — Выглядишь очень забитой, хотя я откинула в дальний ящик поиздеваться над тобой во время фотосессии, — усмехнувшись, я положила локоть на руль и подперла ладонью лицо, затем и вовсе улыбаясь очередному смущению Лисы. — Ты смотрела на меня беспрестанно… — она чуть надулась. — Но ведь не издевалась? — я приподняла одну бровь, отстегивая наши ремни безопасности. — Это было хуже издевательств! — возмутилась Лиса, опуская взгляд на свои руки, пальцы которых теребили друг друга. — Тебе так не по душе мой взгляд? — я вновь расплылась в ухмылке, заставляя Лису краснеть с новой силой. — Да не в этом дело… — Тогда в чем? — Он заставляет меня нервничать… — проговорив это настолько тихо, насколько это возможно, Лиса вылезла из машины, не дожидаясь ответа, и направилась в кафе. Я же пару секунд пыталась понять, что она сказала, а затем рассмеялась, следом выходя из автомобиля. Я смотрела на исчезающую в дверном проеме Лису и улыбалась. Этот момент показался мне довольно милым. Складывалось ощущение, что до этого момента Манобан совершенно не осознавала того, что мы с ней болтаем сейчас не по звонку, где невозможно насладиться присутствием человека вживую. Внутри помещения я сразу встала за Лисой в очереди и положила голову ей на плечо, чтобы прошептать: — Тогда я буду смотреть на тебя чаще, звездочка, — затем я встала рядом с ней в нормальном положении, ловя краем глаза горящие щеки. Заказав себе капучино и Лисе холодный кофе с карамелью и эклер, мы заняли самый крайний столик у окна и стали ожидать, когда принесут напитки и десерт. Много времени это не заняло, и спустя пару минут мы уже сидели и наслаждались лакомством. Манобан смотрела в окно, кушая сладость и не обращая внимание на окружающих людей. — Чем хочешь заняться до позднего вечера? — задалась я, откидываясь на спинку и попивая кофе, сложив при этом ногу на ногу и пристально смотря на Лису. Меня беспокоил тот факт, что она ушла в себя после дворца. Словно ее что-то тяготило, но вряд ли сейчас она поделится своими мыслями. Когда она доела эклер и отпила напиток, взглянула на меня. Я же улыбнулась и, взяв салфетку, убрала небольшой остаток крема с уголка губ Лисы. И это ее, видимо, вытащило из транса. — Может, посмотрим что-нибудь?.. — чуть смущено проговорила Манобан. — Только если расскажешь, о чем ты так усиленно думаешь, — я убрала салфетку. В ожидании томиться мне не позволили и сразу закивали, поэтому мы направились к машине, взяв в руки недопитые напитки. Расположившись в салоне, мы направились к общежитию Лисы, и по пути она как раз заговорила о том, что ее заставляло так задуматься: — До того, как мы помирились… со мной познакомился один парень, он тоже работает с Эдом, — легкая улыбка, находящаяся все это время, пропала с моего лица, и я просто начала внимательно слушать. — Помимо Мицуру? — я вскинула одну бровь, смотря на нее боковым зрением. — Мне нужен был кто-то рядом, чтобы выговориться. Но у нас с ним ничего не было! — сразу заверила Манобан, смотря на меня и кусая губы. — По крайней мере, с моей стороны точно никакого желания сближаться настолько не было. Но я ему обещала, что в свой выходной напишу ему, и мы прогуляемся вечером, — Лиса тяжело вздохнула. — А сегодня как раз твой выходной, — я усмехнулась, стараясь выглядеть не слишком раздраженной внезапной новостью. — В чем проблема не писать? — Я обещала ему написать… — она поникла, сжимая руками края одежды. — Разве я могу нарушить данное слово? — Ты можешь представить, что сегодня у тебя не выходной. Разве нет? — Онни! — Лиса нахмурилась, хотя я просто предлагала варианты решения возникшей проблемы, если можно таковой назвать. — Хорошо-хорошо, — я тяжело вздохнула, — я поняла. Раз обещала — ничего не поделаешь. Как его зовут хоть? — настроения что-либо смотреть и коротать за этим время уже не было, но не могу же я резко отказать ей в этом, верно? — Фредерик, — я лишь приподняла бровь, желая услышать больше, но Лиса лишь пожала плечами. — Мы с ним просто хорошо поладили. Особо кем он является я не знаю… — Хорошо, — я вновь тяжело вздохнула, заезжая на парковку. Как только мы вышли из машины, я завершила аренду, и мы направились в общежитие. Лиса шла, уткнувшись в телефон, поэтому в один момент я взяла ее под руку, чтобы она не врезалась никуда. Мой взгляд невольно опустился на экран ее телефона. У меня не было желания подсматривать, однако я подметила, что она писала этому самому Фредрику о том, что у нее выходной. В ответ он прислал лишь кучу радостных смайликов и информацию, что заедет за ней ближе к 8 вечера. Вот так просто: никаких вопросов, сможет ли она. Взял и сказал. Я закатила глаза, ускоряя шаг. Как бы я не хотела признавать, но меня это раздражало. Однако, как я и говорила, с этим не могла ничего поделать. Вдруг окажется, что ее влечение и слова о симпатии были лишь временными явлениями чисто от скуки или чего-то ещё? Если вдруг Лиса что-то почувствует к этому парню, смысла ее держать нет. Кто бы что ни говорил, но я старше ее, так ещё и являюсь ее опекуном. С другой стороны, если у нее все сложится, с опекунством тоже не пришлось бы ничего придумывать… Проблема в том, что я уже в это окунулась. И погрязла особенно в тот момент, когда перешла черту физической близости. Хотя, казалось бы, до этого я давала четкий отрицательный ответ, затем это начало плыть в непонятных наших взаимодействиях и желаниях, а сейчас и вовсе… Но спешить не стоит. Вдруг, судьба? Как только мы зашли внутрь, Манобан указала мне на шкаф, куда я могу расположить свои вещи, а сама она побежала в душ. Время доходило до шести, поэтому неудивительно, что она в спешке удалилась. Я же помыла руки на кухне и принялась раскладывать свои вещи, тяжело вздохнув. Это событие, на которое я не должна влиять.

***

Ближе к назначенному времени я сидела на диване, пока Манобан искала подходящий наряд. Я старалась без особого участия за этим наблюдать, однако не удержалась от вопроса и хмурого взгляда: — Для чего ты так тщательно подбираешь наряд, если вы хотите просто прогуляться? — после моих слов Лиса застыла посередине комнаты с очередным платьем в руках. — Он позвал в приличное заведение. Я не могу туда одеться как попало… — Надо же, — я усмехнулась, вставая с дивана и подходя к Лисе. — Что ж это за заведение такое? — я приподняла бровь, оказавшись близко к ней, и она одарила меня беспокойным взглядом. — Он сказал, что это сюрприз, и попросил одеться красиво, чтобы впустили… — Лалиса пожала плечами и опустила глаза в пол. Это та самая Лиса, которая уломала меня с ней переспать, столько раз пытаясь это сделать до вчерашнего вечера, и которая спрашивала о том, может ли она не забывать свои чувства ко мне? Я прищурилась, а затем и вовсе закатила глаза, отходя в сторону кухни. Я, определенно, была раздражена. — Просто будь осторожнее, — выдохнула я, пока заваривала зеленый чай. — Конечно, — Лиса прошла на кухню, но я на нее пока не смотрела. — Как я выгляжу? Развернувшись, я застыла. Словно передо мной стояла моя ровесница. Облегающее платье чуть ниже колен кофейного цвета с белым ремнем и не сильно глубоким декольте, туфли на небольших каблуках. С ее укладкой на волосах и подобранными украшениями это смотрелось великолепно. Мне в ту же секунду захотелось подойти к ней вплотную и не позволить идти на эту встречу, однако я просто оглядела ее с ног до головы и одобрительно кивнула. — Тебе все к лицу, — добавила я, чуть ухмыльнувшись и отпивая чай. И я заметила, как она от такого смутилась и опустила глаза в пол. — Спасибо, онни. Тогда я пойду? Ната и сегодня не придет, поэтому располагайся спокойно, — сказав это и получив мой кивок, Лиса направилась к выходу. Как только послышался звук щелчка, я с громким стуком поставила стакан на гарнитур и выдохнула. У меня появляется ощущение, что я вернулась в свои 17 лет, когда была подростком в пубертате, потому что мои чувства и ощущения были обострены. Меня раздражала сейчас одна лишь мысль о том, что это было свидание, даже если это не так. — «Ты сама сказала, что пока принять ее чувства не можешь. Чего разнылась?» — «Я действительно не могу их так просто принять. Но я, хотя бы, их не отрицаю, верно?» — «Но все равно пудришь мозги ей». — «Каким образом? Я просто не хочу, чтобы она питала ко мне чувства лишь из-за того, что однажды так сказала и переспала со мной. А если ей понравится этот Фредерик?» — «Ты серьезно прилетела в Париж лишь для того, чтобы упиваться своими глупыми мыслями, а не помочь Лисе и наладить ваши отношения?» — «Какая разница?» — «Открой глаза пошире! Ты чувствуешь душераздирающую ревность лишь из-за того, что не приняла чувства Лисы и не состоишь в тех отношениях, где существует ощущение безопасности» — «Это не ревность. И я в безопасности» — «Она не в безопасности. Она может начать искать выход из ситуации от безысходности» — «Значит, не так крепки были чувства» — я хмурилась от внутреннего диалога. — «Ты думаешь точно как ребенок! И это ее оттолкнет, если ничего не сдвинется с мертвой точки» — а вот от этого было больно, словно холодной водой окатили, так ещё и пощечину прописали поверх. Я залпом выпила чай и сразу же помыла чашку за собой. После направилась в душ, попутно набирая сообщение Розэ о том, как там дела в компании и куда стоит обязательно сходить, если нужно слегка выпустить пар. От ее предложения на моих губах засияла улыбка, потому что я давно не бывала в подобном месте в силу занятности, однако это одно из моих любимых занятий — бильярд. Розэ постаралась прекрасно, подобрав наиболее популярный бильярдный бар. После душа я начала наводить макияж, подчеркивая именно глаза, однако потом решила, что можно побыть немного в сучьем образе, чтобы отвадить от себя внимание французских парней и девушек, и накрасить губы красной помадой. Надела максимально строгий брючный костюм черного цвета с черным топом от Calvin Klein и туфли на высоких каблуках. А затем вызвала такси и направилась в бар Billiard Nation Shoot Again. Я приблизительно уже знала, как все выглядит внутри, ведь по пути посмотрела фотографии, поэтому сориентироваться не будет так сложно. На входе меня встретил администратор и сказал, что мне уже забронировали место. Видимо, Чеен все устроила, а я и благодарна. Меня провели по застеленному ковру меж рядов основного зала и завели в следующую комнату, которая была чуть меньше. Это была почти вип зона со своим отдельным баром и отделенными столиками, чтобы было место где присесть и отдохнуть между партиями бильярда. Меня провели к самому дальнему бильярдному столу и рядом находящемуся отдельному столику со словами, что оппонента найти они помогут. А пока я могла просмотреть меню и заказать напитки. Для того, чтобы в этом баре пройти в отдельную комнату со столом, необходимо заплатить определенную сумму, однако пока у меня не было желания находиться отдельно. Мне ведь даже не нашли оппонента. Я заказала Медовый Версаль и принялась ждать. Вместо чего-то легкого меня потянуло на коктейль с коньяком. Хотя бы любовь к крепким горячительным напиткам не меняется. Спустя какое-то время я получила свой коктейль, и в это же мгновение ко мне подошел какой-то молодой парень. — Bonsoir, vous voulez jouer? — он был худощавым, кучерявым и довольно смазливым, из этого выделялся лишь нос с небольшой горбинкой. — Seulement si dans le carambole, — проговорила я, ухмыляясь. — Mais êtes-vous seul? — Ma compagne est en train d'apprendre les bases, — он неловко улыбнулся. Я выпила коктейль сразу и встала из-за столика, направляясь к бильярдному столу для карамболя. Парень воодушевился, а затем направился в другое место. Видимо, чтобы предупредить свою спутницу. Я проследила за ним, и тут мои глаза выпали. Мне показалось, что я переборщила с первым коктейлем, ведь его спутницей оказалась не кто иная, как Лиса. У меня словно весь воздух вытянули, когда я увидела их милое взаимодействие и улыбку Манобан. Во мне с каждым разом просыпалось собственничество, однако оно совершенно не было к месту в данном случае. Я сжала губы в тонкую линию и направилась к бару, чтобы кое-что выяснить. — La table avec ce mec et cette fille est déjà payée? — на мой вопрос бармен сначала нахмурился, затем начал просматривать что-то на экране, а затем отрицательно покачал головой, заставляя меня усмехнуться. — Mets cette table sur mon compte. Dites-leur à la fin. Он снова потупил взгляд, не совсем понимая, но просьбу мою выполнил. Если Лисе весело, то пусть не отказывает себе. Однако не думаю, что парень не попросит раздельный счет. Может, в какой-то степени ему будет даже обидно, но мне все равно. Пока ждала, я заказала ещё раз тот же коктейль и успела его выпить. Парень подошел ко мне с широкой улыбкой. Мне не было надобности знать его имя, хотя я и так уже знала, что это Фредерик. Но представляться лишь временному сопернику смысла особо и нет. Мы прошли к столу и начали думать, в какой подвид будет интереснее играть. Я не зря выбрала карамболь, ведь именно его я обожаю больше всех. Тут нужна стратегия и ювелирная точность. Фредерик предлагал классический вариант, затем предложил однобортный, однако я выдвинула трехбортный. Он удивился, но согласился. Я уверена, что многие французы умеют играть в карамболь, потому что этот вид произошел именно от французов. И я более чем уверена, что он хотел понизить сложность специально из-за меня. Только вот меня это не волновало, все остальные подвиды для меня слишком скучные. Пока мы подготавливались и обсуждали счет, до которого идем, мой взгляд то и дело, что падал на Лалису. Какой же удачей нужно обладать, чтобы в итоге оказаться в одном месте, совершенно не договариваясь? Так ещё и в тот момент, когда мы не должны были оказаться вместе. Теперь немного к сути. Что такое карамболь? Это вид бильярда, целью которого является поочередное столкновение шаров. У каждого из игроков есть биток — изначальный шар, которым они все время и должны отбивать оставшиеся шары. Всего на столе три шара — по одному на двух оппонентов и третий, независимый. Бьют по шарам до момента, пока один из игроков не ошибется. То есть, чисто в теории, второй человек может и вовсе не выйти к столу, если первый набирает обговоренное количество очков. В данном случае — сорок. Однако тут тоже есть ограничения. У игрока на каждый удар отводится по сорок секунд. Если игрок не успевает за это время, если не ударяет по обеим шарам и, именно с учетом условия трехбортного карамболя, если не попадет минимум по трем бортам, то к столу выходит уже второй человек — это и есть ошибка. Для игры в карамболь необходим стол без луз — без лунок для закатывания шаров. В данном виде бильярда очень важно иметь хороший глазомер, выносливость и контроль силы удара. Французы в этом довольно хороши, однако только из-за того, что у них этот вид распространен. Я же просто любитель этого вида, несмотря на то, что найти бильярдные, где есть возможность в это поиграть, в Токио довольно сложно. Мы стояли с Фредериком около нужного нам стола и протирали кончик кий мелом. Нам также выдали специализированные перчатки, чтобы у кий было хорошее скольжение. Судья в это время расположил три шара в виде треугольника. Делал он это сухой салфеткой, чтобы не трогать шар голыми руками и не испортить хорошее соприкосновение с поверхностью. Фредерик, будучи настоящим джентельменом, уступил мне, однако я настояла на том, чтобы начал он. После недолгих уговоров, он подошел ко столу. Его биток белый, мой черный, а третий шар красного цвета. Подойдя к столу, Фредерик наклонился к столу и расположил кий между пальцев, целясь в свой шар. И через секунд десять он совершил средней силы удар, сначала отбив красный, затем его шар прокатился и ударился о первый бортик, следом еще два бортика и прошел буквально в миллиметре от моего битка. Он цокнул и и развернулся ко мне, пока я сидела на стуле со сложенными друг на друга ногами. Он неловко улыбнулся. — Pas pratiqué depuis longtemps, — он почесал затылок и сел на рядом стоящий стул, а затем я встала и без слов подошла к столу. Сначала я оценила, какую траекторию мне выбрать, чтобы попасть по обеим шарам, при этом не пропустив три бортика. Его биток остановился на небольшом расстоянии от моего шара, а красный находился ближе к центру. Наклонившись, я начала подбирать место удара по шару. Я нацелилась на бортик с противоположной от наших шаров стороне и спустя пару секунд запустила шар со всей силы, слегка подкрутив его. Мой биток в мгновение ока коснулся противоположного борта, отскочил и отбил красный шар, а затем от него отскочил в бортик рядом, прошелся по углу в другой борт и врезался прямо в биток Фредерика. Это произошло быстро настолько, что тот даже подскочил со своего места, чтобы понять, что произошло. Я развернулась к нему и усмехнулась его ошарашенным глазам. Он явно не ожидал такого точного попадания. Откуда ж ему было знать, что я довольно часто тренировалась именно в этом, улучшая свой глазомер и контроль тела. — Désolé, mais je ne sais pas quand c'est ton tour, — и я вновь повернулась к столу, чувствуя на себе его взгляд, в котором смешивалось все от замешательства до восхищения, а последнее я уж точно не перепутаю. Особенно с учетом того, как часто я видела подобный взгляд от Лисы.

***

Прошел час спустя начала игры. Я села на стул лишь после того, как набрала 20 очков, чтобы немного передохнуть. Фредерик же после этого начал медленно, но верно набирать очки. Он создал серию из 10 правильных попаданий, но потом сел на стул, потому что не смог попасть по третьему борту, попав при этом в оба шара за два борта. — Vous voulez un verre? — предложил Фредерик в моменте, когда я завершила еще 5 правильных попаданий подряд. Я развернулась к нему, оперевшись о стол бедром, взяла в руки мел и начала протирать кончик кий. При этом кивком головы я попросила судью протереть все шары. Они это делают особым образом. Подсовывают под шары специальные подставки, чтобы зафиксировать место, на котором должен оставаться шар, протирают шар и аккуратно подталкивают обратно в это приспособление той же салфеткой, чтобы, как обычно, не соприкасаться с поверхностью голыми руками. — On peut se reposer. Je vais boire du miel Versailles. После этих слов он отошел к бару, а я отошла за столик и села там, оставив кий судье. Я сидела так буквально пару минут, думая о том, что эта игра позволяет мне выпустить весь пар, который накопился не только из-за Хиросаки и долгого отсутствия общения с Лисой, но и из-за Фредерика. Его поведение с Лисой абсолютно не было похоже на дружеское, парень скорее походил на новоиспеченного ухажера Манобан. От этих мыслей я тяжело вздохнула, ставя локоть на подлокотник и подпирая щеку тыльной стороной пальцев, сложив их удобным образом. Затем я открыла глаза и закатила их, раздражаясь от того, что творится в голове. Когда я посмотрела прямо, я увидела, как Фредерик подходит к столику в компании Лалисы, которая все это время весело улыбалась и о чем-то взволнованно рассказывала, не смотря в мою сторону абсолютно. Видимо, она не знала, к кому идет, ведь имени я не называла. Однако стоило видеть момент, когда они дошли до моего столика, и Фредерик на французском начал объяснять, что я — тот самый невероятный оппонент, которому он, скорее всего, проиграет. Она уже улыбнулась и было повернулась в мою сторону, начиная говорить на ломаном разговорном французском, который успела освоить на таком уровне из-за работы, но застыла на полуслове, лишь увидев меня. Ее глаза округлились, а на моих губах заиграла ухмылка от такого. Однако я не хотела, чтобы парень рядом знал о том, что мы знакомы и что это мой небольшой спектакль, ведь я прекрасно понимала, что рано или поздно Манобан сюда придет. Я встала из-за стола и протянула руку: — Enchantée, Madame, — она потупила взгляд и замедленно среагировала на протянутую руку, просто кивая от того, что не знала, что говорить. Я расположилась обратно на стуле, и они тоже присоединились к столику. Я видела рвение Лисы сесть ближе ко мне, однако своим приветствием я дала ей понять, что она теперь стала частью небольшого представления. Соответственно, она расположилась около Фредерика, но ее взгляд… он был направлен на меня. Целиком и полностью, рассматривая меня с ног до головы. Фредерик протянул мне коктейль. Я заметила, что у Лисы в стакане был мохито. Видимо, парень не настолько глуп, чтобы давать крепкие напитки юной девушке. За это, в принципе, можно дать ему плюс один балл из приличия. Мои зрачки, признаться честно, тоже гуляли только по Лисе. И лишь Манобан знает и чувствует мой взгляд таким, какой он есть — темным и тяжелым.