Я люблю тебя, учитель...

[ Сегодня вечером все в силе? ] [ Заказать столик в твоем любимом ресторане или останемся дома? ] Чонхо посмотрел на непрочитанные сообщения и нахмурился. Ёсан не отвечал ему уже больше трех часов и это его раздражало. Он продолжал испепелять взглядом телефон, когда к нему подошли. - Учитель, - позвал его девичий голос. Чонхо обернулся и увидел старосту своего класса. Она протягивала ему тетради. - Это то, что вы просили собрать. - Хорошо, спасибо. - Чонхо забрал тетради, положил их в ящик. Он вновь хотел вернуться к работе, но заметил, что ученица все еще не ушла. - Что-то еще? Когда он повернулся к ней, девочка вздрогнула. Она отвела взгляд и замялась. Ей определено точно было что сказать, но отчего-то она сомневалась или боялась. Чонхо не мог понять. Но поведение своей ученицы он счел странным. - В чем дело, Сумин? - Я хотела спросить… Это насчет Наын… Она не ходит на занятия… В коридоре послышался звонкий девичий смех, который прервал Сумин. Чонхо заглянул за ее спину и в открытую дверь увидел двух выпускниц, которые стояли у окна и игрались с телефоном. Он вновь перевел взгляд на ученицу перед собой. Девочка оцепенела, пальцы нервно задергались и сжались в кулаки. - Сумин… - Не буду больше вас отвлекать. Простите за беспокойство, учитель. Она поклонилась и поспешила выйти из учительской, через другую дверь. Чонхо проводил ее взглядом, оставшись в недоумении. Тревожное чувство зазвонило в колокольчик. В это самое мгновение подле него возникла еще одна фигура. Подняв голову, он увидел Чон Уёна. Он наклонился к Чонхо и достаточно тихо заговорил: - Я случайно подслушал. Ким Наын не ходит на занятия? По какой причине? - Её нет второй день. Жалуется на плохое самочувствие. - А сколько дней можно пропустить, прежде чем мы обязаны сообщить родителям? - Три, но… - Чонхо задумался. - К чему вы клоните, учитель Чон? - Просто интересуюсь. Я же новенький, - ответил Уён. - Никак не могу запомнить все эти правила. Просто в моем классе одна ученица тоже не ходит на занятия. Ровно по три дня. - Это не нормально. - Именно. Поэтому я и переживаю. Чонхо хотел спросить о чем-то еще, но в этот самый момент их отвлек Хонджун, который напомнил Чону о сдаче тестов. - Вы последний, - произнес Ким. - Все готово. Я сам отнесу их завучу Паку чуть позже. Уён больше не был заинтересован в разговоре с Чонхо. В то время как он, напротив, имел много вопросов. Все казалось ему странным и неправильным. Но голова и без того, была забита проблемами. Вновь бросив взгляд на телефон, он увидел уведомление о сообщении. Ёсан, наконец, ответил. [ Кроме тебя мне ничего не нужно. Но если ты возьмешь с собой вино, я им угощусь, а после мы… ] Он перевернул телефон экраном вниз, и спрятал улыбку, прикрыв рот рукой. Ёсан не переставал его удивлять. Раньше он думал, что только подростки способны додуматься до пошлых смс. Но как оказалось, чем старше ты становишься, тем сильнее хочется быть подростком. [ Ты очень жесток. И я вынужден ждать вечера? Не уверен, что смогу работать после таких заявлений. Требую внимания! ] - отправил сообщение Чонхо, не ожидая скорого ответа. Но смска от Ёсана пришла быстро: [ Готов ли ты пропустить обед? ] [ Только если у меня будет вкусный десерт ] [ Заказ принят и обработан. Можете забрать свой десерт в компьютерном классе, через три минуты. ] Чонхо посмотрел на часы. Вновь улыбнулся и встав со своего места, в очень хорошем настроении поспешил в назначенное место. Тревоги и мысли ушли на второй план, оставив важным лишь Ёсана.

***

В стеклянной витрине, среди остальных фигурок Лего, стояла одна недоделанная. Сонхва смотрел на нее каждое утро, чтобы не забывать, что Чон Уён невыносим. Коллега все еще был раздражающим, вредным, но вместе с тем усердным, внимательным к детям. Пак все чаще находил в нем хорошее, и это тревожило его. Когда в дверь постучали, Сонхва отошел от витрины. Уён заглянул в кабинет, убедился, что завуч на месте и прошел. Как обычно, он не ждал приглашения, а вел себя как хозяин. Чон сел на диван, закинул ногу на ногу и принял весьма элегантную позу. Его взгляд намеренно уперся в Пака и следил за каждым его движением. Сонхва не собирался уступать ему, поэтому так же открыто и с вызовом смотрел на младшего коллегу. Он сел напротив, принял не менее выразительную позу. Именно в этот момент Чон ухмыльнулся, и не смог сдержать короткий смешок. Внутри Сонхва все сжалось. “Не ведись у него на поводу!” - напомнил внутренний голос. - “Если кто и должен управлять ситуация, то это - ты!” Но проще было сказать, чем сделать. Уёна было тяжело контролировать, потому что он не заботился о мнении окружающих. Нельзя было надавить на его совесть или призвать к ответственности, Чон просто делал все, что хотел. Он был искренен в своих действиях и желаниях, ничего не утаивал. Эта сторона Уёна даже немного импонировала Сонхва. Но все же он не мог не учитывать хитрость паршивца, по вине которой Пак неоднократно чувствовал загнанным себя в ловушку. Приняв подготовленные тесты, он принялся внимательно изучать их в поисках ошибок, допущенных Уёном. Тот в свою очередь, тихонько сидел и наблюдал за своим строгим завучем. - Ты сейчас похож на мафиозного босса из японских боевиков. - Внезапное сравнение Чона, удивило Сонхва. Уж если кто из них и был похож на преступника, то это явно не он. Тем временем, Уён продолжил ставить его в тупик вопросами: - Ты любишь ходить в кино? Хочешь составить мне компанию? Сонхва бросил в его сторону короткий взгляд и вновь вернулся к изучению тестов. Он решил проигнорировать своего мучителя, но тот не собирался успокаиваться. - Ты вообще любишь фильмы? Какой твой самый любимый? Боевики, вестерн, исторические, мелодрама, комедия, порно… - Боже! Ты молчать умеешь? Не сдержав эмоций, Сонхва хлопнул по столу листами бумаги. Терпеть подобное было выше его сил. Он до сих пор не понимал, отчего стал жертвой этого несносного человека. - Тебе сложно ответить? - не сдавался Уён. - Я не отвечаю на личные вопросы в рабочее время. - Значит, чтобы получить ответ, я должен поймать тебя вне работы? Ох, эта миссия почти невыполнима. Но я слышал от Сана, что ты бегаешь по утрам. Стоит ли мне подкараулить тебя где-нибудь поблизости… - Я заявлю на тебя в полицию, - перебил Сонхва и произнес эти слова слишком серьезно, чтобы в них не поверить. - Просто скажи. Не будь засранцем. Последние слова сильно возмутили Пака. Он вновь оторвал взгляд от тестов и внимательно посмотрел на Чона, молча призывая его пояснить расстановку ролей в их тандеме. Потому что с его версией он совершенно не был согласен. Но Уён лишь ждал ответа. - Я замолчу, если ты скажешь, - пообещал Чон. - Тебе нельзя верить. - Не попробуешь, не узнаешь. Он пожал плечами и сделал безразличный вид. Словно ему было плевать на неверие коллеги. В конечном итоге Пак решил уступить и ответил: - Мой любимый фильм “Звездные войны”. Доволен? Теперь будь добр молчать. На лице Уёна отразилось удивление, а после он скуксился. Заметив это, Сонхва заинтересовано посмотрел на него, не до конца понимая, что стало причиной такой реакции. - Мы и впрямь с тобой обречены. - Только не говори, что тебе не нравится эта кинофраншиза. - Когда Чон молча отвел взгляд, Пак понял, что оказался прав. - Это же легенда! Классика! Сколько фильмов ты посмотрел? - Я вообще не смотрел. - Тогда ты не можешь утверждать, что тебе они не нравятся! Это не логично! - Сонхва был так сильно поражен и возмущен, что, наверно, впервые показывал Чону каким импульсивным и эмоциональным он может быть. - Ты обязан посмотреть, а потом уже решить. - Мне это не нужно, - отмахнулся Чон. - Я знаю, что мне не понравится. - Не попробуешь, не узнаешь. Помнишь? Твои слова. Уён вдруг растянул губы в довольной улыбке, от которой Сонхва стало не по себе. В следующее мгновение внутренний голос вновь закричал: “Дурак! Ты показал слишком много!” Он поспешил успокоиться, вернуть себе былое безразличие, но было уже слишком поздно. - Как насчет пари? В глазах Уёна вспыхнул огонёк азарта, который не сулил Сонхва ничего хорошего. Если бы перед ним был кто другой, он бы, возможно, принял спор. Но если дело касалось Чона, ответ был предрешен. - Нет. Споры только для дураков. - Странно, - Уён хмыкнул и поморщился. - Я был уверен, что ты достаточно азартен, чтобы повестись на это. Сонхва в очередной раз одарил его взглядом, который буквально говорил: “Ты издеваешься?” Но кажется, Чон не мог расшифровать его красноречивого немого негодования. - Позволь спросить, - продолжил Уён. Не дожидаясь разрешения, он задал свой вопрос: - Я хочу стать к тебе ближе, что будешь с этим делать? Если до этого Пак считал, что паршивец над ним издевается, то сейчас он понимал - Чон намеревался свести его с ума. Этот псих хотел сделать из него себе подобного? Он достаточно привнес хаоса в жизнь Сонхва. Для чего все эти непонятные игры? - Кажется, я уже говорил, что мы друзьями никогда не станем. - И я ответил, что не собираюсь быть для тебя другом. - Его и без того хитрые глаза прищурились, когда он улыбнулся. - Можете идти, учитель Чон, - подвел черту в их разговоре Пак. Он указал на дверь. - Я проверю тесты и если меня что-то не устроит… - Нечестно переходить на “вы” всякий раз, как хочешь меня заткнуть, - перебил Уён. - Просто попроси, Сонхва. И я сделаю все, что захочешь. Давай назовем, это вежливым доминированием? Проблема Уёна была в том, что он не знал меры. Его шутки выходили из ряда вон, доводили людей до бешенства, а он потом разводил руками в недоумении. Вот и сейчас, ему следовало прикусить язык, оставить Сонхва в покое, дать ему переварить уже полученную от него информацию. - Пошёл вон… Голос завуча звучал очень угрожающим. Он чувствовал смертельную усталость после пятнадцати минут общения с этим психом. Впервые Сонхва думал о том, что хочет кого-то побить. - Все-таки вы грубиян, господин Пак. Сонхва устремил на Чона кровожадный взгляд, и он, наконец, понял, что пора заткнуться. Прежде чем уйти, Уён наградил завуча своей фирменной насмешливой улыбкой, которая так сильно раздражала Сонхва. Он и представить себе не мог, что когда-нибудь эта улыбка станет ему нравится.

***

Даже сам Сан заметил, что сегодня был необычно тихим и хмурым. Он старался все так же улыбаться окружающим, и лишь единицы смогли заметить его неискренность. Среди них был Хонджун, который столкнувшись с коллегой утром, поспешил осведомиться все ли у того в порядке. Сан заверил, что беспокоиться не о чем. И Хонджун слишком легко принял его ложь за истину. Это расстраивало Чхве, но он мог с этим смириться… пока… Помимо прочего было одно маленькое обстоятельство размером с маленький листок, которое немного беспокоило учителя физкультуры. Не так давно он стал получать анонимные любовные письма. Ему хотелось верить, что Ким Хонджун оказался безумным романтиком и автором стихов, но плохой слог и орфографические ошибки, не оставляли надежде шанса. Покрутив листок в руках и с безразличием бросив его на стол, Сан обернулся. Его взгляд упал на пустующее рабочее место Хонджуна. Он частенько украдкой подглядывал за ним и примечал красоту молодого мужчины. Чхве находил его невероятно очаровательным, когда тот сосредоточенно работал за своим компьютером. Ему безусловно нравился серьезный и важный Хонджун, но особое место в его сердце занимал неловкий, смущенный добряк Ким. В такого можно влюбиться с первого взгляда…       Телефон Сана разрывался от сообщений друга, которой требовал от него немедленно явиться. Он с самого начала не хотел идти на групповое свидание, но жалеть о сделанном выборе в пользу дружбы Сан стал уже после третьего сообщения.       Отписавшись, что он спешит на встречу что есть мочи, Чхве покрутил головой в поисках выхода. Прикинув более короткий путь, он решил воспользоваться пожарной лестнице, которая вела на стадион. От него было проще всего добраться до нужной автобусной остановки. Телефон вновь оповестил о полученном сообщении, но Сан его полностью проигнорировал. Удобно закинув рюкзак, он толкнул дверь от себя. Из-за спешки он двигался словно на автопилоте, поэтому когда внезапно перед ним возникло препятствие в лице неизвестного парня, Чхве не успел затормозить. Они врезались друг в друга. Сан почти потерял равновесие и был готов упасть, больно приземлившись на мягкое место, но чужая рука крепко схватила его запястье. Это помогло удержаться ему на ногах и спасло от позорного падения.       - Вы не ушиблись? - поспешил осведомиться незнакомец.       Выпрямившись, Сан намеревался отругать человека, который практически сбил его с ног. Однако, когда Чхве взглянул на неизвестного, то раздражение каким-то чудесным образом растворилось в глубине чужих сияющих глаз.       - Простите. Я спешил и был невнимателен. Не думал, что кто-то решит воспользоваться этой лестницей. Сейчас же идут лекции и… - Незнакомец продолжал говорить и извиняться то ли от сожаления, то ли от волнения.       - Все хорошо. Я не пострадал, - перебил его Сан. Его запястье продолжала сжимать чужая рука. Но парень, вскоре опомнившись, поспешил отпустить Чхве. Чуть позже Сан испытает сожаление из-за столь короткого мгновения.       Несколько секунд они просто стояли и смотрели друг на друга. Не понимая до конца магии случайной встречи, Саном завладела неловкость, которой он прежде не испытывал. Это было странно, необъяснимо и волнительно.       Волшебный миг прервал третий - мужчина средних лет. Сан знал его. То был профессор, лекции которого он активно прогуливал.       - Хонджун! - окликнул парня мужчина. - Так и знал, что ты потеряешься.       - Профессор, простите, я еще и опоздал.       - Ничего страшного, твое выступление мы приберегли на конец…       Не обращая больше никакого внимания на Сана, эти двое поспешили в лекционную. Движимый невидимой силой, Чхве последовал за ними, но очередное сообщение от друга остановило его. Он вспомнил, что должен быть сейчас в другом месте. Разочарование неприятно шевельнулось в груди и укололо сердце.       - Хонджун… - повторил чужое имя Чхве, смотря удаляющемуся человеку в спину.       В ту минуту Чхве был уверен, что найдет этого студента завтра или послезавтра… быть может через неделю или месяц. Но судьба распорядилась иначе... После той встречи Сан надеялся вновь встретить еще неизвестного ему Хонджуна. Он искал его по всему университету. Спрашивал о нем, но никто не знал о ком он говорил. Лишь позже, один из старших рассказал ему о Ким Хонджуне, звезде филологического факультета. Рассказал о его лекции, которую он проводил для всех первокурсников именно в тот день, когда он с ним столкнулся. Возможно, эту встречу можно было бы назвать судьбоносной. Потому что после нее, Сан чувствовал непреодолимое желание вновь столкнуться с Хонджуном. Он никогда не верил в любовь с первого взгляда, и никогда не признается, что сердце его билось в тот миг чаще. Но несмотря на это, Сан решил - во что бы то ни стало найти приятного незнакомца. Получилось у него это не сразу, но в конечном итоге, Чхве попал в “Халазию” и таки встретился с ним. Однако их вторая встреча была сокрушительно разочаровывающей. Потому что Хонджун не помнил случайного парня, когда-то встретившегося ему на пути. Осознание того, что их первое “столкновение” никак не запечатлелось в памяти Кима действительно расстроило его. Но это чувство было с ним не долго. В конце концов, Сан решил просто жить дальше, наблюдая за Хонджуном и пытаясь понять свои собственные чувства. В итоге проводя день за днем бок о бок, Чхве понял, что влюбился в Хонджуна. Любовь наполнила его жизнь смыслом и радостным трепетом. Ему очень хотелось быть ближе к Киму, но он так же помнил, что его чувства могут быть отвергнуты и высмеяны. Поэтому Сан начал прощупывать почву очень аккуратно и неспеша. Хонджун был строг и требователен не менее завуча Пака, однако, вместе с тем, он был более внимательным, понимающим и… человечным? Хонджун был словно весеннее солнце, которое согревало своим теплом, заставляя жизнь бить ключом. Сану нравился его блеск глаз, когда Ким улыбался. Ему нравились его манерность, вежливость и деликатность. Он с ума сходил от Хонджуна, который иногда позволял себе дурачиться с учениками. Таким его Сан видел очень редко, но вероятно именно это помогло им сблизиться. Ведь и сам Чхве предпочитал с детьми более дружеское общение, в упрек всем наставлениям старших. Со временем они стали общаться чуть больше. Проверки Сана, как полагала его интуиция, давали положительную реакцию. Поэтому он решил проявлять себя. Чхве подбирался к Хонджуну маленькими шажочками, позволяя мужчине привыкнуть к новым ощущениям, которые зарождались в его сердце. От мыслей о прошлом Сана отвлекла чужая тень. Он обернулся, чтобы увидеть Уёна, внимание которого уже успело привлечь любовное письмо на его столе. - Какое по счету? - спросил друг. Чон скривился от нескладного слога и “ванильности” послания. - Девятое за неделю, второе за сегодня. Глаза Уёна округлились в удивлении. Он был поражен напору подрастающего поколения. Но Сан восторга товарища устремленностью детей не разделял. В конце концов неизвестно, на какую глупость был способен влюбленный подросток, с рождения получающий все, что он хотел. - Надо как-то решить эту проблему. Но для начала следует понять, кто отправитель… - Забудь и ничего не делай, - перебил Уён. - Веди себя как прежде. Она увидит, что твоя жизнь с появлением этой поэзии никак не поменялась и сама отстанет. - Почему от твоих слов, мне не становится спокойнее? Уён пожал плечами. Он хотел сказать что-то еще, но вошедший в учительскую Хонджун привлек их внимание. Старший преподаватель выглядел раздраженным. С порога он начал ругаться и жаловаться всем присутствующим на учеников, которые во время его уроков читают “не то произведение”. - Я им про красивую и трагическую любовь “Прогулок во сне” рассказываю, а эти паршивки на задних партах вот что читают! Хонджун потряс в руке зачитанную книжицу, а после кинул ее на ближайший стол. Сан рефлекторно поймал летящий к нему предмет. Получив книгу в руки, он перевернул ее и внимательно изучил аннотацию. - Это нынче очень популярная история у детей, - заметил Уён, который также успел сунуть нос в аннотацию книги. - В моем классе ее тоже читают. Вампиры, оборотни… там тоже про любовь, учитель Ким. - Я ознакомился с парой страниц, - нахмурившись ответил Хонджун и отвел взгляд. - Любовь там… сомнительная… - Интересно, на какие “пару страниц” вы наткнулись? Герои говорили в машине или на кухне? - Учитель Чон! - Почти взвыл Ким. - Значит кухня… Уён весело рассмеялся. В ответ Хонджун бросил на младшего коллегу строгий предупреждающий взгляд, но кажется паршивца ничто не могло пронять. Ким почувствовал на себе чужое пристальное внимание и перевел взгляд на Сана. Он протянул ему книгу и с улыбкой произнес: - Не принимайте это так близко к сердцу. Они всего лишь дети. Хонджун улыбнулся в ответ, однако его улыбка была немного горестной. Он поспешил отвести взгляд от Чхве. Но Сан не собирался так легко его отпускать. Когда Ким потянулся за книгой, младший намеренно потянулся вперед, заставляя того схватить его за руку. Внезапно почувствовав тепло чужой кожи, Хонджун вновь взглянул на Сана. На несколько мгновений их внимание было приковано только друг к другу, словно в помещении они были одни. Однако рядом крутился Чон, который не давал им забыть о приличиях. Хлопнув рукой по столу, привлекая к себе внимание, Уён хитро улыбнулся и произнес: - Учитель Ким, наши дети, судя по всему, очень любят литературу. Только посмотрите какие стихи они сочиняют для нашего учителя физкультуры. Лицо Сана тут же помрачнело. Если бы было можно, он бы ударил чрезмерно болтливого друга. Хонджун изумленно посмотрел на листок в руках Уёна. На мгновение, казалось, он побледнел. Но вскоре, вглядевшись в текст, краски вернулись и придали его щекам приятный легкий румянец. - Любовное письмо? - Наш учитель Чхве очень популярен, - заверил Чон. - Правда он считает это проблемой… - Конечно, это проблема, - заявил завуч Пак. Его внезапное появление заставило Уёна спрятать улыбку, которая до сего момента не сходила с его лица. Он замер, когда Сонхва перехватил руку, держащую письмо. Завуч легко выхватывает листок из, казалось бы, обессиленных пальцев Чона. Заполучив любовное послание, он отпустил чужую кисть. И лишь на мгновение Пак почувствовал отчаяние, с которым цеплялся за кончики его пальцев Уён. Безжалостно проигнорировав и это ощущение и самого Чона, Сонхва изучил содержимое письма. - И как давно это продолжается? - поинтересовался Пак, зыркнув сначала на Сана, потом на Хонджуна. Последний нахмурился. Очевидно, Киму не очень понравилась резкость в голосе товарища. - Это первое письмо… - соврал Чхве. Сонхва прищурился, продолжая вглядываться в лицо младшего коллеги. Возможно, он чувствовал обман, или просто хотел пощекотать им всем нервы. В любом случае повода не верить словам Сана у него не было. Хонджун кашлянул в кулак, намекая таким образом другу закончить допрос. - Если появятся другие, сообщите. Мы должны будем принять меры, - в итоге произнес Пак. С усталостью вздохнув, он добавил: - Я не раз говорил вам, учитель Чхве, что с учениками надо держать дистанцию. Приятельские отношения приводят вот к таким вот недопониманиям… - Мы можем быть строгими, дотошными до мелочей или внимательными, доброжелательными и в то же время требовательными преподавателями. - Уён, наконец, вновь обрел голос и вмешался в дискуссию, перебив Сонхва. Он обошел его, ловко выхватил из рук листок и добавил: - Это письмо мог получить любой из присутствующих в этой комнате. Даже вы, завуч Пак. Я уверен, что несмотря на вашу отстраненность и холодность найдутся те, кто в тайне мечтает о вас… в контексте возлюбленного. - Учитель Чон, в вашей болтовне нет смысла и надобности… - Я просто не хочу, чтобы вы перекладывали ответственность за случившиеся на Сана. - Вновь перебил Чон. - Нет вины преподавателя в том, что один слишком чувствительный и недолюбленный подросток неправильно расценил доброе к нему отношение. - Да, мы не несем ответственности за фантазии учеников, но за своим поведением обязаны следить. - Хотите сказать, что Сан намеренно спровоцировал автора письма? - Уён, хватит… - шикнул на друга Чхве. - Ты не можешь просто замолчать, да? Обязательно нужно продолжить со мной спорить? - Сонхва не смог сохранить душевное спокойствие. Он повернулся к Уёну, и его взгляд метал в паршивца молнии. - Простите. Не смог сдержаться, - с совершенно бесстыжим видом, без капли сожаления, ответил Чон и улыбнулся. Хонджун сначала переглянулся с Саном, а потом обвел взглядом и остальных преподавателей, что находились в этот момент в учительской. У всех было одно выражение лица - они были шокированы. К их спорам они, конечно, привыкли, но Сонхва до этого момента никогда не позволял себе терять самообладание. Поэтому внезапный переход с Уёном на неформальную речь очень сильно резанул им слух. Вероятно, Пак и сам заметил свою промашку, но исправлять “ты” на “вы” было уже слишком поздно. - Вы вновь ссоритесь? - задалась вопросом директор Ким. Женщина вошла в учительскую и подошла к главному зачинщику спора. - Учитель Чон, перестаньте дразнить нашего завуча. Я устала слушать его жалобы на вас. Уён выглядел слишком довольным, но постарался сделать серьезное лицо и пообещать женщине вести себя хорошо. Сонхва хмыкнул и отвернулся, очевидно, не веря его словам. Директор посмотрела на Хонджуна, а тот в ответ развел руками, словно говоря: “Ничего нового, так и живем”. - Хорошо, что сейчас мы все здесь собрались, - начала женщина. - Уважаемые коллеги, хочу напомнить вам, что на следующей неделе начинаются промежуточные тесты. Это будет напряженное время для детей, поэтому прошу вас быть внимательнее. - Присутствующие согласно закивали. Сделав паузу, директор Ким вдруг широко улыбнулась и с большим энтузиазмом заявила: - А в следующую пятницу, когда суета с тестами закончится, мы устроим корпоратив! К тому же необходимо как следует поприветствовать наших трех молодых специалистов. Сразу предупреждаю, что явка всем строго обязательна. На первый круг должны прийти все, а дальше сами разберетесь. - Госпожа Ким, вы лучшая! - произнес Уён, и начал аплодировать. - Льстец, - с улыбкой буркнула женщина. Новость о корпоративе разделила педагогический состав на два лагеря: кто-то разделял радость Чона и начал считать дни до лучшего дня недели, а кто-то предпочел бы остаться дома. Сонхва тяжело вздохнул и бросил короткий взгляд на Уёна. Вниманием паршивца уже завладел Юнхо. В этот момент в голове Пака промелькнул вопрос: “Не все ли равно?” - Должна ли я знать причину вашего спора? - поинтересовавшись, Ким Тали оторвала Сонхва от размышлений. - Я расскажу тебе, - вызвался Хонджун. - Он сегодня сказал достаточно. - Делайте, что хотите, - буркнул Пак разворачиваясь, чтобы покинуть учительскую.

***

Рабочий день подходил к концу и Ёсан устало потянулся на компьютерном кресле. Последний обучающийся ушел пятнадцать минут назад, а значит и ему пора было собираться. Проверив перед уходом кабинет информатики, он направился в учительскую, чтобы забрать свои вещи и пересечься там с Чонхо. Однако, на удивление Кана, его драгоценного партнера не оказалось на привычном месте. - Чхве Чонхо еще не закончил с факультативами? - спросил Ёсан у присутствующих коллег. - Он уже ушел. Пять минут назад столкнулся с ним в коридоре. А вы что-то хотели, учитель Кан? Ёсан лишь отмахнулся от чужого вопроса. Подойдя к своему месту, он взглянул на соседний стол. Вещей Чонхо и в самом деле не было. Значит он правда ушел без него и без предупреждения. Это было настолько необычно, что даже немного встревожило Кана. Он достал телефон и проверил их общий чат. Действительно в нем было одно непрочитанное сообщение. [ Ухожу первым. Сегодня не жди меня. Забыл о встрече. Увидимся в следующий раз. ] - написал Чонхо. [ Напиши, как будешь дома. Даже если это будет поздний час… ] - ответил Ёсан. Он почувствовал, как раздражается. За все время их отношений, Чонхо никогда не отказывал ему и не игнорировал дни встреч. Это было что-то новенькое. И уже сейчас Ёсан мог точно сказать, что данное новшество ему не нравилось. Но с утра все было хорошо, поэтому Кан решил, что для больших волнений слишком рано. “Посмотрим, что будет завтра. Он ведь не стал бы мне врать, да? Конечно, не стал бы.” - погруженный в свои мысли, Ёсан вышел из учительской и направился к выходу, полностью проигнорировав коллег, желающих ему хорошего вечера.

***

- Почему это опять должна быть абуро-соба? - смотря на свою тарелку, жаловался Хонджун. - Потому что ты проиграл в “камень-ножницы”. Испытав сильное желание стукнуть Сонхва за его удачливость, Хонджун уже замахнулся, но сдержал свой порыв. Что уж поделаешь, если везение в спорах не его конек. Взяв палочки, он размешал лапшу и с досадой добавил: - Будь здесь сонбэ, мы бы ели мясо. Ты бы и слова не сказал, даже если бы выиграл в споре. - Сонхва не стал отрицать этого факта, поэтому просто промолчал, поглощая любимое блюдо. - Вы всегда были, как старая женатая пара. - Я люблю ее, как старшую сестру, - заметил Сонхва. - Ничего другого ты себе не позволил. Хонджун сказал прежде, чем подумал. Пака нисколько не задели его слова, однако друг был обязан понести наказание за свою оплошность. Поэтому он, не церемонясь, спросил сразу в лоб: - Так значит, тебе нравится Чхве Сан? Этот вопрос не застал Хонджуна врасплох. Он знал, что друг рано или поздно догадается. Однако все же страх сковал его сердце. Молчание затягивалось и Сонхва посмотрел на товарища. На лице Хонджуна виднелась скромная неуверенная улыбка. В конечном счете, Ким вдруг спросил: - Это как-то повлияет на нашу дружбу? - Нет, конечно. - Сонхва увидел, как Хонджуна с облегчением выдыхает и расслабляется. - Ты серьезно переживал из-за этого? - Честно? - Он, наконец, посмотрел на друга. - Я верю, что ты меня не оставишь, даже если я стану преступником. - Вот в этом вопросе я бы на твоем месте не был так уверен. Они рассмеялись, и внезапно возникшая между ними неловкость в миг рассеялась, позволив вернуться им к прежнему настроению. Обменявшись еще несколькими шутливыми колкостями, Хонджун заметно повеселел и с большим энтузиазмом начал отвечать на вопросы Пака. - И что дальше? Признаешься ему? - Знаешь, мне отчего-то кажется, что он уже обо всем знает. Нет, я в этом уверен. Сан оказался далеко не простаком. - Он ухмыльнулся. - А вот я дурак. - Предупрежу заранее: в школе держите свою любовь под контролем. Никто не должен даже допустить мысли, что между вами что-то есть. - Боже, боже, кто бы говорил. - Хонджун, заметив хмурый и в то же время непонимающий взгляд друга, пояснил: - Скорее вы с Чон Уёном привлечете больше внимания. А мы в тени вашей славы не будем заметными. - Джун, что за бред ты опять несешь? - Ты просто со стороны не видишь всех тех искр, что от вас летят, когда вы сконцентрированы друг на друге. Я не говорю, что ваше общение похоже на любовное воркование, но напряжение чувствуется. - Это естественно. Он трепет мне нервы. - Нет. Ты не понял. Я говорю о сексуальном напряжении. - Уточнил Хонджун. И прежде чем Сонхва успел возразить, он продолжил: - Может с твоей стороны ничего такого нет, но разве ты не заметил? Чон так старается заполучить твое внимание при любой возможности. Не думаю, что дело только в скуке. - Чон Уён - избалованный недоумок, которому не место… и он… он… Неожиданно для самого себя, Сонхва замолчал не в силах больше произнести уже заученные слова о Чоне. Почему-то теперь они казались неуместными и обидными для характеристики младшего коллеги. Уён все еще был невыносимым, но недоумком уж точно не являлся, как и не был бесполезным. В последнее время Сонхва действительно больше стал думать о парне в положительном ключе. Но это не значило, что он готов был мириться с абсурдными мыслями о даже каких-либо приятельских отношениях. Заминка товарища и его внезапное молчание также поразила Хонджуна. Он внимательно изучал лицо друга. Все мысли Сонхва отразились в его морщинке между нахмуренных бровей. - Уён очень симпатичный, - вдруг произнес Ким. - И что? Скверный характер и поведение не добавляет цены его красивому лицу. - А что если у тебя была бы возможность исправить его характер? Представим, будто Чон стал послушным, сдержанным и выполняет все твои указания. Стал бы ты ему симпатизировать? - “Это был бы уже не Чон Уён.” - про себя заметил Сонхва. Вслух же он произнес: - Эй, Ким Хонджун, что за разговоры ты тут развел? Зачем вообще эти дурацкие предположения? И вообще, я никогда не рассматривал мужчин, как партнеров… возлюбленных… ну, ты понял… - Да-да. До встречи с Саном меня тоже влекло только к женщинам, - тяжело вздохнув, отозвался Ким. - А ты и вовсе влюблялся только один раз. Ладно, не бери в голову. Они доели лапшу, больше не касаясь темы чувств. Хонджун предложил подбросить Сонхва, но тот отказался. Общежитие было недалеко, поэтому эксплуатировать друга по такой мелочи ему не хотелось. Попрощавшись, товарищи разошлись. Всю дорогу до дома, Сонхва пытался нагрузить голову мыслями о работе, но слова Хонджуна не давали ему покоя. “Сексуальное напряжение? Что за бред! Единственное, что напрягается - это моя нервная система.” - бурчал про себя он, снова и снова вспоминая их разговор. Уён был тем, кто выводил Сонхва на эмоции, заставляя показывать окружающим свою вспыльчивость. Он разрушал его идеальный педагогический образ. Чон высасывал из него всю энергию, заставляя чувствовать смертельную усталость. Иногда ему казалось, что в какой-то момент, он просто сдастся, упадет и даже не будет сопротивляться, когда этот лисий демон начнет поедать его. Добравшись, наконец, до своей мирной обители, Сонхва упал на кровать. После сытного ужина было немного тяжеловато двигаться. Он решил немного полежать в тишине и покое. В его планы не входил сон, но Пак задремал…       …он открыл глаза. Была глубокая ночь. Слабый серебристый свет, лившийся из окна, слабо освещал комнату. Сонхва лежал неподвижно. Он вспомнил, что уснул так и не раздевшись. Ему бы следовало подняться, но кровать казалась такой удобной. По всему телу распространилась приятная слабость. Его глаза стали вновь закрываться, когда внезапно он почувствовал чужое присутствие. В то же мгновение тревога заставила сердце биться чаще. Сонхва вскочил на ноги, но толчок в грудь заставил вновь упасть на кровать. Все было так внезапно, что он просто не успел среагировать на действия незваного гостя. На него запрыгнули, кровать под их телами промялась. Пак успел вцепиться в чужие плечи. Он намеревался немедленно скинуть с себя нападавшего, но увидев в лунном свете лицо гостя, Сонхва оцепенел от шока.       - Ты… как здесь оказался? Следишь за мной?       Губы Чона изогнулись в привычной улыбке. В глубине его глаз Пак увидел блеск неутолимого желания. Он сильнее сжал чужие плечи, в надежде пресечь любые попытки негодяя что-либо сделать с ним. Но на его удивление Уён не предпринимал никаких действий.       - Слезь с меня.       Услышав требование, Уён незамедлительно слез с кровати и отошел на один шаг. Сонхва удивила внезапная послушность негодяя. Он приподнялся, чтобы вновь взглянуть в бесстыжие глаза Чона. Происходящее казалось ему странным.       - Зачем пришел?       - Я буду послушным, завуч Пак. Только позвольте касаться вас.       Сонхва открыл рот от шока. Уён вновь попытался приблизиться, но он тут же приказал ему не двигаться.       - Обещаю не доставлять проблем, только дайте поцеловать вас… всего раз…       Он опустился на колени, его руки скользнули по бедрам Пака, заставляя старшего вздрогнуть. Чон двигался медленно, осторожно, он не хотел напугать Сонхва или сделать что-то против его воли. Блеск в глазах Чона сменился на мольбу. Все так же упираясь руками в чужие бедра, он словно верный пес сидел у его ног и тянул свою голову к подбородку любимого хозяина.       Сонхва не знал откуда взялось это желание, но он внезапно поддался соблазну. Власть над негодником, который изводил его день за днем, опьяняла. Он до конца не отдавал себе отчета в своих действиях. Все просто происходило, словно это нормальный ход вещей. Схватив Чона за волосы на затылке и сжав его подбородок, он наклонился ближе.       - Разве одного поцелуя тебе будет достаточно?       - Если разрешите мне больше, завуч… нет… Сонхва…- он вновь растянул губы в улыбке. Рука Чона быстро и ловко скользнула к паху старшего. Он погладил там, где возбужденная плоть была скована тесными брюками. Пак зашипел и попытался перехватить чужую шаловливую ладонь. Но вместо этого Уён успел поймать его и переплести их пальцы. - Сонхва, я сделаю все, что захочешь… за один поцелуй… - Он потянулся к его губам, но Пак отстранился. Уёну ничего не оставалось, кроме как покрыть нежными касаниями губ линию его подбородка и шею.       - Ты обещал быть послушным, но посмотри, что ты творишь…       - Быть может, ты захочешь наказать меня?       Сонхва ухмыльнулся. Его взгляд опустился на приоткрытый рот Чона. Паршивец соблазнительно облизал свои губы, призывая Пака к действию. И он наклонился… и прежде, чем их губы слились в страстном поцелуе, Уён успел произнести:       - Мой… Резко проснувшись, Сонхва смотрел в потолок и пытался восстановить неровное дыхание. Сердце бешено колотилось в груди, пот стекал по его вискам. Ему понадобилось время чтобы осознать, что все было сном. Странным, абсолютно абсурдным сном. Его пальцы болели. Ему не сразу удалось разжать их и выпустить одеяло, в которое он вцепился мертвой хваткой. Комнату также освещал серебристый свет из окна. Он приподнялся и взглянул на свое лицо в отражении зеркала, что стояло в углу. Кожа его казалась бледной. Почувствовав сильный дискомфорт в нижней части своего тела, Сонхва опустил взгляд. Последствия эротического сна явили себя на яву. Обескураженный произошедшим, он вновь сжал пальцы в кулак. - Это ничего не значит. Это просто дурацкий сон! - произнес он. И слышались в его голосе нотки не только раздражения, но и отчаяния.