Я люблю тебя, учитель...

- Несмотря на то, что общий балл класса хороший, многие из вас могли бы написать тесты лучше, - утверждал Минги, раздав листы с оценками. Внимательно изучая свои результаты, дети принялись активно обсуждать и жаловаться на несправедливость оценок. Лишь отличники сидели молча и решали дополнительную задачку. - Каждый преподаватель разберет с вами ошибки, но и вы должны проделать самостоятельную работу на выходных. Они продолжали болтать и жаловаться, пока в дверях их кабинета не возник учитель английского. Юнхо поприветствовал всех присутствующих улыбкой и обратился к обучающимся: - Я должен поскорее забрать вашего драгоценного классного руководителя, можно? Ответ учеников был очевиден, а вот Минги поспешил сделать ему замечание. - Учитель Чон, занятия еще не закончились… Но стоило ему произнести эти слова, как раздался сигнал, известивший о завершении урока. Юнхо сделал удивленный вид, словно он и не подозревал, что сейчас прозвенит звонок. Наблюдая за коллегой, Минги с трудом удалось сохранить серьезное выражение лица. Они шли по коридору и разговаривали. Дети, в предвкушении выходных, не обращали больше на учителей никакого внимания. Поэтому никто их не прерывал. - Ты выглядишь немного встревоженным, - заметил Юнхо. - Волнуешься из-за корпоратива? - Есть ли то, чего ты не знаешь? - На его вопрос старший коллега лишь улыбнулся. Минги не стал интересоваться что за мысль рассмешила его. Вместо этого он пояснил: - Я просто не фанат выпивки в большой компании. Люблю расслабиться с друзьями, но… что если я выпью слишком много или скажу, сделаю что-то не то? Буду вынужден контролировать себя и не смогу расслабиться. - Не знаю, - задумчиво произнес Юнхо. - Быть может, стоит поручить кому-то присмотреть за тобой? У меня есть на примете один надежный человек. Минги было несложно догадаться чью кандидатуру ему намеренно предлагают. Он ухмыльнулся и ответил: - Разве у господина Чона нет проблемного младшего “брата”, за которым ему тоже стоит приглядеть? - Думаю, сегодня моя помощь Уёну не понадобиться. Так что я полностью в вашем распоряжении, господин Сон. Они рассмеялись и веселые вошли в учительскую. Как и следовала ожидать, половина педагогического состава уже покинула школу. А те, кто еще не успел уйти, обсуждали в какое время им удастся освободиться. Они, очевидно, были из тех, кто не очень хотел идти на корпоратив. Но коллектив должен быть сплоченным, и нет лучше способа наладить межличностные связи, чем за одним большим столом.

***

Сложная неделя закончилась и теперь действительно можно было немного расслабиться. Все постепенно собирались в небольшом ресторанчике с приятной атмосферой. Педагогический коллектив “Халазии” уже не первый раз собирался в этом месте, поэтому хозяин заведения обещал хорошую скидку. Тянущаяся вереница учителей заходила один за другим и занимала наиболее понравившееся места. Компания молодых преподавателей села вместе. Рядом с Минги, как и ожидалось, успел сесть Юнхо. Замешкайся он хоть на секунду, ему бы пришлось воевать за место с Уёном. И он не был уверен, что выиграл бы это сражение, ведь друг из вредности не уступил бы ему. В числе последних прибывших было руководство. Минги с интересом обвел взглядом всех присутствующих. Большинство успели добраться до дома, переодеться и выглядели непривычно. В них больше не было никакой строгости. Хотя, конечно, не обошлось и без исключений. Завуч Пак в своей черной рубашке по-прежнему походил на директора и не выказывал особого дружелюбия. Угрюмо сегодня выглядел и Ёсан. Это совсем было на него не похоже. Минги хотелось с ним заговорить и, быть может, хоть как-то развеять вокруг него гнетущую атмосферу. Поэтому он взял бутылку с соджу и предложил Кану выпить с ним. Тем временем Уён последовал примеру Сона и обеспокоился о пустых стаканах других коллег. - Учитель Чон, вы хорошо пьете, - заметил Чонхо, сделав ответную услугу и наполнив стопку младшего коллеги. - Вы тоже, - вежливо отозвался Уён. - Может хотите чего-нибудь покрепче? - Хорошая идея, - согласился Чонхо. - Раз градус повышается, можно откинуть формальности. - Твоя правда, - быстро перейдя на “ты” Чон. - Как насчет ликера? Получив друг у друга одобрение, парочка новоиспеченных товарищей поспешила на поиски лучшего на их вкус напитка. И никто не заметил недовольства Кана, которое он так умело скрывал. Причиной плохого настроения Ёсана был Чонхо, который эту неделю делал все, чтобы выбесить его. Во-первых, Чхве больше не оставался у него на ночь. Точнее, он вообще не приходил. Даже если они договаривались провести вечер вместе, у Чонхо внезапно находились дела, о которых он забыл. Во-вторых, их любовные игры практически свелись к одиноким сообщениям в общем чате. Это можно было списать на загруженность и усталость, однако он чувствовал, что дело было в чем-то другом. Поначалу Ёсан старался не придавать происходящему большого значения, но в итоге эмоции стали брать верх. Потеря контроля над отношениями пугала его. Им следовало бы поговорить, но в эти дни Чонхо умело избегал серьезных разговоров. Ёсан продолжал смотреть на новоиспеченных товарищей перед собой, которые пригубив ликера, не уставали нахваливать его вкус. Окружающие удивлялись тому, как легко Чонхо и Уён нашли общий язык. Со стороны они казались старыми друзьями. Но для Кана дружелюбие Чонхо не было сюрпризом. Из-за того, что Чхве всегда на работе имел угрожающий вид, мало кто догадывался насколько компанейским человеком он может быть. Страшась его, коллеги не хотели лишний раз заводить с ним разговор, а о дружбе и вовсе речи идти не могло. Но очевидно Уён, как когда-то и Ёсан, смог распознать в грозном учителе математики очаровательного добряка. Чонхо был настолько увлечен общением с Уёном, что совершенно не обращал внимания на сигналы Ёсана. Почувствовав очередной прилив раздражения, Кан пнул своего партнера под столом. Чонхо дернулся и, наконец, обернулся. На его вопросительный и немного возмущенный взгляд, Кан ответил кивком головы в сторону выхода. Но его партнер лишь нахмурился. Ёсан улыбнулся уголками губ и вновь потянулся ногой к Чонхо. Носком он провел по внутренней стороне его голени, а после скользнул вверх. Они смотрели друг другу в глаза. Чонхо приподнял бровь. Кан увидел огонек интереса в глубине его зрачков. Он слишком хорошо знал Чхве, чтобы делать то, что наверняка ему понравится. Ёсан уже чувствовал вкус сладостной победы и представлял, как целует губы, по которым успел соскучиться. Но внезапно Уён привлек его внимание. Ёсан неохотно перевел на него взгляд и столкнулся с ошеломленным младшим коллегой. - Кажется, вы ошиблись… учитель Кан… - произнес Чон, боясь пошевелиться. Чонхо не понадобилось много времени, чтобы догадаться о маленькой катастрофе. Достаточно было взглянуть на перепуганное лицо Ёсана, чтобы понять в чем дело. Рядом сидящий Уён смущенно улыбнулся и отвернулся, стараясь сделать вид, что ничего не произошло. Взгляды Ёсана и Чонхо вновь пересеклись. Кан усиленно пытался вернуть себе контроль, но потерпел сокрушительное поражение случайно выбрав не ту цель. Представив, насколько случившееся для Кана было унизительным, Чонхо вцепился в плечо Уёна и тихо произнес: - Пойдем выйдем. Поговорим. Немного замешкавшись, но без лишних вопросов, Чон послушно последовал за старшим коллегой. Увидев, как они встают, Ёсан встрепенулся. Он боролся со жгучим желанием вскочить с места и поспешить за ними. Но это могло привлечь лишнее внимание, поэтому из-за стола он вышел чуть погодя, когда два товарища скрылись из поля зрения. Когда Ёсан вышел на улицу, разговор между этими двумя все еще продолжался. Чонхо выглядел немного рассерженным, а Уён слишком расслабленным. Кан не пытался скрыть своего присутствия, поэтому они сразу его заметили. - Извините, Учитель Чон, - решил извинится Ёсан. - После такого, можно откинуть все формальности, - буркнул Уён, все еще отводя взгляд от Кана. Чонхо нахмурился. Не озвученное предупреждение младший коллега понял сразу, поэтому поспешил заверить их обоих: - Как я уже сказал, это не мое дело. Я никому не стану о вас рассказывать. Можете мне верить. Ну… а теперь я могу идти? Уён посмотрел на Чонхо, спрашивая разрешения оставить их одних. Перестав хмуриться, Чхве кивнул и похлопал новоиспеченного друга по плечу. Чон с явным облегчением покинул их. - Пора с этим заканчивать, - вдруг произносит Чхве. - “Заканчивать” с чем? - С любовными играми в общественных местах. - Я думал они тебе нравятся. - Нравились… до сегодняшнего дня. - Это хотя бы заставило тебя со мной заговорить, - заметил Ёсан с нескрываемой обидой в голосе. Чонхо молчал, но по его виду было понятно, что он не испытывал ни капли раскаяния за целую неделю игнора. Это так сильно злило Ёсана, что скрывать свое раздражение он больше был не в силах. - Ни о чем не хочешь мне рассказать? - Например? - Не знаю! Ты не отвечаешь на сообщения, сбегаешь от меня на работе при любой возможности, игнорируешь встречи. Я больше тебе не нужен? - Не неси чепухи. - Тогда почему все резко изменилось, Чонхо? Ёсан подошел ближе. Пальцами он коснулся его руки. Кан хотел бы прильнуть и утонуть в его крепких объятьях, но не был уверен, что сейчас это будет уместно. Однако он все же попытался проявить любезность, простив первым и сделав шаг к примирению. И кажется, что Чонхо вновь поддался. Чхве посмотрел на него любящими глазами, но его кислая улыбка и слова оставили горькое послевкусие победы. - Я выпил слишком много, чтобы говорить сейчас о нас. Это может плохо кончиться. Но кое-что я все же скажу, - произнес Чонхо. - Мне надоело жить по расписанию. Так что сегодня я буду ночевать у себя дома. Но ты можешь поехать со мной. Если захочешь… - Эй, Чхве Чонхо… Мы это обсуждали… - Тссс… Чонхо заставил Ёсана замолчать. Он запечатал его рот, прикоснувшись к губам указательным пальцем. И даже если Кан хотел продолжить этот разговор, ему больше нечего было сказать. Поэтому он развернулся и, оставив Ёсана подумать в одиночестве, вернулся к коллегам. Пока между одними была готова разразиться гроза, Чхве Сан, пивший только безалкогольное пиво, решил отдохнуть от шумной компании коллег. Ему не было скучно, но сейчас хотелось немного другого общества. Но подобраться к этому “обществу” не предоставлялось возможности. С самого начала главное трио “Халазии” не покидало своих мест. Хонджун сидел по правую руку от директора Ким, и они вместе подтрунивали над завучем Паком. Сидя за их спинами, Сан мог хорошо слышать, но, к сожалению, не видеть. Ему бы хотелось наблюдать за ними, ведь так он мог любоваться Хонджуном. Однако вместо этого Чхве таращился в экран телевизора, который транслировал развлекательное шоу. - Ты пьешь сегодня больше обычного, - заметила женщина, обращаясь к кому-то из вблизи сидящих. - Напоминаю, твой предел четыре стопки, - произнес Хонджун. - Это пятая, - ответил Пак. - Как давно я не видела такого Сонхва. Мне нравится! Давайте выпьем еще! - Громко провозгласила директор. - Вам тоже стоит притормозить, госпожа Ким, - вновь заговорил Хонджун. Чуть тише он добавил: - И почему вы оба решили сегодня напиться? Мне будет тяжело позаботиться о вас обоих. Эта фраза скорее была произнесена самому себе, ведь кроме него и подслушивающего Чхве никто этих слов не услышал. Покрутив головой, осматривая присутствующих, Сан искал пропавшего Уёна. Он видел, как тот выходил с Чонхо. Ему вдруг стало интересно, что за секреты могли быть у этих двоих. От скуки поддавшись любопытству, Чхве решил отправиться на поиски. К тому же усталость от коллективного гула давала о себе знать в виде головной боли. Ему был необходим хотя бы пятиминутный перерыв вдали от этой праздной толпы. Он вышел из зала, оставшись почти незамеченным. Сан уже был готов переступить порог и оказаться на улице, когда услышал чужой разговор. Он сразу узнал голоса Чонхо и Ёсана. - Я выпил слишком много, чтобы говорить сейчас о нас. Это может плохо кончиться. Но кое-что я все же скажу… “Это то, чего мне не хотелось знать”, - подумал Сан. Оказавшись в некой растерянности, он повернул назад. Но в это самое мгновение перед собой Чхве увидел Хонджуна. Старший шел к нему с широченной улыбкой на лице. “Что это? Уже пьян?” - Сан был удивлен, ведь минуту назад Ким не казался ему сильно выпившим. Хотя он не мог утверждать на все сто процентов. В конце концов он лишь слышал его, но не видел. - Тоже решил подышать свежим воздухом? Я вот… Договорить Хонджун не смог. Сан в два шага преодолел расстояние между ними, схватил за руку и резко потянул за собой. Пьяное сознание Кима не до конца понимало, что произошло. Он в мгновение оказался прижатым к стене. Перед ним был Сан, который облокотился локтем на стену и оказался в опасной близости к нему. Запах Чхве щекотал нос Кима и будоражил его воображение. Хонджун смотрел на красивые точеные черты лица своего младшего коллеги и корил себя за желание всецело владеть им. Когда Сан прятался с Хонджуном, он в первую очередь думал о том, как бы не попасться Чонхо. Не хотелось оказаться в неловкой ситуации, но он все равно в ней оказался только уже с объектом своей любви. На самом деле, Сан никогда не думал, что Хонджун сделает первый шаг. От него этого и не требовалось. В планах было неспешное принятие их взаимной любви. Поняв, что Хонджун готов, Сан бы признался ему, поцеловал и предложил встречаться, быть вместе до конца мироздания… но все пошло не по плану! Чужие губы припали к его шее и оставили очень ощутимый поцелуй. Сердце и разум взвыли одновременно, поднимая в его душе ураган. Дыхание перехватило. На секунду ему показалось, что он так и умрет - задохнувшись от своей любви. Собравшись с силами, Сан повернулся к Хонджуну. Его взору предстал раскрасневшийся, но вместе с тем очень довольный собой старший, который смотрел прямо ему в глаза с неким вызовом. - Только что… - Сан резко замолчал. Крупица сомнений все же заставляла его осторожничать. Поэтому он решил уточнить: - Что ты сейчас сделал? - То же самое, что и вы в архиве. - А что я сделал в архиве? - Губы Сана начали растягиваться в коварно-обворожительной улыбке. - Предполагаю… то, что хотел. - А ты, учитель Ким, кажется, поймал меня. - Вы оказались хитрым лисом, учитель Чхве. Но на каждого хитреца найдется свой мудрец. Сан через прищур внимательно смотрел в лицо своего “мудреца”. Он продолжал улыбаться. В свою очередь Хонджун, который, наконец, осмелел и решил перешагнуть через свой страх, больше не собирался уступать Чхве. Он решил сменить свою роль в их взаимоотношениях и больше не позволит дурить ему голову. - Так и будем стоять? - спросил Хонджун. - Не стесняйся, предлагай другие варианты. - Сан придвинулся чуть ближе. Это заставило Хонджуна обороняться. Он выставил перед собой руки и уперся ими в грудь младшего коллеги, когда тот наклонился слишком близко. - Вы забываетесь, учитель Чхве. - Главное, чтобы ты помнил об этом… - Стоп! Тормози! Испугавшись, Хонджун воскликнул. К счастью, в зале его тревожного возгласа не было слышно за гулом бесконечных разговоров. Он успел накрыть рукой рот Сана, который тянулся к нему, желая заполучить поцелуй. Во всяком случае именно так Ким расценил его намерения. - Почему? - чуть нахмурившись, спрашивает Сан, убирая, но не отпуская, руку Хонджуна. - Из нас двоих пьян я, но почему так безрассудно ведешь себя ты? - Хорошо. В таком случае… целуй меня, прямо вот сюда… - подставляя губы и указывая на них, предложил Сан. Но Хонджун бездействовал, это разочаровало Чхве, поэтому он добавил: - Минуту назад ты был такой решительный. - Давай все делать постепенно… - нервно выдыхая, отозвался Ким. - Черт, а я планировал сегодня поехать с тобой домой и позаботиться об уставшем хёне. - Его слова Хонджун принял за истину и уставился на Чхве круглыми от шока глазами. Его реакция позабавила Сана, но все же он решил уточнить: - Это шутка. Достаточно того, что ты наконец отбросил формальности. Твоя профессиональная вежливость немного надоела. Сонхва и Уён уже перешли этот рубеж… - Вот не надо с ними сравнивать! - Как скажешь, хён. - Ты такой шустрый… Боже… - Хонджун схватился за голову. - Для первого раза это слишком много. Я устал… - “Много”? - пришел черед Сана удивляться. - Так мы ничего даже не сделали. - Ох, кажется, меня тошнит… - Пойдем на улицу. Хоть Хонджун и просил не беспокоиться о нем, но прогнать Чхве не мог. Не потому, что не пытался, просто теперь, когда все карты были раскрыты, Сан не оставит его ни при каких обстоятельствах. Когда Ким и Чхве ушли, из своего укрытия, наконец, смог выйти Уён. Все это время, пока парочка ворковала и думала, что они невидимые, Чон торчал в туалете. Закончив свои дела, он как раз планировал вернуться в зал, но открыв дверь, увидел спину Сана, а после услышал и голос Хонджуна. Он решил, что не стоит лишать друга такого шанса, поэтому выжидал и очень старался не подслушивать. Но получалось у него это с трудом. Вернувшись в зал, он собирался сесть на свое место. Но, наткнувшись взглядом на Чонхо, решил, что стоит оказать честь другим старшим коллегам и выпить с ними. Место Хонджуна как раз пустовало, поэтому Чон без какого-либо стеснения плюхнулся рядом с директором. - Госпожа Ким, позвольте выпить с вами, - громко и задорно попросил он, уже хватая бутылку, чтобы наполнить чужую стопку. Женщина охотно согласилась. Они выпили, улыбнулись друг другу и, приняв бутылку из рук Чона, директор произнесла: - А теперь вы двое должны выпить за мирное сосуществование в стенах моей школы. Сонхва услышав ее слова нахмурился. Он бросил короткий взгляд на Уёна, который все-таки добрался до него. На протяжении всего вечера Пак невольно следил за пронырливым коллегой, который, казалось, чувствовал себя необычайно бодро и уверенно в неформальной обстановке с коллективом. Его внимание приковывалось к нему всякий раз, как Чон вставал и спешил то к одному товарищу, то к другому. Он легко заводил разговор, был очень мил и вежлив. Поймав себя на слежке за паршивцем, Сонхва попытался отвлечься, но мысли так или иначе возвращались к Чону, стоило услышать его звонкий смех. Это немного сводило с ума и заставляло Пака злиться. Ведь вместе с мыслями о нем, он вспоминал дурацкий сон. И хотя тот ничего не значил, что-то все равно заставляло его беспокоиться. - Разве не ты говорила, что сегодня я пью слишком много? - спросил Сонхва, беря в руки наполненную стопку. - Это суть корпоратива - пить больше обычного. - Нет, суть в другом, - протестовал он, но доказывать свою правоту было бессмысленно. - Просто сделай это… Ее речь прервал звонок телефона. Чтобы поговорить с мужем, женщина решила найти более тихое и уединенное место. Бросив напоследок взгляд на непримиримую парочку, она ушла. Их разделяло расстояние в полметра, но даже так Сонхва казалось, что Уён находится слишком близко. Он заметил, как взгляд младшего скользнул на только что опустевшее место. Не требовалось обладать экстрасенсорными способностями, чтобы прочесть его мысли. Дабы не дать Уёну переместиться ближе, Сонхва задвинул стул. Тем самым давая ему понять, что место все еще занято и он не может занять его. В ответ на это Чон улыбнулся уголком рта и выпил алкоголь, которым угостила их директор. Сонхва последовал его примеру. - Должны ли мы выпить еще, чтобы дружба наша стала крепче? - Этот вопрос оказался риторическим, потому что до получения ответа, их стопки вновь наполнились. - У меня нет причин тебе отказывать, - отозвался Сонхва. Его слова удивили Уёна и, кажется, загубили всю последующую речь, которую он заготовил. - Хорошо, если это так. Когда губы Чона вновь стали растягиваться в довольной улыбке, Пак понял, что где-то просчитался. Его собственный ответ в ту же секунду показался двусмысленным, поэтому он поспешил исправиться. - Но это касается только выпивки. - А я пока ничего другого не предлагал. Сонхва мысленно чертыхнулся. В конце концов он вновь угодил в ловушку младшего. Сейчас, когда Пак был пьян, его бдительность притупилась, а разум отказывался придумывать достойные ответы, дабы парировать выпады несносного коллеги. Поэтому он больше ничего не произнес, и просто выпил соджу. Желая избежать дальнейшего общения с Чоном, Сонхва не придумал ничего лучше, чем просто на время покинуть застолье. Он и не предполагал, что его собственное тело решит подвести его в этом простом деле. Пак не чувствовал себя сильно пьяным. Но ощущения решили сыграть с ним злую шутку. Поднявшись, Сонхва почувствовал, как комната поплыла перед глазами. Его начало качать. Услышав обеспокоенные возгласы коллег, он приказал своему сознанию собраться. Это помогло, комната приняла свой нормальный вид. Однако стоило сделать шаг, как он чуть не упал. Нога зацепилась за ножку стула. Сонхва успел вовремя найти опору, чтобы устоять. Но этой опорой оказались руки Уёна. Был ли он удивлен? Нет. Но что действительно поразило Сонхва - отсутствие жгучего желания немедленно оттолкнуть его. Однако оставить себя в объятьях младшего ему не позволила гордость. Поэтому он отпрянул и вновь почувствовал, как Чон отчаянно цеплялся за него, не желая отпускать. Тень досады, что омрачила лицо Уёна, не смогла скрыть даже фальшивая улыбка. - Быть может, вам нужна помощь… завуч Пак? - Нет. Холод его голоса показался чрезмерным даже самому Сонхва. По его рукам пробежали мурашки. Он был вынужден поскорее отвернуться, когда пронзительно колкий взгляд Чона обратился к нему. Паку стало не хорошо, и он поспешил удалиться. Немного качаясь, но все же сохраняя контроль над осанкой, Сонхва пытался сбежать. Уён посмотрел на свои руки. Наверно он впервые серьезно задумался о том, насколько Паку могли быть неприятны его прикосновения. И все же ему хотелось надеяться, что за это время тот позволил себе проникнуться к нему хотя бы каплей симпатии. Ведь где была капля, там могло появиться и море. - Ты в порядке? - услышал он знакомый голос над своим ухом. Обернувшись, Уён увидел Юнхо. - Хочется напиться до беспамятства, но я не буду. Не беспокойся. - Хорошо, потому что сегодня мне не хочется нянчиться с тобой. - Да кому нужна такая нянька? Не упорствуй с опеканием своего мальчика, а то он захочет сбежать, - съехидничал Уён. - Не тебе меня учить терпению. Они улыбнулись друг другу и разошлись. Один Чон вернулся к Минги, а другой продолжил налаживать отношения с другими старшими коллегами. Корпоратив получился душевным, веселым и многие захотели продолжить, отправившись на второй круг. Однако компании разделились и многие попрощались друг с другом у ресторанчика. Юнхо и Минги оказались теми, кто решил ограничиться одним заходом. Поэтому сейчас они ехали в такси. Усталость и алкоголь брали свое. Большую часть пути они молчали. - Хочу мороженое, - вдруг произнес Сон. После он обратился к водителю: - Чуть дальше будет круглосуточный магазин. Мы выйдем там. Услышав “мы”, Юнхо улыбнулся. Когда он предложил сначала довести Минги до дома, тот не отказался. Не имея никакого коварного умысла, Юнхо просто надеялся побыть с ним лишние несколько минут. Но теперь, заметив нервозность Сона, он не знал, чего ждать. Они вышли из такси, и Минги заторопился в круглосуточный мини маркет. Он попросил Юнхо подождать его за столиком. Чон не стал возражать и послушно уселся на пластмассовый стул. Минги вернулся довольно быстро. Выгрузив свои покупки на стол, он уселся рядом с Юнхо. - Я думал, ты хотел мороженое, - взяв в руки банку пива и открыв ее, заметил Чон. - Его я тоже купил. - Отозвался Минги, открыв свою банку пива. После одно глотка, он добавил: - Потом мне нужно будет заесть стресс. - Стресс? Что ты собираешься сделать, если так нервничаешь? Минги сделал еще несколько глотков холодного пива. Он старательно избегал взгляда Юнхо, который в свою очередь принял позицию заинтересованного наблюдателя. Некоторое время они сидели в тишине. Оба молчали: один пытался прочувствовать момент, другой пытался на этот самый момент настроиться. - Юнхо, - начал, наконец Минги, - я готов дать ответ на твой вопрос. - Какой вопрос? - Ты знаешь… - Сон насупился, а Чон в очередной раз растянул губы в улыбке. - И ответ тоже… Не знаю, как это произошло, но… Ты добрый, отзывчивый. Ты лучший… Я думаю о тебе… и это значит, что ты мне… - Боже, Сон Минги, - перебивает Юнхо, - нельзя быть настолько милым. Это преступление. Горечь пива слилась со сладостью чужих губ. У Минги перехватило дыхание от волнения, когда Юнхо схватил его ворот куртки. Он дернул его на себя и поцеловал. С одной стороны такой исход был ожидаем, но внезапный выпад старшего выбил его из колеи. Сон не ожидал, что Юнхо кинется целовать его на улице, где их могли увидеть. Было немного страшно, однако отпускать его губы совершенно не хотелось. Он растворялся в их немного нетерпеливом поцелуе. Юнхо мог целовать его вечность, но для первого раза решил пощадить и без того разволновавшегося Минги. Оторвавшись от чужих губ, он взглянул на его раскрасневшееся лицо. Сон был так смущен, что не знал куда деться. Если бы Юнхо не держал его, он вероятно бы предпринял попытку бегства. - Я слышу, как быстро бьется твое сердце, - заметил Чон. - А я ничего не слышу… Юнхо тихонько рассмеялся, а после прижался лбом к его лбу. Минги вновь затаил дыхание. Быть может, он подумал, что будет вновь поцелованным. Но вместо этого, Юнхо произнес: - Как жаль, что ты ничего не слышишь. Ведь я хотел признаться, что ты мне очень сильно нравишься. Но как же теперь быть… - Мне тоже! Очень нравишься… ты… Он отстранился и улыбнулся. Это была самая счастливая улыбка, которую Минги когда-либо видел у Юнхо. Волнение и смущение, сковывающие его до этого момента, сменились на приятное чувство счастья, которое согревало изнутри. Наконец, на душе стало легко. - А теперь снимем стресс мороженкой? - Весело спросил Чон, распаковывая для Минги холодное лакомство. - Интересно, сколько мороженого мне придется купить, когда мы решим не останавливаться на одном поцелуе. Минги чуть не подавился. Глаза Сона округлились, а смущение вновь коснулось его щек. - Спокойно, сегодня я тебя не съем, - поспешил успокоить его Юнхо. - А когда? - Терпение, Минги, не все сразу, - рассмеялся он. Сон пробубнил что-то в ответ, но слов было не разобрать. - Я провожу тебя сегодня только до двери, но если и впредь будешь таким милым… Ох, не знаю, что будет… - Хватит дразнить! На словах мы все герои. Так что не распыляйся раньше времени. - Как скажешь, - вновь рассмеявшись, отозвался Юнхо.

***

Комната в караоке была для их компании слишком мала. Но несмотря на это Ёсану удалось найти угол, в котором до него никому не было дело. Он тихо сидел, пил и наблюдал за Чонхо. Пожалуй, у Чхве было две страсти: первая - Кан, вторая - пение. Ёсану нравился голос Чонхо, у него действительно очень хорошо получалось. Они частенько ходили в караоке вдвоем и отдавались его двум страстям всецело. Но сегодня Ёсан не получал никакого удовольствия. Раздражение переполняло и изводило терпение, которого практически не осталось. Он начал жалеть, что вообще пошел вслед за Чхве на второй круг корпоратива. Закончив петь, Чонхо получил овации, а после передал микрофон следующему желающему. Взяв со стола бутылку с водой, он направился к месту укрытия Ёсана. Он специально сел рядом. Чонхо не хотел выводить его из себя, но если это поможет Кану, наконец, понять сложившуюся ситуацию, он готов был принять удар. - Зачем пошел, если собрался сидеть с таким пугающим выражением лица? - спросил он Ёсана, склонившись к его уху. - А ты попробуй догадаться… Чонхо вздохнул и нахмурился. - Если не хочешь ехать ко мне - не делай этого. Мне не нужна очередная подачка. - Говоришь так, будто все это время я… Чонхо, нас устраивал наш формат отношений. Что на тебя сегодня нашло? - Ты поедешь сегодня ко мне? Да или нет? Он вновь поставил его перед выбором. На этот раз требуя немедленного ответа. Такая внезапная перемена в поведении Чонхо обескураживала Ёсана. Впервые за прошедший год он чувствовал себя загнанным в угол. - Да или нет? - повторил свой вопрос Чхве. - Нет. Недолгую паузу, которая повисла между ними, вновь прервал Чонхо. Ему с трудом удалось сдержать свое разочарование. - В таком случае, ты зря проторчал здесь эти два часа. Я вызову тебе такси. - Его голос немного дрогнул. Он собирался встать, но Кан удержал его на месте. - Чонхо, пожалуйста, не поступай так… - Почему? Чонхо никак не мог понять намерений своего возлюбленного. Да, их отношения вначале имели определенные оговорки. Но сейчас он был уверен на все сто процентов, что его чувства взаимны. Тогда что мешает Ёсану быть с ним полностью открытым? Этот вопрос сводил его с ума последнее время. Он много думал, но никак не мог найти ответа. - Я сказал, что ты нужен мне. Но на самом деле, это нечто большее. Это то, что ты так боишься озвучить. - Чонхо посмотрел в глаза Кана. - Я люблю тебя, Ёсан, и хочу от тебя того же. Кан обомлел. Этим днем слишком многое стало для них “впервые”: требования, сомнения, переживание, страх потерять друг друга и… первое “люблю”. - Я вызову такси, - вновь произнес Чонхо, освобождаясь из хватки Кана. - И провожу до дома.

***

Скинув свою ношу, Уён упал рядом на кровать. Все тело гудело от усталости. Повернув голову, он посмотрел на сонного Пака. Тот тихонько сопел и что-то бубнил. Чон смог разобрать лишь: “...домой вези…” Когда большая часть коллектива решила закончить корпоратив посиделками в ресторане и не идти в караоке, Сонхва был в их числе. Он стойко держался, прощаясь с директором, Хонджуном и другими коллегами. Но, как только остался один, вне поле видимости остальных, Пак размяк. В этот раз он выпил свыше своей нормы и алкоголь все же одержал над ним верх. Опустившись на скамейку около ресторана, он некоторое время тихонько сидел, пытаясь прийти в себя. Именно в этот момент он был пойман Уёном. - Помочь вызвать такси? Услышав вопрос, Сонхва поднял голову и посмотрел на него затуманенным взором. Пьяный румянец на лице делал его милым. И даже нахмурившись, он не смог избавиться от этого очарования. - Я уже вызвал, - буркнул он в ответ. - Тогда я подожду его с тобой. Он сел с другого края, оставив между ними расстояние. Сонхва, окинув взглядом и оценив пустоту рядом с собой, промолчал. Уён расценил это как негласное согласие. Такси долго не приезжало и Чон уже стал сомневаться в том, что Пак реально его вызвал. Но вскоре машина все же подъехала. Однако Сонхва к этому моменту задремал. Уён решил, что не может оставить все как есть… поэтому сейчас Пак Сонхва находился в его доме, на его кровати… и возможно это ошибка, о которой Чон пожалеет. - Почему ты такой тяжелый? - причитал Чон, пытаясь нормально уложить старшего на кровать. - Я устал… - ворчал он. - Я тоже. Уложив его, Уён снял с завуча ботинки и попытался стащить с него куртку, но тот тут же начал сопротивляться. Они боролись некоторое время, пока Чон просто не сдался. Немного разозлившись, он шлепнул Пака по руке. - От чего ты такой упрямый? - Сонхва бубнил что-то в ответ, но Уён не мог разобрать. - Что? Я не понимаю. - Он наклонился к нему, чтобы разобрать невнятную речь. - Почему ты в моей комнате? - Потому что я хороший, добрый парень и решил помочь тебе. - Мне нужна помощь? - “Нет, она нужна мне!” - промелькнула в голове Чона, но вслух он произнес: - Если не нужна, то сними с себя верхнюю одежду. Спать в ней будет неудобно. Чон был очень удивлен, когда Сонхва действительно стал раздеваться. Он послушно снял куртку, передал ее Уёну. И пока тот искал место, куда бы повесить вещь, Сонхва продолжил. Когда Чон обернулся, то увидел, как мужчина в его кровати с наполовину расстегнутой рубашкой пытался справиться с ремнем на своих штанах. Он чуть в обморок не упал от такого зрелища. Желание понаблюдать и здравый смысл сошлись в неистовой борьбе. Его внутренний маленький демон надрывал глотку и царапал его изнутри, подбивая на самые низменные поступки. “Соберись, Чон Уён! Не делай глупостей!” - вторил здравый смысл, взяв верх над чувствами. Тяжело вздохнув, он бросился к кровати, схватил Сонхва за руки, останавливая от совершения ошибки. Пак не сопротивлялся. Успокоившись, он некоторое время смирно лежал и наблюдая за Уёном. Сам Чон насторожился. Уж слишком пристально на него смотрели. Но не успев ничего сказать, он чувствовал прикосновение. Сонхва легко ткнул пальцем в родинку на лице Уёна. Поморщившись, Чон улыбнулся. Он наклонил голову набок, то в одну сторону, то в другую. Пак продолжал внимательно следить за ним. Взгляд его по-прежнему был затуманен и рассеян, ему приходилось прикладывать усилия, чтобы оставить глаза открытыми. - Как тебе? Я хорош? - вдруг спросил Чон, но в ответ он получил лишь молчание и хмурый взгляд. - Ты так смотришь, словно тебе что-то во мне нравится. - Что в тебе может мне понравится? - забавно растягивая слова с нотками возмущения отозвался Сонхва. Алкоголь наградил его причудливым акцентом. Уён хихикнул, пожал плечами, вновь наклонил голову, предоставляя мужчине возможность полюбоваться лучшим своим ракурсом. - Посмотри повнимательней. Может все же что-то найдется? - Ты красивый, но ужасно бесишь. - Ты тоже... красивый. Сонхва нахмурил лоб, и надул губы. Если бы Уён не знал наверняка, то подумал, что старший дразнит его. Но это всего лишь алкоголь. - Почему ты не пьян? - вдруг спрашивает Пак, наконец, замечая трезвое превосходство младшего коллеги над ним. - Надеялся, что ты напьешься. - Что это значит? - Не знаю, - немного отстраняясь, ответил Уён. - Быть может, это сон? - Сон? Опять… На самом деле Уён тоже был опьянен, но его больше одурманила сложившаяся ситуация, нежели количество выпитого на корпоративе. Вероятно поэтому до него не сразу дошел смысл слов Сонхва. Лишь после того, как мужчина стал странно себя вести, его внимание ухватилось за нужную ниточку. - И что же такого приснилось нашему Сонхва, что его уши так сильно покраснели? - ласково спросил Чон, но губы его растянулись в хитрой и хищной улыбке. - Почему спрашиваешь? Ты был там… ты… - Кажется моя память подвела нас. Расскажешь, что я сделал? Уён выжидал и наблюдал за мужчиной, который, очевидно, не хотел делиться своими ночными фантазиями. По поведению пойманного завуча было очевидно одно - Сонхва приснился эротический сон с участием его нескромной персоны. Это поразило Уёна. Ведь все это время Пак проявлял к нему только холодность. Но оказалось, что все его старания не пропали даром и он смог не только застрять в мыслях Сонхва, но и довести того до желания. - Ты целовал меня. Внезапно произнесенные слова вырвали Уёна из задумчивости. Ему даже пришлось переспросить. Но Сонхва больше не желал повторяться. Он вдруг приподнялся, схватил Уёна за рубашку и подтянул к себе. Они чуть не стукнулись лбами. В поблескивающих от опьянения глазах Пака он увидел огонек, который мог означать слишком много. - Как посмел явиться ко мне вновь? - прошипел Сонхва. Хоть Уён вначале растерялся от столь резкой перемены, а претензия и вовсе обескураживала, но в итоге он быстро смекнул, что следует делать дальше. Растерянность исчезла с его лица, глаза озорно заблестели. Он осторожно протянул руку к Паку. Его пальцы бережно обхватили чужой подбородок. - Это твой сон, Сонхва. Если я здесь, значит ты этого хочешь. - Почти шепотом произнес Уён. На самом деле, он думал, что Пак тут же отпрянет, начнет ругаться и возмущаться. Но ничего такого не произошло. Тогда Чон решил прощупать почву и понять границы дозволенного. Большим пальцем он аккуратно коснулся мягких губ. Находясь в такой близости к его лицу, Уён с большим трудом подавлял в себе желание вкусить вкус этих губ. Стоило лишь немного податься вперед, обхватить прекрасное лицо Сонха руками, наброситься на него с поцелуями и он бы не смог остановиться. Если бы только ему разрешили. - Куда я целовал тебя, Сонхва? - тихо спросил Чон, смотря Паку в глаза. - В губы? В шею? - Его пальцы вновь начали двигаться. Он легко касался мест, которые называл. - А здесь я тоже целовал тебя? - Рука скользнула под распахнутую рубашку. Грудь Сонхва оказалась чувствительной. Он чуть прикусил нижнюю губу, когда Уён почти что случайно задел сосок, обводя пальцем ареолу. - Судя по твоей реакции, я целовал тебя всюду. Но зашел ли я так далеко, чтобы целовать кое-что пониже… Чон ловко и быстро расстегнул оставшиеся пуговицы на рубашке Сонхва. Было странно видеть совершенно непротивящегося его действием завуча. Однако, когда он коснулся пряжки ремня Пака, все резко изменилось. Уён вскрикнул от боли, когда Сонхва вцепился в волосы на его затылке. А в следующее мгновение Чон был опрокинут на спину и придавлен чужим весом к кровати. - Почему ты сегодня такой дерзкий? Вновь напрашиваешься на наказание? - Чего?! Ошарашенно уставившись на пьяного мужчину на нем, Уён оказался в замешательстве. Он хотел лишь подразнить Сонхва, но никак не предполагал, что станет жертвой его фантазий. - Ты говорил, что будешь слушаться. “Что ж тебе там приснилось?!” - гадал Чон. Но на этом сюрпризы для него не закончились. Сердце замерло, а маленький внутренний демон умер и воскрес, когда Сонхва опустился и прижался губами к его шее. Он начал посасывать кожу, очевидно, пытаясь оставить на ней засос. Уён вцепился в его плечи, и попытался оттолкнуть, но Сонхва схватил его запястье и прижал к кровати. “Какого хрена происходит?! Это чей эротический сон?!” - вопило сознание Чона, пытаясь осознать происходящее. А пока он пытался принять реальность, пьяный в стельку Пак продолжал творить непотребство с его телом. От ласк, которыми его одаривали, Уён начал чувствовать легкое возбуждение. Влажные поцелуи покрывали ключицы. Он завошкался под Сонхва. Волнительный трепет овладел им и заставил тело содрогаться, когда чужой язык, наконец, оставил в покое грудь и скользнул к пупку. Освободив руки, Уён вновь вцепился в чужие плечи, когда Пак настойчиво продолжал свое движение вниз. Ох, как сильно Уён его хотел, как отчаянно желал. Лишь мысль о том, что Сонхва будет ласкать его ртом, сводила с ума и заставляла все нутро сжиматься от возбуждения. Ах, если бы это могло быть реальностью. Наверно он был бы очень счастлив. Но что будет, когда наступит утро? - Это сон… - произнес Уён, пытаясь приподняться. Сонхва поцеловал его в пупок и поднял голову, чтобы посмотреть ему в глаза. - Ты ведь ничего не вспомнишь? - Хорошие сны запоминаются, - отозвался Пак, вновь приближаясь к его лицу. - Тебе нравится этот сон? - Нет. - Не задумываясь ответил Пак. - Потому что сегодня, ты много болтаешь. Он вновь действовал слишком быстро и резко. Поцелуй Сонхва был грубым, жадным. Он кусал губы Уёна, вторгался в его рот языком и совершенно не заботился о чужих ощущениях. Полностью эгоистичный поцелуй, от которого Чон не получил особого удовольствия. Не так он себе представлял это мгновение. Не желая больше это терпеть, Чон оттолкнул Сонхва, опрокинул его и накрыл одеялом с головой. Пак сопротивлялся и копошился, пытаясь выбраться. Но в итоге он быстро устал и успокоился. Уён открыл ему лицо, позволяя Паку нормально дышать, и поправил запутавшиеся волосы. Он продолжил его держать на случай, если Сонхва вновь захочет побыть засранцем. - Прости, но сегодня я не хочу быть послушным, - произнес Чон, ухмыльнувшись. - Я накажу тебя… - в полудреме ответил Пак. - Как пожелаешь, но только в твоих снах. - Паршивец… - Тихо, Сонхва. Давай утром поговорим? А теперь спи… - Утром? Не о чем нам говорить… Черт… Это ничего не значит… все это… я… ты… Когда Сонхва, наконец, уснул Уён с облегчением выдохнул. Голова начала гудеть от слишком насыщенного вечера. Он все еще был в шоке, но вместе с осознанием произошедшего чувство счастья наполнило его сердце. Чон недолго понаблюдал за Сонхва, который еще некоторое время продолжал тихо ругаться во сне. Он поправил одеяло, чтобы тому было удобнее лежать и сдержал порыв поцеловать его в щеку. - Мама, ты воспитала меня слишком хорошим, - с некоторой досадой в голосе заметил Чон. Поднявшись и почувствовав, что штаны все еще неприятно сдавливают его внизу, он опустил взгляд и произнес: - Сегодня праздника не будет, малыш. Только ты, я и холодный душ…