У тебя отмычки от моего настроения

По квартире стелется запах хвои и корицы. Отсутствие новогодней елки было компенсировано ароматическими палочками. Те завалялись в шкафу не пойми с каких времен. Лина, в союзе с Дмитрием, устроили штурм по Олежкиной комнате, под недовольные возгласы хозяина. Да куда ты полез, еблан, там одежда. Лин, вы зря время тратите. «У тебя из комнаты всегда чем-нибудь несет, должно быть что-то», — вторила, не унимаясь, девушка, и командовала Димкой, чтобы поиски не прекращались, до того момента, пока он не вытащил находку, показушно крутя-вертя ее в разные стороны перед носом владельца. Шампанское сплочает и без того дружную компанию, позволяет раскрепоститься, но не опьянеть. Одна бутылка на четверых просто не позволяет этого сделать. Джебисашвили не пьет, Саша заваривает для нее чашечку ягодного чая из своей коллекции, которую она после делит с Череватым на двоих, потому что тот прознал, что у нее все-таки вкуснее. В недавнем споре получилось найти компромисс, закапывая топор развязавшейся войны. Линин плейлист стал лучшим решением, он совмещал в себе вкусы всех присутствующих. Саша готов расцеловать подругу за то, что в его квартире не произошло никаких кровопролитных боев, а Олег в очередной раз за все время их сожительства исправляет того. В нашей, вообще-то. — Ничего твоего, кроме беспорядка, здесь нет. Жду не дождусь, когда птенца кто-нибудь под крыло заберет, — брат года, черт его дери. Как быстро шутки про выделенную ему жилплощадь в виде туалета сменились на это? — Лин, забери, а. — Мне Чере уже гостиную оккупировал, я не хочу еще и кухни лишиться, — выставляет перед собой руки, образующие крест. Влад положительно кивает и поддерживает ее протест. — Давай лучше к Димке? — Кофе в постель каждое утро и уголок в прихожей полностью в его распоряжении. — Я человека, который любит конфеты с ментолом, на другого, с такими же извращенными вкусами, менять не собираюсь, — Олег даже наигранно морщится, явно не воодушевленный предложением Димы. — Из двух зол выбираю меньшее, поэтому, Сань, не дождешься.

А знаешь почему мне хочется тебя?

Ты самая, самая ебанутая

Музыка приглушена, на часах полтретьего ночи, не хватало еще соседей разбудить, разбирательства с полицией и штрафы точно не входят в сегодняшние планы. Вообще, спать пора. Работу завтра никто не отменял. Олежа распластался по всему дивану, укладывая голову на колени к Саше, ставшие импровизированной подушкой. Мурлыкает себе под нос текст песни, почти его не зная, но кому это когда-либо мешало? Она заряжает энергией, так почему бы не подпеть? — Эх, курнуть бы, — смотрит на Матвеева провокационно. Олежка не тупой, сразу понял, что к чему в первую их встречу. И как бы это не было подло, игривость и немного скотский характер, все равно соблюдающий рамки приличия, конечно, под градусом дают о себе знать. — Давай, скури себе все легкие, — до чтения нотаций в этот раз не доходит, либо просто не успевает, младший брат ускользает на балкон. Перед тем, как скрыться из виду салютует с пачкой сигарет в руке, чтобы позлить. И когда взять то успел, позорник? Холодно. Это явно было ошибкой. По коже пробегает табун мурашек, заставляет поежиться. Олег переминается с ноги на ногу, ставит одну на другую, подминая под себя, чтобы согреться. В открытое окно задувает ветер. Еще один залётный гость. Он поправляет шевелюру парня так, как ему хочется. Прядь падает на глаза, закрывает взор. Шепс убирает непослушную, приглаживает. Облизывает сухие губы, а в голове проскальзывают нравоучения Саши. На морозе так делать нельзя, обветришь. Уже и в свое отсутствие доебывается. Сигарета тлеет до фильтра и улетает в пепельницу, Олег так и не сделал ни единой затяжки. Выйти покурить было всего-навсего предлогом. Теперь стоит, проветривается, пытается взбодриться, пускает пар на морозе. Оценивающе смотрит на оставшееся количество никотиновых палочек. Пол пачки. Закуривает еще одну, а остальное прячет в карман серых спортивок. Едкий дым обволакивает легкие, туманит сознание и взгляд припечатывается к одной точке. Предстоящая встреча с родителями будоражила сознание. В хорошем смысле этого слова, конечно. Самара — частичка, оторванная от его души при переезде в Москву за братом вслед. Несмотря на всю любовь к столице, это совершенно не то. Тут все чужое. Люди, здания, чувства, да даже воздух. Он словно лишён здесь кислорода, и чтобы не задохнуться вовсе рвется всеми силами в родную гавань. Бывает там часто, но недолго, делает передышку, восстанавливает дыхание. Получает заряд положительной энергии и возвращается назад. Олежа скучает по всем. По маме и отцу, по старшим братьям и сестре, по школьным и студенческим друзьям, по близким его сердцу местам. И редкость встреч, отсутствие возможности остаться на подольше, наводят на Шепса тоску. Постоянные телефонные разговоры и переписки не заменят живое общение никогда. Расстояние штука ужасная, ненавистная Олегу. На хую он это все вертел. Если в детстве хочется наконец окунуться с головой в эту неизведанную и манящую самостоятельную жизнь, уехать поскорее, то когда это настигает, становится реальностью, желание сразу пропадает, а огромная волна под названием «Ответственность» сносит с сёрфа «Беззаботность» и тянет на дно, покорить ее получается не сразу. Где-то на периферии зрения мелькает чужая фигура. Стеклянная дверь открывается. Звук шагов. Рядом стоит Дима. Кто бы сомневался. — Пиздец здесь холодина. Накинул бы что-нибудь, — застегивает молнию на куртке до конца, чтобы не продувало. Опирается об оконную раму, сверлит взглядом профиль Шепса. А тот затяжку делает, выдыхает почти что Матвееву в лицо. Специально. — Если ты мне решил в няньки наняться, то не нуждаюсь, у меня уже есть, в гостиной сидит, – последняя затяжка и окурок летит в компанию других таких же. — На кухне так-то. С Линой чаи гоняют. — Мне не холодно, — а сам весь гусиной кожицей покрылся, не холодно ему. Хорошо хоть, что отопление на балконе есть, иначе, здесь бы к приходу Димы стояло что-то синие, лишь слегка смахивающие на Олега. — Верю, — саркастически усмехается, даже кривится слегка, пока Шепс закуривает еще раз. Матвеев протягивает раскрытую ладонь. Один раз можно и потом точно всё. — Мятной хуйни нет, это тебе к Сане. — Раскрою карты, но мяту я терпеть не могу, — парирует Дима. Эх, Олежка-Олежка, оклеветал человека, как не стыдно. — Ты сигатерку стрельнуть обещал. — Так ты же бросаешь, — но пачку все равно протягивает, с интересом наблюдает за каждым его действием. — Пиздец, еще и счастливую вытащил. Он не следовал традиции «счастливая сигарета выкуривается последней». У него была своя собственная. Если вытащил «счастливую», значит сегодня удача на его стороне, если не вытащил, ну, значит потом как-нибудь повезет. Хотя, в этот раз не повезет, удачу нагло выкрали из-под носа. Матвеев лишь плечами пожимает, ты, дескать, сам виноват, не предупредил. Дима во всю эту дребедень с перевернутыми в вверх тормашками сигаретами не верил и сам никогда так не делал. Не от сигареты же зависит, а от самого человека, его удачливости, и, возможно, умения жить. Для кого-то удачей будет просто хорошая ясная погода, а для кого-то даже неплохой выигрыш в лотерею ею не покажется. Удача субъективна, а Диме просто похуй, это его месть в их неоглашенном бою. Нечего напоминать бросающему курильщику, с неплохим таким стажем, про никотиновую дозу. 1:1. Матвеев придерживает сигарету губами, стоит, взгляд немигающий, пристальный, точно змеиный. Ждет. А Олег и глазом не ведет, отвернулся и смотрит куда-то сквозь мглу. Но взор черных, наполненных тьмою, очей сверлит и это ощущается очень хорошо. — Мертвого заебешь, честное слово, — кто бы говорил, Олеж, кто бы говорил. Он подносит к его лицу зажигалку, поджигает сигарету. Глазки искрятся, Димка радуется собственной победе. Парень наконец-то вдыхает горький дым. Так невъебенно, так хорошо. Чувство вины настигнет его потом, когда пройдет эффект эйфории, когда откроются глаза на серую реальность, а сейчас никотин растекается по легким, дурманит разут. — Всё-таки приезжать посреди ночи, зная, что с утра на работу, очень безответственный поступок, — начинает Шепс и попадает прямо в точку, озвучивает мысли Матвеева. Казалось, это только их двоих и волнует. — Вообще не знаю, как буду шею забивать сегодня, — закрывает окно, бросает бычок в пепельницу, куда минутой ранее был отправлен окурок собеседника. — Поспал бы, — Олег не знает, кому всё-таки сочувствует больше. Кое-как стоявшему на ногах из-за недосыпа Диме, или ни к чему непричастному бедолаге, которому предстоит завтра это терпеть часа четыре, если не больше. — Можешь занять Сашину комнату. — Какое благородство, Олег.

***

К вечеру уже чувствуешь себя никаким, нет сил ни на что, хочется поскорее попасть в свою родную, тепленькую, уютную и самую желанную кроватку. Только вечером получается достичь того уровня похуизма, к которому стремишься долгие годы, чтоб жить легче стало. Вечером даже не убранная с утра постель, потому что просто не успеваешь, кажется такой правильной. Хочется поблагодарить себя из недалекого прошлого за эту маленькую оплошность. Вот бы улечься и не вылазить оттуда ближайшую вечность. К чему вся эта суматоха дня, к чему уродство людских чувств и попытки из раза в раз прожить все девять кругов ада за сутки. За ебанные сутки, протяжённостью двадцать четыре часа. К чему такие трудности? Задаваться этим вопросом можно до бесконечности, но ответ, лежащий на поверхности, в поле зрения, так и не будет найден. Остается только доживать век погребенным под гнетом рутины заживо. Уже в самолете в голове проносятся события сегодняшнего, чересчур насыщенного и почти что бессонного, дня. Мученический подъем после четырехчасовой попытки выспаться, не менее ужасные сборы в спешке, пропущенный с утра перекур, опоздание на работу и последние пять часов страданий в уходящем году. Казалось, самый главный кошмар пережить получилось, но впереди еще перелет и празднество, на которые придется потратить последние силы и буквально доживать. — Прикол, я сигареты где-то проебал, — усаживается на отвоеванное у старшего брата место у окна. — Всю квартиру перерыл, нигде нет. — Наверное сам скурил все и забыл, — Александр с осуждением смотрит на непутёвого братца, смириться с тем, что младший гробит свое здоровье гадостью за пару лет так и не получилось, но и повлиять на это он не мог. Тут нужно только желание самого Шепса-младшего, в ином случае все бесполезно. — Бросать надо, Олеж. С того же Димки пример бы взял. Олег вздыхает, думает возразить, но забивает хуй и в скором времени засыпает. В этом Саша мог ему только позавидовать, сам же в полете засыпал с большим трудом, в отличии брата. Зато появлялась возможность запечатлеть спящего, что давало преимущество в соперничестве «у кого больше угарных и позорных фоток друг друга». Только что сделанный снимок заставляет умилиться. Клюющий носом Олег — первое, что он покажет родителям по приезде.

***

Короткая стрелка настенных часов близится к полуночи. Праздничный стол завален доверху, уверенности в том, что все съестся до конца этой недели нет никакой. Уже слышен звон бокалов, и последний тост, на правах младшенького, предоставлено сказать Олегу. Мнется, но толкует красочную речь в своем стиле с огромной щепоткой юмора, ну не может он без этого, что тут сделаешь. За ней следует смех. Так, как в детстве. Олежка снова сказал какую-то глупость? Куранты отбивают двенадцать, и всё семейство вываливается на улицу поглазеть на фейерверки. Ночное небо озарено и пестрит со всех сторон. Шепс уже знает, чем в ближайшее время будут забиты сторис друзей и знакомых. Каждый год одно и то же. Пометка: не заглядывать в инстаграм. В других социальных сетях еще больший беспорядок. Летит море поздравлений, половина из них от тех, с кем общаешься раз в год. Что ж, их день настал. Это слишком незначительные персонажи в жизни, но как же они тешат самолюбие. О тебе помнят, ты не забыт. Олежа, с Новым годом!! 00:06 Олег уверен, что Лина уже успела написать и Саше, но все равно уведомляет его об этом.

С Новым годом!

00:07

Чере и Дима тоже передают вам поздравления 00:07 К сообщению прилагается фотография, на которую сразу ставится реакция в виде, пылающего ярким пламенем, сердечка. Трое, в незнакомой для Шепса квартире, наряжают елку. Вовремя спохватились. Матвеев в какой-то безразмерной белой футболке, что-то новенькое, все-таки не постоянно в чёрном гоняет, машет в камеру и улыбается. Рядом пыхтит Влад, его заставили мучиться и распутывать гирлянду, за что такое наказание парню то. Если приглядеться к изображению, то можно понять, что этот чёрт, именуемый Димкой, улыбается вовсе не мило, а злорадно. У него в руке был тот самый, без вести пропавший, Винстон. Как же прекрасно, что аккаунт вора не приходится искать. Ну, разве что, откопать его среди десятка непрочитанных чатов. Но и это особого труда не составляет. Дим, ахуел совсем.

Когда ты пачку выкрасть успел?

00:11

я ее даже не крал, ты сам забыл забрать 00:12 Ответ не заставляет себя долго ждать, он приходит чуть ли не мгновенно. Словно тот специально сидел и ждал этого. спасибо за подгон 00:12

Будешь должен

00:12

а это разве не новогоднее чудо было((( 00:12

Обойдешься, до встречи в Москве

00:13

долг не верну, но на кофе зайду 01:56