Always and forever

— Юнни, ну хватит уже. У тебя одна работа на уме. — Конечно, у меня нет богатенького альфы, в отличии от некоторых. Лицо омеги приобретает нотки возмущения, и только он открывает рот, чтобы что-то сказать, как ему отвечают. — Так, спокойно. Я пошутил, не рыпайся. — То-то же. И вообще, он сам дает, я тоже пашу, как папа Карло. Ну не отказываться же, тем более, ты сам знаешь, что из этого выйдет. — Ох, да, Чон на тебе после этого живого место не оставит, вытрахает всю душу из тебя. Омеги сидят на диване, обсуждают последние новости, просто болтают и расслабляются после рабочей недели за парой баночек пива. Частенько пятница заканчивается такими посиделками. Время близится к ночи, когда их болтовню нарушает звук открывающийся двери. В дом вальяжно входит фигура альфы. Тэхен вскакивает с мебели и несется в руки своего мужчины, снося того с ног. Вроде виделись с утра, пока собирались на работу, но скучали так, будто не виделись год. — Здравствуй, Юнги, — говорит альфа, видя друга мужа в квартире. — Здравствуй, Чонгук, — немного поклонившись, шепчет омега. На этом их разговор заканчивается. Мин просто покидает квартиру, напоследок попрощавшись. Так происходит постоянно. Прошло уже шесть лет, а они все никак не могут перейти черту, точнее, не может Юнги. Если с другом он так и общается, не вспоминая ничего, но как только видит Чонгука, то не может смотреть на того без боли. Все воспоминания вмиг налетают на хрупкие плечи омеги.

***

Выходные просто пронеслись и снова пора на работу. Юнги проспал, поэтому как фурия проносится по квартире, быстрее собираясь. Мин Юнги — выдающийся специалист сметного дела, таких, как он — ничтожно мало. Ему дают самые сложные заказы по всем уголкам мира, никто даже не смотрит на то, что он омега, хотя этого он боялся больше всего. За свои шесть лет в профессии достиг многого, обычно до такого уровня растут лет двадцать. Признаться честно, Мин бы и не достиг этого, если бы не провалился в копну работы, чтобы не чувствовать всю боль, которой его наделил один альфа. Юнги едет по адресу, который ему скинул вчера начальник, сказав, что там очень прибыльный заказ. Он проходит в огромное здание, где находится офис и его встречает в холле секретарь. — Добро пожаловать, Вы по какому вопросу? — Здравствуйте, я — сметчик «Doosan». — Понял, проходите. Омегу направляют в кабинет, как он понимает, директора компании. Когда его заводят в большое помещение со светлыми стенами и лишь огромным деревянным столом, Юнги цепенеет. Перед ним альфа тридцати лет, который встает и направляется к нему, протягивает руку в знак приветствия и с улыбкой на лице проговаривает, будто по буквам. — Здравствуй, Юнги. — Здравствуй, Намджун, — тараторит так, будто шепчет. — Ну рассказывай, как ты? Принеси чаю, — обращается к секретарю. — Нормально, ты как? — Мин не знает, что и говорить, поэтому отвечает односложными фразами. — Прекрасно. Я, конечно, вызвал тебя по работе, но так хочется просто поболтать с тобой, давно не виделись же, — Ким усаживается в кресло и указывает на второе, стоящее рядом. — Лет пять? — Шесть… — О, как долго. Помнишь омегу с третьего курса? — За которым ты все ухлестывал? — А то. Представляешь, он теперь муж мой, — наглая улыбка озаряет лицо альфы. — Джин все же сдался тебе? — с огромными глазами говорит Юнги. Страх отошел, всё же он рад видеть старого друга. — Не без труда, конечно, но все же! Теперь это чудо — мое. — Вот так и вырастают детки, — хихикает и вытирает невидимые слёзы. — Хах, а то. Хосок, кстати, тоже женился, — выпаливает Нам, не сразу понимая, что сказал. У Юнги почва из-под ног уходит, хоть он и сидит. Сердце пропускает несколько громких ударов, а душа начинает разрываться. Даже одного имени хватило, чтобы сойти с ума. — Рад за него, — шепчет омега. — Давай приступим лучше к работе, — он натягивает на себя маску безразличия, становясь серьезным, а сам предвкушает, как упадет на кровать и зальет всю подушку слезами. — Да, конечно. Я бы хотел построить ещё одно здание и мне надо рассчитать бюджет. — Хорошо…

***

Прошел уже месяц, как Мин занимается этим проектом. Сложность больше моральная, так как лицо Намджуна видеть постоянно слишком тяжко. Просидев в душном кабинете весь день, Юнги собирается домой, складывает все вещи в сумку, прощается и, не успев схватиться за ручку двери, как та открывается, он врезается в чью-то твердую грудь. Подняв глаза, Мин застывает, не смея ничего сказать. Альфа напротив него стоит с таким же выражением. — Привет. — Привет, — шепчет Юн и, не сказав ничего, немного толкает мужчину и выходит. Альфа пытается схватить того за руку, но не успевает даже дотронуться. Чон проходит и садится на кресло, притянув к себе бутылку виски, наливает в стакан и опустошает одним глотком. — Почему ты мне не сказал? — А что я должен был сказать? — не понимает Намджун. — Может то, что он тут? Нет, не подумал? — Хосок, что дала бы тебе это информация? У тебя муж есть, а он давно в прошлом. — Намджун, хватит… я понял. Как вообще дела? — В порядке. Юнги заканчивает проект и можно приступать к строительству. А как у тебя? — Всё как обычно. — А как дела с Чимином? Какой срок?

***

Юнги сидит на кровати и пытается прийти в себя. Как только он увидел того, кого бы никогда не хотел видеть, все внутри начало разрываться. Эти глаза, цвета космоса, в которых пляшут черти, запах, сковывающий омегу внутри. Внутренний волчонок проскулил, а потом зарычал. Чем вызваны такие перемены? Омега чувствует своего альфу, но даже он не может простить тому то, что случилось… Мин встает с кровати и подходит к зеркалу. То, что он видит перед собой уже слишком привычно. Он проводит пальцем по шее и она начинает пульсировать. Метка не дает покоя уже многие годы, а именно семь. Сложно не скучать по Хосоку, когда на тебе его метка или когда в тебе его ребенок. Правда, был когда-то, но это уже не так важно, и от этой мысли ещё больнее. Когда Хосок заявил, что больше его не любит и уходит к другому, более зрелому партнеру, а не к ребёнку, которому лишь бы дурачиться, то всё остановилось. Настолько, что Юнги узнал о своем положении, когда ему проводили чистку, так как погибший плод не может находится в теле папы. Так он и потерял всё. И именно поэтому Мин Юнги сейчас слишком взрослый. Ребенка с чистой душой забрал Чон Хосок, оставив пустую и похуистическую оболочку.