Ревнивый аврор

***

      — Пошли нахер все, меня нет! — грозный рык Главы всея Аврората был слышен на весь этаж, и стоящие в дверях авроры в мгновение ока испарились.       — Совсем умом тронулся, — покачал головой аврор Гринт, — а ведь совсем ещё молодой.       — Да уж, — крякнул аврор Фелтон, — рано ему доверили пост Главы. Совсем ведь ещё мальчишка.       — Пойдём за подписью к Старшему Аврору Уизли что ли, — предложил Гринт и, дождавшись кивка напарника, увёл друга куда подальше от логова Мордреда и его Владыки.        В кабинете Главы Аврората Гарри-великого-и-всемогущего-убийцы-тёмных-лордов-Поттера царил хаос. Массивный дубовый стол, столетний, между прочим, был перевёрнут вместе с его многочисленным содержимым. Графин с водой разбит вдребезги, а красивая корейская ваза, подарок самого (!) Министра Магии Южной Кореи Мин Юнги, валялась у двери, ибо была использована, как снаряд от непрошенных гостей.       Гарри был в бешенстве: только он сблизился с этим белобрысым-хорёчьим-Драко блядуном-Малфоем, как тот жёстко его наебал, о чём свидетельствует свеженькая статья в долбанном Пророке, чтоб его разорвало!       Да-да, чтоб разорвало и Пророк, и Малфоя!       На первой странице этой замечательной газетёнки, ежегодно претендующей на звание лучшей новостной передовицы всея Британии, красовался не кто иной, как Глава «Отдела по борьбе с незаконным оборотом Зелий» Драко-ебучий-Малфой. Если бы этот красавчик был один, в очередной раз глаголя о том, какой его отдел и он сам пиздатый-распиздатый, то Поттер бы только поулыбался, бережно вырезав страничку с любимой хорёчьей мордой и добавил бы в порно-коллекцию «Для вечерней дрочки».       Но нет же, Малфой был заснят в весьма компрометирующей компании, а именно держась за руки с владельцем клуба «Горбатая гора» Джеком Твистом, сыном известного миллионера и открытым геем.       Джек Твист был весьма хорош собой: мускулистый, статный, с чёрными волосами до плеч, с причёской а-ля «я-сын-мафиози», одетый в дорогой костюм и туфли, стоимостью как годовой бюджет маленького государства. В общем и целом весьма ебабельный жеребец, только судя по его габаритам натягивать на свой кукан всяких там слабых на задок блондинчиков (читайте Малфоев!) была его прерогатива.       Ещё позавчера они с Драко сидели в пабе и между ними пробегали искры. Весь вечер они случайно соприкасались коленями, а пальцы Малфоя чуть дольше задерживались в руке Гарри, когда блондин передавал специи. Поттер потратил не один месяц обхаживая этого павлинчика, выстраивая сначала хрупкие дружеские отношения, и только пару недель назад их аврорские посиделки наполнились лёгким флиртом и случайными касаниями. А теперь вся кропотливая работа по охмурению его белобрысой принцесски пошла по пизде из-за появления этого альфача в костюме от Гуччи.       Его призрачная надежда на нормальные отношения и стабильный секс вместо правой руки уплывала к ебеням.       Больше всего вызывало ярость то, что Хорёк так правдоподобно исполнял роль заинтересованного парня. Это выбивало Гарри из колеи. Как истинный гриффиндорец, он был прямой, как танк, и всегда говорил то, что думал и чувствовал. Драко же всегда был изворотливый, как уж на сковородке, и, похоже, использовал все свои блядские слизеринские приёмчики, чтобы погреться в лучах славы Главного Аврора.       Что ж, ему удалось ослабить бдительность Поттера. Но теперь он не позволит водить его за нос и притворяться, что это в порядке вещей. Скорее всего, у Малфоя уже заготовлена эпическая оправдательная речь на три свитка, да ещё с театральными ахами и вздохами. Мол, не виноватый я, он сам пришёл!       — Да пошёл ты нахуй, ебаный колдун! — смачно ругнувшись, Гарри аппарировал домой прямо из кабинета.       Ему определённо надо остыть, но вечерняя дрочка как способ снять напряжение отменяется. Ибо объект его мокрых фантазий сильно проебался и сейчас вызывал только лютый гнев. Значит, нужно выпить. Определённо стаканчик Огденского поможет спустить пар.       Но одним стаканчиком дело не ограничилось: наш Главный Аврор налакался в зюзю и в первом часу ночи плакался портрету Северуса Снейпа, какой же он несчастный, брошенный, недотраханный Герой.       Снейп с портрета только поджимал губы и молчал, мысленно проклиная тот день, когда согласился «переехать» к Поттеру на Гриммо из директорского кабинета Хогвартса. Дело в том, что после войны у Поттера проснулось невъебенных размеров чувство вины по отношению к бывшей грозе подземелий, и Минерва любезно отдала Северуса в цепкие пальцы этого несносного лохматого недоразумения.       Утром Гарри отправился в Аврорат чернее тучи. Ко вчерашнему чувству ярости прибавилась ещё и адская мигрень. Поттер широкими шагами спешил в свой кабинет принять спасительное зелье от похмелья.       — Меня нет, Мэдисон, — бросил Гарри секретарше вместо утреннего приветствия.       — Да, сэр, — испуганно ответила девушка и добавила: — утренняя почта у Вас на столе.       Поттер шумно выдохнул, предвкушая ещё один блядский выпуск Пророка с не менее блядским Малфоем и его новым трахалем.       Гарри заперся в кабинете и осторожно развернул газету. Первая полоса сегодня принадлежала не его блондину. Пролистав весь выпуск, Поттер блаженно выдохнул: сегодня экзекуция имущества в его многострадальном кабинете отменяется.

***

      — Я убью эту блядь! — на следующее утро ревел Главный Аврор так громко, что слова эхом разлетались до нижних этажей Аврората.       — Что происходит, Мэдисон? — Старший Аврор Рон Уизли уже почти постучал в дверь лучшего друга и в испуге отпрянул.       — Не знаю, сэр, — округлив глаза, прошептала секретарша, — он так уже третий день. Велел никого к нему не пускать.       — Интересно, — почесал затылок Рон, — может, Волан-де-морт вернулся?       — Я думаю, он бы уже Вам сообщил, Старший Аврор Уизли, — укоризненно покачала головой девушка.       — Ладно, я тогда попозже зайду, — виновато улыбнулся Рон. Он прекрасно знал, что если Гарри в гневе, то всем пиздец. Конечно, размер пиздеца мог варьироваться от степени родства и тесноты связей, но под горячую руку Главного Аврора лучше не попадать от слова совсем. А то припомнит ещё ему отчёт месячной давности, который Рон так и не сдал, ну его нахер.

***

      Гарри швырнул письмо со стола и хорошенько проорался. Дело в том, что его ненаглядный Хорёк снова украшал первую полосу Пророка, мило улыбаясь Твисту на летней террасе небольшого кафе. Это было ещё полбеды, буквально пять минут назад Малфой прислал сову, видимо, думая, что Гарри совсем ослеп и не читает газет: Доброе утро, Хуютро! Прости, наш сегодняшний ужин придётся отложить. Я по уши в работе, а в последнюю неделю и присесть некогда. Да-да, конечно, зачем тебе куда-то садиться, если ты ежедневно присаживаешься на член Джека Твиста?! Я пришлю сову. P.S. Кажется, меня кто-то обещал угостить пиццей? Я тебя так угощу, ты с унитаза неделю не слезешь, скотина! Жду встречи, Драко.       Ах, ты ж сука! Он ещё имеет наглость ему писать как ни в чём не бывало.       Гарри метался по кабинету, нервно запуская пальцы и в без того лохматые волосы. Разум кричал оставить Малфоя в покое, ведь действительно у них ничего не было, и Драко не обязан ему отчитываться, с кем и когда ходит на свидания. И вообще, может, Гарри неправильно считал сигналы Малфоя и принял их за флирт? Но Гарри редко внимал голосу разума, и эта ситуация не была исключением. Сейчас всё его естество кричало о том, что Малфой принадлежит ему и только ему, и никакие там Джеки Твисты ему не помеха.       Поттер ещё раз посмотрел на колдографию: похоже, это было небольшое кафе в стиле прованс на окраине Косого переулка. Гарри слышал, что там частенько собираются влюблённые парочки, и поэтому весь интерьер был в кричащих розово-бордовых тонах. Поттер скривился: слишком слащаво, но вполне в духе Драко.       — Занят на работе, говоришь? — с ухмылкой прошептал Главный Аврор.       Пора призвать своего внутреннего слизеринца и забрать то, что принадлежит ему.

***

      В пять вечера Гарри Поттер, накинув мантию-невидимку, дежурил недалеко от входа в Министерство Магии. Малфой обычно задерживался на работе допоздна, но Гарри знал, если у Драко назначена встреча, тот планировал все свои важные дела в первой половине дня, дабы освободить вечер для всяких членов.       Спустя десять минут, показавшихся Гарри вечностью, Драко появился в дверях Министерства. Выглядел он так восхитительно ебабельно, что Поттер стиснул зубы в попытке не залить слюной тротуар. Чёртов потаскун!       Гарри подкрался поближе, дабы успеть отследить след от аппарации Малфоя, но внезапно Драко застыл и принюхался. Мерлиновы небритые яйца! Поттер остановился и сделал пару шагов назад: не стоило сегодня использовать свой любимый маггловский парфюм. У Малфоя был исключительный нюх, и он безусловно мог уловить запах гари Гарри.       Поттер замер, Драко еще пару секунд постоял и, странно хмыкнув, аппарировал. Главный Аврор отправился по следу.

***

      Драко зашёл в небольшой ресторанчик итальянской кухни, где его уже ждал Твист, вальяжно раздвинув ноги на бархатном диванчике.       Гарри не стал заходить внутрь, а занял наблюдательную позицию недалеко от большого панорамного окна, откуда и был виден столик этих блядских воркующих голубков.       Их манера общения и постоянные касания выводили Поттера из себя, и он еле сдерживался, чтобы не ворваться в ресторан и не ёбнуть Авадой этого озабоченного Твиста!       Драко выглядел довольным и смущённым, как и несколько дней назад с Гарри.       Браво, актёр! Не иначе как Малфой прошёл какие-то ебучие курсы актёрского мастерства, чтобы так натурально сыграть с Поттером нежность и смущение.       Внезапно Драко поднялся из-за стола, робко что-то прошептал своему ёбарю (Гарри надеялся, что пока нет) и двинулся в сторону выхода.       Выйдя на террасу, Драко уставился прямо на невидимого Гарри, спустился со ступенек и завернул за здание в небольшой переулок. Поттер осторожно последовал за ним.       — Поттер, блядь, — прошипел Малфой, как только Гарри приблизился к переулку, — какого хера ты тут забыл?       — Я тебе сейчас устрою хер, блядина, — зло выплюнул Главный Аврор и, схватив Малфоя за локоть, аппарировал.

***

      Драко Малфой очнулся лежащим на диване и окинул взглядом комнату. Интерьер казался ему смутно знакомым, определённо он уже был здесь.       — Очнулся, герой-любовник? — злобно процедил Поттер, и его перекошенное яростью лицо возникло перед Драко.       — Ты что творишь, маньяк? — прошипел Малфой, вскакивая с места своего недавнего возлежания.       — Инкарцеро! — взревел Главный Аврор, и Малфой был ловко связан по рукам и ногам, — Локомотор! — тело Драко поплыло по направлению деревянного стула, стоящего неподалёку.       — Ты что творишь, Гарри? — заверещал Драко, пытаясь освободиться в полёте, — это не смешно, придурок!       — Заткнись, сучий потрох! — проорал Поттер, устраивая тело Драко на стуле и привязывая к нему, — будешь знать, как пользоваться мной!       — Поттер, объяснись, — тон Малфоя стал серьёзным, — я нихуя не понимаю!       — Ах, нихуя, говоришь, — в притворном спокойствии ответил Гарри, — ну сейчас я тебе растолкую, скотина.       — Давай уж, постарайся, мудила, — зло выплюнул Драко и горделиво вскинул подбородок, — ты мне всё испортил!       Выглядел он изрядно потрёпанным, но для Гарри Малфой был ещё более сексуальным и желанным, чем прежде.       — Ты не можешь сначала катить яйца ко мне, а спустя несколько дней обжиматься с какими-то трахалями! — проревел Гарри, с каждым словом распаляясь всё больше.       Наступила звенящая тишина, выражение лица Малфоя с каждым словом Поттера менялось с сердитого до удивленного, а затем Драко и вовсе истерично захохотал.       — Ты ещё смеешь надо мной ржать? — Поттер в ярости схватил Малфоя за подбородок и хищно приблизился к его лицу, часто дыша.       — Гарри, ты еблан, — прошептал Драко ему в губы, обдав тёплым дыханием.       И тут у Гарри совсем сорвало тормоза, и он впился собственническим поцелуем в губы Драко. На его удивление, Малфой тут же ответил, их языки боролись за первенство, ведь никто не хотел уступать. Спустя несколько минут кусачих поцелуев, Поттер отстранился:       — Ты мой, — прорычал Главный Аврор, крепко сжимая челюсть Малфоя.       — Развяжи меня, Гарри, — умоляюще прошептал Драко.       Гарри кивнул, прошептал отменяющее, и верёвки шумно упали на дощатый пол.       — Ты такой придурок, Поттер, — нежно прошептал Драко, поглаживая скулу Поттера, — ты, блядь, испортил мне операцию.       — Операцию? — удивлённо похлопал глазами Гарри.       — Ну, конечно, дубина, — засмеялся Малфой, — я работал под прикрытием. Ты что, забыл?       — Что значит забыл? — нахмурился Поттер, — я не знал об этой операции с твоим отделом!       — Уизли подписал все документы, — пояснил Драко, — возможно, ты был не в курсе.       — Блядь, сука! — Гарри присел на пол от досады, — я, видимо, был в отъезде, и Рон меня подменял. Почему ты мне не напомнил?       — Гарри, ты же знаешь, мы не обсуждаем работу в пабах, — покачал головой Драко, — да и я думал, что Уизли тебе отчитался.       — Прости меня, я такой идиот, — стыдливо опустив глаза, прошептал Поттер.       — Есть способ загладить вину прямо сейчас, — плотоядно усмехнувшись, ответил Малфой, — я всё равно проебал дело.       Драко немного сползает на стуле и разводит ноги, как бы приглашая.       Гарри с мгновение соображает, а затем, облизнувшись, подползает к коленям Драко, поглаживающими движениями подбираясь к ширинке.       Поттер, дождавшись одобрительного кивка, кладёт ладонь на пах Малфоя и медленными движениями принимается трогать полувставший член через ткань. Драко стонет, ещё больше раззадоривая.       — Блядь, какой же ты горячий и твёрдый, — шепчет Гарри и быстро расстёгивает ремень и ширинку бывшего слизеринца.       Малфой снова громко стонет, когда Гарри пробирается рукой под его нижнее бельё и обхватывает уже твёрдый член своей крепкой аврорской ладонью.       — Нихуя себе прибор, — восхищённо охает Поттер. Всё, как Гарри и представлял: длинный, тонкий и красивый, а небольшие гладко выбритые яйца так и манят, чтобы их облизали. Поттеру уже не терпится поскорее взять их в рот.       — Возьми его в рот скорее, Поттер, сука ты такая, — стонет Малфой, толкаясь вперёд бёдрами.       Гарри устраивается поудобнее между бёдер Драко, опускаясь ниже, а затем обхватывает член Драко у его основания. Поттер аккуратно водит ладонью по его члену вверх-вниз, предварительно смочив руку слюной, а затем возвращается к головке, чтобы провести кончиком языка, пробуя её на вкус. Драко опускает взгляд на губы Гарри и тихо стонет, возбуждаясь ещё больше от открывающегося вида.       — Ты так классно смотришься с моим членом во рту, Гарри, — подбадривает Малфой, — настоящая шлюшка.       — Мгм, — одобрительно мычит Поттер, поднимая свои блядские зелёные глаза с расширившимися от возбуждения зрачками.       Малфой закрывает глаза и окончательно теряется в удовольствии, когда ощущает, как член почти полностью погружается в рот Гарри. Драко протягивает руку, чтобы погладить любовника по голове, зарывается руками в его локоны, слегка оттягивая их, а затем направляет его голову ниже, слегка надавливая.       — Возьми глубже, — стонет Малфой, когда возбуждение накаливается до предела и он чувствует, что вот-вот взорвётся.       — Да как, блять? — рычит Поттер, с громким причмоком выпуская его член изо рта, не переставая дрочить рукой. — У тебя тут ёбаная Пизанская башня!       Драко тихонько смеётся и слегка притягивает голову Гарри к своему паху, заставляя его брать его ствол глубже и глубже, набирая темп.       — М-м, ебать, — Драко громко стонет, толкаясь во влажный рот.       — Тебе нравится, Драко? — Гарри ненадолго останавливается, взяв небольшой перерыв, глубоко выдыхает, не переставая дрочить рукой член Драко.       — Да-а-а, — Малфой обхватывает голову Гарри руками, приглашая полностью опуститься ртом на его член, и начинает аккуратно толкаться внутри, постепенно ускоряясь.       На мгновение Поттер поднимает глаза и смотрит на Малфоя. Его волосы прилипли ко лбу, влажные губы приоткрыты, лицо выражает эмоции полного экстаза. От такого вида Поттера накрывает сильнейшей волной возбуждения, а член болезненно упирается в ширинку. Гарри касается себя через ткань форменных брюк, быстро расстёгивает ширинку и вытаскивает изнывающий член из штанов, принимаясь яростно надрачивать.       — Вот так хорошо, — слышит он одобряющий голос Малфоя и низко стонет, чувствуя, как онемела челюсть от интенсивных нагрузок. — Ещё немного, малыш.       Гарри работает головой ещё быстрее, как только можно, не переставая дрочить собственный член.       Ближе к концу, Драко вынимает член изо рта Гарри и доводит себя до финала, заливая свои брюки и лицо Гарри своей жидкостью. Блондин надрывисто выдыхает, испуская хриплый стон, а Поттер ещё двумя резкими движениями доводит себя до разрядки.       — Иди ко мне, дурачина, — отойдя от экстаза, Малфой притягивает голову Поттера к себе и почти целомудренно целует.       — Пойдём на диван, — устало простонал Поттер, — у меня всё болит.       — И это я ещё тебя не трахал, — засмеялся Малфой, поднимаясь и, издав стон, потёр затёкшие ноги.       — Это я ещё тебя не трахал, — возмущённо ропщет Поттер, — вот сейчас как вставлю тебе по самые гланды!       — Угомонись ты, Поттер, — засмеялся Драко, — не знал, что ты такой ёбарь-террорист. Дай хоть прилечь, порноактёр, блядь.       Поттер только кивнул, устало вздохнув, и уютно устроился на груди Малфоя. Спустя добрых двадцать минут тишины, Поттер спросил:       — Драко, а я тебе нравлюсь?       Малфой приоткрыл один глаз и лениво окинул взглядом своё лохматое чудовище:       — Гарри, ты совсем ебанулся? Ты только что мне отсосал, а ещё мы целовались, ты забыл?       — Ответь мне, Драко, что так трудно? — в мгновение Гарри ощетинился и привстал.       — Ну, конечно, придурок шрамоголовый, — улыбнулся Драко, — знал бы, что ты такой ревнивец, предупредил бы об операции ещё раз лично.       — Больше никаких таких операций, ясно? — предостерёг Гарри, ревниво сжав руку Драко.       — Это почему ещё, Поттер? — в притворном ужасе спросил Малфой.       — Ты издеваешься? — нетерпеливо поёрзал Гарри, — ты теперь мой, ясно?       — Ясно-ясно, — засмеялся Драко, — яснее некуда, ревнивец.       — Вот так-то лучше, — довольно мурлыкнул Гарри и вернул голову на плечо Драко.       Теперь уже своего Драко.       Иногда ревность побуждает к безумным поступкам, но иногда с такими, чёрт возьми, приятными последствиями. Надо будет выдать премию Рону, определённо.