Дворцовые игры.

***

Вообще-то, парень планировал встретить принца, как полагалось согласно дворцовому этикету — с почтенным низким поклоном, забитым, уважительным взглядом и преданной покорностью, но ждать господина пришлось долго — а больше всего на свете Джио не любил ждать. Плюнув на этикет, мальчишка разгуливал по покоям его превосходительства, рассматривая диковинную обстановку. — Ну и хоромы! — парень чесал затылок, с открытым ртом осматривая личные комнаты Его Превосходительства. — Не комната, а дворец во дворце! Тут и заблудиться недолго. Юноша прошелся по мягкому ковру с высоким ворсом, скорчил смешную физиономию неизвестному дядечке с портрета, висевшего над позолоченным камином. Заглянул в комнату-будуар, пересмотрел огромный гардероб принца, мысленно вопрошая, на кой лад мальчишке столько жакетов, визиток, сюртуков, фраков, панталон и башмаков. — Такое количество за всю жизнь носить — не сносить! — Джио с наглостью хозяина заглянул в обшитую шелком шкатулку и не смог сдержаться от вздоха: столько драгоценностей он никогда не видел, даже в ювелирной лавке старика Тоду! Золотые запонки, сверкавшие бриллиантами и изумрудами, перстни, печатки, цепочки, кулоны, украшенные драгоценными камнями, слепившие глаз изумленного парня. — Нет! Ну живут же люди! — зло хлопнув крышкой шкатулки, выдохнул парень, поборов в себе сильное желание припрятать парочку-другую украшений в своем кармане. Дабы не провоцировать себя на грех еще больше, Джио поспешил перейти в другую комнату: огромную, обитую красной парчой, богато обставленную изящной мягкой мебелью. В центре на небольшом лакированном столике покоился поднос с фруктами и большим хрустальным кувшином, наполненным красным вином. Джио продегустировал пару-тройку бокалов, лениво усаживаясь в любимое кресло Его Превосходительства. — Хм, открой мне свои секреты, принц Великого Государства, — усмехнулся мальчишка, крутя головой по сторонам. Как известно, талант не пропьешь, да и удача парню сопутствовала с детства, плюс неуемное любопытство, подстегивающее на необдуманные поступки; и Джио еще раз обходит покои принца, но уже более внимательно осматривая каждый уголок комнат. В будуаре обнаружить ничего не удалось. Не помогли ни простукивание стен, ни кручение ручек, ни нажатие на кафель. В комнате, служившей принцу кабинетом, Джио повезло — он нашел сразу три тайника, но они не представляли ничего интересного. Такие «секретные кармашки» не редкость для замков, да и спрятаны они были так себе. В них мальчишка не нашел ничего интересного: только пара ничего не значащих бумажек и несколько монет, завалившихся в самый дальний темный уголок. Последняя комната, зашторенная тяжелой тканью, служившая принцу опочивальней, больше всего понравилось Джио. Она была не столь большой и не столь роскошной по сравнению с остальными, и все же спальня выглядела наиболее уютной и обжитой. Мальчишка со знанием дела обошел комнатку, заглядывая в камин и прощупывая его внутреннюю кладь, осторожно проверяя каждую деревянную половицу. Он заглянул внутрь огромной фарфоровой вазы, залез к хрустальной люстре и даже на четвереньках облазил каждый миллиметр пола, но найти ему так ничего и не удалось. Вот только внутренний голос буквально кричал, что не все так просто в этой комнатке, что она таит в своих чертогах нечто действительно интересное — а своему чутью парень привык доверять. Вот только все попытки обнаружить хоть что-то сходили на нет. Джио смачно выругался и, оставив бесполезные поиски, нагло увалился прямо на кровать королевской особы. — Как облачко мягкое, — ерзал задницей по шелковому белью парень, — здорово каждый день спать на такой кровати! — он лежал, устремив свой взор в полог кровати, и тут его осенило. Ужаленный внезапной идеей, улыбаясь от уха до уха, Джио подскочил с места. — Дурак! Как я сразу не догадался?! Генерал Соуб прятал свои документы там же! — еще мгновение и парнишка с завидной ловкостью взобрался к деревянному пологу, ощупывая его. — Вот оно! — радостно хлопнул в ладоши. Раздался щелчок, и маленькая деревянная створка на одной из палок, державших балдахин, раскрылась, обнажая тайник. Там оказался невзрачный серый ларчик, содержимое которого было бескомпромиссно высыпано прямо на кровать. — Хм, — шмыгнул носом Джио, просматривая стопку писем и небольшой флакон с непонятной ядовито-зеленого цвета жидкостью. Он развернул довольно старое пожелтевшее письмо. «День твоего рождения стал моим проклятием. Само твое существование — мой тяжкий грех, смыть который не под силу даже богам. Я прошу лишь об одном: чтоб твоя жизнь была столь же мучительной, как и моя, дабы ты хоть на миг ощутил, каково это — быть мной, гореть в вечном огне, рядом с нелюбимым мне человеком, воспитывать противного и нежеланного сына. Видит небо, я старалась полюбить тебя, но все твои черты — его черты, все манеры — его манеры. Ты становишься отражением своего деспотичного, эгоистичного отца, и я не могу снести этого. Ты говорил, что не виноват в моем горе, наверное, отчасти ты прав — я действительно ужасная мать, но какое право имеешь ты вмешиваться в мои дела. Не смей более, ссылаясь на наше мнимое родство, просить меня о помощи или содействии. С этого мгновения я больше не считаю себя твоей матерью». Джио скривил лицо, рассматривая печать Ее Величества и перебирая в руках другие письма. «Мой нежный солнечный лучик, настали злые времена — нам пора расстаться, но не думай, что я бросил тебя: находясь и за сотни миль от дворца, я сделаю все, что от меня зависит, дабы защитить тебя. Верь мне! Ты пишешь, что остался совсем один, но это не так: постарайся наладить отношения с матерью, пусть тебе кажется сейчас, что это не возможно. Она милосердная и мудрая женщина, тучи тревог скоро развеются, и она сможет понять тебя. Не спорь с отцом, стань его тенью, помощником, другом — теперь, когда ваше родство стало очевидно, он наверняка будет сожалеть о содеянном. Как только смогу, я пришлю тебе верного мне человека в помощь. Держитесь с Диасом вместе. Остерегайся Ненора — он самый опасный для тебя. Не принимай поспешных решений и будь бесстрашен. Твой преданный Грэм». — Кто такой Грэм? — задал вопрос сам себе, аккуратно складывая письма обратно в ларец и засовывая в тайник. Джио, задумавшись, сидел на кровати, размышляя о прочитанном. Дверь резко распахнулась, реакции парня сработали с молниеносной скоростью: он сам не заметил, как очутился под кроватью, притаившись, как в старые добрые (не такие уж и добрые) времена, когда, будучи шпионом Великого войска, выманивал документы из комнат отдыха вражеских генералов. — Тварь! Дрянь! Скотина! Мразь! — покои раз за разом сотрясались от злых ругательств, а спустя несколько мгновений Джио смог рассмотреть пару босых ног, расхаживающих вдоль комнаты, агрессивно пинающих все, что попадалось на их победоносном пути. — Недолго тебе осталось! — на пол упало полотенце. — Скоро уже издохнешь как дворовая вшивая собака! Джио осторожно выглянул из-под укрытия, стараясь рассмотреть гневного обладателя ног. Его взгляду предстал юноша, примерно одного возраста с парнем, мокрый, растрепанный, раскрасневшийся, с несколько потерянным выражением лица. Юноша не стесняясь разгуливал по комнате нагишом, а впрочем, к чему стеснение, если парень был уверен, что находится в комнате один. — Черт! — снова выругался он. — Нужно смыть с себя эту грязь! Ноэль почти бегом дошел до будуара и резким движением руки налил в фарфоровый расписной таз воды из большого кувшина. Потом схватил полотенце, макнул в воду и стал с усердием тереть свое тело импровизированной мочалкой. Мальчишка неприятно поежился: вода в кувшине оказалась ледяной — она была оставлена еще с вечера, и никто не поменял ее утром. Но выбора у принца совсем не было. Теперь, когда его оставил и Диас, никому нельзя доверять. Ноэль не знал, как он будет справляться без прислуги, но оставлять рядом с собой кого-либо было бы просто опасно. Он знал, что все во дворце послушны Ненору — ведь это единственный способ получить тут работу. Тело покрылось мурашками от холода, а из-за грубых действий мальчишки еще и покраснело. Ноэль поежился, нюхая кожу на запястьях — ему чудилось, будто запах мужчины глубоко впитался в него, и теперь смыть его никак не удавалось. — Мерзость! — вздрогнул он, а перед глазами, будто наваждение, возник образ, где он развратно стонал в объятиях своего врага. Лицо покраснело от стыда. Мальчишка мотнул головой, прогоняя постыдные мысли, и громко сказал сам себе: — Он меня заставил! Он меня принудил! Только поэтому… — прикусил губы, снова стараясь притупить то странное, до боли неуютное, постыдное чувство. — Насильно заставил! — рука предательски коснулась губ, отчего по коже прошлась новая череда мурашек, и что-то внутри, что-то до омерзения гадкое, заголосило: «Но ты ведь сам позволил целовать себя! Почему ты не откусил ему язык, как обещал?!» Парень со злостью запустил кувшин о стену, будто разбитая на мелкие осколки посуда сможет излечить уязвленную гордость, но легче не стало. А потом сел прямо на пол, поджав ноги к груди и обхватив их руками, положил голову на колени. В комнате воцарилась тишина. Джио осторожно выглянул из своего убежища и заметил юного принца, сидевшего, словно статуя, совершенно без движения уже более четверти часа. «Ему должно быть холодно», — промелькнуло в голове у мальчишки. И действительно: Его Превосходительство под страхом смерти воспретил кому-либо входить в его покои, а значит, с утра камин не разжигали. Но принц совсем не обращал внимание на эти неудобства — его мысли были где-то далеко. Джио решил тихонько выбраться из-под кровати, на цыпочках дойти до двери, а затем, громко хлопнув оной, сделать вид, что пришел только что. Мальчишка отличался ловкостью и пронырливостью, он умел ходить совершенно бесшумно, он умел быть незаметным, практически невидимым. Но разве можно забывать про случай? Ноэль не имел ни малейшего представления, что сейчас находится в комнате не один. И что именно заставило его взглянуть в сторону спальной комнаты, наверняка не смог бы объяснить и он сам. Вот только он взглянул, а Джио, как назло, в это самое мгновение оказался ровно напротив принца. Оба застыли на месте, словно окаменев; оба испугались от неожиданности; оба смотрели прямо друг на друга широко раскрытыми глазами. — Ваше Величество! — сказал первое, что пришло в голову Джио, низко кланяясь и быстро соображая, что следует говорить далее. — Я стучал, но вы не ответили. Я боялся за вас — поэтому позволил себе войти. Принц как-то по-детски прикрыл свое причинное место ладонями, смущаясь взгляда незнакомца. — Я подам вам халат! — сообразил Джио, бегая глазами по комнате. — Ты кто? Как посмел? — в обычной злой манере зашипел юноша. — Не гневитесь! Я ваш новый слуга — только сегодня во дворец прибыл — поэтому еще не совсем освоился… — Джио искренне улыбнулся, состроив при этом такое невинное лицо, что даже суровый скептик, поймавший бы его на месте преступления за руку, усомнился в его гнусных намерениях. — Что? — Ноэль непонимающе хлопал глазами. — Иди вон! Немедленно иди вон! С чего ты решил, что достоин быть моим слугой?! Ты думаешь, я настолько глуп, что позволю входить в мои покои кому-то с улицы? — Я не с улицы! — состроил обиженный вид мальчишка. — Меня к вам прислал ваш друг… — Ты думаешь, я поверю твоей грязной лжи?! — лицо принца перекосилось от негодования. — У меня нет друзей. Стража! — заголосил он. — Стража, бросить его в темницу! В комнату влетело несколько крепких мужчин, которые, мгновенно подхватив Джио под обе руки, потащили прочь из покоев. — Отрубите ему голову! — бескомпромиссно выдал принц, крепче затягивая пояс халата. — Мой нежный солнечный лучик, настали злые времена — нам пора расстаться, но не думай, что я бросил тебя… — заголосил Джио, хватаясь за единственную соломинку в бушующем океане. — Находясь и за сотни миль от тебя, я сделаю все, что от меня зависит, дабы защитить тебя. Верь мне! Ноэль шире распахнул глаза. — Нет! Стойте, пустите! — вскрикнул принц, останавливая стражников. Мужчины, переглянувшись и пожав плечами, подчинились приказу. Джио облегченно вздохнул, потирая покрасневшие запястья, и уже уверенней заговорил: — Я от Грэма, Ваше Величество! Стражники ехидно фыркнули, а принц, вспыхнув от злости, снова закричал. — Немедленно заткнись, идиот! — он перевел взгляд на стражников. — А вы пошли вон! Мужчины поклонились и незамедлительно покинули комнату. Джио пожал плечами, выполняя приказ принца. — Если ты утверждаешь, что тебя послал Грэм, какого черта ты вредишь мне?! — злое, но потерянное выражение. — Простите? — Джио совсем не понимал, чем он не угодил мальчишке на этот раз. А Ноэль раздраженно выдохнул и прошелся по комнате. — Разве Грэм не научил тебя дворцовому этикету? — он внимательно вглядывался в лицо слуге, но не найдя в его взгляде понимания, продолжил: — Так обращаются только к королю Великой империи: Его Величество КорольДжулиан III. Мой статус не позволяет такого обращения — ибо является прямым призывом к мятежу с целью отобрать корону. — Так как мне вас величать? — усмехнулся парень. — Его Превосходительство принц Ноэль, — мальчик гордо вздернул подбородок. — Странно все это у вас, — Джио не сводил глаз с мальчишки. — Как Грэм? — лицо принца заметно преобразилось, глаза засияли интересом. — Почему он не писал так долго? Еще с той весны от него ни весточки! Он здоров? — Да-да! — уверенно закивал парень, старательно напрягая мозг, дабы не уличить самого себя во вранье, и мысленно проклиная Дирея за то, что дал так мало исходной информации. — Запил мужик, еле вывели из запоя… — почесал затылок, а Ноэль шире открыл глаза. — Он же спиртного никогда в рот не брал! — Джио поперхнулся своим неправдоподобным смехом. — Так поэтому и не брал: ему много не надо — один глоток и на месяц в запой. Он же с горя! Шестеренки в голове Ноэля крутились с такой скоростью, что Джио казалось, будто он слышит этот звук. — Он все о вас горевал и горевал… Говорит, проблемы у вас в семье. С матерью не ладите, вот и думал, как помочь. Ноэль не ответил, прикусив губу. И Джио понял, что сболтнул лишнего. — Кто ты? — вопрос, будто лезвием по коже. — Ты мне врешь — я это чувствую, — смотрит зло, с прищуром, сжимая руки в кулаки. — Я Джио. Я от Грема… — неизвестно, к чему бы привел разговор, если б не внезапно распахнувшаяся дверь и Дирей, появившийся в проеме. Ноэль густо покраснел, крепче затягивая пояс халата, он непроизвольно сделал шаг назад. — Пошел вон! — короткий приказ Дирея, адресованный новоявленному слуге. Джио пожал плечами, намереваясь уйти, но встревоженный голос принца заставил его остановиться. — Не смей ему приказывать в моих покоях! Он — мой слуга! — не слишком уверенный голос для Его Превосходительства, который плохо скрывал нотки растерянности и страха. — Ты уходи прочь! Немедленно! Дирей подпер руками бока, но уходить не собирался. А Ноэль, будто загнанный в капкан зверек, испуганно стрелял глазами по комнате, в надежде найти помощь. — Стража! Пусть он уйдет! — голос едва ли не перешел в истерику, а сам принц побледнел будто мертвец. Охранники не явились — Джио неприятно усмехнулся, понимая, кто стал виновником такого странного поведения служивых, и еще раз удивился тому, как низко здесь относятся к Его Превосходительству. «А оно мне нужно: стать нянькой при избалованным принце, который настроил против себя всех, кого только мог?» — мысленно спросил сам себя Джио и, решив, что «нет, оно того не стоит», просто развернулся на каблуках, намереваясь покинуть комнату. Дирей тяжело вздохнул, подкатывая глаза от усталости, и уверенно прошел вглубь королевских покоев. — Джио, пусть он уйдет, прошу тебя! — Ноэль закрыл рот ладонями, его начала бить легкая дрожь. Никогда в жизни Джио не доводилось видеть такого взгляда, и только поэтому мальчишка все еще оставался в комнате, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Он вдруг явственно почувствовал, что юный Ноэль, подобно хрупкой крепости, дал серьезную трещину, и теперь просто напросто рассыпается на части под жестким натиском. Мальчишка казался сейчас брошенным, покинутым, преданным всеми ребенком. «Он его подобными действиями до греха доведет», — мелькнуло в голове Джио, и он уверенно сделал шаг к мужчине. — А ну пошел вон из покоев, вымя дохлого шакала! — не отказывая себе в удовольствии оскорбить брата, заголосил Джио, хватая Дирея за рукав рубахи так сильно, что ткань затрещала. Дирей резко развернулся, пытаясь отряхнуть прилипалу, а Ноэль, контуженный подобными высказываниями своего слуги, стоял на месте, смотря на мужчин широко распахнутыми глазами. — Да ты ошалел, безродный сученыш! — зарычал воин, ловко хватая за шиворот мальчишку. — Я научу тебя хорошим манерам! — приподнять над полом паренька для Дирея оказалось совсем просто. — Что ты там булькаешь, жижа навозная! — слуга, оказавшись в воздухе, не унимался, размахивая ногами, и даже пару раз больно пнул мужчину. — Я тебя в порошок сотру! — зарычал мужчина. — Только не здесь, — он быстро направился в сторону выхода. Только когда дверь, ведшая из покоев, с грохотом закрылась, сознание вернулось к принцу. — Он же его убьет! — вскрикнул юноша, чувствуя где-то в глубине души ответственность за жизнь его слуги (пусть и не утвержденного им лично). Он что есть сил выскочил в коридор, но нагнать мужчин ему не удалось. — Стража, слуги, кто-нибудь! — заголосил принц так громко, как только ему позволяли его голосовые связки. — Дирей убивает моего слугу Джио! Немедленно помешайте ему! — отдал приказ заспанному стражнику. Тот посмотрел на принца, раздумывая над услышанным. Служивый поклонился юноше и отправился вслед за мужчинами, которые, по его личному мнению, вышли из покоев его Превосходительства в весьма приподнятом дружеском настроении.

***

— Умница, Джио! — Дирей похлопал парня по плечу, а тот, улыбнувшись ему в ответ, поклонился так, как обычно кланяются актеры после спектакля. — Думаешь, теперь он станет доверять мне свои секреты? — парень потянулся, усевшись в кресло. — Я на это надеюсь, — неоднозначно ответил мужчина, вставая с кресла. — Только не вздумай сейчас снова ввалиться в покои Его Превосходительства, — уверенно проговорил Джио, смотря прямо в лицо воина, но не найдя в его взгляде понимания, только усмехнулся. — Переночуй сегодня в другой комнате. Подрочи на его портрет, тем более тебе не в первой этим заниматься. Ехидная улыбка раздражала Дирея, и сейчас он впервые усомнился в правильности своего поступка. — Не лезь не в свои дела, — фыркнул он и отошел на шаг. — Он отличается от всех тех, с кем тебе приходилось иметь дело, — Дирей повернулся к собеседнику, всем своим видом показывая, что прекрасно осведомлен об этом. — Он для тебя яд приготовил… — мужчина сузил глаза, не понимая, к чему клонит юноша. — Значит так, — Джио рассердило непонимание его брата, — или ты сегодня спишь в другой комнате и следующие несколько дней стараешься не стать жертвой отравления, или ты сегодня в очередной раз трахаешь принца, и завтра мы откачиваем от яда уже самого Ноэля… если, конечно, успеем откачать — я-то не знаю, насколько сильный яд у него. Дирей тяжело вздохнул, опустившись на корточки. — Почему он никак не желает понять, что я ему не враг, что я люблю его, что я готов на все ради него, что… — Знаешь, это трудно, — Джио смахнул волосы с глаз, — трудно, когда вокруг тебя одни недруги, желающие твоей смерти; трудно, когда ты не знаешь, кому можно доверять, а кому — нет; трудно, когда тебя предают даже, казалось бы, такие родные отец и мать, — Джио выдохнул. — Я понимаю его, ведь мне годами приходилось жить вдали от родины, каждую секунду рискуя своей жизнью. Но я шел на риск осознано, зная, что мои действия могут положить конец войне, что где-то там мой дом — место, где меня любят и ждут, семья, которую я должен защитить. Парень замолчал, наблюдая за лицом Дирея, стараясь найти понимание в нем. — Ноэль не такой, как мы, потому что он не знает, каково это — быть любимым сыном, не имеет понятия о том, какой должна быть нормальная семья, и как люди должны относиться друг к другу, общаться друг с другом. Он вырос среди лицемерия, оскорблений, сплетен, дворцовых интриг и постоянного страха смерти. Он умеет выживать, но не умеет жить. Он в каждом видит смертельно опасного врага и никому не верит. Так что, Дирей, тебе стоит здорово подумать этой ночью, стоит ли мальчишка твоей любви. Ведь добиться взаимности у тебя вряд ли когда-нибудь получится. Ты сможешь покорить, приучить его к себе, но знай: он всегда будет холоден и равнодушен к тебе. — Я люблю его, — это было все, что ответил мужчина. — За что? — усмехнулся мальчишка. — Я его люблю ни за что. Так и быть, сегодня я буду спать в другой комнате, но только сегодня, — больше Дирей не сказал и слова, просто молча покинул комнату.

***

— Боги! С тобой все в порядке? — Джио никак не ожидал, что Ноэль станет так опекать его по приходу и даже усадит в кресло, разрешит выпить бокал уже знакомого парню вина. — Ты, оказывается, такой смелый! — улыбнулся парень. — Грэм не зря тебя выбрал. Прости, что сразу не признал. В последнее время нервы сдали. А где Дирей сейчас? Его задержали? — Да, — кивнул головой Джио, — его стража застала как раз, когда он меня душить начал. Так что сегодняшнюю ночь он проведет в темнице — будьте спокойны, Ваше Превосходительство, — парень врал, не краснея, запивая свою ложь красным вином и заедая виноградом. — Душил?! — лицо мальчишки исказило злое выражение. — Ну ничего, скоро и ему несладко станет. Тогда поквитаемся! — Вы что-то задумали? — Джио внимательно смотрел на юношу. — У меня появился неплохой союзник, Джио! — злая улыбка. — Если повезет, к завтрашнему вечеру генерал Дирей отправится к создателям. Джио кивнул, думая над тем, стоит ли сообщать эту новость Дирею, или оставить ее нежданным сюрпризом.