Heartful Of Ghosts

Выяснять отношения — всегда не самое приятное дело.  Я опаздывала на 20 минут на встречу, от волнения даже закурила.  “А может не идти и все сойдет на нет само собо? Или постоять еще пару минут и он уйдет. Боже, что за детский сад,Айра”, — больше всего меня злило, что я волнуюсь как школьница из-за разговора с каким-то самовлюбленным пацаном. Но выбора, как и 10.000 евро у меня не было. Кампи, самое людное место в городе — отличная локация для выяснения отношений двух взрывных людей, которые страдают от жажды власти и влияния.  — “Айра, держи лицо. Это самое важное”, — я выдохнула, поправила волосы и направилась к кофейне. Удивительно, но Вилле сидел и смиренно ждал меня, он даже не курил.  — “Опоздать почти на полчаса на примирительную беседу — сильно, ты как обычно преисполнена уважением ко мне”, — он замешкался и начал крутить серебряное кольцо на большом пальце. Мне стало спокойнее, в тот день мы оба были морально уязвимы. — “Слушай, я не хотела приходить. Душевные разговоры — не моё. Но раз уж мы здесь, давай говорить честно”, — я почувствовала, как набираюсь уверенности. — “Давай пройдёмся. Я с места не вставал, пока тебя ждал”, — Вилле резко отодвинул мой стул ногой. Я дернулась от страха. В ответ прозвучал низкий дьявольский смех. — “Прости, прости пожалуйста”, — он подошел ко мне, положил руки на мои плечи и продолжал хохотать. Я напряглась, обратив внимание сначала на его руки. Несмотря на его худобы, он был сильный, его широкая ладонь крепко держала моё плечо. Тонкая трикотажная футболка по фигуре подчеркивала широкую длинную жилистую шею.  — “Как с тобой можно вести какие-то дела, когда ты не понимаешь, что уместно, а что нет. Убери руки, а то еще мстить полезешь за нашу последнюю встречу!”, — я продолжала с интересом разглядывать его. Видимо, в этот момент я смотрела на него растерянным и испуганным взглядом. Вилле убрал руки, начал снова крутить кольцо на большом пальце и резко сменил тон на сочувствующий: “Ты права, дурацкая шутка. Я просто нервничаю, неудачно получилось”. Мы вышли на улицу, он закурил. — “Не угостишь?” — мне даже не было стыдно за эту просьбу. Если играть по-честному, то играть по-честному. — “Ты же не куришь”, — он посмотрел на меня исподлобья и улыбнулся. Зелено-серые глаза под лучами солнцами казались совсем кошачьими, а кудрявая темно-русая прядь выбилась из низкого тугого хвоста и упала ему на лицо.  Вилле протянул мне сигарету и вместо того, чтобы отдать зажигалку решил прикурить от своей. Он наклонился слишком близко, я почувствовало его дыхние на своей шее. Его тактильность начинала меня напрягать. В этот момент меня как-будто окатило холодной водой: “Боже, Айра, ну ты и дура, он тебе просто нравится, скорее всего,ты ему тоже,отсюда все проблемы. Ваши споры и взаимные унижения — просто больной и извращенный способ флирта. Пора завязывать с этим, подруга”. — “Айра, я долго думал. Без тебя нас правда никто за пределами Хельсинки и Берлина слушать не будет. Денег на штраф у нас нет. Я готов делать всё, что ты скажешь. Только не дави на меня сильно, мне нужно время”, — Вилле выпалил это, не глядя на меня. — “Окей, я тебя услышала, сбавляю уровень напора”, — я облегченно закурила и засмеялась. — “Чего смеешься?” — на удивление в его вопросе не было ни нотки агрессии — “Да просто представила, как это смотрится со стороны. Настоящий цирк уродов”, — не успев договорить я почувствовала, как мой подбородок оказался между большим и указательным пальцами Вилле. — “Да, уж, обхохочешься”, — сказал кудрявый, усердной оттирая помаду с моего подбородка — “Извини, ты не против? Просто смотреть не могу спокойно на это”. — “Мог бы и просто сказать”, — я терялась от того, как резко изменилось его отношение ко мне. И от осознания того, что мне хотелось, чтобы это сближение продолжалось. — “У тебя есть время? Может до Эспланады прогуляемся?” — Вилле закурил вторую сигарету — “Давай, я не против. Кстати, чем ты занимаешься, кроме музыки? Я смотрела ваши отчисления от BMG — на одного не хватит, не то что на группу”, — мне стало неловко. — “У меня двойная жизнь: в пятницу, субботу и воскресенье я играю в рок-звезду, а все остальное время работаю продавцом у отца……. в секс-шопе”, — Вилле заулыбался. — “В секс-шопе? У отца? Теперь понятно, в кого ты такой эксцентрик.И как оно? Расширяет границы дозволенного?” — во мне разгорелся неподдельный интерес. — “Скорее наоборот, такой дичи насмотришься….”, — Вилле покраснел и смущенно отвел взгляд. — “Ладно, не буду продолжать, мне кажется, мы не готовы к этому разговору”,  — я захихикала. — “Да нет-нет, это весело. На днях вот приходила двухметровая женщина и её муж. Он буквально ей по грудь был, просили подобрать самое большое дилдо… для мужа”, — Вилле рассмеялся. — “Ой, фу, не продолжай” — мы оба залились смехом. — “Ты имеешь что-то против двухметровых властных женщин?” — Вилле продолжал смеяться, прикуривая уже третью сигарету. — “Ни сколько: ни против двухметровых, ни против властных”. — “Да на самом деле, странно это все. Любовь и страсть, они либо есть, либо нет”, — Вилле грустно вздохнул. Краем глаза я поймала его внимательный взгляд на мне — “Ты считаешь, одного без другого не бывает?” — я посмотрела на него в ответ, также пристально. — “Конечно” В этот момент мне стало немного грустно: “Интересно, значит у них с Тарой всё хорошо?” — “Может, вина в честь перемирия?” — Вилле улыбнулся и подмигнул. — “Давай, только красное сухое” Минут через 10 он довольно перебегал дорогу с бутылкой и шоколадкой в руках. — “Сейчас дойдем до моего любимого места в парке и я покажу тебе магию, как без штопора открыть бутылку с пробкой”, — с гордостью сказал мой спутник. Следующие минут 10 Вилле увлеченно рассказывал о своих родителях и о том, как он рад, что имеет возможность играть музыку со своими друзьями детства. — “Наш разговор какой-то очень эгоистичный, мы только обо мне говорим, а у тебя 100% есть истории интереснее моих”, — Вилле не успел договорить, как ему позвонили. — “Звонила Лайна, они собрались потусить дома у Мигге, пойдем?” — почему-то в голосе Вилле прозвучало сожаление. — “Да,давай, значит у нас сегодня официально день тимбилдинга”, —  я обрадовалась этому приглашению, потому что о себе мне говорить совсем не хотелось.