124. Коммутатор Снов
6 апреля 2025 г., 13:41
— Гррр… — доносилось из пасти в пенных слюнях.
Пустые глаза, красные от напряжения, пристально смотрели на меня. Не было никаких сомнений, что главная мишень его агрессии — это я.
Оцепенение, вызванное внезапностью его появления, отступило, забирая с собой и часть ужаса. Даже Куджо, до этого казавшийся ростом в холке мне по грудь, теперь вроде бы едва дотягивал до талии. Да и вообще, это ведь всего лишь пёс, хоть и бешеный. Конечно, крайне не хотелось с ним контактировать, но отбиться от него вполне реально. Пусть и существуют случаи, когда нападение собаки привело к трагичному исходу, то были неготовые к такому люди, а я ещё и вооружена.
Опомнившись, я потянулась к поясной сетке. На обеих руках всё ещё были Щиты, но из-за низкого роста собаки мне всё равно было как-то неуютно. Сначала хотелось схватиться за Резак, но мой маленький опыт подсказал, что первым делом лучше обездвижить противника.
Быстро выхватив Пуговицу, я швырнула её в Куджо, одновременно выкрикивая:
— Лоза!
В отличие от кошек, полагающихся при атаке в первую очередь на когти, главное «оружие» собак — это пасть, так что ничего удивительного, что Куджо поймал Пуговицу на лету, только это никак ему не помогло. Зелёные гибкие лианы рванули прямо у него изо рта и моментально опутали дёргающееся тело, заставив зверя повалиться на бок. Он рычал, пуская слюни, и пытался извиваться, но больше ничего не мог сделать.
Теперь наверно предстояло добить зверя, а заодно закончить его мучения, и я взяла с пояса Резак. Бешенство не лечится, по крайней мере, когда появились симптомы, шансов вылечиться точно нет (потому эта болезнь и пугала так меня всегда), но пока подходила к обездвиженному псу, решимость лишить его жизни всё равно таяла с каждым шагом.
«Это ведь пойдёт ему на пользу… Он только мучается теперь… На самом деле я его спасу…» — мысленно уговаривала я себя, но безрезультатно.
Моей заминкой воспользовался какой-то грязно-оранжевый колючий шар, выскочив из темноты и кинувшись на связанного Куджо. Казалось, оно собирается сожрать пса, так широко открылась зубастая пасть, по сути разделяя круглое тело на две части.
«Прямо Пакмен какой-то!» — подумалось мне, но при этом я знала, что это не он, это… Лангольер*!
И этот пожиратель прошедшего времени теперь быстро поглощал лианы, опутывающие Куджо. Пёс рычал, но его внимание было сосредоточено на мне, следя за каждым шагом, пока я пятилась. Теперь было реально страшно.
Как справиться с ними обоими? Очевидно Лоза будет бесполезна против лангольера. Пока он не обезврежен, избавиться от Куджо будет невозможно.
Оба монстра теперь смотрели на меня, и стало ясно, что на страх и сомнения больше нет времени. Первым делом я снова кинула в Куджо Лозу, и обезумевший от разлагающей мозг болезни пёс опять на это купился — поймал пуговицу и тут же был связан лианами. Это как минимум должно было выиграть время.
В этот раз лангольер не спешил выручать собрата-монстра, глаз у него не было, но покрытая крупными шипами сфера двинулась в мою сторону, и стало ясно, что у него на уме. Времени что-то выдумывать не осталось, и я стала швырять в него Пуговицы все подряд. Резак царапнул его колючий, круглый бок, не оставив следа. Пуговица Взрыва заставила его всего лишь замереть на несколько секунд. Лозу он ожидаемо просто проглотил. Камень тоже, но он хотя бы произвёл эффект — лангольер вдруг упал.
Только после этого я поняла, что до этого шипастый грязно-рыжий шар летал, парил в полуметре над полом. Теперь же он рухнул вниз, явно утяжелённый Камнем, но, к сожалению, это не помешало ему катиться на меня.
Что же делать?! Как его остановить?! Нас разделяло уже меньше метра, и я свела руки на груди, приготовившись принять нападение на Щиты. Где-то вдали зазвенел знакомый бубенчик, и на душе зародилась какая-то меланхоличная ностальгия.
Казалось, в самый последний момент что-то мелкое налетело на лангольера, и он повалился боком (то есть на щёку, других ориентиров, кроме рта, у круглого создания не было) на пол. В этот момент стало видно, что это какой-то механический объект, похожий на крупного паука, лапками вцепившегося в шипы лангольера. Механизм заискрился, и грязно-рыжую сферу затрясло. Она запенилась чёрными пузырями, словно собиралась расплавиться, чернота быстро распространилась по всей поверхности, и вот передо мной на полу… Чернушка?
Нет, это был не один из моих маленьких друзей из мира снов. А значит, это просто один из маленьких кошмаров, которых Хранители Снов называют мимиками. Его глаза — просто чёрные бусины, без белка, делающего глазки Чернушек забавными, — злобно пялились на меня, пока он визжал и пускал слюни, прям как Куджо.
Снова донёсся звон бубенчика, теперь, кажется, с более близкого расстояния.
Точно, если этот «лангольер», это на самом деле мимик, то и Куджо тоже. Я хотела уже осмотреться, чтобы понять, откуда прилетел тот механический паук, чтобы узнать, нет ли там ещё, но тут сообразила — это же гениально!
Подступив к опутанному лианами псу, я достала новую пуговицу, она была серебряной. Ей бы подошло название «Электрошок», но это слово слишком длинное, его неудобно выкрикивать.
— Разряд! — воскликнула я, бросив пуговицу на Куджо.
Раздалось характерное шкварчание электрических разрядов. Пса затрясло от окутавших его хищных всполохов, рычание стало болезненным, тело покрылось чёрными пузырями и быстро приняло облик мимика.
— Ловко, — заговорил Лун совсем рядом, и я буквально подпрыгнула, резко повернувшись на голос и действительно обнаружив его владельца в метре от бывшего лангольера. — Прости, я не пытался подкрадываться.
Из-за чёрного окраса казалось, что его фигура отделилась от заполнявшей освещённый только зеркалами коридор тьмы. В руке парня был крупный белый автомат или, скорей, какое-то лазерное футуристичное оружие со светящимися элементами на корпусе. Но по форме это оружие действительно походило на автомат с подствольным гранатомётом. По крайней мере, что-то такое я видела в фильмах.
— Я не слышала... Как ты подошёл? — искренне недоумевала я, как так получилось.
За последний месяц я так привыкла, что слышу всё вокруг, что внезапное появление кого-то бесшумно… Если подумать, когда Лун подкрадывался через астрал, его не было слышно, но разве здесь так можно?
И где это «здесь»?
— А как они подобрались, слышала? — кивком указал кот на мимиков, в одного из которых целился из своего белого автомата.
— Нет, — поражённо ответила я, качнув головой, и тут же снова подпрыгнула, не ожидая, что кот выстрелит.
Никакого грохота или хотя бы хлопка не было, только щелчок — и яркая линия метнулась в сторону мимика. Видимо, это был выстрел лазера. Маленький кошмар от этого в последний раз зарычал и растворился в воздухе.
— Добей второго, это подкрепит твои силы, — посоветовал Лун, но потом взглянул на меня и забеспокоился. — Всё в порядке?
— Да… — неуверенно отозвалась я, доставая Резак. — Просто… Немного растеряна. Столько всего произошло… А как это подкрепит мои силы?
Ударить резаком по мимику было гораздо легче, чем по Куджо — он выглядел как больное несчастное животное, а маленький кошмар, даже почти обессиленный, словно сочился злостью и ненавистью. Заглядывая ему в глаза, невозможно было рассмотреть там хоть крупицу разума, только ярость.
— Они ведь, по сути, энергетические существа, и когда ты нарушаешь целостность их структуры, энергия, что в них накопилась, рассеивается. Гвоздь Грёз может поглотить и преобразовать эту энергию в твою собственную. Я бы мог зажечь свет… Попробуй посмотреть через свои очки.
Согласившись, что эта хорошая идея, я достала и надела пуговичные очки, всё вокруг тут же опутали тонкие светящиеся нити, по которым циркулировала энергия. А стоило опустить взгляд на мимика и мне захотелось отшатнуться. Хотя мне и доводилось видеть истинный облик настоящих чудовищ, особенно ярким примером был Критэр, но он был… другом. И это чувствовалось. На фоне него этот мимик был безвредной букашкой (сотканной из чистой тьмы), но при этом излучал столько неудержимой ярости, столько бездушной жажды крови и разрушения, что отталкивал гораздо сильней, пробуждая внутри дикий животный страх. Наверно так и должно быть с Кошмарами.
Пуговица Резак сквозь очки сияла почти так же ярко, как белое оружие Лунного. Свет против тьмы — есть в этом что-то поэтичное. И банальное.
Немного почитав на досуге книги о Мире Снов, я узнала, что Гвоздь Грёз формируется у Детей Ночи, как сосредоточие всей агрессии, воли и воинственной решимости. Сфера каждой эмоции у них концентрируется в отдельной области и выполняет свою функцию, хотя у обычных Спящих все они смешаны и формируют Сон совокупно. Наверно поэтому Дети Ночи осознают, что спят.
Всё ещё неготовая бить наотмашь, я легонько мазнула остриём Резака бок злобно шипящего и подёргивающегося мимика. Он зашипел громче и резче, а на месте касания образовался светящийся рыжим разрез, словно внутри круглого чёрного тела пылало пламя. И оттуда оно потянулось к Пуговице, сначала медленно, мягкими стеснительными язычками, а затем всё быстрей и больше. Тело монстра стало бледнеть и усыхать, словно Резак вытягивал из маленького Кошмара жизнь, как чёрная дыра вытягивала жизнь из солнца Мёртвого Мира.
— Астра, ты в порядке? — обеспокоенный голос Лунного отвлёк меня от мрачных мыслей.
Мимик передо мной уже полностью растворился, поглощённый моим Гвоздём Грёз.
— Да. Думаю, да, — безэмоционально ответила я, убирая пуговицу.
К счастью, кот не стал расспрашивать.
— Что случилось с тобой? Почему ты здесь? — поинтересовался он. — Я ведь просил оставаться в своём Сне, в безопасности.
— Ну… — я скривила лицо, не желая слушать упрёки, и ноющим тоном стала искать оправдания. — Ты сам виноват: оставил слабую девушку одну наедине со своим любопытством… Чего ты ждал? Что я никогда сюда не попаду?
Лун засмеялся мягко и тепло, в глазах под стёклами очков мелькнула искра озорства.
— Ты права. Чего ещё я мог ждать от сестры Соника?
— Да ну тебя, — усмехнулась я, в шутку стукнув парня по плечу, заставив его уворачиваться, а затем сняла пуговичные очки. — Так что это за место? Тот самый… Коммутатор Снов? — припомнилось мне прочитанное в одной из подаренных Умброй книг.
Коммутатор Снов — это место, к которому тянется ниточка от каждого Сна, и все они наполняют и заряжают его энергией. Есть легенда, что его создала богиня снов, но неизвестно какая именно, Илюмина или Мара.
— Именно, — кивнул он. — У него есть несколько названий: Междумирье, Сонный Узел…
— Почему узел? — перебила я, заинтересовавшись, и снова осмотрела тёмный коридор.
— Возможно из-за того, что здесь переплетаются все пути… — предположил Лун. — Здесь есть проходы во все сны: кошмары, нейтральные и даже хорошие…
— Хорошие? — снова перебила я. — Я думала, они отделены.
— Так и есть, — кивнул кот. — Проникнуть в хорошие сны можно только с разрешения Илюмины, её сила защищает их все и проходы к ним. Но они тоже есть здесь, в одном из тайных проходов. Просто для большинства туда путь закрыт.
— Для большинства? — переспросила я.
— У меня есть теория… — он чуть замялся, подбирая слова, или неуверенный, что стоит делиться своей идеей. — Что некоторые Дети Ночи служат Илюмине так же, как мы служим Маре.
Это была интересная теория, но меня заинтересовало другое:
— А ты видел когда-нибудь её сам?
— Доводилось… несколько раз, — кажется, он пытался говорить нейтральным тоном, но сквозь него ясно слышалась гордость, и в подтверждение кот улыбнулся с доброй насмешкой. — Не одной же тебе иметь влиятельных покровителей.
Всё, что ни делал Умбра, было либо сдержанным и продуманный, либо вежливым и джентльменским, но за всем этим то и дело проглядывала задорная хитринка, как у его невесты. Может, это как раз последствие долгого общения с ней, но мне всё больше казалось, что это скрываемая часть его характера.
— Что такое, Лун, всё не даёт покоя грандиозность Критэра? — усмехнулась я в ответ и в шутку подбадривающе похлопала его по плечу. — Не печалься, преисполниться восхищением и завистью при встрече с ним — это нормально.
— Да иди ты! — возмутился кот, дёргая плечом, чтобы скинуть мою ладонь, но продолжая улыбаться. — Ничем я не преисполнился…
— Ага, — саркастично промычала я. — И поэтому боишься Критэра по имени звать.
— Я ничего не боюсь! — уже более убедительно возмутился Лун, но тут же взял себя в руки, а затем взял в них свою винтовку, которая до этого висела на ремешке у него на шее. — Это просто предосторожность.
— Эй-эй, давай без этого. Я же просто шутила, — нервно посмеиваясь, я выставила ладони в безоружном жесте, на самом деле не особо веря, что он правда станет угрожать мне оружием.
Сузив глаза и метнув в меня осуждающий взгляд, кот отвернулся, чуть подёргивая хвостами, прицелился куда-то в глубь коридора. Хотелось сразу спросить, что он делает, но походы в тир научили меня уважению к чужой стрельбе, и я решила подождать, пока он закончит.
Винтовка издала «шванк», и из неё что-то вылетело куда-то далеко во тьму. Оттуда отозвалось шипением электрических разрядов и рычанием.
— Как ты его увидел? — поразилась я. — Я ничего вообще не слышала! А ты ещё и спиной стоял…
— Это ещё одна способность Детей Ночи. Кто-то зовёт это Чутьём, кто-то — Радаром Кошмаров… — повернувшись, пояснил Лун, вешая винтовку за ремешок обратно на шею. — У мимиков обычно слабый сигнал, и их не всегда удаётся засечь заранее…
— Постой, а как же ты меня тут нашёл? — удивилась я. — Как понял, что мне нужна помощь?
— О том, что ты ускользнула из своего Сна, я узнал сразу, — он отодвинул винтовку в сторону и распахнул одну полу пиджака, на подкладке которой висело несколько маленьких Ловцов Снов, — когда твой засигналил. Как только смог освободиться, я тут же отправился на поиски, а уже когда прибыл сюда, твой Ловец зазвонил. Видимо, этот твой игрушечный лис проникнул даже в его структуру. Все Спящие высвечиваются на Радаре, а мимики были рядом с тобой, — Лунный обернулся и несколько секунд вглядывался туда, куда только недавно стрелял. — Кошмары часто используют Узел, чтобы попасть из одного Сна в другой, но они редко здесь задерживаются. А вот многие мимики и другие мелкие Кошмары тут часто живут. Поэтому пока не закончишь подготовку, не вздумай сюда ходить. А сейчас возвращайся в свой Сон. Будь со своим напарником и Чернушками. Я постараюсь освободиться до завтра, и тогда мы продолжим тренировки.
— Ну… ладно… — с наигранной печалью вздохнула я, потому что на самом деле успела увидеть и пережить больше, чем хотела, и оставаться желания уже не было. — Только… как?
Я немножко растерялась, хотя можно было бы и привыкнуть, что нигде в Мире Снов нет нормальных дверей.
— Так же как и пришла, — с едва уловимой язвительностью в голосе ответил кот. — Раз уж ты уже достаточно способная, чтобы проходить сюда, то открой себе проход и обратно… Или ты использовала своё секретное умение по открыванию проходов?
— А, так это твой секретный план по выведыванию моих секретов? — усмехнулась, доставая Пуговицу Резака.
— Конечно, нет, — вроде бы искренне смутился Лунный Смотрящий. — Хотя я не теряю надежды однажды заслужить твоё доверие достаточно, чтобы мне доверили такой секрет.
Мне почему-то показалось, что он так неуклюже пытается сыграть на жалости. Но моё чувство вины было так лениво, что даже не шелохнулось.
— Любая тайна возлагает ответственность. Разве у тебя недостаточно того, за что ты должен отвечать? — спросила я и махнула Резаком, от чего пространство вокруг завибрировало, но не разошлось. — Не получается. Может, дело в том, что я шла в след за тобой? Там в воздухе остался… как бы невидимый шрам.
Лун понимающе кивнул.
— Просто попробуй ещё раз, вложи больше воли.
Так и поступив, я всё-таки добилось результата, хоть и раза с пятого. Но во время неудачных попыток меня подбадривало то, что пространство вокруг действительно колыхалось, и даже растягивалось под лезвием резака, словно оно было недостаточно острым.
— Отлично, — похвалил Лун, когда у меня, наконец, получилось. — Теперь ты знаешь как создавать проходы в материи Снов, даже в неистончённых местах. А теперь возвращайся в свой Сон и, пожалуйста, не ввязывайся в неприятности… Хотя бы пока я занимаюсь твоим обучением.
Звучал он почти жалостливо, но при этом как человек, который понимает, что всё равно обречён.
— Ничего не могу обещать… — стараясь сдержать улыбку, ответила я, уже находясь по ту сторону портала, и прямо руками свела его края, чтобы возмущённый Лун ничего не успел ответить.
В этот раз ласковые сильные руки, ощущавшиеся на довольно пикантных местах моего тела, не вызвали никакого отторжения. Сквозь сон я почувствовала знакомый мощный хаос и, расслабившись, позволила себе насладиться приятным пробуждением.
Прижимаясь ко мне со спины, Шедоу сначала нежно поглаживал мой живот, пока его дыхание ворошило шёрстку у меня на загривке. Большая тёплая ладонь продвигалась всё выше и выше, а губы уже коснулись нежного места под началом роста головных игл.
У меня пробежали приятные мурашки, и иглы встали дыбом. Когтистые пальчики, что уже касались нижней части округлости груди, замерли.
— Ммм… И почему ты остановился? — промурчала я, притираясь сильнее к тёплому телу позади.
Ёж насмешливо выдохнул мне в затылок и снова поцеловал шею, пока его ладонь нежно обхватила мою левую грудь и немножко помяла, словно оценивая её размер и упругость. Совершенный натужно вздохнул, двинул бёдрами и, убрав руку снова на живот, уткнулся лбом в верх моей спины, и снова вздохнул.
— Не понравилось? — с лёгким разочарованием спросила я, всё ещё ощущая жар на том месте, где была его ладонь.
Соски напряглись, и ткань пижамной футболки, касающаяся их, стала ощущаться особенно чётко.
— В том то и дело, что понравилось, — недовольно проворчал чёрно-алый, и то, как гулко билось его сердце, это только подтверждало.
— Тогда в чём проблема? — усмехнулась я, поглаживая его ладонь на своём животе.
Шедоу фыркнул и отстранился.
— Я не уверен, что твой друг достаточно взрослый, чтобы за таким наблюдать.
— Что? — не поняла я и тоже легла на спину, распахивая глаза.
Первым делом я проследила за хмурым взглядом рубиновых глаз и наткнулась на белого одноглазого головастика, парящего в полуметре от кровати.
— Я… мешаю вам размножаться? — с детской непосредственностью спросил Люмин и похлопал своим очаровательным глазиком.
Примечания:
*Лангольеры — монстры из одноимённой книги Стивена Кинга. Действительно очень похожи на пакмэна и состоят почти из одних зубов. По сюжету они поглощали материю прошедшего времени (наш мир).
