о выгорании, объятиях и конструкторе с багуканами

обычно выгорание ощущается лишь тогда, когда до него осталось всего лишь раз пролить чай мимо кружки, наступив носочком в мокрую лужицу, и зацепиться длинным рукавом за ручку двери, окончательно пролив остатки горячего чая. по крайней мере, антон так это ощущал. именно в такие моменты он понимал: всё, приплыли. всё, что так долго копилось внутри: усталость, нервы, переживания и сдержанные эмоции, вырывается на свободу с тихой истерикой за закрытой дверью. именно с тихой. не потому что антону запрещали плакать или как-то осуждали его за это (может быть), а потому что он не хотел доставлять никому негативных эмоций. ну кому нужны его рыдания, слёзный град и причитания о всех жизненных невзгодах? у людей наверняка и своих проблем хватает, и никто не ноет, все справляются как-то сами. чем шастун хуже? ничем. так и заканчивались все рассуждения парня, и он вновь и вновь хоронил в себе, до поры до времени, весь негатив, с которым сталкивался. и он бы продолжал так думать и делать, если бы не… – шаст? шаст, ты тут? всё хорошо? – в дверь тихо стучат, а затем та открывается с характерным шорохом петель. ох, этот голос ни с чем не перепутаешь. это был арс. как он попал в дом шастуна? да всё предельно просто, никакого криминала. арсений попов – давний друг антона. они знают друг друга ещё с начальной школы. попов навсегда запомнил день, когда к нему, шабутному активному третьекласснику, на перемене подбежал маленький смешной паренёк. они нашли общий язык сразу же: первоклассник притащил с собой конструктор с бакуганами и с сияющей улыбкой предложил поиграть. с тех пор они и стали теми самыми друзьями, что зовутся «не разлей вода». антон, несмотря на разницу в возрасте, был сначала прекрасным компаньоном для игр, потом для подколов девчонок на переменах, а затем и для разговоров по душам, когда та этого требует (хотя, в основном эти разговоры вновь сводились к тем же девушкам, которых они дразнили и дёргали за косички ещё несколько лет назад). именно по этой причине однажы мама антона вручила арсению запасной комплект ключей со словами: «если я буду в командировке, а антон не будет выходить на связь, ты мигом бежишь к нему и звонишь мне! и в скорую, на всякий случай. и пожарным. и если что, в полицию» – ты что тут делаешь? – шаст старался сохранить максимально спокойно-равнодушный тон, но влажные от слёз ресницы выдавали его с потрохами. на чуть покрасневших щеках ещё не досохли солёные дорожки, а на голове образовалось гнездо и мягких кудряшек. – а ты загляни в телефон. у твоей матери, скорее всего, инфаркт, а я чуть весь не поседел, пока бежал к тебе. что случилось, антон? ты целый день не выходишь на связь, не пришёл на учёбу, в вк со вчерашнего утра не заходил. – всё в порядке. я…я просто решил сегодня устроить день отдыха. мозг разгрузить, убраться… – да, я вижу! – попов подошёл к полке и провёл пальцем по деревянной поверхности. на нём осталась трёхнедельная пыль. парень состроил ухмылку и вновь повернулся к младшему – неплохо так убрался. шастун лишь со вздохом прикрыл глаза. в такие моменты он был готов уничтожить арсения любым способом. потому что если попову нужно что-то узнать, он это непременно узнает. и не видать бедному антону спокойствия в четырёх стенах квартиры и бесконечном пространстве своего сознания. – арс, пожалуйста, оставь меня в покое. я приведу себя в порядок сегодня и завтра вернусь к учёбе. не нужно меня оберегать, мне не 16 и уже даже не 18. я имею право остаться наедине с самим собой, ты не должен здесь находиться. – шастун начинает медленно закипать. очередные последствия выплеска тех самых эмоций. – что вообще за привычка у тебя? приходишь как к себе домой, лезешь ко мне бесконечно! кто вообще додумался всучить тебе ключи от моей квартиры? свали отсюда и ключи оставь на комоде. давай! иди! че ты встал и смотришь на меня? отвали, арс, хватит меня опекать. ты мне не папочка, чтобы нотации читать! парень сорвался на крик. он размахивал руками, толкался и сжимал кулаки. не подбирал выражений, ругался и снова кричал. арсений лишь стоял напротив. смотрел тихо и внимательно, изучая. он смотрел прямо в глаза младшему и видел в них всё то, что шастун так усиленно скрывал за толщей истерики. усталость. черезмерная усталость, которая навалилась на хрупкие плечи парня и давила так сильно, что становилось невыносимо. она выжимала все соки и не давала сделать вдох. – ты долго молча стоять будешь? арс! – голос снова начинает дрожать – ты вообще слышишь меня? поговори со мной! арсений, пожалуйста! юноша не сдерживает подступившие к горлу слёзы и тянется к попову. он протягивает руки, словно совсем малыш, и молча просит объятий. простых, но таких нежных и нужных сейчас. по щекам снова текут горькие слёзы, ладони дрожат. старший молча обнимает друга и кладёт руку ему на макушку, поглаживая. шастун утыкается куда-то между плечом и шеей, продолжая тихо всхлипывать. – тош, я рядом. я здесь. я с тобой. они стоят так очень долго. антон наконец затихает и с молчаливой благодарностью жмётся к попову. а тот продолжает тихо ворошить чужие волосы, путая пальцы в копне пшеничных волос. – арс, я…кажется, я люблю тебя. рука парня лишь на миг замирает и он приподнимает младшего за подбородок, чтобы взглянуть тому в глаза. – что? – я люблю тебя, арс. арсений опешил. он всегда относился к антону как к младшему брату, котёночку, к которого он старался оберегать от всех невзгод. за все эти годы в его душе теплело и росло чувство привязанности и нежности к шастуну. но он никогда не думал, что антон может относиться к нему так же. они много раз обсуждали личную жизнь друг друга тихими вечерами в этой самой квартире, и каждый раз говорил, в основном, антон. что в школе, что в институте, у него отбоя не было от девушек. почти каждую неделю арсений часами выслушивал очередные похождения друга. а потом появилась ира. они встречались полтора года, жили вместе и завели щенка, которого девушка забрала с собой при переезде после очередной ссоры. потом она исчезла из жизни этих двоих навсегда. история была отвратительная, но до ужаса банальная. на одной из студенческих тусовок, которые обычно происходили каждые выходные в конце месяца, ира подошла к антону и прямо сказала: «я изменила тебе», а потом ушла с каким-то парнем веселиться дальше, оставив антона за барной стойкой в полном шоке. с того момента антон стал часто пропадать, закрываться дома неделями и много думать. арсений старался всегда быть рядом, но даже от него парень закрылся. шастун верил, что это была настоящая любовь, что они поженятся после универа и уедут вместе жить в чехию, потому что ира всегда мечтала там побывать. но все его мечты разрушились в один день, и пережить это было тяжело даже для весёлого и вечно смеющегося шастуна. попов междленно притянул юношу к себе за подбородок. целовал нежно-нежно, как спящего кота, которого боишься разбудить, но не можешь сдержать прилив нежности. губы у шастуна от слёз солоноватые, но это никого не смущает. они оба вложили в этот поцелуй всю нежность, заботу и любовь, что росла в их сердцах всё это время. – пожалуйста, не закрывайся от меня больше, хорошо? постарайся, пожалуйста. помни, что я всегда рядом. дальше стояли в тишине. серца, будто в фильме, бились в унисон и наполняли комнату тихим ровным звуком. для них двоих весь мир сузился до размеров небольшой спальни в одной из панельных многоэтажек. не осталось проблем, боли и выгорания. теперь весь их мир – это мягкие объятья друг друга, тёплый чай в большой кружке и бесконечная любовь, наполняющая душу ярким чистым светом.