И звезды падают с небес

Выходные прошли незаметно. Мин-а не успела до конца оправиться после расставания с Юнги. Даже записывать диск не было сил. Впервые в жизни музыка не спасала от удушающей пустоты. Мин-а часто приходилось оставаться наедине с теми разрушениями, которые люди оставляли после себя. Собирать осколки своего сердца было привычным делом. Но как же так получается, что каждый раз, получив столько боли, виноватой всё равно остается только Мин-а? Разочарование. То, с чем чаще всего уходят люди, после того, как растопчут всё то, что обещали сохранить. Мать и отец увидев две полоски на тесте, первое, что почувствовали – розочарование. Презерватив оказался бракованным. Минхек, после единственной проведенной ночи с Мин-а, почувствовал разочароние. Нет опыта. Сонми, узнав, что сделала Мин-а, почувствовала разочарование. Предала. Юнги...Подарил надежду, и был разочарован, что Мин-а не согласилась вернуть всё назад. Недостаточно любит. И теперь, глядя на диск, который она хотела сделать идеальным, девушка думала над своим выбором. Правильно ли Мин-а поступила? По крайней мере, если бы она была уверена, в том что поступила правильно, то не испытывала бы сейчас чувство стыда, за то, что хочет передать диск. Мин-а спрашивала себя, почему она такой плохой человек? Почему она всегда принимает неправильные решение? Она хотела закончить записывать музыку и связаться с продюсером, но не сегодня. Не даже через неделю. Мин-а была не готова переступить через невидимый барьер, оставленный Юнги. Он возненавидит её, если она это сделает. Быть может уже ненавидит. Ей просто нужно время подумать. Перевести дух. И через пару недель, может месяц, Мин-а снова вернётся к музыке, уже без угрызения совести. Но недели шли, а легче не становилось. Мин-а пыталась писать. Но что-то мешало. В груди ныло. Пустота, к которой девушка давно привыкла, вдруг стала невыносимой. Юнги больше не появлялся. Они на самом деле расстались навсегда. Встретить его возле бара было чудом. Дважды такое не повторяется. Мин-а работала в кафе уже месяц. Но Юнги не появлялся там с тех пор, как они расстались. И девушка с каждым днем становилась всё более угрюмее. Бэкхен давно заметил изменения в настроении девушки. Юнги не заходит. Они не созваниваются. Не трудно догадаться что, что-то произошло. Но Бэкхен поступает, как воспитанный молодой человек и не вмешивается в личную жизнь. Хотя, видеть измученную улыбку на лице девушки не просто. В какой-то момент Мин-а поняла, что не может больше выносить то одиночество, которое когда-то было привычным. Ей хотелось надеяться, что в мире остался хотя бы один человек, который может её полюбить. Когда-то Юнги дал Мин-а надежду, что мать бросила её по какой-то причине. И теперь, эта мысль не давала покоя. Кто может понять лучше дочь, чем не родная мать. Кто может заполнить пустоту в груди, как не материнская любовь. Кто может утешить лучше, чем она. Помочь пережить расставание с парнем. Мин-а, как никогда, нуждалась в этом. Хотя бы узнать причины. Подружиться. Они могли бы просто, для начала, начать общаться. Вероятно, у неё уже давно своя семья. Возможно, даже дети. Но ведь мать должна знать, как поживает её первенец. Как выросла. Кем стала. В крайнем случае, Мин-а просто хотела узнать причины её е поступка. Быть может, если она поймет, что мать бросила её вынужденно, что её заставили, девушка почувствует какое-то облегчение. Мин-а просто хочет, чтобы у неё была семья. Хоть кто-нибудь, кто будет любить. Ей казалось, Юнги тот самый, который сможет увидеть в ней человека, достойнного любви. Но девушка оказалась недостаточно хорошей. Её прошлое, которое невозможно исправить, всегда будет напоминать ему, кто она есть на самом деле. Минхек, отец, Сонми – эти люди, как лакмусовая бумажка, показывают, какой Мин-а на самом деле человек. Она незаслужила, чтобы её любили. Точно не такой, как Юнги. Но ведь с мамой всё может быть по-другому. Мама всегда принимает свое дитя таким, какое оно есть. Потому что материнское сердце безгранично. Там хватит место даже для такой, как Мин-а. -Я могу сегодня уйти пораньше? – спросила Мин-а, обращаясь к Бэкхену. – У меня сегодня встреча. -С Юнги? – неожиданно поинтересовался он, заставляя всё внутренности девушки скручиваться в тугой узел, причиняя невыносимую боль. -Нет... – промямлила девушка, опуская глаза. Бэкхен задумчиво промычал. -Давно он не появлялся. Нужно бы ему позвонить. -Так, что насчет того, чтобы я ушла пораньше? – напомнила Мин-а, не желая продолжать тему. -Конечно. Всё в порядке? -Да. Просто возникли кое-какие дела. Бэкхен задумчиво кивнул и ушел обслуживать клиентов. Мин-а тоже постаралась сфокусироваться на работе, хотя навязчивые мысли о Юнги не позволили расслабиться. Сегодня вечером, отец пригласил девушку на очередную встречу с семьей. Он иногда так делал. Мин-а не хотела идти и точно бы отказалась. Но продюсер Ли был единственный человек, который мог знать хоть какую-то информацию о матери девушки. И Мин-а согласилась на встречу, только чтобы выяснить у него адрес. Она не была уверена, даст ли он его. Но он был единственной надеждой найти мать. Так что, выбора не было. Отец, как и всегда, отправил Мин-а новое платье и туфли. Девушка не совсем понимала, зачем он позвал её на встречу с семье и подарил вещи, ведь они расстались на плохой ноте последний раз. Быть может, снова попытается уговорить её пойти работать экономистом и бросить мечту. Или хочет выяснить, что она делала на том ивэнте. А может даже и то, и другое. В любом случае, это не было так важно. Мин-а шла туда тоже с определенной выгодой для себя, поэтому не возражала. Придя в студию пораньше, Мин-а приняла душ и надела подарок отца. На этот раз это было короткое шелковое платье выше колен от Прадо. Отец выбрал нежный розовый цвет и Мин-а почувствовала себя в нём куклой. Не то, чтобы ей не нравилось. Просто такой стиль больше подходил её сестре, чем ей. Мин-а по-прежнему ощущала себя гадким утенком, по сравнении с Риэль и всегда с трудом принимала новый образ. Образ светской леди. Девушки из высшего общества. Куколки, не познавшей бед. Мин-а достала из коробки туфли от Джимми Чу и усмехнулась. Знал бы отец, что она сделала с предыдущими, вряд ли захотел бы так раскошелиться. На дне коробки, девушка заметила конверт. Содержимое позабавило: немного денег и записка «на такси». Смешно. Порой Мин-а удивляло отношение отца. Два месяца назад, он заставил её буквально просить милостыню, а теперь позаботился, чтобы дочь не ехала на автобусе. В таком случае, лучше бы положил в конверт ключи от новой квартиры, учитывая, что Мин-а до сих пор негде жить. Мин-а приехала немного раньше. Она не хотела приходить так рано, поэтому просто топлаталась возле ворот апартаментов, дожидаясь назначенного времени. Даже понимая то, что пришла с определенной выгодой для себя, Мин-а испытывала сильное волнение перед встречей. Отец по-прежнему вызывал страх и ощущение никчемности. Ей не хотелось видеть брата и сестру, которые точно не упустят возможности позлорадствовать. Но выбора не было. Мин-а остро нуждалась в матери. А отец единственный, кто может помочь её найти. Ради такого стоит потерпеть. Мин-а топталась на месте, напивая под нос песню, которую исполняла, когда -то Юнги. Почему-то это успокаивало перед встречей с родней. Пусть айдол её ненавидит, воспоминания о тех днях, проведенных вместе, грели душу. Девушка никогда не будет испытывать негативные чувства к нему. Юнги появился в нужный момент в ее жизни. И это навсегда останется самым драгоценным моментом в её сердце. То, что будет помогать в тяжелые моменты. Мин-а остановилась петь, услышав звук приблежающейся машины. Сердце бешенно забилось, когда она смогла разглядеть номер автомобиля, принадлежавший Мин Юнги. Мин-а заметалась, желая скрыться. Она ругала себя за то, что не зашла в дом сразу. Но было уже поздно. Машина подъехала, останавливаясь прямо перед ней. Окна затонированы, поэтому Мин-а не заметила человека, на пассажирском сидении. Она стояла, мечтая стать невидимкой и молясь, чтобы каким-то чудом Юнги ее не узнал. Но он узнал. Выйдя из машины, Юнги, снимая солнечные очки, осмотрел девушку с ног до головы, словно какой-то эскпонат на выставке. Губы скривились в ядовитой усмешке, заставляя Мин-а почувствовать себя полным ничтожеством. Его взгляд девушка хорошо знала. Именно так смотрят на нее брат и сестра, при каждой встрече. Высокомерно, словно она не заслуживает даже их внимание. Мин-а не смогла вынести такого отношения, отводя глаза в сторону. В руках Юнги по-прежнему её сердце. Нет той стены, которую Мин-а годами выстраивала вокруг себя для защиты. Парень заставил её раскрыться. Стать беззаружной перед ним. И сейчас, в данную минуту, он раздавливает сердце в руках, причиняя невыносимую боль. Мин-а думала, что хуже уже и быть не может. Но, когда увидела, как из машины выходит Риэль, поняла, как ошибалась. Сестра удивленно подняла глаза, на секунду замерев на месте. Но потом, взяла себя в руки и подошла к Юнги. -Что ты тут делаешь? – спросила она с презрением. -Я...пришла... – Мин-а замялась. Юнги пристально ее разглядывал и это очень мешало собрать мысли в кучу. – продюсер Ли меня позвал. Мин-а хотелось сказать, что позвал её отец, но почему-то не смогла. Слишком все казалось унизительным. Особенно тот факт, что Риэль приехала вместе с Юнги. -Ясно, - холодно проговорила сестра. Повернувший к айдолу, она засияла. -Зайдешь? Парень улыбнулся,теперь фокусируя все свое внимание на Риэль. -В другой раз. У меня остались кое-какие дела в студии. -Какая жалость, - сестра надула губки, становясь сразу такой милой и невинной. Мин-а такой Риэль никогда не видела. Юнги коснулся ее запястия, притягивая к себе. Они вели себя так, словно Мин-а и правда превратилась в невидимку. Девушка прикусила губу, заставляя себя не смотреть. Она не должна была застать такую сцену. Когда-то Юнги обнимал её также. Видимо, для него это ничего не значило. Слёзы жгли глаза. Мин-а сильная, но даже для нее это слишком. Все внутри кричало, чтобы они остановились. Лучше бы Юнги убил её, чем видеть его с другой. Он выбрал идеальную месть. И если раньше Мин-а думала, что сможет продолжить жить, как раньше, теперь она не была так в этом уверена. Риэль чмокнула Юнги в щеку на прощание и пошла домой. Он, тем временем надел очки и словно Мин-а на самом деле пустое место, ни сказав не слово, сел в машину и уехал. Мин-а словно оглушили. Она стояла в каком-то коматозе, не в силах прийти в себя после увиденного. Юнги даже не страдал, когда они расстались. Он просто нашел ей замену. Переключился на Риэль, как будто ничего и не было. Наверное, у него вместо сердца камень, потому что другого объяснения столь хладнокровному отношению Мин-а не могла найти. Она теперь не сомневалась в том, что Юнги её не любил. Все то, что между ними произошло было сном, который он забыл сразу же после пробуждения. *** Мин-а сидела за столом, словно в каком-то трансе. Семья что-то обсуждала, но девушка ничего не слышала. Перед её глазами то и дело всплывала картинка Юнги, обнимающий Риэль. -Ты поняла, что я тебе сказал? – проговорил отец, который уже минут десять пытался убедить Мин-а бросить музыку. -Что? – Девушка подняла глаза, полные тоски. -Ты должна работать по профессии, - повторил отец, нервничая. – Ты моя дочь, и я не хочу, чтобы ты работала в кафе и жила в студии. -Тебе есть до этого дело? – Мин-а усмехнулась, скептически уставившись на отца. -Конечно есть. Если кто-то узнает, что моя дочь... -Ах...в этом дело... – перебила девушка. – Не беспокойся. Не узнают. Отец замолчал, обдумывая что-то в голове. Он не отводил глаз от Мин-а, словно пытаясь найти какие-то ответы. -Она только что чуть не раскрыла себя перед Юнги, - вмешалась Риэль. -В каком смысле? – спросил отец, раздраженно. -Он ее увидел, когда подвез меня. -И что? – терпение отца подходило к концу. Хотя Мин-а привыкла к такой атмосфере. Стоило ей появится и семейная идилия куда-то испаряется. Видимо ее талант, не только писать музыку, но и приносить хаос в жизни людей. -Юнги ведь мог догадаться. Хорошо, что она не проговорилась, зачем пришла. Мозгов у неё не много, - объяснила Риэль. -Как у курицы, - дополнил брат, смеясь. Мин-а взглянула на сестру. Она не понимала, что Юнги в ней нашел. Ему ведь нравятся добрые, искренние девушки. Но Риэль не была такой. Неужели, Мин-а в его глазах даже хуже, чем сестра? Или просто из них двоих Риэль лучше удается играть свою роль. Девушка не слушала оскорбления, которые сыпали брат с сетрой, смеясь над ней. Она отвела взгляд в окно, понимая, что все их издевательства никогда не сравняться с тем, как вел себя Юнги. Он её точно ненавидит. И понимая этого было хуже самой страшной пытки. Потому, что когда пытают тело, рано или поздно, оно перестает чувствовать боль. Но когда истезается душа, огония не затухает ни на минуту. Руку можно ампутировать, но кто научит, как ампутировать душу? -Замолчите все! – голос отца привел в чувства, останавливая издевательские комментария брата и сестры . – Что с тобой? Наверное, это было впервые в жизни, когда он спросил такое. Видимо, Мин-а и правда плохо выглядит. -Я хотела попросить тебя об одолжении, - начала девушка, понимая, что лучшего момента не найти. -Каком? Мин-а сжалась, от чего стала казаться меньше. -Ты бы мог узнать для меня адрес...мамы? – голос слегка подрагивал. Отец приподнял брови. Он мог предположить все, что угодно, но не это. -Ты хочешь найти свою мать? Миссис Ли нахмурила брови. Воспоминания о любовнице были неприятны до сих пор. -Я хочу узнать, почему она... -Бросила тебя? – закончил отец. -Да. Впервые Мин-а увидела в отце что-то такое, чего раньше не замечала. Словно своим вопросом задела какую-то застарелую рану. -Зачем тебе видеть женщину, которая продала тебя. Не думаешь ли ты, что спустя столько лет, она будет рада тебя видеть? -Я хочу сама это узнать, - ответила Мин-а. Огромный ком в горле мешал говорить внятно. Отец замолчал, словно обдумывая просьбу. -Если ты дашь мне её адрес, я смогла бы уехать к ней и ты бы никогда больше меня не увидел. Тебе бы тогда не пришлось переживать, что я стану продюсером. Отец покачал головой и Мин-а подумала, что он не согласен. -Она живет в Кимпо, - вдруг проговорил он и девушка почувствовала, как во всей этой непросветной тьме, зарождается лучик надежды. – Я отправлю тебе адрес по электроной почте. -Спасибо! – губы дрогнули в едва заметной улыбке. Еще не всё потеряно. Мин-а снова почувтвует жизнь. Новость, что она встретиться с матерью – как голоток живой воды, так ей необходимый. -Но учти, что я тебя предупредил. Ты не нужна этой женщине. Никогда не была нужна. -Я поняла, - наставления отца прошли мимо ушей. Мин-а ничего не поняла. Мысли о долгожданной встречи с матерью, вытеснили мрачные мысли о Юнги. Девушка снова загорелась надеждой. Совсем скоро у неё будет мама. Будет ли?