***
— целитель, ха? — звучит грубое и насмешливое. мужчина раздражённо дёргает ухом, не переставая дружелюбно улыбаться. — верно, — чересчур мягко произносит он, — могу я вам помочь? снисходительный смех, будто над ребёнком. — о, нет, это вряд ли. но ты можешь приглушить мою агонию. — и как же, раз мои профессиональные навыки бессильны в вашем случае? в ответ загадочный оскал и взмах рукой, зовущий следовать за большой мрачной фигурой.***
— признаться, я не ожидал, что вам нужно это, — бросив попытки подавить дрожь голоса, говорит целитель. он болтал без умолку ровно с момента, как неудавшийся клиент привёл его в пустующую палату. разговорчивость, просыпающаяся в нём от волнения, всех вокруг раздражала, но мужчина за спиной молчал, хотя мог бы и пригрозить вон тем массивным мечом, что носит с собой. лис не находил себе места, вздрагивая каждую секунду-две, отзываясь на прикосновения длинных пальцев. от чужих рук хотелось уйти, он ведь вообще не должен это терпеть, но отрицать, что ему хорошо, целитель не мог и это читалось во всей его напряжённой фигуре, ставшей будто ещё меньше рядом с чёрным силуэтом. не пытаясь причинить вреда, руки в бинтах двигались умело, словно имели опыт в сотню лет. трогали так мягко, заставляя чуть не скулить от удовольствия и судорожно пытаться вспомнить, было ли хоть раз в прошлом так же хорошо. но в памяти ничего подобного не всплывало, а с очередным движением широких ладоней из головы вылетало всё, вплоть до названий самых необходимых трав. сладкие ощущения рано или поздно должны были отозваться тугим комом внизу живота, но так не хотелось прерывать приятную пытку ради нескольких минут бессмысленного вошканья. кажется, дарующий блаженство был другого мнения. — если хочешь, я могу, — рука повела ближе к основанию хвоста, — помочь тебе. — нет! нет, не нужно, — взмолился лис, прижимая уши к голове. всё равно издевательски сжавшись вокруг наиболее уязвимого места, заставив тем бесконтрольно заскулить, пальцы вернулись к своему занятию. и можно было бы сделать вид, что этой попытки превратить вечер в средоточие первобытной похоти не произошло вовсе, но возбуждение, кипящее в крови, давало о себе знать. прятаться смысла нет — лис виден целиком и узкие брюки совершенно не накидывают ему очков скрытности. остаётся лишь жалко свести ноги, опустить голову и ждать своей участи, ежесекундно рискуя потерять рассудок в умелых руках. когда сдерживать стоны уже не выходит, кончики ушей ловят едва ощутимый порыв ветра, и через секунду руки пропадают. лис переводит дыхание и осторожно смотрит на происходящее за спиной — телохранитель генерала хмурится волком, вдавливая клинок в шею мечника. а брюнету, кажется, вовсе нет до этого дела. — тебе стоит тщательнее выбирать противников, — говорит он, меняясь с ассасином местами, и не его жизнь теперь в опасности.***